1 книга, 11 глава — Конец первого курса

* * *

Зонтик очень смутно помнил, как сдал экзамены. О них он вообще не беспокоился, так как благодаря Куромаку и занятиям с братом, он хорошо к ним подготовился. Правда после сдачи, сероволосый сказал, что они были какими-то лёгкими. Истинный рейвенкловец. Что с него взять? Иногда Зонтик думает, какой бы рейвенкловец вышел бы из него, если бы он смог бы уговорить Шляпу? Он был бы... Таким же как и Алебард? Обычным? Таким... Холодным как Куромаку? Голубоволосый не знает. Он вообще старался об этом не думать, чтобы лишний раз не расстраивать себя. После того того случая, который произошел с Гарри в Запретной лесу, Зонтик стал замечать, что тот постоянно морщился и очень часто прикасаться к своему шраму, что был закрыт чёлкой. Голубоволосый сразу догадался, что после того случая, его друга стала мучать боль в шраме. Как сказал им Гарри, его мучает сильная колющая боль в нем. Они так и не поняли с чем и почему это было связано. Зонтик поделился этой проблемой с Куромаку. Он надеялся, что тот хоть что-то, но должен знать. Как оказалось, сероволосый тоже не знал. После этого разговора, голубоволосый на следующий день застал друга в библиотеке с книга связанные с медициной. Зонтик нигде не перестанет удивлятся тому, что Куромаку хочет знать всё обо всём. Хотя его также беспокоило это его желание. Голубоволосый не знал, как точно охарактеризовать это беспокойство, так как в последнее время он беспокоится за всех одновременно. Особенно сильно его беспокоил Гарри. И на то действительно появились причины. Брюнет до сих верит, что камень нужен профессору Снейпу. Конечно, сейчас он сильно поубавил свой пыл влезть во всё это, но Зонтик чувствовал, что это недолго. Также голубоволосого обеспокоили и мысли Феликса. Тот, после экзаменов, поделился с ним своими подозрениями на счёт профессора Квиррелла. И это, ожидаемо, были не радостными. Сейчас Зонтик, сидя на скамейке с Куромаку, разрывался на части. Он не знал что ему делать. Кому верить? Гарри или Феликсу? А может попытаться отстоять свою точку зрения? Но ведь он и так не понимает всей ситуации, чтобы оценить её. Что уж говорить о том, чтобы отстоять её? Голубоволосый с детства привык оценивать ситуацию только после того, как она более и менее понятна. Сейчас он почти ничего не понимает. Однако, ему почему-то кажется, что что-то не так. Абсолютно не так. Всё слишком странно и это вводит Зонтика в панику. Однако присутствие Куромаку заставляло его более и менее успокоится. Прямо как сейчас, но мы отошли от темы. После сдачи экзаменов, школьники проводили почти всё своё время на улице, наслаждаясь солнечными деньками с друзьями до отъезда домой на летние каникулы. Конечно, три месяца это не слишком большой срок, но дети так не считают. Зонтик, как и остальные, тоже проводил проводил время в кругу друзей. Правда, в последнее время больше всего именно с Куромаку. С Феликсом они всегда могут увидеться, а вот с сероволосым — нет. Голубоволосый знал прекрасно, что летом будет делать Куромаку. Читать, учить и практиковаться. Сколько Зонтик себя помнил, Куромаку занимался большую часть времени именно этим. Он редко заставал его за другим занятием, что невольно огорчало голубоволосого. Зонтик тихо выдохнул и поднял голову, чтобы увидеть, как лучи солнца проскальзывают через зеленые листья пышного дерева. Весной здесь было красиво, когда всё цветёт и поёт новыми красками после белоснежной зимы. «Однако,» — подумал он, — «это всё равно не сравниться с Голубым садом...» Зонтик наврал бы, если бы сказал, что не хочет возвращаться домой. Ещё как хочет и даже очень... Размышления голубоволосого неожиданно резко прервал схвативший его за руку Гарри. Зонтик удивленно посмотрел на него. Брюнет выглядел так, будто он только осознал настолько глобальное, что свет этого не видел. — Вы куда? — резко спросил их Куромаку отрываясь от книги. Увы, никто ему не ответил в этот моменты. Сероволосый проводил их быстро удаляющиеся спины удивленным взглядом. Когда они исчезли из его поле зрения, он устало опустился на скамейку и снял очки, чтобы раздраженно сжать переносицу. Хоть с виду и не скажешь, но внутри он проклинал этого Поттера, что посмел нарушить их покой.

* * *

— Г-Гари, что случилось? — взволнованно спросил Зонтик у брюнета, едва поспевая. Гарри так и не ответил. — Мы и сами не знаем, — выдохнул Рон, — мы спокойно лежали под солнцем, Гарри неожиданно вскочил и, что-то сказав нам, поспешил сначало за тобой, а теперь вот, — он махнул рукой. — Бежим к Хагриду. Зонтик мысленно нахмурился от непонимания. Спустя несколько минут они наконец прибежали до хижины. Хагрид сидел в кресле в двух шагах от неё, закатав рукава рубахи, подвернув штанины и лущил горох. — Привет! — произнес он, улыбаясь, — ну как? Сдали все? Перекусить хотите? — С удовольствием… — начал Рон, но брюнет оборвал его, вытянул переб ним руку. — Нет, Хагрид, мы очень торопимся. Мы заглянули просто для того, чтобы уточнить у тебя кое-что. Помнишь ту ночь, когда ты выиграл в карты Норберта? О чем ты с ним разговаривал? Ты говорил, что работаешь в Хогвартсе? — Может быть, — полу великан стал необычайно серьезным. Похоже, ему требовались усилия, чтобы вспомнить тот вечер. — Да… он, вроде, спросил, чем я занимаюсь. Я ему сказал, что лесничим при школе работаю… Он меня ещё спрашивал… э-э… про зверей разных том, за которыми я присматриваю тут… Ну... я ему ответил… А потом сказал, что всегда… ну… мечтал дракона иметь… А потом… Плохо я помню, он мне все время выпивку покупал… Сейчас, сейчас… А. Ага, он потом сказал, что у него яйцо есть и если я хочу, мы на него можем в карты сыграть… И ещё… да… спрашивал меня, умею ли я с драконами обращаться. Не хотел он его лишь бы кому проигрывать… А я ему рассказал, что… того… ну, после Пушка с драконом я запросто управлюсь… Зонтик слегка нахмурился, кажется, он уже начинает понимать, что всё таки имел ввиду Гарри. — А он… он спрашивал что-нибудь про Пушка? — спросил Гарри, с трудом сохраняя спокойствие, слегка задыхаясь от бега. — Да... Ну … А чего тут такого? Думаешь, много по свету трехголовых псов бродит? Ну, я и рассказал про Пушка… ну… что он милашка! Если знаешь, как с ним обходиться надо, да! Ему только спой, или на флейте поиграй немного, или ещё на каком инструменте и он уснет сразу же, и… На лице Хагрида внезапно появился испуг. — Не должен был я вам такое говорить! — взревел он. — Забудьте, короче, что я тут наболтал! Эй, вы куда? Гарри, Рон, Гермиона и Зонтик не сказали друг другу ни слова, пока не оказались в замке. — Нам надо пойти и достать камень самим, — заявил брюнет. Голубоволосый шокирован но на него посмотрел. — Но ведь... Разве мы не должны рассказать об этом учителям? Или же нашему декану? Гарри сразу же замялся. — Профессор Нечитайло ведь показался очень хорошим человек, да и выручал он не раз других. Вы ему не доверяйте? Почему? — Почему вы не на улице? — спросил их неожиданно появившийся Нечитайло. Он был в приподнятом настроении, — погода сегодня в самый раз для разных игр на свежем воздухе. М? Вы чего такие напряженные? — спросил он у них при подняв бровь. — Мы хотим увидеть профессора Дамблдора, — отважно выступила вперед Гермиона. — Увидеть профессора Дамблдора? — переспросил профессор. Выглядел он удивленным, но тут же скрыл его, — для чего он вам понадобился? — Это секрет, — произнес брюнет. Нечитайло посмотрел на них странным взглядом. — Профессор Дамблдор отбыл десять минут назад, — ответил он им. — Он получил срочную сову из Министерства магии и немедленно вылетел в Лондон. Видите ли, мистер Поттер, профессор Дамблдор очень известный волшебник. У него часто появляются срочные и неотложные дела. — Но это важно, — настойчиво произнесла Гермиона. — Послушайте, профессор, — неуверенным тоном начал Зонтик. — Это касается философского камня… Нечитайло снова приподнял бровь. Выдохнув, он устало сжал переносится. — Я буду спрашивать у вас, как вы о нём узнали, но вам нужно об этом не говорить другим ученикам. А уж пытаться влезть в это — тем более... — Нечитайло неожиданно прервали. — Профессор, я знаю, что кто-то хочет похитить философский камень! Мне необходимо-поговорить с профессором Дамблдором! Было видно, что приподнятом настроение профессора ушло окончательно. — Профессор Дамблдор вернется завтра, — бесцветно сказал он, сложив руки за спиной. — Как я уже сказал: я не буду даже спрашивать о том, как вы узнали о камне, но будьте уверены, что его весьма надежно охраняют и никому не удастся его украсть. — Но профессор… — Даже не думайте пытаться пробраться к камню. Это уже наше дело, а не ваше, — отрезал резко профессор и быстрым шагом вышел из коридора. В этот момент, Зонтик неожиданно подумал что, когда профессор быстро идет или же бежит, то очень похож на большую и красивую птицу. — Это произойдет сегодня вечером, — заявил Гарри, как только Нечитайло исчез из виду. — Сегодня Снейп заберется в тайник. Он уже узнал все, что ему надо, и дождался, пока Дамблдор уедет. Я уверен, что это он послал Дамблдору сову, а в Министерстве магии все ужасно удивятся, когда к ним заявится Дамблдор. — Н-но, ребята! Вам же сказали, не влезать в дела взрослых! — возразил Зонтик. В туже секунду он с горечью понял, что его опять проигнорировали.

