1

      — Скорпиус, подожди! Неужели тебе сложно?       Задорные веснушки и рыжие волосы, освещенные лучами январского солнца, что так причудливо преломлялись сквозь толстые оконные стекла древнего замка, уже десять минут маячили перед глазами Скорпиуса Малфоя. И, кажется, не собирались сдаваться.       — Пожалуйста, я прошу!       Когда Лили Поттер говорила «пожалуйста» своим тоненьким звенящим голосом и смотрела на него янтарными радужками, у наследника древнего рода не оставалось ни единого шанса отказать ей.       Пришлось отвести взгляд, чтобы не увязнуть в трясине ее очарования, запустить одну руку в светлые волосы, слегка взъерошить их, увидеть тонкую паутинку в углу коридора, вспомнить всех своих родственников по именам в десятом колене и только тогда вернуть внимание рыжеволосой особе, которая подловила его этим солнечным утром в одном из коридоров Хогвартса.       — Напомни, на кой дементор тебе понадобилось это? — Малфой-младший кивнул в сторону небольшого эркера, отходящего от коридора, приглашая Лили отойти. Он не любил посторонние уши. А ушей было предостаточно. И немудрено, ведь он — единственный сын Драко Малфоя, бывшего Пожирателя Смерти. По логике многих, он был тем самым яблоком, что упало очень уж близко от родительского древа.       — Я же сказала уже, — Лили чуть оперлась о подоконник и начала спешно объяснять: — Мне надоело, что Ал вечно забирается мне в голову. Вчера он сделал мне выговор, — она заправила прядь огненных волос за изящное ухо и добавила обиженным тоном: — Будто мне пять лет и я сама не понимаю, что хорошо, а что плохо.       — А ты, значит, понимаешь? — не удержался от легкой шпильки слизеринец.       Лили наградила его уничижительным взглядом и, скрестив руки на груди, продолжила:       — Я знаю, что ты умеешь защищать мысли, и Ал не может их читать. Я тоже так хочу.       Это было правдой. Еще не хватало, чтобы кто попало, даже лучший друг, лезли в его голову. Не то чтобы Малфой вынашивал план воскрешения Волан-де-Морта и порабощения всего мира, но блондин слишком любил свои личные границы. Его иной раз передергивало, если кто-то малознакомый или вообще чужой подходил к нему чересчур близко, чего уж говорить о мыслях, чувствах и желаниях. Все это было закрыто на семь замков, и ключи были надежно спрятаны.       — А за что был выговор? — поинтересовался парень, уже в который раз соскакивая с основной темы.       Лили постаралась унять растущее раздражение перебиранием волос, благо они были идеально гладкие и беспрепятственно скользили между изящных пальчиков. Так всегда было, когда они разговаривали. Скорпиус всегда уходил от прямых ответов, отпускал колкости, подтрунивал над ней, но это никогда не было со злостью. Нет, это было скорее похоже на игру, в которой он проверял ее терпение. Они не дружили, Лили была просто младшей сестрой Альбуса. Просто младшей сестрой лучшего друга, которая выбивала воздух из его легких своей улыбкой.       — Он сказал, что мне не стоит гулять с Джо, — буркнула гриффиндорка и снова заправила волосы за ухо. Холодные глаза напротив поглотили это движение с такой жадностью, словно это было невиданное ранее сокровище, чтобы потом не раз визуализировать его наедине с собой, представляя будто бы это его рука.       — Джо? — Малфой изогнул бровь, делая вид, что понятия не имеет, кто это. Хотя на деле он уже обдумывал план по распятию этого незадачливого поклонника.       — Да, Джо Томас, он с Когтеврана. К чему эти вопросы? — она оттолкнулась от подоконника и сделала шаг к Скорпиусу. И теперь стояла почти вплотную к нему, тем самым нарушая все дозволенные и недозволенные границы. — Я попросила помочь, ты сможешь?       — Хорошо, — сдался парень и отступил назад, чтобы не потерять маску равнодушия, которую он так привык носить. Ведь не дай Мерлин, Лили подумает, что его слизеринское нутро пришло в восторг от ее предложения.       — Ох, — губы девушки начали расплываться в улыбке. — Спасибо, я…       — Но что я получу взамен? — Он хитро прищурился.       Ну разумеется, чтобы она точно ничего не поняла, надо состроить привычного Малфоя с предпринимательской жилкой. Сыграно на ура, ведь улыбка на лице Поттер потухла, а на вздернутом носике появилась небольшая морщинка, говорящая о том, что Лили задумалась.       — Я, я… Не знаю, — честно ответила гриффиндорка. — Что ты хочешь? Если бы ты знала, чего я хочу, ты бы никогда не попросила меня о помощи.       Скорпиус и сам на мгновение задумался. Что он мог попросить у нее? У него всегда было все и даже больше. Его семья даже после всей грязи, в которой их искупало волшебное сообщество, все равно осталась состоятельной. И малышу Скорпиусу никогда не отказывали в его прихотях и просьбах. В своей мере он был избалован и подарками и вниманием. Единственное, что он до безумия желал было одновременно близко, протяни руку и возьми, и в то же время страшно далеко. Лили оказалась для него тем самым камнем преткновения. Мечтать о ней было не просто нельзя, это было запретно, и от того так блаженно прекрасно.       — Приходи сегодня в девять на шестой этаж, там и скажу, — остался верным себе и своим любимым интригам блондин.       После этого парень развернулся и направился в сторону Большого зала, а Лили, успевшая лишь крикнуть «не говори моему брату», последовала за ним в том же направлении.

***

      «На кой хрен я согласился?»       Эта мысль преследовала Малфоя весь день. Сидя за завтраком, за обедом, за ужином, сидя на уроках и в перерывах между ними, она, как опухоль, проросла на его внутренней подкорке и продолжала расползаться непонятной тревогой по телу. Это было глупо. Глупо настолько, что ему было стыдно за свое малодушие и неумение сказать ей «нет».       А надо было. Надо было держаться подальше, как можно дальше. Через четыре стола в Большом зале, так, чтобы даже при желании было сложно разглядеть ее огненную макушку. А вместо этого будешь учить ее окклюменции в каких-то считанных сантиметрах. Гениально! Еще и соврал Альбусу, что у тебя отработка вечером. Благо Ал не мог залезть в его мысли, иначе он был бы далеко не в щенячьем восторге.       Это ничего такого, просто помощь сестре друга. Просто помощь в защите ее разума от легилименции родного брата. Так, пустяк.

***

      Поднявшись на нужный этаж, Лили вдруг поняла, что не уточнила место встречи, поэтому она остановилась в небольшой рекреации рядом с лестницей. На этом месте любой, проходящий мимо, мог увидеть ее.       Малфой не заставил себя долго ждать. Он появился из темноты, словно призрак, совсем с другой стороны замка, нежели гриффиндорка, и тем самым заставил ее вздрогнуть.       — Не трусь, — заметив ее реакцию, сказал парень. — И иди за мной.       Обычно характер Лили Поттер не обладал такой покладистостью. Она часто спорила и не любила подчиняться. Но сейчас ей нужно было принять правила игры, чтобы получить желаемое.       Они быстро дошли до точки назначения, которой оказался заброшенный кабинет. Плотно закрыв за Лили дверь и наложив заглушающее заклинания, Малфой вальяжно расположился на стуле в середине класса. Выглядел он, как обычно, чрезмерно самоуверенно, чего нельзя было сказать о девушке, которая весь день предвкушала обучающий урок, а сейчас ее смелость куда-то подевалась.       На деле она всегда стеснялась лучшего друга своего брата. Вечно он говорил ей что-то такое, что убирало почву из-под ног. Но выкрутасы Альбуса порядком надоели ей и поэтому она была здесь и стояла как дура, не зная, куда себя деть.       — Может, начнем? — Поттер обошла один из столов и чуть приподняв себя на руках уселась на край парты.       — Пожалуй, — согласился с ней блондин. — Что ты знаешь про окклюменцию?       Он выглядел отстраненным и совершенно незаинтересованным в происходящем. Если бы Лили знала, каких усилий ему это стоило.       — Немного. Я знаю, что легилименции можно научиться, а можно родиться с ней, как Ал. Кажется, окклюменция не бывает врожденной, — ответила рыжая, продолжая сидеть на парте и покачивая ногой. Так она себя успокаивала.       — Но ты же знаешь ощущение, когда Альбус забирается тебе в голову? — уточнил парень.       — Да, — уверенно кивнула Лили, чем привлекла наконец-таки внимание Скорпиуса, который вплоть до этого момента увлеченно разглядывал пыль на партах.       — Хорошо, — парень чуть сменил позу, но прочитать его настроение было невозможно. Он всегда был загадкой. Загадкой, которую так упорно хотела разгадать добрая половина девушек Хогвартса. А загадка была как нельзя проста, ему было неинтересно. Неинтересно, когда ему вешались на шею или крутились перед носом, словно юла из детского набора игрушек. — По ощущениям врожденную легилименцию сложно отличить от приобретенной, но, я думаю, ты заметишь разницу. Мы с Алом, хоть и друзья, но очень разные, поэтому и магия у нас разная. Но принцип защиты одинаков, так что, если научишься со мной, с Альбусом будет даже проще.       — Почему? — тут же задала вертевшийся на кончике языка вопрос Лили.       — Потому что Альбус — ленивая задница, которая не хочет тренировать свой талант, — усмехнулся Малфой. — Да и залезть в твою голову — это как у первокурсника палочку отобрать.       — Ну да, конечно, — обиженно фыркнула Поттер. — А ты просто великий волшебник-легилимент.       — Есть немного, — Скорпиус самодовольно улыбнулся. — Не обижайся, Лили, но окклюменция это сложно и…       — Думаешь, у меня не получится? — она спрыгнула с парты и стала приближаться к нему, тем самым вполовину уничтожив показную уверенность парня. Ему было намного легче общаться с ней на расстоянии, нежели когда она подходила ближе и можно было разглядеть каждую веснушку на ее лице.       — Получится, если будешь стараться и заниматься, — ответил Малфой. — Но я сразу говорю, что это долго, — он сделал паузу и достал палочку. — Особенно для тебя.       — Что значит — особенно для меня? — тут же завелась девчонка и сделала еще несколько шагов в его сторону. — Ты что, самый умный?       Кажется, он просто мазохист, но не поддеть ее просто невозможно, ведь за этим всегда следует потрясающий спектакль в исполнении Лили Луны Поттер, а она — его любимая актриса.       — Конечно, самый умный, раз ты обратилась ко мне, — не удержался и подмигнул ей. — Ладно, пора начинать, — после этого он лениво встал со стула и крутя палочку в руке, добавил: — Отойди на пару шагов и достань палочку.       Малфой наблюдал, как она вытащила палочку из кармана джинсов, так отлично сидевших на ее бедрах. Ему стоило немалых усилий вести себя таким безразличным образом, ведь все его клеточки были в восторге от их тайного урока, но здоровая часть мозга, которую еще не успел поразить недуг по имени Лили, советовала ему делать ноги от греха подальше. Потому что он врал себе, врал что это просто одолжение для нее, что ему это может быть выгодно. Это было так глупо, что просто смех берет.       — И что мне нужно делать? — девичий голос отвлек его от блуждания по задворкам разума.       — Не пускать меня, — просто ответил Скорпиус. — Есть разные техники, тебе нужно подобрать свою. Кто-то строит стены, кто-то прячет все в коробки, это неважно, главное чтобы работало.       Лили кивнула и продолжила слушать наставления парня. На словах все было так просто: очистить разум, мысленно строить преграды или пытаться выталкивать оппонента и все в таком духе. На деле же все обстояло гораздо сложнее. Тут не было единого алгоритма, единой системы, каждый подбирал защиту под себя. Но Скорпиус сказал, что со временем разум сам подскажет, как ему удобнее прятать мысли.       — Готова? — кажется все, что можно было сказать, было сказано и наступил самый ответственный момент. Она снова кивнула и позволила ему проскользнуть в свои мысли.       