Часть четвёртая или Причины для мести
16 мая 2021, 11:50Вот так живешь в счастливой уверенности, что врагов у тебя нет… И вдруг неожиданно выясняется, что ты-то у них есть!
— Ты как, Моззи? Грозная Берриган была сегодня на редкость участлива и сговорчива. Бессонная ночь не прошла для неё бесследно: тёмные круги под глазами не скрывала даже лёгкая косметика, которую Диана обыкновенно на носила перед работой. Хотя в последнее время она всё меньше времени уделяла внешнему виду, а шляпы, особенно в стиле Кеффри, вызывали у неё раздражение. И каждый день проходить мимо пустого стола Нила было просто невыносимо. Какого Питеру сейчас? Диана не могла представить, что он чувствует, ведь, неверно, всё на работе ему напоминает о Ниле. Может поэтому он стал всё больше работать дома? Босс стал чаще погружаться в свои мысли. Пытается удержать всё в себе, ведь он, они все, – агенты ФБР, должны быть сильными и эмоционально не причастными. Но порой это бывает так трудно... Но у Питера хотя бы есть Элизабет. Ей тоже тяжело, но она всячески поддерживает мужа, вытягивает из пучины самокопания, заставляет отвлечься от мрачных мыслей. А неё, у Дианы никого нет. Недавние отношения разорваны, пусть и не болезненно. Они даже смогли остаться подругами после расставания, но... Эту пустоту в душе ничего не заполняет. И в тяжёлые времена это ощущается особенно остро. И если бы только Кеффри был рядом, он бы обязательно что-нибудь придумал. Иногда одного задушевного разговора хватает, чтобы снять с сердца этот тяжёлый груз... Только компания Джонса спасает Берриган от падения. Всегда надёжный и искренний Клинтон пусть и не умеет говорить правильных слов, но он всё понимает, и он тоже это чувствует. Но у Моззи нет этой поддержки. У него никого нет. Единственный, кому полностью доверял лысый гений — Нил — пропал. И что сейчас творится на душе мошенника никто не знает. Диана и не надеется узнать. Просто если вдруг она может чем-то помочь... Она готова. Но тяжелее всех сейчас Кеффри. Именно поэтому Берриган каждое утро встаёт и отправляется на работу, терпит насмешки тех, кто считает, что Нил просто сбежал, допоздна читает какие-то документы и отвечает на звонки Питера в любое время дня Вот и сейчас. Бёрк неизвестно откуда взял гениального детектива, привёз его в офис, снова уехал, а теперь вызывает к себе домой. И Диана не знает насколько всё это правильно... Но она доверяет Питеру. Он сделает всё возможное, чтобы выручить — Может ещё вина? Элизабет жестом фокусника достаёт из холодильника хорошее вино, которое так редко появляется в доме Бёрков. Она не считает правильным напиваться, особенно перед тем, как рассказывать нечто важное, но уж лучше так, чем держать себя в вечном напряжении, как Питер. Моззи молча берёт бутылку. Сознание не совсем ясно, но не смотря на это мошенник со знанием дела оценивает терпкий вкус. Женщины молча наблюдают за коротышкой. Каждая погружена в свои мысли. Их ожидание прерывает звонок домофона. — У Питера же есть ключи, — хмурится Элизабет, но всё же снимает трубку и после недлинного диалога открывает дверь. — Кто? — коротко спрашивает Диана. — Холмс. — Скоро будут.***
Шерлок не торопясь входит в квартиру. — Здравствуйте, — приветствует его миловидная брюнетка. — Кофе? — Предпочитаю морфий, — отвечает детектив. — А Вы, видимо, тот самый Моззи? — обращается он уже к коротышке. — Нет, — спокойно возражает Мос. — Моё имя – Бенджамин Джексон. Шерлок нахмурился, на пару секунд даже растерялся: «Имена всех присутствующих кроме него мне стали известны ранее и они совершенно точно но не могут быть Моззи. Но агент Бёрк упоминал, что в его доме есть некий Моззи, которому есть, что рассказать. Если не этот человек, то кто?» — Я Вам не верю, — заявил детектив. Лысый