* * *

— Ну что ж, похоже, час пробил, не так ли? — медленно выговорил Гарри в пустой гостинной. Он был бледен, но его глаза сверкали как никогда. Рон и Гермиона молча уставились на него. — Сегодня ночью я выйду из спальни и попытаюсь первым завладеть камнем, — в его голосе была отчаянная решимость. — Ты с ума сошел! — воскликнул рыжий. — Ты не сможешь! — подхватила эстафету Гермиона. — После того, что тебе сказали Нечитайло, Снейп и Зонтик? Да тебя же отчислят! Да и это дело взрослых! — И ЧТО? — выкрикнул резко Гарри, — неужели вы до сих пор ничего не поняли? Если Снейп украдет камень, Волдеморт возродится! Разве вы не слышали о тех временах, когда он пытался захватить власть? Тогда уже никого не выгонят из Хогвартса, потому что её попусту не будет! Волдеморт сровняет ее с землей или превратит в школу Темных искусств! Так что штрафные очки уже не имеют никакого значения. Допустим, вы выиграете соревнование между факультетами. И что?! Волдеморт оставит в покое вас и ваши семьи? Если меня поймают прежде, чем я доберусь до камня, что ж, увы, мне придется вернуться обратно к Дурслям и ждать, пока Волдеморт найдет меня. Я просто умру позже, чем мог бы умереть, если бы ничего не предпринял сегодня, потому что я никогда не перейду на Темную сторону! И потому сегодня я пойду туда, где хранится камень. И что бы вы, двое, ни сказали, меня это не остановит! Если вы забыли, то напомню — Волдеморт убил моих родителей. Я не могу сидеть сложа руки и ждать, когда он начнет убивать других… В гостиной повисла тишина. — Ты прав, Гарри.. — через какое-то время тихим голосом откликнулась Гермиона. — Я использую мантию-невидимку, — заявил брюнет. — Мне повезло, что мне ее вернули. — Ты думаешь, мы трое под ней уместимся? — поинтересовался рыжий. — Что значит «мы трое»? — не понял Гарри. — Да не придуривайся! — отмахнулся Рон. — Ты что, думал, мы оставим тебя одного? — Конечно, не оставим, — горячо подтвердила Гермиона. — Ты думаешь, тебе удастся без нашей помощи добраться до камня? Так, а сейчас я пойду полистаю учебники до выхода, может быть, наткнусь на полезную информацию… — Лучше наденем мантию прямо здесь и убедимся, что она скрывает нас всех, — предложил Гарри. — Если Филч вдруг увидит, как по коридору ходит одна нога… — Что вы задумали? — донеслось из угла комнаты. Все трое резко повернули головы и увидели застывшего в кресле Невилла. Он держал в руках свою свободолюбивую жабу. Судя по всему, та опять попыталась улизнуть, и мальчик оказался в углу именно потому, что искал ее. — Все в порядке, Невилл, ничего особенного, — успокоил его Гарри, поспешно пряча мантию за спиной. Невилл внимательно посмотрел на их виноватые лица. — Вы снова собираетесь выйти из спальни посреди ночи, — уверенно изрек он. — Нет-нет-нет! — запротистовала Гермиона. — Конечно же нет. Почему бы тебе не пойти спать Невилл? Гарри покосился на высокие стоячие часы у двери. Придется менять планы. Из-за этих разговоров уже наступило подходящее время выходит, хоть и немного рано. Нет. Они больше не могли терять время, ведь возможно, что как раз в этот момент Снейп напевал Пушку колыбельную. Но Невилл был явно настроен очень решительно. — Я не выпушу вас, — он встал, загородил собой выход в коридор. — Я… Я буду с вами драться, если вы попытайтесь выйти! — Невилл! — взорвался Рон. — Отойди от портрета, не будь идиотом! — Не смей называть меня идиотом! — парировал ему Невилл. — Я считаю, что вы не должны больше нарушать правила! А ты, Рон, сам учил меня, что надо учится за себя постоять! — Да, но ведь мы твои друзья. — рыжий развел руки. Он шагнул вперед и Невилл выпустил из рук своего Тревора, который упал на пол и тут же скрылся в неизвестном направлении. — Ну тогда попробуй ударить меня! — Невилл поднял кулаки, — я жду! Гарри повернулся к Гермионе. — Сделай что-нибудь, — в отчаянии прошептал брюнет. Девочка выступила вперед. — Прости, Невилл, — негромко сказала она. — Мне очень-очень жаль. И подняла палочку. —Петрификус Тоталус! — воскликнула она, указывая палочкой на Невилла. Руки Невилла прижались к бокам, громко хлопнув по телу. Ноги рывком соединились вместе. Мальчик вытянулся и застыл, покачиваясь, а потом упал лицом вниз. Гермиона подбежала к Невиллу и перевернула его. Челюсти Невилла были крепко сжаты — говорить он не мог. Только глаза его двигались с ужасом глядя на них. — Что ты с ним сделала? — прошептал Гарри. — Это полная парализация тела, — грустно ответила Гермиона. — О, Невилл, мне так жаль. — Ты нас вынудил, Невилл, у нас нет времени все тебе объяснять, — добавил Гарри. — Это для твоего же блага, — поставил точку в разговоре Рон. Неподвижно лежащий на полу Невилл показался им плохим предзнаменованием. Мантия надежно укрывала всех троих и они вышли из гостиной. Спустя пару минут из-за двери вышла скрытая под плотной мантией фигура. Она держала в руках снова сбежавшую жабу. Фигура подошла к лежащему Невилл и осторожно положила лягушку рядом с ним. На лице мальчика сначало был ужас, которые через мгновение сменилось удивлением, когда увидел лицо фигуры, а после заменилось облегчением. Невилл что-то промычал ей и в ответил получил лишь приподнятую руку, но, видимо, ему хватило и этого. Фигура вышла из гостиной и быстрым шагом пересекала коридоры, ведомая неизвестной цели. Но было видно, что она шла куда-то целенаправленно. Неожиданно послышались шаги. Фигура на мгновение замерла. Судорожно оглядевшись, она заметила небольшой темный закуток. Фигура напряженно замерла, прислушиваясь к шагам. Спустя минуту напряжения, мимо неё прошли двоя второкурсников о чем-то тихо разговаривая и посмеиваясь. Подождав пару минут, чтобы шаги окончательно стихли, фигура рвано выдохнула и разжала руку на груди. Осторожно выглянув, она осмотрелась и, уже смелее, вышла из своего укрытия, продолжив путь. Спустя ещё несколько минут, фигура подошла к двери. Она замерла, явно собираясь с силами. Это было видно по сжатым ладоням. Фигура резко выдохнула, помотав головой и, наконец, постучала в дверь. Повисла тишина. Через пару секунд дверь открылась, наконец озаряя лицо фигуры. — Мистер Мелтон? — спросил удивлено Нечитайло, а после недоуменно добавил, — что вы здесь делайте в поздний час? Зонтик напряженно выдохнул и стянул капюшон. — Я хочу вам кое-что доложить, сэр... Профессор нахмурился и через пару секунду выдохнул, явно догадываюсь о чем именно они будут говорить. — Заходите, — Нечитайло открыл дверь пошире, чтобы впустить голубоволосого в кабинет. Мальчик сразу же прошмыгнул внутрь. Мужчина быстро, но цепко, оглядел коридор и закрыл дверь. В голове Зонтика была лишь одна мысль:

