Глава 13 "Звездное небо Большого Зала"

Растирая затекшую шею, впервые за долгие годы вновь облаченную в плен туго стянутого ворота, Северус Снейп глядел на огонь. Все казалось давним сном, забытым и вновь обнаруженным в сознании. Побелевшие от напряжения пальцы, сжимающие теплеющий огневиски, липкая сладковатая пленка на губах. Однако на это раз без тупой боли в висках и усталости, граничащей с болезненной апатией. Что же он видел в тот раз? Перрон. Толчея. Юные маги спешат на Хогвартс-экспресс. Он стоит у колонны, подпирающей свод и внимательно вглядывается в чей-то силуэт. Но чей?.. Пальцы его замерли, сойдясь на кадыке. К чему этот фарс? Он теперь совершенно иной человек, прежние роли, даже если они и столь привычны и понятны, уже не действительны. Кто воспримет восставшего мертвеца-героя всерьез, если тот будет тянуть старую песню? Да и в конце концов, он и сам не чувствует себя комфортно в этом треклятом сюртуке. Если прежде тот являлся спасительной шлюпкой в беснующемся океане, то теперь представал невыносимой клеткой, лишенной всякой надежды. Резкое движение и пуговицы посыпались на пол. Каждый шаг до Большого Зала казался особенным. С каждой пройденной ступенью он все глубже погружался в мысли о том, каков теперь Северус Снейп? Не поддастся ли он соблазну войти в прежнее русло, не вытянет ли маггловское прошлое, надетое однажды в качестве маски? Не задумываясь о маршруте, он вдруг резко остановился, занеся ногу для следующего шага и внезапно осознав, что стоит над исчезающей ступенью. То, чего уже не помнил мозг, сохранило тело. И Северус впервые сделал то, что никогда не позволил бы себе в профессорском прошлом, он задумчиво опустился на пол прямо посреди лестницы и заговорил сам с собою: — О, изменчивая фортуна, шаткое счастье. Ты собираешь сомнительные суды… Нет, я не жалею, что избрал Темный Путь. Лишь о том, что тот имел извращенную форму, противоречащую всему тому, к чему я неосознанно шел в юношестве. Теперь все иначе. И лишь теперь стоит выбор каким предстать пред вчерашними друзьями и врагами. Маг касался камня, точно впервые, глядел в выщербленный веками пол и никак не мог обуздать внезапный поток мыслей, отпечатавшихся, притаившихся в сетке трещинок древнего замка. Как малое дитя, смотрел он в прошлое и будущее, не осознавая их разницы и нарекая настоящим. *И двери Большого Зала распахнулись, открывая собравшимся высокую фигуру мага. Он уверенным шагом направился к преподавательскому столу, устремив свой взор в яркое пламя серебристых волос. Собравшиеся замерли, не в силах поверить в увиденное, но и не решаясь нарушить мгновение вопросами реальности происходящего. Каждый шаг звучал в такт ускорившемуся сердцу. Шлейф аромата ветивера и полыни — привкус, давно не звучавший даже в памяти. Бледный мертвец шагал по каменной плитке точно живой и даже привидения не решались приблизиться к этому загадочному существу. Лишь Луна Лавгуд широко улыбалась, глядя прямо в обсидиановые глаза мага. Золотой Феникс распахнул свои крылья, едва мужчина опустил ладони на кафедру. Он ощутил то, что всего пару минут назад почувствовал, сидя на ступенях. Волю. Поток такой силы, что казалась вьюгой, беснующейся прямо под кожей. Он видел всю историю замка от начала и до будущего конца. Он и сам был этой историей. Тенью, могущественным эхом всей древней магии, со времен Основателей. Минерва МакГонаггл робко привстала, в немом изумлении опираясь на трость. — Приветствую вас в школе чародейства и волшебства «Хогвартс». — спокойно произнес Северус. Едва он опустился в директорское кресло, как зал взорвался криками, слезами и всеобщим гомоном. Ничего не понимающие студенты переглядывались и несмело тыча пальцами в темную фигуру, шептали что-то на ухо соседям. Преподаватели крутили головами, передавая друг другу взгляды, в которых отражались более глубокие и болезненные мысли, смешанные с восторгом. Никто не мог поверить в происходящее. Лишь Минерва, не изменив позы, молча глядела поверх юных голов на заколдованный потолок. Ее полные слез глаза выражали нечто неописуемое. Кажется, лишь трое из присутствующих заметили, что впервые, со времен смерти Альбуса Дамблдора вместо каменного свода, расстилалась дымка звездного неба, что в самих стенах старинного замка будто бы затеплилась жизнь и магия, точно электричество, пронзила пространство. Полумна сделала два уверенных хлопка и толпа тут же разразилась аплодисментами, еще долго после не смолкавшими. — В глубине души она знала, что так случится. — тихо проговорила Луна, когда они стояли на Астрономической башне и вглядывались в окрестности — Кажется, мало кто задумывался о причинах того, почему после смерти твой портрет не появился в кабинете. А если и задумывались, то наверняка объясняли все тем, что в виду некоторых событий, Хогвартс просто отверг такого директора. Минерва, например, долго пыталась увериться в этом. — Пыталась? — Думаю, она догадывалась о твоем возможном спасении. Прошлое замка хранит и более жестокие прецеденты, связанные с директорским креслом… — Думаю, он и вправду умер. Тот Северус Снейп. Или, вернее сказать, то, чем он был в какой-то период времени. — И теперь ты свернешь в иную сторону? — Нет. Моя суть неизменна, однако внешнее всегда пытается завлечь необъятное духовное обманчивыми рамками хоть сколько-нибудь перекликающимися с искомым. С тем, что питает и распаляет. — Кто же ты теперь? — заинтересованно взглянула на него она. Раздался приглушенный бой часов. — Alasdair Mhic… — неожиданно вместо ответа протянул маг, поднимая ладонь — o ho… — Cholla Ghasda… — приняв верную позу для танца, чуть громче пропела она — o ho. Мужчина вспомнил снежную ночь и ее сияющие глаза. — As do laimh-s’ gun… — пропели они, точно завороженные и под очередное «o ho» вокруг кистей их вспыхнуло изумрудное пламя, точно лентой, опоясав сплетенные пальцы. **Перрон. Толчея. Он стоит у края платформы и глядит на то как медленно размывается его отражение в набирающем ход Хогвартс-экспрессе. Гудит пестрая толпа, блестят натертые рельсы, последние скрипы вагонов, пар. А напротив сияет серебристое облако длинных волос, с тугими завитками на концах. Она машет ему, отчего нелепая сумка в виде кричащей мандрагоры то и дело выплевывает листы пергаменты прямо на землю. Северус улыбается. Благодаря миссис Снейп ему удалось снять еще одно клеймо — теперь уже с его фамилии…