Часть вторая. КРОВЬ

Прости меня за каждый миг бессмысленных побед... Вельвет, "Прости" -Если ты будешь хорошей девочкой, то нас ждет счастливая семейная жизнь. -Мы же оба понимаем, что не буду. Вот чёрт. Если бы мы вместе учились в Академии, Саурон, конечно, на несколько курсов старше, то он был мне понравился. Мужчина не был ни старым, ни уродливым. Лоснящиеся огненно-рыжие волосы, глаза точно карамельная патока, сильный зычный голос. Такие парни обычно руководят самыми плохими компаниями, а меня в мою бытность адепткой к таким и тянуло...Брату я, разумеется, говорила, что с такими не связываюсь. И ведь не врала. Не связывалась. Организовывала. Солнце давно скрылось за горизонтом, и мы сидели в спальне. Мои руки нервно теребили поясок шелкового халата, в который меня обрядили после всех церемоний. Церемонии — сначала венчания с Сауроном, затем венчания на царство как государыни императрицы( до сих пор так и не смогла понять, нафига, а главное, зачем это было нужно темному властелину мира) — прошли для меня как в тумане. Голоса распорядителей, тяжелый перстень, массивная корона. Я почти не видела лиц присутствующих за пеленой собственных слёз. И вот теперь - спальня. Первая, да простят меня боги, ночь. -Скажу честно: твоя неприступность забавляет, - серьезно произнес мужчина, садясь рядом, так, что наши бедра соприкоснулись, - если бы мне нравилась тупая покорность, я бы просто завел себе гарем из смазливых наложниц и менял бы баб, как перчатки. Но мне нужна ты. Думаешь, если бы твой братец... -Он мне больше не брат. Саурон коротко хохотнул и продолжил: -Если бы Алеорн не приполз сюда со своим предложением, я бы всё равно тебя взял. Как самую ценную пленницу, как самый драгоценный трофей....- моё лицо оказалось между горячих сухих ладоней, сильные пальцы стали массировать мой затылок. -Я не буду твоей. Не мечтай. -Ты уже моя, глупая. Я дернулась назад, но вместо этого оказалась повалена навзничь и прижата к перине тяжелым мужским телом. -Я сказал, что меня забавляет твоя дерзость. Но не играй с огнем: так будет не всегда. Постарайся, что бы мне не надоело, -Саурон резко прошептал мне всё это на ухо, а затем укусил мочку, я только ахнуть и успела, а его губы уже впились в шею, заставив против воли выгнуть спину, под которую он тут же просунул руку. Вторая рука развязала халат и мигом избавила меня от одежды, а потом сжала левую грудь. Простонала я от боли и неожиданности, но мужчина и этим был удовлетворен. -Будешь делать всё, что я тебе скажу - и горя не узнаешь. -Хочешь меня напугать- делай это более правдоподобно. Бросила дерзкую фразу, и тут же поняла: зря. Ой, как зря... Саурон поднялся, рывком поднял меня, так, что я осталась сидеть на краю постели, зажал мои колени между своими ногами, чтобы не дергалась. И развязал свой халат. Я с первой минуты, как услышала от Алеорна про свадьбу, поняла, что вляпалась. Теперь же осознала, насколько глубоко. По спине стек холодный поток, дрожь родилась в груди и тут же расползлась по всему телу. Одно дело - ручные ласки на студенческой вечеринке в приятном подпитии. Все довольны, всем это приятно, никто не собирается лезть куда-то там дальше. Другое дело- колом стоящий член перед моим носом. И ведь не вырваться, не убежать, не закричать - что толку кричать?! -Я не буду... И зачем только рот открыла, дура?!? Мягкая плоть стукнулась о зубы, жаль, укусить не успела. Саурон одним движением намотал мою косу на свой кулак, лишая даже иллюзии возможного побега. -Поскольку ты вряд ли знаешь, как надо, я тебе объясню, - тон мужчины был обманчиво мягок. -Лизни языком от основания до головки. Это как леденец. Никогда в жизни не пробовала леденцов с солено-горьким привкусом предэякулята. -Еще раз...-выдохнул он, крепче вцепляясь в мои волосы: видимо, я ненароком задела какую-то чувствительную точку. Я стала двигать рукой, как он велел и лизать. Что ж, с этим еще можно мириться, это не так... Момент, когда он буквально насадил мое горло на член, я пропустила. Зато следующий ни забыть ни пропустить невозможно. Из глаз непроизвольно брызнули слезы, всё тело содрогнулось в рвотном позыве, я попыталась кашлянуть, но только поперхнулась членом( в других бы обстоятельствах это было бы комичной шуткой...), зубы сами сомкнулись на мужском естестве... -ДРЯНЬ!!! Пощечина больно обожгла лицо. Вторая не замедлила последовать за первой. -Я же сказала, что не буду... -Будешь!!!! - он рычал на меня,словно Барлог из Бездны. И всё повторилось заново: рука больно сжимает косу, вторая предостерегающе держит за плечо, я беру в рот и стараюсь дышать через нос. Кажется, только я успела приноровиться к темпу, как мужчина ускорился( нарочно ведь, сволочь), и глаза снова заволокла пелена. Распухшие губы я едва чувствовала, челюсть онемела и грозила заклинить в таком положении, как вдруг всё внезапно кончилось: противная липкая сперма ударила в горло струей. Сглотнула я не по приказу, а рефлекторно. Солено-морская горечь вызвала очередной приступ тошноты, но я не успела ни сообразить что-либо, ни даже закрыть глаза. Саурон снова повалил меня на постель и набросился сверху. -Можешь же быть хорошей девочкой, когда хочешь. Я молчу. Пусть это трусость, но мне не хочется, что бы он снова бил меня. Очень простое желание. Я отвернула голову. Одно хорошо: к моим губам он не полезет теперь долго. Клянусь, если он только попробует засунуть свой язык мне в рот, меня вырвет. Жадные руки мнут грудь, пересчитывают ребра, готова поспорить, что останутся синяки... Указательный и большой палец едва ли не выкручивают соски. Но я терпела, сколько это было возможно... Морана, твою мать, лучше бы это был засунутый язык в рот! Я опять не успела ничего понять, как он с силой раздвинул мои ноги и попытался войти. Да-да, попытался. Но я была сухой, напряженной и девственной. Я не удержалась от того, что бы глухо рассмеяться в подушку. Но Саурон уже знал, где моё слабое место. Губы снова стали терзать мою шею, и я не смогла не простонать. Пальцы кружили по клитору, а затем раздвинули ставшие чуть влажными складки. Потом он скользнул внутрь одним пальцем, двумя...И пока я не успела ничего предпринять, резким движением вошел на всю длину. Кажется, я орала. И кажется, что мне не кажется. Интересно, можно ли умереть от потери крови во время потери девственности? А потом и этот вопрос улетел из головы. Руки неистово сжимали в грудь, я нещадно комкала в кулаках простыню, а Саурон насаживался, словно исправный отбойный молоток, словно я резиновая, а не живая, словно он может делать со мной всё, что угодно... Хотя почему же " словно"?

