Пролог

***

— Никки… — шепчет тихий женский голос. Его она узнает среди тысяч других. Он всегда отдавал любовью и теплотой. Ведь голос принадлежал её матери. Прекрасной чуткой женщине с доброй улыбкой и карими глазами, которые проникали прямо в душу. Но эта женщина давно была мертва; она тёмно-серой оболочкой плыла к изголовью кровати, на котором встревоженно сидела её дочь.        Девушка устало потёрла глаза и уставилась на витающее в воздухе приведение матери. Женщина как и всегда была в белой рубахе, которая доходила до самых пят. Скинув с себя тяжёлое одеяло, Никки подошла к приведению матери. Она всегда была так спокойна, но на этот раз глаза матери выражали страх за собственную дочь.        — Что случилось? Почему ты здесь так поздно? Что встревожило твой дух? — расспрашивала девушка, заправляя выбевшуюся из свободной косы белоснежную прядь.        Мать не ответила, лишь начала метаться из угла в угол, не издавая совершенно никаких звуков. Никки это испугало, казалось бы, её уже ничего не может напугать, ведь она видит столько мёртвых душ каждый день. Это давно должно было стать обыденностью и ничем более. Но такое волнующее поведение не на шутку напугало её.        — Мама, ответь мне, — садясь на колени, прошептала девушка, прижимая руки к груди в молитвенном жесте. Дух остановился; мать пришла в себя от истерики, которая обуяла её. У приведений редко встречается такое. Обычно они все спокойны ведь смерть — это конец пути, и им ничего не остаётся, как просто растворяться. Растворяться в чувствах. Им уже всё равно, что происходит вокруг них.        Так же, как и вампирам. Да, Никки знакома с ними. Для полного счастья ей необходимо было познакомиться ещё с ведьмами и водяным. Девочку никогда не пугало всё сверхъестественное, наоборот, она находила это очень интересным и занимательным, ведь видела души с самого своего рождения. Она помнит всё. Она сама — существо, отличающееся от простого смертного. Николь была дампиром; с редким даром видеть души умерших людей, общаться с ними, развеивая многовековую скуку.        Приведение окончательно успокоилось, и мама улыбнулась своими ледяными полупрозрачными губами. Она невесомо погладила Никки по руке. Но она ничего не почувствовала, как и всегда. Дух имеет лишь оболочку, ему никогда не стать физическим телом. Но промозглый холод всегда исходил них.        — Берегись его, он идёт… — прошептала мама, расширяя свои карие глаза. Она предостерижительно покачала указательным пальцем из стороны в сторону.        — Кто он? — Неуверенно спросила она, следя за каждым движением духа матери. Но женщина лишь тяжело вздохнула и растворилась в воздухе, оставляя дочь в руках терзающих размышлений, которые не давали ей покоя целую ночь.       

***

       Лёжа на траве вместе со своей лучшей подругой Ренесми, девушка думала о словах матери. Искала тайный смысл её слов, ведь духи всегда говорили загадками. Порой это доставляло ей жуткий дискомфорт, и она месяцами могла ломать голову над словами того или иного духа, которого она встречала на своём пути. Иногда сказанное было разгадано и принято, а было и такое, что слова не имели никакого смысла.        — До сих пор думаешь о словах матери? — звонкий девичий голос раздался над головой Стоун. Над ней возвышалась рыжая голова Каллен. Её руки заплетали её волосы в какую-то замысловатую причёску.        — Да. Возможно, мне что-то угрожает. Она предупредила меня. Её слова были предельно ясны. Мне нужно остерегаться того, кто скоро придёт. Бесспорно, это будет мужчина, который может причинить мне вред. Это всё, что я поняла. Боюсь, как бы в её словах не было другого смысла, — объяснила Никки, смотря в карие глаза подруги. Ренесми была такой же, как и сама Стоун. Дампиром. У них было много общего. Обе желали путешествовать по миру, обе были наивны и в какой-то мере даже глупы. Обе были совсем детьми.        