Правильно ли он поступил?

* * *

--В это же время, когда Зонтик вышел из гостиной--

От лица Гарри

Неподвижно лежащий на полу Невилл показался им плохим предзнаменованием. Мантия надежно укрывала всех троих. Но они все равно нервничали и в окружавшей их темноте принимали каждую статую за притаившегося Филча, а любое дуновение ветра, даже еле слышное и очень отдаленное — за приближение Пивза. Не успели они подойти к самой первой лестнице, как у ее подножия нарисовалась миссис Норрис. — Может, пнуть ее а? Давно мечтал об этом, — прошептал Рон в ухо Гарри, но тот отрицательно помотал головой. Они аккуратно прокрались мимо кошки. И хотя миссис Норрис внимательно смотрела на них своими напоминающими лампы глазами, она явно их не видела, потому что ничего не предприняла. Больше им пока никто не попадался. Но стоило им подойти к лестнице, ведущей на третий этаж, как они заметили Пивза. Напевая, он что-то делал с лежавшим на лестнице ковром. Судя по всему, готовил сюрприз для школьников, которые, ступив на этот ковер, должны были споткнуться и упасть. — Кто здесь? — внезапно спросил Пивз, когда они приблизились к нему. Его злобные черные глаза стали ещё злее. — Я знаю, что ты здесь, хотя тебя не вижу. Ты дух или привидение? А может быть, школьник? Пивз поднялся в воздух и завис там, внимательно глядя в их сторону. — Надо позвать Филча, — задумчиво проговорил Пивз, — сказать ему, что по школе шляется кто-то невидимый... Гарри внезапно пришла в голову идея. — Пивз, — произнес он хриплым шепотом. — У Кровавого Барона есть свои причины на то, чтобы быть невидимым. Пивз от страха чуть не упал на лестницу. Он был уже у самой земли, когда спохватился и завис, едва не касаясь ступеней. — Извините, ваша кровавость, господин Барон, — подобострастно заюлил он. — Я ошибся, о, я ошибся... я вас не узнал... конечно, я не мог вас увидеть, ведь вы невидимы... простите старому Пивзу его глупую шутку, прошу вас, сэр. — У меня тут есть дела, Пивз, — проскрипел брюнет, — не появляйся здесь больше сегодня ночью! — Разумеется, сэр, конечно же, я так и сделаю, — испуганно пробормотал Пивз, взмывая в воздух. — Желаю вам успеха в ваших делах, господин Барон, и не буду больше вас беспокоить! И Пивз поспешно скрылся из виду. — Гениально, Гарри! — восторженно прошептал рыжий. Несколько секунд спустя они стояли перед дверью, ведущей в запретный коридор. Дверь была распахнута настежь. — Ну что ж, — спокойно произнес Гарри. — Значит, Снейп уже прошел мимо Пушка. Вид открытой двери напомнил всем троим о том, что их ждёт впереди. Гарри повернулся сначала к Гермионе, а потом к Рону. — Если вы хотите уйти, я на вас не обижусь, — сказал он. — Можете взять мантию. Здесь она мне уже не понадобится. — Не будь дураком, — сказал Рон. — Мы с тобой, — утвердительно кивнула Гермиона. Гарри шагнул внутрь, задев дверь. Раздался громкий скрип, и до них донесся раскатистый громоподобный рык. Пёс не мог их видеть, но повернул голову в их сторону, принюхиваясь всеми тремя носами. Мантия не могла помешать ему их обнаружить. — Что это валяется у него под ногами? — прошептал рыжий. — Похоже на арфу, — ответила Гермиона, — должно быть, это профессор Снейп оставил её. — Пушок засыпает, когда слышит музыку, и просыпается, когда она замолкает, — напомнил им брюнет. Он тяжело вздохнул. — Ну что, начнём? Он поднес к губам подаренную Хагридом флейту и дунул. Гарри не умел играть на флейте, но это не имело никакого значения сейчас. При первых же звуках все шесть глаз Пушка начали закрываться. Брбнет дул, не останавливаясь и едва успевая переводить дыхание. Рычание становилось все тише и постепенно стихло. Пес закачался и опустился на брюхо, а потом повалился на бок. Не было никаких сомнений в том, что он крепко спит. — Продолжай играть! — шепнул Рон, когда они сняли с себя мантию и медленно двинулись к люку, который охранял Пушок. Жаркое зловонное дыхание, вырывавшееся из трех пастей, чувствовалось все сильнее. — Думаю, мы легко откроем люк, — заверил их рыжий, вставая на цыпочки и бросая взгляд за спину Пушка, — хочешь пойти первой, Гермиона? — Нет, ни за что! — воскликнула та, отступая назад. — Хорошо, как хочешь. Рон скрипнул зубами, собираясь с силами, и опасливо переступил через лапы Пушка. А потом нагнулся над люком и потянул за кольцо. — Что ты там видишь? — возбужденно прошептала Гермиона. — Ничего. Темнота. Никаких ступеней не видно, придется прыгать. Гарри, продолжавший играть на флейте, поднял руку и помахал, привлекая внимание рыжего. А потом указал пальцем на себя. — Ты хочешь пойти первым? — в ответ он получил утвердительно кивок, — уверен? — переспросил Рон. — Честно говоря, не знаю, как далеко нам придется лететь. Отдай флейту Гермионе, Пушок не должен проснуться. Гарри протянул флейту Гермионе. Прошло несколько секунд, прежде чем та поднесла ее к губам, а трехголовый монстр уже задергался и зарычал. Но как только до него донеслись звуки флейты, он снова погрузился в сон. Гарри переступил через Пушка и заглянул в люк. Как сказал Рон, дна действительно не было видно. Брюнет пролез в дыру, крепко держась за края люка, и, наконец, повис на кончиках пальцев. А потом поднял глаза на Рона. — Если со мной что-то случится, уходи отсюда, — произнес он. — Беги к Хагриду, чтобы тот немедленно отправил к Дамблдору Буклю, понял? — Понял, — кивнул Рон. — Надеюсь, скоро увидимся... И с этим словами Гарри разжал пальцы и полетел вниз. Он все летел и летел, прорезая холодный влажный воздух, а дна все не было, и... ПЛЮХ! Брюнет приземлился с очень странным приглушенным звуком. Было похоже, что он упал на что-то мягкое. Он сел и огляделся. Глаза его ещё не привыкли к темноте, но, почему то, было такое ощущение, словно он сидит на каком-то растении. — Все в порядке! — прокричал он, подняв голову вверх, где в вышине светился открытый люк, отсюда казавшийся размером с почтовую марку.— Можете прыгать, вас ждёт мягкая посадка! Через мгновение рядом с Гарри оказался Рон. — Это что за штука? — первым делом спросил рыжий. — Не знаю, какое-то растение... наверное, — покачал головой брюнет. — Я думаю, оно здесь специально, чтобы смягчить приземление. Давай, Гермиона! Доносившаяся сверху музыка смолкла. Послышался громкий лай, но Гермиона уже летела к ним и вскоре приземлилась рядом с ними. — Мы, наверное, в нескольких километрах под школой, — заметила она. — Это точно. Нам повезло, что здесь есть это растение, — улыбнулся Рон. — Повезло?! — внезапно взвизгнула Гермиона. — Да вы посмотрите на себя! Она вскочила на ноги и попятилась к отсыревшей стене. Сделала она это с большим трудом, потому что в тот момент, когда она приземлилась, растение сразу начало обвиваться вокруг ее лодыжек. А что касается Гарри и Рона, то длинные ползучие побеги умудрились связать их ноги так что они даже этого не заметили. Гермиона успела освободиться прежде, чем растение смогло ее опутать, и теперь, прижавшись к стене, она с ужасом смотрела, как Гарри и Рон пытаются сорвать с себя стебли. Но чем больше усилий они прикладывали, тем сильнее и быстрее обвивались вокруг них змееподобные побеги. — Не двигайтесь! — приказала девочка. — Я знаю, что это. Это «дьявольские силки»! — Я ужасно рад, что ЭТО именно так называется! — прорычал Рон, пытаясь помешать стеблю, пытавшемуся обвиться вокруг его шеи. — Это, без сомнений, нам ОЧЕНЬ поможет! — Заткнись, я пытаюсь вспомнить, как убить его! — отозвалась Гермиона. — Тогда побыстрее, мне уже дышать нечем! — выдавил Гарри, борясь со стеблем, обвившимся вокруг его груди. — Дьявольские силки, дьявольские силки.. — напряженно повторяла она, морща лоб. — Да что там говорила профессор Стебль и Зонтик?.. Это растение любит мрак и влажность... — Так разведи огонь! — крикнул брюнет, задыхаясь. — Да, разумеется, но что мне поджечь? Я нигде не вижу ничего деревянного! — в голосе Гермионы слышалось отчаяние, она нервно заламывала руки. — ТЫ С УМА СОШЛА? — проревел Гарри, — ТЫ ВОЛШЕБНИЦА ИЛИ НЕТ? — Ой, верно! — Гермиона выхватила волшебную палочку и взмахнула ей, что-то шепча. Из палочки вырвалось синее пламя — такое же, каким она подпалила на матче по квиддичу одежду Снейпа. Буквально через секунду Рон и Гарри почувствовали, как слабеют объятия стеблей. Растение стремилось уползти подальше от света и тепла. Судорожно извиваясь и вращаясь, охватившие их отростки поспешно размотались и наконец исчезли. — Как хорошо, что ты была внимательна на занятиях по травологии, Гермиона, — произнес Гарри, утирая пот с лица. — Ага, — поддакнул ему рыжий, — и как хорошо, что Гарри не потерял голову в минуту опасности. «Но что мне поджечь? Я не вижу ничего деревянного!..» — передразнил он Гермиону. Та хмуро на него уставилась. Видимо, она жалела, что не взяла с собой учебник. Самый тяжелый и большой учебник. — Пошли, — брюнет махнул рукой в сторону единственного каменного прохода, который вел отсюда... ...В следующем зале было настолько темно, что вообще ничего не было видно. Однако стоило им сделать несколько шагов, как комнату внезапно залил яркий свет. Все трое от изумления вытаращили глаза. Они стояли на краю огромной шахматной доски, прямо за черными каменными фигурами, которые были выше их троих, даже долговязого Рона. На другой стороне доски стояли белые фигуры. Гарри, Рон и Гермиона поежились. У белых фигур, в отличие от черных, отсутствовали лица. — И что нам теперь делать? — прошептал брюнет. — По-моему, ответ вполне очевиден, — заметил рыжий, — мы должны выиграть, чтобы оказаться на другой стороне зала. Они пригляделись. За белыми фигурами виднелась ещё одна дверь. — И как же нам выиграть? — нервно спросила Гермиона. — Я думаю.. — выговорил Рон после непродолжительного раздумья, — мы должны стать фигурами. Он смело шагнул вперед и, подойдя к черному всаднику, игравшему роль шахматного коня, коснулся его лошади. В одно мгновение каменная фигура ожила. Лошадь стала рыть копытами землю, а всадник повернул голову в шлеме и посмотрел на Рона сверху вниз. — Нам... э-э... нам можно присоединиться к вам, чтобы перебраться на ту сторону? — запинаясь, спросил Рон. Рыцарь кивнул. Рыжий повернулся к Гарри и Гермионе. — Надо подумать, — прошептал он, — мм, полагаю, нам следует занять места трех черных фигур... Гарри и Гермиона молча ждали, пока Рон закончит свои размышления. — Кхм. Короче так, — наконец выдал рыжий, поднял голову. — Не обижайтесь, но в шахматы я играю куда лучше вас... Правда ничья у меня только с Зонтиком... — Да мы и не обижаемся, — быстро сказал брюнет, — просто скажи нам, что делать. — Ты, Гарри, встань на место того слона. А ты, Гермиона, займи место этой ладьи. — А ты? — в один голос спросили оба. — А я буду конем, — уверенно заявил Рон. Похоже, фигуры слушали их разговор, потому что в следующее мгновение конь, слон и ладья повернулись и ушли с доски, освободив три клетки. А трио заняли их не раздумывая. — Белые всегда начинают, — произнес рыжий, глядя на ту сторону доски, — ага... вот оно... Белая пешка шагнула на две клетки вперед. Рон начал руководить черными фигурами, которые покорно вставали туда, куда он им указывал. Гарри почувствовал, что у него дрожат колени. В голове его вертелась только одна мысль:

Что будет, если они проиграют?