Наверно, поэтому он и согласился ей помочь. Желание покопаться в ее мыслях всегда было велико. А теперь у него было не просто разрешение, у него был билет в первый ряд, если не в фан-зону.       Как он и думал, проникнуть в ее мысли были легко, словно намазывать тающий джем на тост. Лили не сопротивлялась, она, очевидно, не понимала, как это делать. И не только она, любой новичок не понимает, как можно огородить себя и свои мысли от непрошеных гостей.       В голове мелькали сюжеты, моменты сегодняшнего дня, но на первый план явно выплывала их встреча, то что происходило буквально несколько минут назад, его наставнические слова. Он чувствовал ее неуверенность, но и упрямство, ее желание научиться, доказать что она нечто большее, чем просто малышка Лили, дочь героя.       Очень хорошим легилиментом Малфой не был, окклюменция удавалась ему гораздо лучше, но Лили не противилась и поэтому ему было легко увидеть то, что лежало на поверхности, но ему отчаянно хотелось посмотреть глубже, заглянуть за завесу будничных мыслей Лили. Эта идея острым шипом вошла в его мозг, и он почти было забыл, что это лишь пробный урок для нее.       Его привлекло чувство, которое обволакивало не одно воспоминание и не одну мысль. И это было стеснение. Такое отчетливое и яркое, что оно притянуло его. Когда он уже собрался проникнуть в это нечто, сотканное из ее чувств, он ощутил сопротивление. Хотя нет, сопротивление — сильнее слово, тут было скорее недовольство, нежелание чтобы он туда лез. Но этого было мало, чтобы заставить его отступить.       Он увидел себя сегодня утром, когда она просила ей помочь. Скорпиус отметил, что выглядит он весьма недурно, если не сказать офигенно, особенно с ракурса невысокой Лили. Его эффектный рост, светлые волосы в лучах утреннего солнца, его пара колкостей и снисходительные улыбки, посланные ей. Да, все как нужно. Со стороны и не сказать, что его внутренности катаются на американских горках рядом с ней. Любуясь самим собой глазами Лили, он ощущал ее волнение и оно ему нравилось. Так нравилось, что захотелось посмотреть еще глубже, и он зацепился за воспоминание, которое встретило его с бОльшим сопротивлением. Он уже отчетливо слышал протест Лили, но ей не хватало навыков, чтобы вышвырнуть его.       В момент, когда он уже притронулся к этому воспоминанию, его вдруг откинуло прочь, в другие мысли, словно хозяйка резко сменила слайд в презентации. Но он успел увидеть первый кадр, где он жарко прижимает какую-то девчонку к стене. Через секунду Скорпиус уже сам вынырнул из ее головы и они встретились взглядами.       — Подглядываешь за старшими? — он тут же взял себя в руки, не давая ей понять свои истинные эмоции. За маской засранца, которой он так успешно прикрылся, был интерес. Ему хотелось досмотреть это воспоминание ее глазами, ощутить ее чувства в полной мере.       Узнать, досмотрела ли она до конца.       Лили выглядела озадаченной, растерянной и смущенной. Щеки слегка покраснели и было видно, что она никак не ожидала такого сценария. Многие, кто хочет научиться окклюменции, сначала не понимают, что до того момента, как они сумеют дать отпор, их учитель перелопатит огромную часть их мыслей и чувств. Неприятная, но неизбежная плата.       — Это получилось случайно, — Лили отвернулась и поправила длинные волосы. В сумраке кабинета, который освещался лишь лунным светом, они казались на несколько тонов темнее.       — Интересная случайность, не находишь? — он сам не понимал, почему не поступит, как взрослый и воспитанный человек и не продолжит их обучение. Если до конца быть честным с самим собой, все дело было в ее смущении и в румянце, который ему однозначно нравился.       Скорпиус замечал, что Лили частенько краснела, такая вот особенность ее нежной молочной кожи. Но она, кажется, никогда не краснела из-за него. Бывало, что она краснела от его с Алом похабных шуток, но тогда он списывал это на обычный стыд за их мальчишечьи глупости. Сейчас было иначе.       — Не нахожу, — она повернулась обратно к нему и он во всей красе насладился выражением ее личика. — Я знаю, ты слышал, что я просила туда не лезть, так зачем было так делать?       — Мне стало интересно, — просто ответил парень. — Тем более, ты мне не позволила увидеть, как долго ты подсматривала, — в его глазах плясали бесенята.       — Ничего я не подсматривала! — запротестовала Лили. — Я просто шла мимо, я не виновата, что твоя подружка такая громкая.       Малфой хмыкнул, ему это льстило. Но он решил пока оставить эту щекочущую нервы тему и продолжить обучение:       — Кстати, как ты это сделала?       — Я не знаю, просто не хотела чтобы ты видел, и само вышло, — она пожала плечами.       — Можем попробовать еще раз, — предложил Малфой, это было гадко, но досмотреть хотелось до ужаса.       Приняв удобную позу, он дал ей понять, что ей пора обороняться, если она не хочет чтобы он залез еще куда-нибудь. Он несколько раз залезал в ее голову за этот вечер и узнал о ней кое-что новое. Она бережно хранила все воспоминания о совместных вылазках, шалостях и приключениях с братьями, она боялась темноты, любила маггловский мармелад со вкусом кока-колы и не считала себя красивой, с чем он был категорически не согласен.       Пару раз в процессе обучения он старался уцепится за то самое воспоминание о нем, но каждый раз, Лили сменяла картинку, хотя и не выдворяла его из своей головы. Он смог увидеть самую малость, лишь поцелуи и его руки блуждающие по стройному телу. Хотелось, разумеется, большего, но он не стал наглеть. Не в этот раз.       Урок был окончен, потому что Малфой сказал, что ей нужно отдохнуть, так как окклюменция, особенно для новичка, отнимает много сил. Помимо заботы о Лили, он просто не хотел себе давать лишний повод забраться туда, куда не следовало.       — А как именно защищаешься ты? — уже идя в сторону башни Граффиндора, спросила Лили.       — Если хочешь, могу показать тебе как-нибудь, — скучающим тоном ответил блондин.       — Хочу, — живо ответила девушка. — О! И кстати, что ты хочешь за уроки?       Парень и сам забыл о том, что нужно попросить что-то взамен, он ведь якобы помогает ей не просто так. Не потому, что ему хочется провести время с ней наедине. На самом деле, он не придумал ничего стоящего, чтобы мог попросить. Желание? Все его желания, связанные с ней, карались смертной казнью со стороны его лучшего друга, так что это было бесполезно.       Но ответ неожиданно появился в его голове и Скорпиус победно ухмыльнулся:       — Ты дашь мне досмотреть то воспоминание, — не вопрос, а утверждение.       — Что? Нет! — тут же запротестовала Поттер, поняв, что именно он хочет увидеть. — Зачем тебе вообще это нужно?       — У меня свои интересы, — безэмоционально ответил слизеринец, продолжая идти вперед. Как обычно, играл он отменно. Ноль эмоций, полный дзен.       — Извращенец, — фыркнула недовольная Лили. — Попроси что-нибудь другое.       На ее словах Малфой вдруг резко остановился, разворачивая девчонку лицом к себе.       — Ты даже не представляешь, Лили, — его глаза сверкнули адским пламенем в тусклом свете коридора, — насколько я извращенец, — пауза, и ее распахнутые медовые глаза смотрят с интересом, изучают его. — И если ты не хочешь узнать, насколько, я советую просто согласиться на мои условия, иначе я просто не буду тебя учить.       Вот так, грубо и по полочкам. Должно сработать. Лили хоть и не знала его, как знал Альбус, но беспрекословные нотки стали в его голосе уловила. Снова сморщила свой носик, думала, явно взвешивала за и против.       — Я согласна, — наконец приняла решение девушка и скрестила руки на груди. — Но у меня тоже условие.       Малфой изогнул бровь. В этом вся Поттер, все равно гнет свое. Что ж, пусть попробует. Так даже интереснее.       — Я покажу тебе, но только после того как научишь защищать мысли.       — Идет, — Скорпиус на удивление сразу принял ее требование. — Но ты просто отсрочишь неизбежное.