гений лишь равнодушно пожал — Можете убедиться сами. И «мистер Джексон» протянул паспорт выбитому из колеи Холмсу. На бумаге чёрным по белому значилось: «Бенджамин Джексон». Шерлок хотел было рассмотреть паспорт повнимательнее, но вещь уже забрали из его рук. Моззи самодовольно улыбнулся осушая очередной бокал. — Вы пьяный, — наконец заключил детектив. — А Вы мокрый, — ответил коротышка. Ход беседы Холмсу категорически не нравился. Кажется, на каждую его, Шерлока реплику у этого человека находилась ответная, причём такая... Такая, на которую Холмсу было ответить решительно нечего. На этом моменте в комнату вошёл агент Бёрк вместе с Джонсом. Он вопросительно посмотрел на Элизабет и сразу всё понял по её встречному взгляду. — Что ж. Я смотрю, вы уже познакомились. Кто начнёт? Никто не ответил. Питер устало вздохнул. «С ними будет непросто, — подумал он. — Конечно, сперва и с Нилом было нелегко, но я дал ему время... Однако сейчас у нас этого времени нет.» — Мистер Холмс, расскажите, что Вам удалось выяснить. Шерлок удручённо вздохнул, как будто его уже в десятый раз заставляют объяснять очевидное, но всё же ответил: — Ничего интересного: Преступник знал, что вы попытаетесь взять Уильяма, он попытается от вас убежать, выкенет тяжёлый кейс с деньгами в право, на пятиэтажку и вы отправите за ним Кеффри. Он всё это предвидел поэтому успел подготовиться. В том числе продумать план отхода. — И как он это сделал? Он не мог успеть так быстро скрыться с тяжёлым кейсом, да ещё и немаленьким Кеффри. — А он и не убегал сразу. Всё время, которое у него было наш человек в маске потратил на то, чтобы замести следы: убрать кровь, своё ДНК — в общем всё, что смогло бы указать на него, а потом просто спрятался вместе с добычей в вентиляцию и просидел там всё время, которое его по всему дому разыскивало ФБР. Как только они ушли, он покинул своё убежище. — И куда же он делся потом? Территория была оцеплена! — Пролез по канализации до моста, выкинул браслет и всё! Всё указывает на то, что ваш консультант просто смылся с деньгами с очередной операции. — И у преступника действительно получилось так качественно замести все следы? — Вы дали ему достаточно времени. Питер горестно вздохнул. Это расследование превращалось в настоящую пытку. Когда же это всё закончится? — А у тебя что, Моззи? «Всё-таки Моззи, — отметил Шерлок. — Почему же тогда Бенджамин?» — На счёт яда... — коротышка замялся, но всё-же, собравшись с силами, продолжил: — В преступных кругах этот яд прозвали «Улыбка через слёзы». — И... Что он делает? — с замиранием сердца спросил Бёрк. Моззи вздохнул и начал своё безрадостное повествование: — Настоящее название яда — стрихнин ― мощный стимулятор нервной системы. Содержится в семенах растения, называемого nux vomica (Прим. автора: Это чилибуха — тропическое дерево, иначе называемое рвотным орехом — «Хайтек»). Яд представляет собой белый горький кристаллический порошок без запаха, которым отравляют как перорально (Прим. автора: Перора́льный приём лекарственных средств — приём лекарства через рот, путём проглатывания лекарства), так и при вдыхании или смешивании в физрастворе и введении внутривенно. Стрихнин легко растворяется в кипящей воде, но из-за необычайной горечи ему не так-то просто остаться незамеченным. Стрихнин препятствует правильной работе аминокислотных нейромедиаторов (Прим. автора: Нейромедиаторы – это биохимические вещества, основной функцией которых является передача импульсов между нейронами. То есть нейромедиатор – это посредник, участвующий в передаче импульса между нервными клетками), главным образом, глицина, который контролирует нервные сигналы в мышцах. Под этим контролем нервные сигналы работают как «выключатель» мышц. Когда он работает неправильно, мышцы