— Гарри, переместись на четыре клетки вперед! — скомандовал Рон. В первый раз всем троим стало не по себе, когда противник напал на их второго всадника. Белая королева сбила его на пол и стащила с доски. Лежавший вниз лицом рыцарь не шевелился. — Мне пришлось им пожертвовать, — прошептал рыжий, хотя, судя по его виду, он тоже был потрясен, но не неожиданностью случившегося, а жестокостью расправы. — Гермиона, теперь ты можешь взять этого слона. Белые фигуры были безжалостны. Вскоре у доски уже лежала целая гора неподвижных черных тел, а значит, скоро мог прийти и их черед. Уже дважды Рон только в самый последний момент успевал заметить, что Гарри и Гермиона находятся в опасности. Сам рыжий беспрерывно метался по доске, и следовало признать, что, несмотря на жестокость противника, белых фигур на ней осталось ненамного больше, чем черных. — Мы почти у цели, — вдруг лихорадочно шептал рыжий. — Дайте мне подумать... дайте мне подумать... Белая королева повернула к нему свое отсутствующее лицо. — Да... — тихо произнес Рон. — Да. Это единственный способ... Мне придется пожертвовать собой. — НЕТ! — дружно запротестовали Гарри и Гермиона. — Но это шахматы! — крикнул в ответ Рон. — Здесь приходится идти на жертвы! Я сделаю один шаг вперед, и она меня заберет, и тогда ты, Гарри, сможешь объявить королю шах и мат! — Но... — начал было Гарри. — Ты хочешь остановить Снейпа или нет? — голос Рона был твердым и уверенным. — Но, Рон... — пыталась вмешаться Гермиона. — Слушайте, если вы не поторопитесь, то камень окажется у Снейпа! Как бы печально это не было, но Рон был прав, и Гарри с Гермионой не могли этого не признать. — Готовы? — спросил у них рыжий, его бледное лицо было полно решимости. — Я пошел, а вы, когда объявите им мат, не теряйте времени. Рон шагнул вперед и белая королева метнулась к нему. Размахнувшись, она с силой опустила свою именную руку на голову Рона, и тот тяжело рухнул на пол. Гермиона закричала от ужаса, но осталась на своей клетке и завороженно смотрела, как белая королева стаскивает Рона с доски. Гарри показалось, что он потерял сознание. Ошущая жуткую дрожь во всем теле, брюнет сдвинулся на три клетки влево. Белый король стащил с себя корону и кинул ее к его ногам. Они победили. Белые фигуры, кланяясь, расступились. Путь был свободен. В последний раз оглянувшись и бросив на Рона полный боли взгляд, Гарри и Гермиона открыли дверь и оказались в следующем коридоре. — А что, если он... — тихо прошептала Гермиона. — С ним все будет хорошо, — ответил ей Гарри, пытаясь убедить в этом самого себя. — Готова? — шепнул он. Гермиона кивнула и Гарри потянул дверь на себя. Их встретил такой отвратительный запах, что если бы они не зажали носы, то, наверняка, потеряли бы сознание. Даже глаза заслезились, пока они всматривались в полумрак. Наконец они увидели распростертого на полу огромного тролля, значительно превосходившего по размерам того, которого они победили в Хэллоуин. Тролль был явно без сознания, а на его голове багровела гигантская шишка. — Хорошо, что нам не пришлось с ним сражаться, — прошептал Гарри. Затаив дыхание, они с Гермионой перешагнули через толстенные ноги. Брюнет аккуратно приоткрыл следующую дверь и с опаской заглянул внутрь. За ней их могло ждать что угодно. Но в комнате не было ничего страшного. Посредине стоял стол. На нем выстроились в ряд семь разнокалиберных сосудов, наполненных какими-то жидкостями. — Тролля здесь поставил Квиррелл, а Снейп с ним разобрался, — шепнул брюнет. — Значит, нам остается победить заклятие Снейпа. Только вот что нам делать с этими сосудами? Он подошел к столу, и вдруг позади них из-под пола вырвалось пламя, отсекая путь назад. Судя по ярко-фиолетовому цвету, это был не простой огонь, а волшебный. Тут же языки огня заплясали перед той дверью, которая находилась впереди. Гарри и Гермиона оказались в ловушке. — Смотри! — она схватила со стола свиток пергамента. Брюнет перегнулся через ее плечо и прочитал:

Впереди опасность, то же позади,

Но две из нас помогут, ты только их найди.

Одна вперед отправит, еще одна — назад,

В двух — вино всего лишь, а еще в трех — яд.

Ты хочешь здесь остаться на долгие века?

Тогда ищи — к тому же подсказка тебе дана.

Во-первых, как бы ловко ни скрывался яд,

Найти его несложно — от вина левый ряд.

Второе — в крайних бутылях налито не одно и то ж,

Но если вперед тебе надо, помощи зря ты ждешь.

Затем ни в большой, ни в малой смерти ты не найдешь,

А если из второй слева и второй справа глотнешь, сам убедишься — налито одно и то же в них,

Хотя на взгляд они разные, но это уже в-четвертых.

