Глава 1: Про изумрудное платье и долгожданную свадьбу.

I like shiny things, but I'd marry you with paper rings. I hate accidents except when we went from friends to this.

Taylor Swift — Paper Rings

POV Люси

      — Выходи, мы с Холли уже заждались тебя! — Фло возмутилась по ту сторону трубки, и я отчетливо услышала звук закрывающейся двери автомобиля.       — Две минуты, и я спускаюсь! Мы ведь не опаздываем, да?        Я зажала телефон между плечом и ухом и вонзила еще одну шпильку в свою прическу. После целой недели испанского солнца и соленой воды мои волосы можно было смело отстригать, ведь они выглядели как сухая солома, а единственная приличная прическа, которая оказалась мне доступна, это собранный пучок на затылке.       — Если мы опоздаем, Кэт нас убьет, не покормит и напишет красным баллончиком «худшие подружки невесты» на твоей машине, но хуже всего, если мы будем голодные целый день, конечно же, — Фло не на шутку разошлась, и я поняла, что мне стоит поторопиться.       — Так а кто придумал лететь на девичник в Испанию ровно за неделю до свадьбы, а? Пусть Адамс извиняется за наше опоздание, чертила.        Я опустилась на коленки перед шкафом и открыла коробку с моими любимыми босоножками Saint Laurent, в которых я могла пробежать марафон, а потом отплясывать десять танцев. Идеально для свадьбы.       — У него сегодня иммунитет, он будет убит ровно через сутки после праздника, а сейчас нам нужно помочь невесте спланировать преступление, и как минимум выдать ее замуж, — Фло на секунду замолчала, — Все, Люси, шевелись давай, бесишь страшно, мы ждем тебя. — И она бросила трубку.       Вчера вечером мы с девочками вернулись из Испании домой, в Лондон. Там мы провели незабываемый девичник, катаясь на серфе, загорая, кушая фрукты на пляже и не думая ни о чем, кроме отдыха и беззаботной молодости. Идея улететь прям перед свадьбой носила опасный характер, но для такой тревожной невесты, как Кэт, это было буквально жизненно необходимо. Адамс заверил ее, что ей нужно: «Только явиться на праздник, и все, жизнь моя, я все устрою…» — поэтому мы улетели без задней мысли, но как только самолет приземлился на британские острова, все пошло наперекосяк.       Дело в том, что наш рейс задержали на два часа, и Адамс сразу забрал Кэт из аэропорта и увез ее в загородный комплекс, где будет проходить сегодняшняя свадьба. Мы втроем еще долго не могли вызвать такси, поэтому приехали домой уставшие и голодные. Не разбирая чемоданов, мы сразу легли спать, чтобы сегодня подготовиться выполнить важную миссию в роли подружек невесты.       Если бы не командировка в Ричмонде, нас бы могли встретить Киппс, Джордж или Локвуд… Локвуд.       От воспоминаний о моем парне я расплылась в нежной улыбке, а бабочки-прошмандовки начали биться крылышками об грудную клетку, заставляя внутренности ниже живота скрутиться в тугой узел. На дворе стоял теплый май, а это означало, что в этом месяце мы отметим ровно пять месяцев с той встречи на Зимнем балу.        Я могу смело сказать, что я ни капли не пожалела, что подписала тот чертов контракт. Как бы мысль о «юридически заверенной» связи меня ни смущала, я обрела настоящее женское счастье и чувствовала себя любимой и желанной. Я продолжала привыкать к «особенностям» отношений с таким «особенным» мужчиной, но они того однозначно стоили.       За неделю в Испании я безумно соскучилась по Локвуду, как и он по мне. Я бы могла сама выгнать машину и помчаться к нему в Ричмонд, но обязанности перед Кэт меня все-таки останавливали. Я предвкушала сладострастную, желанную встречу с моим мужчиной, поэтому я переживала не только о лучшей подруге…       Я открыла небольшой чемодан, наспех брошенный на кровать вчера вечером, выкинула оттуда все купальники и летние платья и достала голубую шкатулку со всеми украшениями. В Испании я накупила кучу бижутерии из медицинского золота на арабском рынке, поэтому моя шкатулка потолстела раза в два точно.       Встав перед зеркалом, я застегнула колье в виде широкой цепи на шее, вставила круглые сережки в уши и украсила пальцы кольцами, которые достались мне в наследство от моих сестер. Масса золотых украшений выгодно дополняла глубокий изумрудный цвет моего шелкового платья на тонких бретелях, а короткий подол буквально кричал: «Эта девочка сбежала с пляжной вечеринки с каким-то фраером!». Я улыбнулась своему отражению и с удовольствием отметила, что моя кожа слегка загорела на солнце, а фигура стала более рельефной после недели плаванья и серфинга. Мне даже в кои-то веки не понадобился тональный крем, фантастика… Но чего-то не хватает…       Со дна шкатулки я вытянула голубой сапфир на золотой цепочке. Первый и самый значимый подарок от Локвуда, который он мне вручил на прошлое Рождество. Я отчетливо помню, какой, на удивление обоих, смущенный был он и как приятно и волнительно было мне.       Рождественская вечеринка в доме моей сестры Анны кипела, как переполненная кастрюля. После того, как все мои многочисленные родственники поужинали и достаточно выпили, они смогли принять единственное трезвое решение: сплавить моих племянников и племянниц мне и Локвуду. Так как мы были единственными молодыми и бездетными тем вечером, вся ответственность за их здоровье и благополучие лежала на наших плечах. А такую ответственность, поверьте мне, даже самый стойкий характер не в силах вынести.       