Но вот и различия у них тоже были: Несси всегда жила в любви, а Никки — далеко не в любви, в первые дни своей жизни, проведённын с отцом вампиром, который считал, что малютка убила его любимую женщину. Он не смог, полюбить родную дочь, не смог сдержать клятву, которую дал Мелиссе, перед самой её смертью.        Отец отрёкся от неё, скинув на шею Калленов, те — добрые души — согласились, они не могли бросить её. Потом она познакомилась с Ренесми. Для неё было чудом, что она будет общаться с такой же необычной девочкой, как и она сама. Никки разделяла её мысли. Девочки быстро сдружились и были как сёстры.        — Брось. Это всего лишь бред, — боясь за подругу, произнесла Несси, заканчивая причёску. Она волновалась за Николь, ведь та была её лучшей подругой, сестрой. Той, с кем она делилась самыми сокровенными мыслями и чувствами. Они всё делили на двоих: неудачи и счастье, даже комната у них была одна на двоих. Они наверняка бы даже спали в одной кровати, если бы обе не брыкались во сне, сталкивая друг друга на пол.        — Сегодня на редкость тепло. Погода разгулялась, — Никки решила сменить тему и отвлечься от пугающих слов матери. Потеребив в руках кончик волос, который был стянут резинкой, девушка глубоко вздохнула и улыбнулась самой счастливой улыбкой, смотря на палящее солнце. Для Форкса, в котором они обитали, это было большой редкостью.        — Да, ты как всегда права. Надо пользоваться этим. Пойдём в магазин, обновим гардероб к лету? — предложила Несси, вставая с примятой травы, протягивая тонкую руку Никки. Блондинка благодарно приняла этот жест со стороны Каллен и ухватилась за конечность, поднимаясь с насиженного места. Николь кивнула в знак согласия, и обе девушки на вампирской скорости направились в гараж за машиной.        Оказавшись на месте, Ренесми отлучилась за банковской картой, сказав подруге выбирать автомобиль, на котором они сегодня поедут по магазинам. Николь выбрала ярко красную машину без крыши. Ей всегда нравилась эта машина. Несси называла её «моя свирепая кошечка». Такое название автомобиль получил за быструю скорость, которую так любила Ренесми.        Стоун широко улыбнулась, вспоминая, как они с Несси сбежали от Калленов, пока те были на охоте, и поехали на трассу соревноваться с местной молодёжью. Они выиграли, но получили дома хорошую взбучку от Беллы, которая чуть не умерла от страха, если бы это было возможно.        Николь принюхалась — рядом был Джейк. Он всегда ревновал Несси к ней, ведь порой так случалось, что Несси совсем забывала про своего пушистого друга, благодаря Стоун. Поэтому у них были натянутые отношения, редкие издёвки и подколы — ничего более.        Ренесми не нравилось, когда они ссорились. Дампиршу это сильно расстраивало. О! Несс была такой ранимой. Никки боялась иной раз сказать плохое про Джейка, ведь дальше последуют истерика и слёзы Каллен.        Никки была совсем не плаксивой, в отличии от изнеженной Ренесми. В этом было ещё одно различие между девушками. Но те узлы, которые их связывали, были намного существеннее, чем какие-то различия.        — Куда-то собрались? — слегка грубо поинтересовался Блэк. Николь закатила глаза и раздражённо выдохнула, благо она стояла к парню спиной. Её утомляло общество оборотня, а его самого бесило присутствие Никки в жизни Ренесми. Он считал, что дампирша уже достаточно взрослая и ей стоит убраться из Форкса подальше.        Послышались лёгкие шаги. Ренесми. Наконец-то. Никки еле сдерживалась, чтобы не огрызнуться в ответ. За неё ответила Несси, кидая ей в руки ключи и банковскую карту.        — Всё хорошо, Джейк. Мы просто покатаемся и пройдёмся по парочке магазинов в Сиэтле, — успокаивающим тоном проговорила Каллен. Стоун уже расположилась на переднем сиденье машины и ждала подругу.        — Почему я не могу поехать с вами? — спросил Джейк. Ревность бурлила в нём. Он был привязан к Несси, а эта дампирша с ненормальными наклонностями путалась под ногами.        — Потому что я в тебе не нуждаюсь, — достаточно резко заявила Каллен и прошла к машине. — Будь так добр, освободи проход, — попросила Несси. Оборотень что-то прошептал себе под нос и скрылся из виду.        