Гермиона глубоко вздохнула. Гарри поразило то, что она улыбается. Этого он ждал от нее меньше всего. — Гениально, — восторженно прошептала она. — Это не магия — это логика! Логическая задача! Между прочим, многие величайшие волшебники были не в ладах с логикой, и, попади они сюда, они остались бы здесь навечно. — Как и мы, — мрачно вставил Гарри. — Разве не так? — Разумеется, нет, — удивилась Гермиона, — в свитке есть все, что нам надо. На столе семь бутылей: в трех находится яд, в двух — вино, ещё одна даст нам возможность вернуться обратно, а седьмая — пропустит вперед. — А как мы узнаем, из какой мы должны отпить? — поинтересовался Гарри. — Дай мне пару минут, — попросила девочка. Она несколько раз прочитала написанное, а затем начала прохаживаться вдоль стола. Гермиона рассматривала бутыли, тыкала в них пальцем и что-то бормотала себе под нос. Наконец она хлопнула в ладоши. — Поняла! — сообщила она, — глоток из самой маленькой бутылочки даст нам возможность пройти вперед, к камню. Брюнет взглянул на крошечную бутылочку. — Но здесь хватит только на одного из нас, — заметил он. — Здесь ведь только на один глоток. Они посмотрели друг на друга. — А какая даст тебе возможность пройти через фиолетовый огонь? — поинтересовался Гарри. Гермиона ткнула пальцем в крайнюю справа круглую бутыль. — Вот ты из нее и глотни, — произнес он. — Нет, в самом деле, вернись и забери Рона. А когда доберетесь до комнаты, где летают ключи, возьмите метлы. Они поднимут вас наверх и пронесут мимо Пушка. Когда окажетесь в замке, летите прямиком туда, где спят совы, и отправьте Буклю к Дамлбдору. Он нам сейчас очень нужен. Возможно, мне удастся на какое-то время задержать Снейпа, но если честно, вряд ли надолго. — Но Гарри. — Гермиона побледнела, — а что, если с ним Ты-Знаешь-Кто? — Ну... Мне ведь повезло когда-то, ты же знаешь. — Гарри дотронулся до шрама. — Может быть, мне повезет ещё раз... У Гермионы дрожали губы, словно она готова была расплакаться. Она вдруг метнулась к брюнету и крепко обняла его. — Гермиона! — изумленно воскликнул Гарри. — Гарри, ты великий волшебник, — прошептала она ему на ухо. — Но ведь я не так хорош, как ты..— произнес Гарри, когда Гермиона разжала объятия. Он чувствовал себя смущенным. — Я? —удивилась Гермиона. —А что я — ум и книги, вот и все! Но, оказывается, есть куда более важные вещи, например, дружба и храбрость. И, Гарри... будь осторожен! — Пора, — поторопил ее он. — Ты уверена, что правильно разгадала головоломку? — Абсолютно, — кивнула Гермиона. Она поднесла к губам круглую бутыль, сделала большой глоток и поежилась. — Это не яд? — взволнованно спросил Гарри. — Нет. Но эта жидкость просто очень ледяная. — Тебе надо уходить и побыстрее, — напомнил Гарри, хотя ему вовсе не хотелось оставаться одному. — Пока жидкость не перестала действовать. — Удачи тебе, и береги себя, — шепнула Гермиона. — И... — ИДИ! Девочка повернулась, прошла сквозь фиолетовое пламя и скрылась из виду. Гарри перевел дыхание и взял в руки самую маленькую бутылочку. А потом повернулся лицом к черному пламени. — Я иду, — произнес он тихо, одним глотком опустошив бутылку. Действительно, было такое ощущение, словно он проглотил глыбу льда. Гарри передернуло. Поставил бутылочку обратно на стол, он пошел вперед. Брюнет собрался с духом, подходя вплотную к черным языкам огня. В следующую секунду пламя лизнуло его, но он ничего не почувствовал. На какое-то мгновение огонь закрыл от него то, что находилось впереди. А затем он оказался в следующем зале. Последнем зале. Однако тут уже кто-то был. И это был не Снейп. И не Воландеморт. Это был тот, кого Гарри меньше всего рассчитывал здесь увидеть. Посреди комнаты стоял профессор Квиррелл. — Вы? — изумленно выдохнул брюнет. Квиррелл улыбнулся. Лицо его, обычно конвульсивно дергавшееся, на этот раз выглядело абсолютно нормальным. — Именно, — спокойно подтвердил он, — а я все гадал — встречу ли здесь тебя, Поттер. — Но я думал... — ошеломленно пробормотал Гарри, — я думал... что Снейп... — Северус? — удивленно спросил Квиррелл и тут же расхохотался. Это было не его обычное дрожащее хихиканье, но ледяной, пронзительный смех. От этого смеха по спине Гарри побежали мурашки. — Да, Северус выглядит подозрительно, не правда ли? Похож на огромную летучую мышь, парящую по школе и хватающую невинных учеников. Он оказался мне полезен. При наличии такого Снегга, никто не мог заподозрить б-б-бедного за-за-заикающегося п-п-профессора Квиррелла! Квиррелл явно издевался, копируя собственное заикание. А Гарри все никак не мог поверить в происходящее. Этого не могло быть, просто не могло. — Но Снейп пытался убить меня! — воскликнул он ухватившись за спасительную нить. — О. Нет, нет и нет. — Квиррелл категорично замотал головой и покачивая указательным пальцем, — это я пытался убить тебя, Поттер. Твоя подруга, мисс Грэйнджер, случайно сбила меня с ног, когда бежала к Снейпу, чтобы подпалить его мантию. Я упал, и зрительный контакт прервался! Мне не хватило каких-то нескольких секунд, чтобы сбросить тебя с метлы. Конечно, ты бы давно был мертв, если бы Снейп и Нечитайло не пытались спасти тебя. Ведь это именно они бормотал себе под нос контрзаклятие. Будь этот чёртов Фёдор неладен. Его заклятте была куда сильнее... — Снейп пытался меня спасти? — Гарри показалось, что он сходит с ума. — Разумеется, — холодно подтвердил Квиррелл. — А как думаешь, с чего это он решил судить следующий матч? Он пытался помешать мне сделать это снова! Это на самом деле смешно! Ему вовсе не надо было так стараться. Я все равно ничего не мог бы сделать, потому что на матче присутствовал Дамблдор. А все преподаватели решили, что Снейп хочет помешать сборной Гриффиндора одержать победу. Хотя, это чертов Нечитайло так не считал... Так что Снейп сам себя подставил и стал весьма непопулярной личностью... Зря терял время, потому что сегодня ночью ты все равно умрешь. Квиррелл щелкнул пальцами. Появившиеся из пустоты веревки впились в Гарри, крепко связывая его. — Постой спокойно, Поттер, мне надо исследовать это любопытное зеркало. Только тогда Гарри увидел то, что стояло позади Квиррелла. Это было зеркало Еиналеж. — В этом зеркале кроется ключ к камню, — пробормотал Квиррелл, постукивая пальцами по раме. — Следовало догадаться, что Дамблдор придумает что-нибудь в этом духе... Но он в Лондоне... А когда он вернется, я буду уже далеко... Гарри судорожно пытался что-нибудь придумать. Но все, что пришло ему в голову — это втянуть Квиррелла в разговор и не давать ему сосредоточиться на зеркале. Брюнет пытался ослабить стягивающие его веревки, но они не поддавались. Казалось, что Квиррелл полностью сосредоточился на зеркале. Он был обязан его отвлечь. — Но мне всегда казалось, что Снейп меня ненавидит... — О, конечно, — равнодушно подтвердил Квиррелл. — Небо тому свидетель — он тебя ненавидит. Он учился в Хогвартсе вместе с твоим отцом, разве ты этого не знал? Они друг друга терпеть не могли. Но Снейп никогда не желал тебе смерти. — Но я слышал, как вы плакали несколько дней назад, — не успокаивался Гарри. — Я думал, Снейп вам угрожает... В первый раз с того момента, как Гарри появился в зале, Квиррелл утратил спокойствие. На его лице отразился страх. — Он здесь ни при чем, — голос Квиррелла чуть подрагивал. — Просто иногда... иногда мне бывает нелегко выполнять приказы моего господина — ведь он великий волшебник, а я слаб и... — Вы хотите сказать, что в той комнате он был вместе с вами? — воскликнул Гарри, не веря своим ушам. — Он всегда со мной, где бы я ни был, — мягко ответил Квиррелл. — Я встретил его, когда путешествовал по миру. Я был молод, глуп и полон нелепых представлений о добре и зле. Лорд Воландеморт показал мне, как сильно я заблуждался. Добра и зла не существует — есть только сила, есть только власть, и есть те, кто слишком слаб, чтобы стремиться к ней... С тех пор я служу ему верой и правдой, хотя, к сожалению, я не раз подводил его. Ему