всего тела испытывают сильные и болезненные спазмы (судороги). Даже если на сознание или мышление человека вначале это не влияет (за исключением того, что человек очень возбудим и испытывает боль), в конце концов наступает колоссальный мышечный парез, и человек перестает дышать. Яд может остановить дыхание и вызвать судороги от незначительных раздражителей. Первые судороги от смертельной дозы могут появиться через 20–30 минут в случае перорального введения, при интраназальном (Прим. автора: Интраназальное введение лекарственных средств – введение лекарства в полость носа в виде капель или специальных спреев) или внутривенном все произойдет быстрее. Первым симптомом является возбудимость и повышенная тревожность, сопровождаемая рвотой и сокращением мышц. Судороги длятся от 30 секунд до двух минут и принимают форму опистотонического положения: конечности вытянуты и челюсти сжаты. Пациенты могут продемонстрировать risus sardonicus — мышечные сокращения лица, вызывающие постоянную видимость сардонической улыбки. Отсюда и прозвище яда: улыбка через слёзы. Неконтролируемое сокращение мышц может привести к тахикардии (Прим. автора: Тахикардия — повышенный ритм работы сердца), гипертермии (Прим. автора: Гипертермия — перегревание), нарушению дыхательных путей из-за скованности челюсти и шеи, а также к последующим признакам рабдомиолиза (Прим. автора: Рабдомиолиз — синдром, представляющий собой крайнюю степень хронических прогрессирующих нервно-мышечных заболеваний), гиперкалиемии (Прим. автора: Гиперкалиемия — повышение концентрации калия в крови. Приводит к нарушению сердечного ритма), почечной недостаточности и судорог. Судороги будут ухудшаться и могут привести к смерти менее чем через час, в зависимости от размера дозы и других факторов. Лечение заключается в дезактивации препарата, как правило, в виде промывания желудка, если яд получен перорально, и получении поддерживающей медицинской помощи в условиях больницы. Поддерживающее лечение включает внутривенные инъекции — лекарства от конвульсий и спазмов, а также жаропонижающие препараты. — Я не понял и половины того, что ты сказал, — честно признался Джонс. — Но мне и того, что я понял хватило. — Если бы человек в маске хотел убить Нила, он бы сделал это менее извращённым способом, — попыталась утешить собравшихся Элизабет. — Все эти звонки, фотографии.. Он хочет чего-то либо от нас, либо Нила. «От нас… — подумал Шерлок. — А мне и не пришёл в голову этот вариант. Хотя он менее вероятен, но тоже имеет полное право на существование... Хотя что преступнику может понадобиться от обычных агентов ФБР? Или, быть может, человек в маске хочет чего-то от Моззи-Бенджамина?» — Так, — Питер попытался собраться с мыслями. — Такой яд с потолка не падает — человек в маске, весьма вероятно, у кого-то его купил или украл. Моззи, ты знаешь людей, у которых мог быть этот яд? — Я знаю лучших продавцов ядов в Нью-Йорке, — мрачно усмехнулся коротышка. — И они на многое способны. — Отлично. Сможешь составить список? Мы должны проверить всех. — Это будет не так-то просто. «Улыбку через слёзы» абы-кто не продаст, а профессионалы в этом деле очень осторожны. Начнёшь под них копать, а на следующий день их уже нет в городе. Мой знакомый торговец ядами (и не только ими) лично проверяет всех своих клиентов и покупателей. — Значит этим придётся заняться тебе. — В смысле? Хочешь чтобы я взял на себя работу федерала? — Именно. — Я не могу! Я же мошенник! — Да, ты — мошенник. И мне лучше многих известно, что когда тебе надо, ты можешь. Моззи насупился, но возражать не стал. И это был единственный раз, когда Питер был уверен, что лысый гений сделает всё, как надо. Ведь каким бы хорошим Моззи не был лжецом, мошенником и аферистом, его