Подруга села в автомобиль и завела свою малышку. Они тронулись с места и поехали на встречу новым приключениям. Никки удивлённо поглядывала на неё. Ренесми заметила это и, не отрывая взгляд от дороги, спросила.        — Что?        — Зря ты так с ним. Не слишком ли жестоко? — задала волнующий её сейчас вопрос Никки. Ренесми никогда прежде не грубила своему блохастому пушистику. Несси, подобно подруге, закатила глаза, а её руки с силой впились в руль, показывая злость их хозяйки.        — Он разозлил меня. Я говорила ему, что хочу проводить время с тобой, а он этого не понимает. Я сорвалась, обидела его. Мне жаль. Но по-другому он бы не отстал. Я извинюсь перед ним, обещаю, — с каждым словом тон становился всё мягче, а в конце вернулась спокойная Несси. Проявление агрессии было для неё нетипичным, она обычно больше плакала от обиды, нежели злилась.        — Хорошо. Вот и вернулась добренькая Каллен, — подколола её Никки, широко улыбаясь, оголяя белоснежные зубы. Ренесми тоже рассмеялась, понимая, какой злюкой была пару мгновений назад. Она по-детски надула губки и с видом нашкодившего ребёнка произнесла:        — Я больше так не буду!        — Ох, не зарекайся! — предупредила её Стоун, смотря на пейзаж открывшийся ей: ничего особенного, обычный лес; обычные машины, проезжающие рядом.        Они ехали уже сорок минут — для поднятия настроения включили любимый альбом Несси и пели его в унисон, иногда срываясь на крик. Радость бурлила в них, словно кипяток. Наконец, они доехали до магазинчиков Сиэтла. Что ж, предстояло разорить все магазины, потому что Каллен уверенно тянула её за собой, желая наконец прикупить себе парочку новых вещей. Ну или больше, чем пару. Намного больше.        Через несколько часов изнуряющих примерок, девушки вышли из магазина и кинули пакеты с купленными вещами на заднее сиденье. Пора было отправляться назад. На обратном пути они включили аудиокнигу и слушали её. Никки очень устала и уже через пару минут поездки вырубилась, заставляя Ренесми умилиться её спящим личиком. Она безумно любила её.        Каллен доехала до дома и остановила машину. Из дома, услышав рёв двигателя, высыпались вампиры. Никки до сих пор пробывала в царстве Морфея и смешно кривила губы. Ренесми улыбнулась, начиная будить подругу.        — Никки, дорогая, вставай, доехали, — гладя Стоун по плечам, произнесла Несси. Николь нехотя открыла глаза, зевнула и сладко потянулась, вытягивая ноги, насколько ей позволяло место. Придя в себя ото сна, Никки вышла из машины и забрала пакеты с вещами. Ренесми плелась позади неё и кинула Эммету ключи, с просьбой перегнать автомобиль в гараж.        Бросив пакеты на пол, девушка расположилась на мягком белом диване. К ней тот час же присоединилась Каллен. Но минута покоя быстро кончилась, так как со второго этажа послышался голос Элис. Она грациозно подплыла к ним и начала рассматривать вещи, которые они купили        — Так-так. Вроде бы неплохо, — вынесла свой модный вердикт эльфийка, вертя в руках вещи. Стоун по привычке устало закатила глаза и поднялась с дивана, желая пойти в комнату. Её остановил требовательный голос Элис:        — Нет-нет, ты никуда не пойдёшь. Впереди примерка! — весело сообщила вампирша, кидая им с Несси вещи. Теперь они обе закатили глаза и грузно выдохнули, нехотя одевая на себя одежду. Эльфийка каждый раз громко хлопала в ладоши и восхищалась нашим вкусом в одежде. Под конец примерки мы с Ренесми выбились из сил и сбежали от этого модного урагана по имени Элис Каллен.        — Боже, это невозможно терпеть! — воскликнула Никки, стягивая с себя одежду и кидая её куда-то в шкаф.        — Не говори! — согласилась с ней Несси, снимая туфли на огромком каблуке.        — Не знаю как ты, а я спа-а-а-ть! — протянула Никки, кутаясь в одеяло. Девушка прикрыла глаза и сразу же заснула.        Ренесми ничего не оставалось, как последовать примеру подруги и тоже лечь спать.       