приходилось быть со мной суровым... — Квиррелл внезапно поежился. — Он не склонен прощать ошибки. Когда мне не удалось украсть камень из «Гринготтса», он был очень мной недоволен. Он наказал меня... Он решил, что должен пристальнее следить за мной и постоянно контролировать меня... Голос Квиррелла поплыл по комнате, постепенно затихая. А Гарри вспомнил тот день, когда они с Хагридом были в Косом переулке. Господи, как он мог быть так глуп? Ведь в тот день он видел там Квиррелла, тот пожимал ему руку в «Дырявом котле». Значит, он давно должен был догадаться, что Снейп тут ни при чем, что это... Квиррелл негромко пробормотал какое-то ругательство. — Я не могу понять, — прошептал он. — Может, этот камень находится внутри зеркала? Может быть, я должен его разбить? Гарри судорожно пытался понять, что ему делать. «Сейчас больше всего на свете я хочу найти камень раньше Квиррелла, — подумал он. — Значит, если я посмотрю в зеркало, я увижу, как я его нахожу, то есть я увижу, где он спрятан! Но как я могу заглянуть в зеркало, чтобы Квиррелл этого не заметил и не понял, чего я хочу?» Гарри попробовал сдвинуться с места, но веревки крепко держали его — он пошатнулся и упал. Квиррелл не обратил на это никакого внимания. Он все ещё разговаривал сам с собой. — Что делает это зеркало? Что оно показывает? Помогите мне, мой господин! Гарри похолодел от ужаса. В комнате раздался незнакомый ему голос. Казалось, что голос этот исходит из самого Квиррелла. — Используй мальчишку... Используй мальчишку... Квиррелл резко повернулся к Гарри. — Так, Поттер, иди-ка сюда. Профессор хлопнул в ладоши и веревки упали на пол. Гарри медленно поднялся на ноги. — Иди сюда, — поторопил Квиррелл. — Загляни в зеркало и скажи мне, что ты видишь. Гарри подошел. «Я должен его обмануть,» — приказал он самому себе, чувствуя, что находится на грани отчаяния, — «я должен заглянуть в зеркало и увидеть то, что мне надо, и соврать, только и всего». Квиррелл встал за его спиной. Гарри ощутил странный запах, исходящий из тюрбана, скрывавшего голову профессора. Он закрыл глаза, шагнул ближе к зеркалу и снова раскрыл их. Он увидел свое отражение — бледное, испуганное лицо. Но мгновение спустя отражение подмигнуло ему и широко улыбнулось, показывая вид на заострённые большие акульи зубы. Оно засунуло руку в свой карман и вытащило оттуда кроваво-красный камень. А потом, снова подмигнув, засунуло камень обратно. Гарри ощутил у себя в кармане что-то очень тяжелое. Какими то образом, каким-то невероятным образом, камень оказался у него. — Ну и что? — нетерпеливо спросил Квиррелл. — Что ты там видишь? Гарри собрался с духом. — Я вижу, как я пожимаю руку Дамблдору — выпалил он, стараясь врать поубедительнее. — Я... я выиграл для Гриффиндора соревнование между факультетами. Квиррелл снова выругался. — Отойди отсюда! — скомандовал он. Гарри поспешно шагнул в сторону. Камень оттягивал карман, и брюнет спросил себя, не попробовать ли ему убежать. Он не успел сделать и десяти шагов по направлению к двери, когда до него донесся резкий голос. Гарри обернулся и понял, что Квиррелл каким-то образом умудряется говорить, не раскрывая рта. — Он врет... Он врет... — Поттер, иди сюда! Живо! — крикнул гневно Квиррелл. — Говори правду! Что ты там видел, мальчишка?! Квиррелл закрыл рот, и тут снова раздался резкий голос. — Дай мне поговорить с ним... Я хочу видеть его лицо, и чтобы он видел меня... — Но, повелитель, вы ещё недостаточно сильны! — запротестовал Квиррелл. — У меня достаточно сил... — отрезал резкий голос. — Для этого вполне достаточно... Гарри чувствовал себя так, словно снова попал в «дьявольские силки». Он словно прирос к месту и был не в силах пошевелиться. В оцепенении он смотрел, как Квиррелл начинает разворачивать свой тюрбан. Наконец, ткань упала на пол. Без нее голова Квиррелла, сильно уменьшившаяся в размерах, выглядела как-то странно. И тут Квиррелл медленно повернулся к Гарри спиной. Брюнет готов был завопить от ужаса, но не смог выдавить из себя и звука. Там, где должен был находиться затылок Квиррелла, было лицо, самое страшное лицо, которое Гарри когда-либо видел. Оно было мертвенно-белым, вместо ноздрей — узкие щели, как у змей. Но страшнее всего были глаза — ярко-красные и свирепые. — Гарри Поттер, — прошептало лицо. Гарри попытался отступить назад, но ноги его не слушались. — Видишь, чем я стал? — спросило лицо. — Всего лишь тенью, химерой... Я обретаю форму, только вселяясь в чужое тело... Всегда находятся те, кто готов впустить меня в свой мозг и свое сердце... Кровь единорога сделала меня сильнее... Ты видел, как мой верный Квиррелл пил ее в лесу... И как только я завладею эликсиром жизни, я смогу создать себе свое собственное тело... Итак, почему бы тебе не отдать мне камень, который ты прячешь в кармане? Значит, он все знает. Гарри внезапно ощутил, что к нему вернулись силы, и, спотыкаясь, попятился назад. — Не будь глупцом, — прорычало лицо. — Лучше присоединяйся ко мне и спаси свою жизнь... или ты кончишь так же, как и твои родители... Они умерли, моля меня о пощаде... — ЛЖЕЦ! — неожиданно для самого себя крикнул Гарри. Квиррелл приближался к нему. Он шел спиной вперед, чтобы Воландеморт мог видеть Гарри. На белом лице появилась улыбка. — Как трогательно.. — прошипело оно, — что ж, я всегда ценил храбрость... Ты прав, мальчик, твои родители были храбрыми людьми... Сначала я убил твоего отца, хотя он отважно сражался... А твоей матери совсем не надо было умирать... но она старалась защитить тебя... А теперь отдай мне камень, чтобы не получилось, что она умерла зря. — НИКОГДА! Гарри метнулся по направлению к двери. — ПОЙМАЙ ЕГО! ЖИВО! — завопил Воландеморт. Через мгновение брюнет ощутил на своем запястье руку Квиррелла. Его лоб — как раз в том месте, где был шрам, — пронзила острая боль. В этот момент ему казалось, что его голова сейчас разлетится надвое. Гарри закричал, пытаясь вырваться, и, к его удивлению, ему это удалось. Боль стала слабее. Он поспешно обернулся, чтобы понять, куда делся Квиррелл. Профессор корчился от боли, глядя на свои пальцы, прямо на глазах покрывавшиеся красными волдырями. — Лови его! ЛОВИ ЕГО! — снова завопил Воландеморт. Квиррелл кинулся на Гарри и сбил его с ног. Гарри не успел опомниться, как Квиррелл уже оказался на нем. Руки профессора держали его за горло. Боль в голове была такой сильной, что Гарри почти ослеп. Тем не менее он отчетливо слышал, как Квиррелл завыл от боли. — Флиппендо Дуо!* Квиррелла неожиданно сильно откинуло от Гарри. Брюнет постанывал от боли. Он почувствовал как его приподняли за плечи. Гарри, сквозь боль, при открыл глаза и тут же их распахнул. — Профессор Нечитайло! Что вы здесь делайте? — спросил он удивленно. Мужчина выглядел немного потрепанно, а на его лице было беспокойство. Глядя лицо Гарри, он поджал губу. — Благодаря мистеру Мелтону я узнал, что вы собирайтесь идти за камнем. Признаюсь, я был очень удивлен, что вы прошли все испытания, особенно моё, которое с шахматами. По пути сюда я встретил мисс Грейнджер и мистера Уизли — их я отправил к мадам Помфри, — Нечитайло сжал переносится, когда помог Гарри подняться, — я же вам сказал, не ввязывайтесь в это, это дело взрослых! Но если не их, то мои и Северуса! Профессор смягчился, когда увидел виновато опущенную голову. Он слегка улыбнулся и осторожно потрепал брюнета по голове. — Надеюсь, это послужит вам троим уроком на будущее... — Какая приятная неожиданность, — произнес Воландеморт с ухмылкой глядя на мужчину, — не думал, что ты появишься здесь... Черный Джокер. Лицо Нечитайло сразу же стало непривычно холодным, когда он услышал последний два слова. Он уставился на Воландеморта колким взглядом. Гарри неожиданно пошатнулся и оперелся на руку профессора. В глазах стало неожиданно темнеть, а звуки стали доносится будто сквозь толщу воды. Последнее, что услышал, перед тем как упасть во тьму было: — Не думал, что ты будешь здесь... Том Риддл...

