Пролог

Гербере Дельфинии Поттер всегда нравилось своё имя или скорее имена. Первое, потому что его выбрала мама, она всегда хотела дать дочери цветочное имя, второе, потому что его придумал папа, хотел дать ей звёздное имя. Родители долго не могли решить, как назвать дочь. Джеймс в конец отказывался давать своему уже обожаемому, хоть ещё и не родившемуся, ребёнку имя в честь цветка, аргументируя это тем, что девочка не украшение садовой клумбы. Лили, в свою очередь, отвергала все имена, даже немного связанные с небесными телами, малышке же не в космос лететь. Спустя несколько месяцев споров было решено остановиться на Гербере Дельфинии. И когда 31 июля Геру представили крёстному отцу, Сириус выдал молодым родителям гневную тираду.  — Джейми, только не говори мне, что тревожили моё хрупкое душевное здоровье столько месяцев переругиванием из-за имени и тут решили так назвать чадо. Да вы же просто ненормальные! — Тише, Бродяга, ну не кричи. Пугаешь мне девочку. Просто мы тут подумали, что Гербера — это, как дань уважения семье Лили, у них все девочки — цветочки. На лице Сириуса стала появляться тень злости и изумления, а Джеймс, предчувствуя последующий скандал, быстро потащил его из палаты, оставив жену и дочь отдыхать. — Только не говори мне, что ты стал таким же сумасшедшим, как моя семейка. Даёшь ребёнку символическое имя, чтишь традиции, Сохатый, ты, как женился, с ума сходить начал. Мне уже жаль малую, что ей с таким отцом делать? Сириус отошёл к окну и закурил. — Ну так вот, а Дельфиния в честь созвездия дельфин, как у Блэков! — Невозмутимо продолжил Джеймс, будто ничего сейчас не слышал. — Блэков! Моей ебанутой семейки! Джей, ты ты ……. ты! Друг, ну это точно перебор, как хорошо, что мы уже в Мунго. А ну-ка пойдём за колдомедиками. Отцовство плохо на тебя влияет. Что же будет через год? В ту же секунду новоявленного папашу схватили за руку и поволокли по коридору. — Да тише ты, пёс. Да в честь Блэков, но я не сошёл с ума! — Конечно, конечно, дорогой! У тебя походу дела ума никогда и не было! Ох, нам срочно нужен Лунатик, он точно вправит тебе мозги! — Сириус! Стой! Джеймс быстро вывернулся из хватки друга, и крепко обняв его, зашептал тому на ухо. — Брат, как бы ты не отрицал родство с этими людьми, ты тоже Блэк. Я знаю, что ты не хочешь это слышать, и тебе больно, но это так. А я хочу, чтобы мою дочь что-нибудь связывало с тобой. Бродяга, ты — моя семья. Сейчас война, возможно мы с Лили погибнем, кто ещё тогда останется у неё, кроме тебя? Наши с Лили родители уже мертвы. Лунатик не сможет всё время быть рядом с ней, он же оборотень. Для нас это, конечно, не важно, Римус всё равно нам друг, но он не сможет оставлять её одну на несколько дней каждый месяц. Хвост вообще не знает, что такое дети, он не способен будет справиться с Герой, если что-то случится. Пойми, для меня так важно знать, что она не будет одна. У моей дочки будешь ты — человек, у которого с ней одна фамильная легенда про имена, который будет о ней заботится, и, если понадобиться, заменит ей семью. Пожалуйста, Бродяга, позволь мне назвать её Дельфинией! У детки будет отдельное имя, специально для тебя. Пожалуйста… Голос Джеймса почти угас в конце, но Сириус всё прекрасно расслышал. Он обхватил двумя руками друга за шею, и уткнулся ему в плечо, пряча слёзы. — Я не думал. Не знал. Даже не мог представить, что так, что именно поэтому. Ох, Сохатый! Я, не знаю. Спасибо, спасибо, спасибо тебе большое! Ты, я даже не понимаю, как объяснить, что это для меня значит, брат. — Я знаю, Бродяга, не волнуйся, я всё знаю! Двое друзей ещё долго стояли и обнимались в одном из коридоров больницы, но тут их прервал крик, доносящийся от лестницы. По ней спотыкаясь и падая взбегал Люпин. — Джеймс! Сириус! Ну? Что? Как они? — Малая — просто супер, вылитый Джейми, Лунатик! Кстати, он даже дал ей ещё одно имя специально для меня! Я самый счастливый Крёстный отец в мире! А где, Питер пропадает? У его друга РЕБЁНОК родился, а ему хоть бы хны. — Джеймс, а ты поему молчишь? — Я так люблю вас, ребята! К их объятьям присоединился третий.