дружба с Нилом была одной из немногих вещей, в которой не было ни капли фальши. — А что на счёт врагов? — спустя минуту молчания поинтересовался Бёрк. — Я знаю, у Нила много врагов, но много ли тех, кто имел не только мотив, но и возможность похитить его? — Я много работал над этим вопросом, проверял, кто сейчас в городе или по-близости, кто имеет средства или свези... К сожалению, тех, у кого есть причины мстить Нилу или пытаться узнать у него, где он спрятал тот или иной шедевр, слишком много. Да и в большинстве своём это богатые и могущественные люди или организации, которые вполне могли кого-нибудь нанять... — Нет! Это точно не наёмник! — почти хором возразили Шерлок и Питер. — Почему? — скорее из любопытства, чем отрицая спросил Моззи. — Человек в маске стремится всё держать под контролем, всё делает самостоятельно. Он — настоящий профессионал своего дела, но иногда делает опасные шаги, вроде звонков и фотографий, что выдаёт его сильнейшую ненависть к Кеффри. Если бы его наняли, он бы выполнил свою работу и исчез, а наниматель довольно быстро совершил бы ошибку, и вы бы его поймали. Но, к счастью, мы имеем дело с мастером, — пояснил Холмс. На лицах присутствующих отразилось немое возмущение, после последней реплики, но детектив искренне не понимал почему. — А Вы, агент Бёрк? — спросил Шерлок, оборачиваясь к Питеру. — Как Вы определили, что мы имеем дело не с наёмником? Бёрк пожал плечами. — Просто он сказал по телефону, что злейший враг Нила Кеффри. — Люди не часто говорят правду. — Но о таких вещах они не лгут. — В любом случае я исходил из предположения, что никто никого не нанимал, иначе список врагов Нила Кеффри нам в расследовании мало чем поможет. — Ну и сколько подозреваемых у тебя получилось? — поторопил Питер. — Если отфильтровать всех врагов опираясь на свои мозги и некоторые предположения... — Двадцать подозреваемых. — А сколько из них левши? Коротышка удивлённо посмотрел на консультирующего детектива. — У нас есть основания предполагать, что наш преступник левша, — пояснил агент. — Один. Моззи ответил не задумываясь, и Питер даже удивился, насколько хорошо лысый гений знает врагов своего единственного друга. Бёрк даже не был уверен, что сам Нил знает их также хорошо. — Один?! У Питера даже дыхание на миг перехватил от такой многообщающей цифры: «Из всех подозреваемых Моззи, только один левша! Это не может быть совпадением!» — И кто же это? — пытаясь хоть немного расслабить до предела напряжённые мышцы, спросил агент. — Дениэл Ларсон. — О! Я помню его, — хмыкнул Питер. — Нашу с ним встречу впору записать в журнал иронических комиксов! Дело было в Париже...***
Этот день обещает быть расчудесным: яркое солнце, ясное небо, освежающий ветерок, тепло. Эйфелева башня возвышается на Парижем. У Элизабет столько планов на эти дни. Бёрки наконец-то вместе, одновременно взяли отпуск и уехали подальше от работы в прекрасный город Париж. Теперь-то они смогут провести время вместе. На этой неделе никаких преступников, никаких пропавших шедевров и ни малейшего упоминания Нила Кеффри! Питер обещал жене незабываемую поездку, а не очередную погоню за преступниками. Но вот, только счастливая семейная пара выходит из дома, к ним подбегает мужчина средних лет. Расстрёпанный, с полузавязаннным галстуком и недозастёгнутой рубашке он останавливается прямо перед Питером и, тяжело дыша, спрашивает: — Вы — Питер Бёрк? — Да... — нахмурившись, отвечает агент. — Тот самый, что ловит Нила Кеффри?! Питер даже растерялся от такого вопроса. Он же обещал: никакого Нила Кеффри в этот отпуск. Жаль Нилу это сообщить забыли... Бёрк так и не успел ничего ответить, но незнакомцу и не нужен был ответ — он продолжал свою гневную тираду: — Где Вы шляетесь, когда так нужны?! Меня обокрали! Украли лучшую картину моей личной коллекции! Этот Ваш Нил Кеффри совсем обнаглел! Почему Вы его до сих пор не поймали?! С какой стати из-за Вас страдают честные граждане?! Питер был так шокирован, что даже не возмутился. «Откуда он знает, кто я? И где я живу? И чем занимаюсь? С чего он взял, что его обокрал именно Кеффри?»***