* * *

— Зонтик, сядь и успокойся! — воскликнул недовольно Куромаку. Голубоволосый вздрогнул от неожиданность, но так и не сел. Вместо этого он остановился и прикусил на мгновение ноготь большого пальца. — Я не могу, Куромаку! — сказал он огорченно, — я очень беспокоюсь за Гарри! Он уже как три дня лежит без сознания... А вдруг с ним что случилось? Вдруг он е проснётся? А что если..?! Зонтик вздрогнул когда на его плечо легла рука сероволосого. — Всё с ним будет в порядке... Голубоволосый равно выдохнул и, спустя пару минут, кивнул, сев на скамейку рядом с Куромаку. — Ребята! — воскликнул бегущий к ним Феликс. Выглядел он ещё более счастливым чем обычно, — Гарри очнулся! Зонтик уже порвался вскочить со скамьи, но твердая рука сероволосого удержала его на месте. — Сразу к нему не впустить, так что вам придется подождать ещё какое-то время, — сказал Куромаку. — Но ведь!.. — хотел было что-то сказать блондин, но его тут же прервали. — Никаких "но", — строго сказал сероволосый, поправляя очки, — успокойтесь иначе мне придется успокоить вас самим. Феликс и Зонтик одновременно вздрогнули и отрицательно помотали головой. Куромаку мысленно удовлетворённо хмыкнул. Спустя десяток минут, тишина снова была нарушена, но уже Гермионой и Роном. — Спасибо, Зонтик. Если бы не ты, то Гарри бы.. — начало было девочка, но под конец она замялась, — если бы ты не доложил профессору Нечитайло, то... Мне даже страшно представить, что случилось бы с Гарри, если бы ты этого не сделал!.. Плечи Гермионы мелко задрожали. — Ч-что вы, н-нет! — начал протестовать Зонтик. Он был смущен аки, маковый цветочек. — Но ведь ты правда спас Гарри, дружище, — сказал Рон и добавил уже едва слышно, — хотя не только его, но и нас... Голубоволосый был очень смущен из-за слов рыжего. Его лицо было настолько красным, что можно запросто перепутать с волосами Данте. Было видно, что Зонтик вот-вот лопнет от смущения — Ч-что вы, н-нет... На его слабые протесты они лишь рассеялись. Даже Куромаку позволил себе небольшое хмыканье.