***

       Ранним утром Никки разбудил вой одного из духов. Девушка разлепила глаза и привстала на локтях, чтобы рассмотреть гостью, которая пришла к ней на этот раз. Это был дух молодой девушки; она стонала и плакала. Но слышала это только Никки, которая обладала уникальным даром видеть души умерших.        Привидение не унималось; умершая летала из стороны в сторону, громко всхлипывая. Серая оболочка поднялась к потолку и кинулась на землю, растворяясь в воздухе, словно дым. Николь грустно улыбнулась — этой девушке уже ничем не помочь. Неспокойные души будут страдать всю свою смерть. Картинки собственной гибели будут мелькать перед их глазами всегда. Никки было жаль их, порой они успокаивались и рассказывали про свою несчастную смерть и жизнь. Стоун всегда их внимательно слушала, внимая их горю.        На этот раз дух не исчез, а лишь притаился за спиной Николь. Приведение протяжно завыло прямо в ухо дампирше, от чего она вздрогнула и обернулась. Приведение поняв, что оказалось обнаруженным, спряталось под кровать Ренесми, которая сладко спала.        Никки села на четвереньки и аккуратно подползла к кровати подруги. Девушка начала звать бедного духа и, сдавшись, приведение вышло из укрытия, паря рядом с Николь.        — Что с тобой? Видишь свою смерть, да? — спросила Никки, с жалостью смотря на прозрачную оболочку. Дух кивнул, пуская слёзы. Стоун погладила воздух, пройдясь по плечу приведения.        Вспомнив недавнее поведение духа, Никки поняла, что девушка упала с обрыва и теперь не может успокоиться, оплакивая свою смерть. Самоубийцы всегда печальнее других духов.        — Печально это, — вздохнула Никки, смотря на страдания бедной девушки.        Дух медленно вылетел в открытое окно и растворился в воздухе. Никки потёрла лицо, поняв, что сон для неё недоступен. Можно было спуститься вниз и поиграть с Карлайлом в шахматы, или же погоняться за пумами в лесу с здоровяком Эмметом, который опять сказал бы, что она черезчур медленная, даже для своего положения дампира. Никки бы в шутку обиделась, а потом озорно рассмеялась, спугнув добычу Каллена. Эммет разозлился бы, это точно!        Решив, что сегодня, она предпочтёт шахматы, Никки принялась одеваться. Её выбор пал на чёрное платье с рукавами три четверти и объёмную юбку до колен. Обувью сегодня для неё послужили туфли-лодочки, на небольшом каблуке. Свои блондинистые волосы девушка аккуратно расчесала и закрепила заколкой височные пряди, для собственного удобства.        Поцеловав спящую подругу в щёку, Никки спустилась вниз. Там сидел Карлайл, со скучающим видом читая очередную книгу.        — Не составите мне компанию? — подойдя к шахматному столику, спросила дампирша, легонько постучав по нему пальцами.        — Ты сегодня рано встала, — тихо произнёс вампир, не поднимая на Стоун взгляд. Но тут же книга была закрыта, а внимание было сосредоточено на девушке. — Конечно, милая, я сыграю с тобой.        Они играли около часа. Никки с лёгкостью побеждала, Карлайл же ломал голову, как она это делает. Но вскоре девушку начало утомлять это занятие, и она встала из-за стола. За окном появились другие Каллены. Они радостно смеялись и толкались, словно дети.        Очевидно вампиры вернулись с ночной охоты. Они прошли в дом, стараясь быть тише, дабы не нарушить крепкий сон Ренесми. Белла с Эдвардом попрощались со всеми и отправились в свой дом, находящийся неподалёку от главной резиденции Калленов.        Через три часа Несси соизволила встать с кровати. Никки должна была признать, что её немного раздражало то, что Ренесми так долго спит. Ей было скучно одной. Пока подруга спала, она развлекала себя чтением книг или общением с теми же духами.        Бодрой походкой младшая из Калленов спускалась вниз. Сегодня на ней были практичные джинсы и белая футболка. На ногах красовались новенькие конверсы.        Счастливо улыбнувшись, Ренесми притянула Стоун к себе и сильно прижала, долго обнимая. Эсми кружила вокруг внучки, раскладывая еду для обеих девушек. Они поели и поблагодарили любимую бабушку. Хотя, глядя на неё, трудно было назвать её бабушкой, но девушки привыкли.        Подкрепившись, Несси побежала в лес, дабы встретиться с Джейком, которого вчера обидела. Зачем-то она взяла с собой Никки. Как дампирша не говорила ей, что это плохая идея, но её слова Несси не слышала. Пришлось идти вместе с Каллен.        