— Тогда я подумала, что это будет худший отпуск в моей жизни, — призналась Элизабет. — Но всё оказалось в точности наоборот. Нам с Питером удалось посмотреть восхитительную коллекцию этого человека, хотя вообще-то она не выставлялась напоказ обычным гражданам. И я ещё никогда не видела, чтобы Питер с таким удовольствием и вниманием разглядывал каждую картину! Нам даже удалось сделать несколько фотографий «для следствия». Бёрк с улыбкой вспомнил, как трудно было убедить Дениэла в необходимости фотографий не пропавших шедевров, причём с Элизабет на переднем плане. Но мистер Ласон, казалось, был в таком отчаянии, что позволял агенту делать почти всё, что угодно, лишь бы Кеффри нашли и посадили. — В общем, Нил очень положительно влияет на тебя, Питер, — заключила миссис Бёрк. — Вовсе нет! — возмутился агент. — По крайней мере в сфере искусства. — Разве что в ней. — Уж не знаю, насколько хорошо на Галстука влияет Нил, но Галстук на Нила, определённо, влияет отрицательно. — Это ещё почему? — нахмурился агент. — Всему своё время. Я поведаю вам всё с самого начала. А началось всё как обычно — с девушки.***
Нелёгкая судьба афериста завела Нила с его верным другом в Париж. ФБР и интерпол остались позади и можно было наконец вздохнуть спокойно. Последняя афера принесла много прибыли, а у Бёрка как раз отпуск так, что бояться нечего. Нил познакомился с симпатичной девушкой, которая была образована и мила, даже свободно говорила на английском. И хотя мысли о Кейт никак не отпускали Нила, общение с ней приносило массу удовольствия и помогало оторваться от тяжёлых мыслей. Но, спустя несколько дней, Моззи узнал, что и Бёрк каким-то образом оказался в Париже. — Не знаю, как Галстук пронюхал, где ты, но отсюда надо валить, — много раз повторял другу коротышка, но Кеффри никак не желал покидать такой гостеприимный город и расставаться с прекрасной девушкой. Да и имя Питера Бёрка не внушало ему трепета, скорее наоборот — азарт, желание сделать что-то незаконное прямо у него перед носом. (— Какая неосторожность! Это всё твоё отвратительное влияние, Галстук! — Ага, ага. Его характер и хвалёное самолюбие тут совершенно не причём.) Однако, вскоре объявился муж милой дамы, о существовании которого Кеффри до тех пор и не подозревал...***
— Так или иначе, в какой-то момент это должно было случиться, — фыркнул Питер. — флиртуя с каждой второй в какой-то момент наткнёшься на замужнюю. — Всё было не так, как кажется! — вступился за друга Моззи. — Она специально снимала обручальное кольцо, чтобы ходить на свидания с Нилом! — И всё же!***
Нетрудно догадаться, что Дэниэл Ларсон пришёл в ярость, узнав об измене. И возненавидел Нила страшнейшей ненавистью. (— А поменьше поэтичности нельзя? — Не перебивай!) И желал ему самой жуткой смерти. Пришлось Нилу ретироваться из того кафе, где произошёл конфуз. О свиданиях больше не могли идти и речи. Однако всё было не так-то просто. Оказалось, мистер Ларсон имеет больше влияния, чем казалось тогда. Его люди выследили Нила и чуть не пристрелили! Спокойная жизнь окончательно накрылась медным тазом. Нужно было срочно что-то придумывать. И Моззи с Нилом придумали. Они украли лучшую картину из личной коллекции Дениела и готовы были её вернуть, если тот забудет все старые обиды и оставит Кеффри в покое. И этот коварный человек согласился... Но на деле всё оказалось иначе. Ларсон вместо того, чтобы забыть имя Нила Кеффри, отыскал Питера Бёрка и буквально заставил его расследовать это ограбление. Мошенникам пришлось ещё раз вернуться на место преступления и... Подправить некоторые улики. После этого Дениэл Ларсон был арестован, за мошенничество, а Моззи и Нил смогли беспрепятственно слинять из французской столицы.***