***

Сперма медленно стекала по внутренней стороне бедра, а я только ловила ртом воздух. Внизу живота чувствовалось неприятное напряжение, а лоно жглось и покалывало. Мужчина неспешно поднялся сам, а затем поднял на руки меня, сил сопротивляться не было. -Тебе надо принять ванну. А тут пока сменят белье. Огромная мраморная ванна была уже наполнена горячей водой. Саурон осторожно опустил меня и нырнул следом. Спиной я оказалась прижата к его груди. И уже через несколько минут, когда его неугомонные пальцы скользнули к клитору, поняла, что он задумал. Унижать меня - так всеми доступными способами. -Не надо. Пожалуйста. Мне больно. Мой голос звучал непривычно жалобно и тихо. Но Саурону это похоже и понравилось. Он поцеловал меня в висок и произнес ласковым шепотом: -Сейчас боль уйдет. Я сделаю тебе хорошо. Оставалось только вздохнуть и подчиниться, всё равно вырваться я не могла. -Вот так, очень хорошо. Расслабься. Пальцы медленно двигались, трогая только клитор. Дразня. Сознание сжалось до размеров горошины. Второй рукой он крепко держал меня поперек талии. Я отчаянно кусала губы, чтобы не ляпнуть какой-нибудь ерунды, в роде " да, да, еще, еще, пожалуйста" . Собственное тело подвело меня, предательски отозвалось на его касания. Ноги свела судорога, другая, третья - и вот я уже трепыхалась в сильных руках, как птичка в клетке. Хотя почему же "как".