Никки чувствовала себя лишней, с каждой проведённой минутой в компании волка это чувство росло в геометрической прогрессии. Они гуляли по берегу Ла-Пуш. Николь старалась держаться чуть поодаль, чтобы не бесить Блэка, который не мог терпеть её присутствия.        Внезапно оборотень остановился и схватил Ренесми за руку. Никки подошла ближе, заинтересованно глядя в глаза Джейкоба, который кажется, что-то почувствовал.        — В доме, кто-то чужой. Спешим, возможно им нужна помощь, — учуяв своим превосходным нюхом чужаков, крикнул Джейкоб, схватив Ренесми за руку. Услышав про угрозу, они одновременно ахнули и на вампирской скорости помчались домой.        Николь влетела в гостиную первой. Она замерла в проходе, на неё изучающе смотрели пара кроваво-алых глаз. Девушка сразу сделала вывод о том, что это вампир. Присмотревшись, она увидела золотой кулон в форме буквы «V». Это значило, что вампир принадлежит к правящему клану Вольтури.        Секунда, и тело Ренесми толкает её вперёд. Несси испуганно ахнула, смотря на подругу, которая благодаря ей лежала на полу. Никки застонала от боли, толчок был не из слабых. Стоун приподнялась и наткнулась на идеально вычищенные туфли около своего носа. Повезло, так повезло. Упасть под ноги одного из Вольтури — какое счастье!        Дампирша подняла голову вверх. Там она вновь встретилась с алыми глазами убийцы. Теперь она узнала этого вампира. Перед ней стоял никто иной как Аро Вольтури собственной персоной. Он, как истинный джентльмен, подал ей руку. Она с опаской во взгляде ухватилась за неё и в тоже мгновение была поднята на ноги.        Вампир не спешил отпускать руку девушки, исследуя её мысли. Ренесми в это время уже переместилась к матери и зажимала рот ладонью.        — Прости меня, — одними губами прошептала Несси, чувствуя свою вину в случившемся.       

***

       — Как это необыкновенно, видеть то, что навсегда сокрыто от глаз посторонних. Твой дар возвысит тебя среди бессмертных, Николь, — Аро театрально вздохнул и отпустил её руку, смотря на неё как на божество. Словно она венец в его коллекции одарённых вампиров. — Согласна ли ты пойти со мной? — Аро облизнулся, он был одержим ею. Она стала для него особенной. Её дар не был боевым, но притягивал к себе не хуже дара его милой Джейн. Но теперь даже её дар причинения невыносимой боли, мерк перед величием дара дампирши. В их немой диалог взглядов вторгся Карлайл с намерениями вытянуть девушку из этого болота, в которое её стремительно затягивал глава клана.        — Аро, боюсь, это невозможно!        — И почему же? — голос вампира стал намного холоднее, в нём появились опасные нотки. Вольтури отошёл от дампирши, приблизившись к Калленам. Никки видела, как Ренесми вжалась в стену, стоя за спиной Беллы. Без сомнения, она бы глотку перегрызла за свою дочь.        — Она наша семья, поэтому никуда не пойдёт. Не втягивай её в этот омут грязных интриг, Аро! — глава олимпийского клана смело выдвинулся вперёд, произнося свою тираду.        — Мне кажется, это более чем кощунственно, скрывать такой дар от нашего мира. Тем более, я прочитал в её мыслях, что её тяготит нахождение здесь, рядом с вами. Её душа хочет путешествовать. Ей было бы неплохо посетить Италию. Как считаешь, милая Никки? — дампирша была очарована им, от него веяло холодом, статью и силой. Огромной силой, которую девушка ощущала кожей. Она невинно хлопала глазами, засмотревшись на Аро.        — Да, я согласна, — слетело с губ совершенно непроизвольно. Её согласие Каллены приняли в штыки, пытаясь отговорить от такого опрометчивого шага. Но было поздно, Николь попала в сети коварного Аро Вольтури. Её никто не спасёт. Вольтури кивнул ей, как будто точно знал, что она согласиться. Он был отличным манипулятором, и девушка знала это, но противиться не могла. Не хотела.        Ей и правда было тяжело находиться с Калленами. Она была словно в клетке. Конечно, она любила Ренесми, но внезапный порыв окутал её и застлал глаза, она неосознанно повиновалась ему.        Впереди её ждала неизвестная дорога, выложенная острыми кинжалами. Николь прочувствует на себя всю боль мира, ей отчего-то так казалось.