𝐂𝐡𝐚𝐩𝐭𝐞𝐫 16 ̴О̴̴н̴̴а̴ ̴п̴̴о̴̴ч̴̴т̴̴и̴ ̴о̴̴т̴̴о̴̴м̴̴с̴̴т̴̴и̴̴а̴

      Кёсем стремительно направилась в темницу, навестить Гюльбахар. Хаджи кое-как успевал за своей Султаншей и молился; как бы ничего не произошло. <POW Кёсем> О, Аллах, я сама сейчас её пытать буду, раз никто не осмеливается! Пусть только попробует сказать хоть одно отрицательное слово — она будет мёртвая! Ей повезёт, если у неё будет могила, что навряд ли. Лучше бы она сейчас молилась, чтобы мне что-то тяжёлое под руку не попалось! Я шла настолько быстро, что не заметила, как подошла к темнице. Спустившись, приказала стражнику открыть решётку в камере Гюльбахар. Как мне было приятно смотреть на то, как она мучается; сидит с синяками под глазами, слабая, волосы потрёпаны. Держится, змея!  — Валиде Султан, — встала поклонилась эта заловка, заметив меня. Хаджи стоял за камерой, но всё было, конечно же, слышно. Ну и пусть, мне нечего скрывать от него, тем более он мой верный слуга.  — Гюльбахар, — улыбнулась я уголком губ, — Я задам тебе вопрос и, если ты честно ответишь, будешь жить. — Вот такое условие я ей поставила. Естественно, в душе я понимала, что она не сдастся и будет держаться до смерти, но это не унимало моего желания её задушить!  — Что вас интересует, Султанша? — уверенно спросила она.  — Ты устроила тот пожар? — грозно спросила я, глядя на её бестыжие, забегавшие в разные стороны глаза. Но прошло пару секунд и она взяла себя в руки.  — Нет, что вы, Султанша, как бы я посмела? — единственное, что она смогла произнести. Я почувствовала, что мой гнев скоро выйдет наружу, причём, скорее всего, прям на Гюльбахар. Я пристально смотрела на неё, от чего она видно заёжилась.  — Значит, признавать свою вину ты не хочешь? — усмехнулась я её лжи. Как же глупо это смотрелось! Она сама прекрасно понимать, что её рассекретили, но она, как упёртая коза, стоит на своём!  — Султанша, я сама не понимаю, кто решился на такое? Это большое преступление! Вас чуть не погубили с Кеманкешем Пашой… Но, к сожалению, погиб ваш нерождённый ребёнок… А вот это она зря! Моё терпение и умение сдерживать себя попрощались со мной! Да кто она, вообще, такая?! Как смеет обо мне говорить?! Я сделала большой шаг вперёд и взяла эту змею за шею, сильно сжав.  — Как ты смеешь со мной так разговаривать! Что за дерзость?! Я вижу тебе жить надоело! Погиб мой ребёнок по твоей вине и ты мне говоришь о сожалении?! — я вцепилась в её шею второй рукой, начав бить её голову о стену. Я смотрела на её сморщившееся от боли лицо, не прекращая злодеяние, но я так же и понимала, что делаю правильно, пусть мучается, она заслужила, она сломала моё счастье!!!  — Султанша… — хрипло произнесла Гюльбахар, — Я… не виновата… Меня… Ок… леветали… — превозмогая боль говорила она, но я будто ничего не слышала. Я так и била её о стену, пока не произошло неожиданное для меня… Гюльбахар схватила мою руку и мёртвой хваткой вцепилась в неё, пытаясь оттащить от себя; кажется она не хочет умирать, а жаль! Я усмехнулась и ещё сильней била её о стену. Затем я резко отпустила её и, отойдя на полшага назад, потянула её за руку и она, споткнувшись о платье, упала на колени на холодный пол. Я, подойдя к ней и сев на колени, взяла грубо её лицо в руку, сжав его.  — Не смей мне врать! Тебе может поверить кто угодно, но не я! — прорычала я. О, Боги, я сама не понимаю, что делаю. Я вновь начала бить её, только уже по лицу, и вновь душила. Она махала руками и ногами, но ей помог только Хаджи. <конец POW Кёсем> Как только в камеру вошёл слуга, он оцепенел. Увидев, что Валиде Султан безжалостно избивает Гюльбахар, он тут бросился оттаскивать свою Султаншу от уже полу-мёртвой женщины.  — Валиде Султан, прошу пойдёмте отсюда, вам нужно успокоится, идёмте в покои! — испуганно с дрожью в голосе протороторил Хаджи. Евнух, взяв под руки Кёсем, которая полностью погрузилась в своё дело, начал буквально тащить её к выходу.  — Отпусти меня! Она должна заплатить за всё! Она испортила всё! Скормите этот «живой труп» волкам в лесу! — ругалась на всю темницу Валиде. Обеспокоенный Хаджи кое-как вывел Султаншу из темницы. Стража замерла от страха при виде Кёсем: волосы растрёпаны, корона где-то упала, платье грязное, красные от и злости глаза и лицо, дрожащие руки, испачканные в крови жертвы.  — Позовите лекаря для Гюльбахар Султан! Никто не должен знать о произошедшем, иначе жизнями поплатитесь! — распорядился Хаджи, перед тем, как выйти из темницы. Поднявшись в гарем, он начал осматриваться, дабы их никто не увидел. Так же держа Кёсем со спины за руки, он направился по коридору в покои. <POW Кеманкеш> Я поспешил осуществить приказ Султана Мурада и поэтому пошёл к темнице, чтобы те даже ночью не спали, на случай, если Гюльбахар захочет сбежать. Но те тут-то было… О, Бог мой! Это Кёсем и Хаджи?! Что с моей женой?! Что произошло, она в порядке?! Я увидел свою жену, под руки идущую с Хаджи, она была явно не в состоянии идти сама, потому как шли они медленно, а Кёсем немного ещё и шаталась. Я поспешил к ним, молясь, чтобы всё было хорошо, какой же я идиот! Она кое-как идёт по коридору, а я тут думаю о хорошем! Идиот!  — Кёсем! — вскрикнул я, практически догнав их со слугой. Хаджи, бедняжка, от неожиданности дёрнулся, резко повернувшись и смотрел на меня испуганными, как у зайца глаза.  — Паша… — то, что он смог выпалить. Я, увидев его ступор, взял жену, которая была на шаге от отключки сознания, на руки и быстро направился в наши покои.  — Хаджи, немедленно расскажи, что произошло! — прорычал я, стремительно направляясь в «укрытие». Я через раз смотрел на жену и на коридор, дабы её споткнуться об что-нибудь. Вид Кёсем меня изрядно удивил! Когда я вновь взглянул на неё, я понял, что она окончательно потеряла сознание. Зайдя в покои, я приказал позвать лекаря, не дай Аллах Гюльбахар что-то сделала Кёсем! Тогда я точно всем руки поотрываю! Через пару минут в покои влетела лекарша, я не удивился тому, что её лицо приняло испуганный вид, невинной овечки.  — Хатун! Быстрее осмотри нашу Султаншу! — приказал я, тем самым выведя её из шока. Пока Лекарша разбиралась с состоянием моей Кёсем, я позвал Хаджи на балкон, перед этим дав ему воды, иначе он бы так и стоял, весь трясущийся от чего-то.  — Хаджи, не молчи! Я должен знать, тчо произошло! — более-менее спокойно начал я.  — Паша… Султанша… Она избила Гюльбахар Султан… — тихо проговорил Слуга. Честно, я не ожидал! Где же сдержанность моей жены? Её упрямство? Остроумие? О, Аллах, злость совсем затмила ей ум! Я помогу ей прийти в себя, это ведь и моя потеря… Хаджи рассказал мне всё в подробностях, и Гюльбахар меня не интересовала никак, лишь бы жива осталась, иначе зачем нам доказывать её виновность?  — Паша, я закончила, — сдержанно произнесла Лекарша, выйдя на балкон.  — Каково состояние Кёсем Султан? — обеспокоеннос спросил я, но внешне не подавал виду.  — Она сейчас спит, я дала ей снотворное. — На руках, лице, шее, да и в принципе, по всему телу присутствуют небольшие синяки и царапины. — Голова Султанши может сильно болеть, если такое будет то, дайте ей лекарство. — протянула женщина мне пару небольших флаконов с лекарством бледно-жёлтого цвета.  — Хорошо, можешь идти. — освободил я её, но чуть не забыл, — Только попробуй кому-то что-то поболтать тут же окажешься на дне Босфора! — тишо, угрозительно прошипел я. Та, нервно сглотнув, сказала, что будет молчать и удалилась.  — Хаджи, узнай о Гюльбахар, жива ли она ещё, — отдал я приказ слуге моей Кёсем. Как только он вышел, я начал продумывать, что делать дальше, рассказать всё Султану или, может, не надо. О, Аллах, мои запутались, я уже не понимал как правильно! Мои мысли прервали открывающиеся дверь… Ну, всё… Скандал обеспечен! Хотя я не понимал всю серьёзность, Гюльбахар же наш враг и сам Падишах это знает. Дай Аллах всё будет хорошо… <конец POW Кеманкеш> В покои вошла Гевхерхан, старшая дочь Кёсем. Неизвестно, просто ли она хотела проведать свою Валиде или же что-то случилось. Её лицо резко изменилось на страх и удивление, в перемешку с волнением.  — Кеманкеш Паша? Что с моей Валиде?! — испуганно спросила Гевхерхан.  — Султанша… Произошёл небольшой инцидент, но Валиде Султан ничего не угрожает, — объяснил Кеманкеш.  — Расскажи, что случилось. Повелитель знает?  — Нет, Султанша. Несколько минут назад из покоев вышла лекарша, до Повелителя информация ещё не доходила… — Паша начал вводить в подробности Султаншу и та была горда за свою мать, как ни странно, но и удивлена в то же время, ведь Кёсем раньше не могла позволить себе ударить кого-то, а сейчас?.. Злость, ненависть, горе… Вот это путеводители Кёсем, пока она не забудет всё своё горе, которое может заменить только счастье.  — Кеманкеш, как моя Валиде? Надеюсь, она не сильно пострадала? — тихо спросила Гевхерхан. Вместо ответа мужчина подошёл к кровати Кёсем и приподнял одеяло, показывая синяки и царапины на руках и шее, которые оставляла Гюльбахар, дабы усмирить соперницу, но её это не спасло.  — Надеюсь, всё обойдётся… Мы должны сообщить Мураду, — утвердила Гевхерхан и вышла из покоев. Мурад с Гевхерхан пришли в покои, где был Кеманкеш с Кёсем, буквально через пятнадцать минут. Сын не знал, как на такое реагировать и стоит ли давай матери за это наказание. Он долго размышлял и принял решение… <POW Кёсем> Я открыла глаза. Около минуты пыталась привыкнуть к свету, который так и светил в мне в глаза, от чего я морщилась. В теле ощущалась некая слабость, и головокружение. Повернув голову я увидела сидящего на полу Кеманкеша, который держал мою руку. О, Боги, кажется, я вспомнила, что я натворила! Надеюсь, Гюльбахар жива… Ведь я её успела сказать ей «прощай!» перед тем, как она умрёт от моих рук! Я попыталась привстать, но этого у меня сделать не получилось, даже задача просто подняться на локти составила мне уйму боли. От бессилия я свалилась назад на подушку, и тут проснулся Кеманкеш.  — Кёсем, подожди не вставай, — обеспокоенно сказал мой муж, резко встав с пола. Он подбежал к столику и взял из шкатулки небольшой флакон, который, как я понимаю, должна выпить. Супруг приподнял мою голову и, открыв флакон, помог мне выпить содержимое.  — Дорогая, лучше не вставай пока, — заботливо произнёс он. Как же мне было приятно. Улыбнувшись, я дала ему понять, что мне легче и он поправил одеяло, сев рядом со мной на постель.  — Не думал, что ты можешь руками так махать, — усмехнулся мой муж, я, конечно, тоже посмеялась, вспоминая, как безжалостно, буквально убивала эту змею!  — Я даже сейчас не спокойна, Кеманкеш, — обеспокоенно сказала я, — Я думала, что она признается, но она утверждала, что это не она… — разочарованно продолжила я.  — Султанша моя, ты должна это забыть. Нужно жить настоящим! — улыбнулся грустно муж. Я оставила эту мысль без ответа.  — Ты же вчера сказала, что не будешь влазить в это дело? — чтобы как-то разрядить напряжённую обстановку сказал Паша, сделав победное лицо.  — Если ты бы знал только, что я чувствую, может быть, даже поддержал, — отвернулась я от мужа. И вот, снова я почему-то начала обижаться, причём на свои же слова.  — Эй, не надо дуться, моя крошечка, — весело проговаривал Кеманкеш.  — Какая это я тебе крошечка?! — возмутилась я, протянув предложение.  — Моя, Кёсем, моя! — поцеловал меня муж.  — Ну ладно, — хитро улыбнулась я.