15

Венгрия, наше время

      Я бежал по лестницам, перепрыгивая через две, а иногда и через три ступеньки. Мне нужно срочно поделиться с Линд двумя новостями. По классике — одной хорошей и одной плохой.       Меня разрывали противоречивые эмоции. С одной стороны, я рад зацепкам, которые приведут меня к справедливости. С другой, мне не нравятся эти зацепки в принципе. Почему-то, я не сердился на кого-либо, будто знал всё это время, где-то под сознанием, правду, но просто не принимал её.       Воздух потихоньку заканчивался в лёгких, и я уже успел пожалеть, что купил квартиру на семнадцатом, блять, этаже.       Сейчас, я был в приподнятом настроении. Впервые, за много дней, мне было не противно вставать по утрам, не противно смотреть на свою привлекательную физиономию. Не противно, потому что не больно.       Да, Агата ещё сидела у меня в голове и приходила во сне. Теперь это вызывает у меня только тихую печаль и скорбь. А после восстановления памяти, после того, как я всё узнал, это дало мне повод убить брата и работать. Идеально, не правда, ли?       Эх, когда я был молодым и красивым (кому я вру, я всегда красивый), мне хотелось хороших отношений с братцем. Как у всех нормальных людей, но сука-судьба показала мне средний палец и ушла в закат. Теперь же, я сам объявляю ему войну, за одно и «любимой» мамочке.       Последняя ступенька. И вот я влетаю в квартиру, где хозяйкой была Линд.       Пока она подыскивает себе жильё, я согласился пустить её в свою скромную обитель, состоящую из двух этажей, трёх спален, двух ванных комнат и огромной гостиной с панорамным окном. Вид, конечно, оставляет желать лучшего, но я не жалуюсь.       — Рейчел Кетрин Линд, поздравлю! — кричу на всё помещение, чтобы девушка услышала, даже сидя на унитазе.       — Сбили Дэна? — спрашивает Рейчел, выходя из кабинета. А я невольно усмехаюсь. «Я бы тоже был бы не против, но…»       — Нет, у меня есть новая работа.       — Пф-ф… тебе что одной не хватает? — Линд складывает руки под грудью и опирается о дверной косяк. Не прожила у меня и года, а ведёт себя, как я. Мне это не нравится!       — Не хватает. Тройничек мне всегда нравился больше. Стягиваю массивный шарф, покрытый обильным слоем снега, стараясь скрыть улыбку. Ну и лицо у тебя, Рейчел! Ещё и губки поджала.       — Кхм… мог бы и обойтись без своих двусмысленных шуток. Объясни, уже, что случилось?       — Тогда тебе лучше присесть…

***

Венгрия, несколькими месяцами ранее

      — Прости, но… с чего ты это взял? Нет, доказательств, что это она, — Агата касается плеча Александра, чтобы забрать у него хоть часть боли, которая уже начала распространяться воздушно-капельным путём. Но несмотря, на добрый посыл, всё равно боится сделать мужчине больно. Она часто это делает, даже чаще, чем сам Александр. Единственный раз, когда швед поранил нежные чувства девушки, был лишь способ её защитить. А что сделала она? Согласилась, на предложение нелюбимого человека, при любимом, при этом ранее дала ему надежду на будущее. Этому нет прощения, но есть слабое оправдание — растерянность.       — Есть. В тот день, она пришла к нам в гости, у нас был ужин. Не удивлюсь, что это она подсыпала отцу смертельную дозу, нет, я уверен в этом.       Александр встаёт на ноги, слегка пошатываясь.       — И что будем делать? Мы же не станем их сдавать полиции? — Агата смотрит на возлюбленного снизу, отмечая, насколько высокий Александр.       — Какими прогнившими мама и Дэн не были, они — моя семья. Я не хочу их сдавать. Давай просто сбежим, — произносит швед, подавая руку Харрис. Она встаёт и сразу оказывается в крепких объятиях Нильсена. В них, как всегда, уютно и спокойно.       Сбежать… звучит заманчиво. Агате уже давно хочется сбежать. И не только от семейки Ривер, вообще от всего. Хочется жить, а не выживать. Перестать бороться. Только она победит финального босса, чтобы завершить игру и остаться жить в домике на берегу моря с любимым человеком и тремя озорными детишками, появляется ещё одни и всё по новой, как день сурка, ей Богу!       — Давай. Обратно в Лондон. А там подумаем…       — Хорошо, тогда сегодня ночью выезжаем. Часов в 3-4, согласна? — девушка сдержанно кивает и нежно целует Александра в губы, прося прощение за все грехи, а он охотно отвечает ей губами: «Прощаю». Сегодня ночью всё измениться. И они ещё не знают насколько.

***

Венгрия, наше время

      — Я попрощался с каттен и ушёл в комнату, а после завтрака уехал оформлять документы. Всё шло, как по маслу и я предвкушал будущую совместную жизнь с Агатой. Но планам не удалось сбыться…       — Ты попал в аварию, — закончила за меня Рейчел — А Агата спрыгнула с крыши.       Я кивнул и отпил чай. За ужином я рассказал девушке всё. Она внимательно слушала, не смея меня перебивать. Эмоции на лице блондинки сменялись со скоростью света, так что я толком не уловил её мыслей. Но по знакомым с детства жестам, можно понять — она нервничает.       — Это я во всём виновата, — тихо произносит Линд, поднося кружку к губам. Руки, запачканные синими чернилами, трясутся, глаза на мокром месте. Эх, ну что опять случилось?       — Если это ты подослала тот Мерседес, то да, — тщетно пытаюсь разрядить обстановку. БАХ! Кружка Рейчел со звоном упала на пол, отскочив от края стеклянного стола. Рейчел глядит в одну точку, рука так и висит в воздухе. А мне становиться страшно, глядя, как подруга приобретает мертвенно бледный оттенок кожи.       — Мерседес? — шепчет блондинка.       Мне становиться смешно, ты что, женщина, такой марки не слышала? Мне вообще не понятно, что, чёрт возьми, происходит? Что не день, то клоунада. Что не вечер, то моих нервов не остаётся и следа.       — Чёрный Мерседес с красной лошадью на левом боку? — так, а вот это мне не нравится, откуда она знает, какая машина меня сбила — Это машина из банды Хэнка…       — Всё было подстроено, и авария, и смерть Агаты.       — Но кем?