* * *

Зонтик устало выдохнул и снова обвел зал взглядом. Большой зал уже был переполнен, но Гарри всё не было. Может, мед. ведьма его не отпустила?.. Неожиданно в зале наступила полная тишина, а в следующую секунду все одновременно заговорили. Зонтик оглянулся на вход и увидел Гарри. Он, не поднимая головы, быстро подошел к их столу и сел между Роном и Зонтиком. Брюнет пытался делать вид что не замечает направленных на него взглядов всех собравшихся. Голубоволосый видел, что многие даже встали со своих мест, чтобы получше видеть Гарри. К его счастью, буквально через несколько секунд в зале появился директор. Все расселись по местам и разговоры в миг стихли. — Итак, ещё один год позади! — радостно воскликнул Дамблдор, — но перед тем как мы начнем наш фантастический пир, я немного побеспокою вас старческим брюзжанием и пустой болтовней. Итак, позади остался отличный учебный год! Я надеюсь, ваши головы немного потяжелели по сравнению с тем, какими они были в начале года. Впрочем, впереди у вас все лето для того, чтобы привести свои головы в порядок и полностью опустошить их до начала следующего семестра. Директор обвел всех присутствующих взглядом своих лучистых глаз. — А сейчас, как я понимаю, мы должны определить, кто выиграл соревнование между факультетами. Начнем с конца. Четвертое место занял факультет Гриффиндор — триста двенадцать очков. Третье — Пуффендуй, у них триста пятьдесят два очка. На втором месте Слизерин — четыреста семьдесят два очка. А на первом Рейвенкло — четыреста девяносто пять очков. Стол, за которым сидели рейвенкловцы, взорвался громкими криками и аплодисментами. Обычно они холодные, но не сейчас. Их можно понять. После того, как с этого факультета выпустился Алебард, они постоянно проигрывали Слизерину. Однако после того как на их факультет поступил Куромаку — они наконец-то выиграли. — Да, да, вы прекрасно потрудились, — произнес Дамблдор, обращаясь к сидевшим за столом Рейвенкло. — Однако мы не учли последних событий. Стол Рейвенкло опасно затих. Их напряжение можно черпать ложкой. — Итак, — продолжил он. — В связи с тем, что в свете последних событий некоторые ученики заработали некоторое количество очков... Подождите, подождите... Ага... — Дамблдор задумался или сделал вид, что задумался. — Начнем с мистера Рональда Уизли... Рон побагровел и стал похож на обгоревшую на солнце редиску. — ...за лучшую игру в шахматы в истории Хогвартса я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков... Крики, поднявшиеся за столом, где сидел Зонтик, наверное, долетели до заколдованного потолка. По крайней мере звезды на потолке задрожали. Голубоволосый отчетливо слышал, как Перси, обращаясь к другим старостам, безостановочно выкрикивает: — Это мой брат! Мой младший брат! Он выиграл в заколдованные шахматы Нечитайло!.. Наконец снова наступила тишина. — Далее... мисс Гермиона Грэйнджер, — произнес Дамблдор. — За умение использовать холодную логику перед лицом пламени я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков. Гермиона закрыла лицо руками. Зонтик не сомневался, что она расплакалась. За их столом творилось что-то невообразимое. За одну минуту факультет заработал сто очков. — И, наконец, мистер Гарри Поттер, — объявил Дамблдор, и в зале воцарилась абсолютная тишина. — За железную выдержку и фантастическую храбрость я присуждаю факультету Гриффиндор шестьдесят очков. Поднявшийся шум оглушил Зонтика. Все, кто умел считать и одновременно хрипло вопить, уже поняли, что у Гриффиндора теперь четыреста семьдесят два очка. То есть столько же, сколько и у Слизерина. Они почти выиграли соревнование между факультетами. Если бы Дамблдор дал Гарри ещё одно очко... Дамблдор поднял руку. Зал начал затихать. —Храбрость бывает разной. — Дамблдор по-прежнему улыбался. — Надо быть достаточно отважным, чтобы противостоять врагу. Но не меньше отваги требуется для того, чтобы противостоять друзьям! И за это я присуждаю десять очков мистеру Невиллу Долгопупсу и мистеру Зонтику Мелтону! Голубоволосый снова покраснел, аки, маковый цветочек, а после того как на него все обратили внимание — спрятал горячее лицо в ладони и за волосами. Зонтик тихо вскрикнул, когда сокурсники принялись сжимать его в объятьях, как и Невилла. Если бы кто-то стоял за дверями Большого зала, он бы подумал, что здесь произошел взрыв, — настолько бурно отреагировали на слова директора за столом Гриффиндора. Гарри, Рон и Гермиона вскочили и зааплодировали Невиллу и Зонтику, подбадривая их громкими криками. Голубоволосый, через плечо ученика увидел, что Гарри, продолжая аплодировать, ткнул Рона под ребра и кивком указал на Малфоя. Вид у него был такой обескураженный и испуганный, словно Гермиона наложила на него заклятие, полностью парализовавшее его тело. Гриффиндорцы не расстроили на счет того, что не были на первом месте. Им было достаточно и того, что они были на втором а Слизерин на третьем.

* * *

Хагрид проводил их к берегу озера и переправ вил на лодках на ту сторону. Ученики залезли в поезд, болтая и смеясь. За окном дикая природа сменялась ухоженными полями и аккуратными домиками. Они дружно поедали конфеты, проезжая мимо городов маглов, а потом не менее дружно сняли с себя мантии и надели пиджаки и куртки. Но, в осномном, это сделали Гарри, Рон и Гермиона. Зонтик решил переодется дома. Наконец поезд подошел к платформе номер девять и три четверти вокзала «Кинге Кросс». — Привет, Алебард!— смущенно улыбнулся Зонтикс, сразу увидев своего брата. Тот довольно сильно выделялся среди магов своим высоким ростом и одеждой. — Это твой брат, Зонтик? — удивленно спросил Гарри. — Да, а что? — спросил голубоволосый замедлить шаг. — Мм, просто он письмо мне написал на Рождество... — Здраствуйте, мистер Поттер. Рад с вами встретится лично, — поздоровался с Гарри Алебард. — Д-да, мне тоже, — смущенно кивнул брюнет. Его можно понять, ведь, не каждый день ты знакомишься со старшим братом друга. Да и ещё, к тому же, если этот самый брат не стеснялся прикрыть грудь. — Зонтик! Чем планируешь занятся летом? — весело спросил Феликс. — Да же не знаю... — О, а как на счет того, чтобы сходить в магловский Зоопарк на выходных?! Или же на ихаттракционы?!.. — Мистер Феликс, когда вы начали интересоваться миром маглов? — спросил насмешлево Алебард, — Зонтик, Феликс, пора идти. Позвольте нам откланятся, мистер Поттер. Надеюсь увидеться с вами снова. — Д-да, я тоже...

* * *