— То есть, по вашей милости, я взял не того? В глазах Бёрка блеснул недобрый огонёк. — Почему же не того? Его люди пытались нас застрелить! А ещё он даёт кров преступникам за плату, я знаю! И покрывает коррумпированного... — Но он не делал того, за что я его посадил! — разозлился Питер. Моззи весь сжался под его грозным взглядом. — Питер, можно тебя на минуточку? Миссис Бёрк с мужем отошли в сторону. — Что?! — разозлённым шёпотом спросил Питер. — Ты считаешь это нормально? Они подставили человека, чей гнев был вполне оправдан! И манипулировали мной! И после всего Нил мне даже не признался! Я бы и не узнал ни о чём, если бы этот Ларсон (если это конечно он!) не решил отомстить Кеффри за всё! — Если он действительно делал то, о чём говорит Моззи, то ты поступил правильно. На коррупции поймать кого-либо почти невозможно, — утешила мужа Элизабет. — Тем более, Нилу тоже досталось. Отсидел в тюрьме, работает на ФБР, а теперь ещё и похитили. — Мог бы хотя бы признаться мне! — Он понимал, как ты отреагируешь. Питер раздражённо вздохнул. Он привык к тому, что Эл почти всегда права и, кажется, эта ситуация — не исключение. — Моззи очень долго сомневался перед тем, как рассказать это, но всё таки решился. Это шаг доверия с твою сторону. И немаленький, учитывая характер Моззи. Ты тоже должен пойти ему на встречу! Ради Нила. — Ладно, — помолчав согласился Бёрк. — Но в следующий раз такой номер у них не пройдёт! — Конечно не пойдёт, — Элизабет, улыбнувшись, чмокнула Питера в лоб. — Против моего мужа ни один приём не срабатывает дважды. Бёрки вернулись и вся компания приступила к разработке плана по тому, как проверить свои догадки. — Так, что нам известно о Ларсоне? Моззи всё ещё был весьма взволнован, и от Бёрка не ускользнул его благодарный взгляд обращённый к Элизабет. Но агент перехватил его и без слов дал понять мошеннику, что ему те проделки с рук не сойдут. — Судя по всему из-за Нила Ларсон потерял очень много: несколько лет своей жизни, деньги, жену, уважение, — прервала их немой диалог Диана. — Но если его посадили в тюрьму, то как он мог добраться до Нила? — спросил Джонс. — Пока он отбывал свой срок его, вместе с ещё некоторыми преступниками, перевели в Нью-Йорк, — вздохнул Моззи. — И месяц назад он, уже здесь, вышел на свободу.***
Обратно в отель Шерлок вернулся уже глубокой ночью. Он специально подремал несколько часов в такси, чтобы сейчас снова взяться за работу: засесть за словари и наконец расшифровать загадочную надпись. Но вдруг зазвонил телефон. Майкрофт. Возникло настойчивое желание сбросить звонок, но «дорогой братец» всё равно не отстанет. — Сейчас три ночи, — недовольно заявил Холмс-младший. — Только не ври, что я тебя разбудил, — усмехнулся Холмс-старший. — Я занят. — Ты ещё не раскрыл то дело? Теряешь форму, братец! — Твой самолёт прибудет за мной только через одиннадцать дней. У меня полно времени. Зачем торопиться? — А зачем тормозить? У тебя всё равно нет никаких дел в Нью-Йорке, кроме моего. Уверен ты расследуешь его сутки напролёт, чтобы не умереть со скуки! — Ложь! — Тогда почему сейчас не спишь? Шерлок раздражённо бросил трубку. «Ещё не хватало того, чтобы Майкрофт обо всём догадался и забрал меня раньше...» Холмс небрежно бросил телефон в карман, нарочно игнорируя вибрацию от сообщения Майкрофта: «Пиши как только раскроешь дело, у меня появился свободный самолёт раньше чем я предполагал.»Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!