***

Что-то было не так. Разумеется, "что-то было не так" с момента свадьбы, но прошел уже месяц, и теперь что-то еще было не так. Я привыкла подчиняться ему. И даже - испытывать удовольствие. Потому что иначе произносилась сакральное "ты стонешь, только если тебя бьют?", и лучше не вспоминать, что происходило после этих слов. Саурон и так мог влегкую поставить меня на четвереньки и иметь сзади, как собаку, ставить на колени и опять заставлять сосать до рвоты, брал меня на любой горизонтальной и даже вертикальной поверхности, но если я "плохо себя вела" к этому добавлялись ремень, пощечины, шлепки, и иногда всё сразу. И я старалась вести себя хорошо. Осознание, что не так, вышибло весь воздух. Лунная кровь. Вернее, ее полное отсутствие. Может быть, это всё последствия стресса и сбившегося метаболизма, но...Могла ли я понести? Конечно, демон бы задрал всех богов, могла! Уже несколько десятков раз - могла! Ну уж нет, Саурон. Ты можешь вытворять со мной всё, что угодно, но наследника я тебе рожать не стану. Ни за что. Я принялась лихорадочно соображать. что же делать. Для начала неплохо бы показаться лекарю: может, и я в самом деле не беременна? Но этот вариант отмелся сразу: что знает дворцовый лекарь, то через пять минут знает Саурон. Ладно, без сопливых разберемся. Есть у меня один древнеэльфийский способ.

***

Едва я дождалась, что Саурон уедет в Ривенделл за налогами, как сразу же велела запрягать коней для прогулки в степи. В конце концов, для всех, кроме мужа , я великая госпожа, и могу делать, что пожелаю. Ехать без кортежа императрице не полагалось, естественно, но так даже лучше - свидетелей больше. Мы отъехали от замка довольно далеко, но смотрела я больше не на окрестности, а на дорогу, держась от кортежа на почтительном расстоянии. И когда нашла, что искала, быстрым движением уколола коня в бок острой шпорой. Лошадь, естественно, взбрыкнула, встала на дыбы, а я картинно взмахнула руками, не сделав ни малейшей попытки схватить поводья. Я повалилась на траву, больно ударившись плечом, откатилась из-под копыт животного, и пока стражники спешивались и мчались ко мне, сорвала несколько пучков элетель-травы, что обильно росла в степи, и запихала в рот, сколько влезло. Конечно, меня учили, что для того, чтобы не понести, достаточно около десяти травинок, кроме того, заваренных в кипятке, до того это сильное растение, но я прекрасно понимала, что другого шанса у меня не будет, и давилась противной зеленью.

***

Мы спешно вернулись с прогулки, меня осмотрел лекарь, намазал ушибы каким-то кремом и оставил лежать в постели. Лунная кровь внезапно пришла, как по заказу, выпачкав бедра. Но и действие травы остановить уже было нельзя. Меня рвало желчью до потери сознания. В рот словно напихали земли, язык неловко ворочался, я не могла ни говорить, ни свободно дышать, когда то и дело выныривала из забытья. В очередное такое пробуждение перед моими глазами возникло лицо Саурона - очень напуганное и тревожное. Очевидно, лекарь наябедничал, что госпоже стало плохо, Властелин и примчался. Прохладной тряпочкой он осторожно обтирал моё лицо. -Очнись, пожалуйста, очнись. По дворцу летели головы - искали яд и отравителя. Остановились только потому, что к утру меня попустило. Я лежала на свежих простынях, прохладный зимний воздух баюкал легкие. Моя голова нашла покой на мужнином плече: Саурон мягко обнимал меня, гладя самые кончики волос. Это чудовище меня любит. Свирепой, неправильной, больной любовью. Он меня любит, и это видимо, навсегда.

***

Позже на каком-то осмотре придворный лекарь заявил нам, что для того, чтобы я понесла нужно чудо: некромантские выезды и участие в битвах подорвали мое женское здоровье. А Саурон только обнял меня и сказал, что времени у нас предостаточно, и боги когда-нибудь смилуются. Позже я неустанно благодарила богов за то, что Саурон так никогда и не узнал, что отравление меня и гипотетического ребенка было делом моих же рук. Если бы узнал -моя жизнь стала бы хуже ада.