Так я думала до тех пор, пока не увидела, как Энтони Локвуд взаимодействует с детьми.       Напялив поверх рубашки синий свитер с оленем, он сидел на тумбочке в детской комнате и рассказывал сказку про сапфировый кулон, собрав четырнадцать молодых душ вокруг себя. Дети сидели полукругом и внимательно слушали его. Такую картину я видела только в Лувре, когда школьники сидели вокруг какого-то произведения искусства и вслушивались в слова учителя.       Я же, уставшая от салок и пряток, залезла на второй этаж двухэтажной кровати и так же внимательно слушала рассказы своего мужчины. Маленькая Изабелла на правах моей любимой племянницы легла мне на живот, однако она тоже наблюдала за Локвудом. После того, как он очаровал ее своей харизмой, я лишилась звания любимой тети, а она все чаще спрашивала за «того милого дядю». Я усмехнулась своим воспоминаниям и поправила два хвостика на голове Изабеллы.       — Рыцарь подарил своей принцессе голубой драгоценный камень на красивой золотой цепочке в знак своей вечной любви и верности, он сделал это на глазах у всего города, ему очень хотелось показать серьезность своих намерений, и принцесса приняла подарок, пообещав, что будет хранить сапфир, как зеницу ока… — На удивление для меня, и на всеобщее удивление оравы детей Локвуд остановил свой рассказ.       — Что было дальше, Энтони, расскажи продолжение, — Кай, ребенок моей сестры Анны, как семилетний хозяин этой детской, подал громкий голос.       — Если вы хотите узнать продолжение, уважаемые коллеги, вам придется вести себя хорошо до конца вечера. — Премию «няня года» можно смело вручать Энтони Локвуду.       Мне стало очень смешно от такой дешевой попытки усмирить детей, ведь через секунду шум и гам возобновились вновь. Изабелла попросилась вниз, и я слезла с кровати вместе с ней.       Несмотря на то, что мне давно не семь, я тоже заинтересовалась продолжением сказки, но еще больше меня интересовало то, откуда он эту историю взял. Мои руки обхватили шею Локвуда, и я уселась ему на колени, словно на Санту. Он быстро сориентировался и подсадил меня поудобнее, обхватывая за талию.       — Я буду вести себя хорошо до конца вечера, обещаю, только расскажи мне продолжение, — я преднамеренно повысила голос, словно маленькая девочка.       — Я не верю тебе, Люси, ты та еще шкодница, — он улыбнулся своей нахальной улыбкой, а я сложила губы трубочкой, требуя иного ответа.       — Я обещаю.       — Хорошо, но дело в том, что эта история еще не закончена, и я надеюсь, она никогда не закончится. — Температура в комнате упала на один градус, и в голосе Локвуда я смогла услышать нотки тревоги.       — Что ты имеешь в виду? — мне совсем не хотелось играться с климатическими условиями между нами, меня устраивал теплый весенний день, который мы обоюдно поддерживали с момента нашей роковой встречи, поэтому я потребовала разъяснений.       Но вместо слов он достал черную бархатную коробочку из кармана брюк и вложил мне ее в руки. Мы еще не успели обменяться рождественскими подарками, поэтому я слегка напряглась в непритворном удивлении.       Когда я открыла коробочку, на меня смотрел тот самый драгоценный кулон из сказки. Голубая капелька, ослепляющая своим блеском, на тонкой цепочке, такая хрупкая и невесомая, словно первая утренняя роса.       — Мы не так долго вместе, чтобы ты дарил мне дорогие украшения, Локвуд… — я постаралась звучать как можно мягче.       — Это не просто украшение, Люси, это семейная драгоценность, ее носила моя мать, и будешь носить ты, если примешь подарок.       Странный ком из чувств застрял между горлом и грудью, я провела подушечкой пальца по камню и прошептала:       — В знак твоей вечной любви и верности?       Локвуд наблюдал за моими движениями, на его лице читалось волнение и смущение. Конечно же, мы не признавались друг другу в чувствах, не обсуждали планы на будущее, полностью отдавая себе отчет, что именно между нами происходит сейчас, но такой жест в виде драгоценного кулона, да еще и семейного… Я ответила, не раздумывая:       — Я приму твой подарок и буду хранить его в знак своей любви и верности, — мне захотелось пошутить и добавить «как твоя принцесса из сказки», но я не стала портить момент, а просто встала и отбросила волосы вперед, чтобы он помог мне с застежкой.       — Жених и невеста, жених и невеста! — Кай зажал рот рукой в приступе смеха и тыкнул на нас пальцем издалека.       — Еще одно слово, и мама отберет у тебя айпад до конца месяца! — крикнула я.       Я не видела лица Локвуда, но я буквально почувствовала, как он расплывается в улыбке.       Я повесила сапфир на шею и собрала все украшения в одну композицию, проводя пальцами по холодному металлу. Мне уже не было страшно выделяться на людях, я чувствовала свою железную уверенность, и это не могло не радовать.       Я схватила черную сумочку, забросила туда паспорт, солнцезащитные очки, блеск для губ, небольшой подарок для Локвуда и вылетела из квартиры, попутно стараясь не упасть на лестнице.

***

      Спустившись в подземный паркинг, я узнала черный кабриолет Холли по характерной песне, которую мои подруги включали каждый раз, когда забирали меня откуда-либо. London Bridge играл на полную мощность и резал уши, однако я все равно не смогла сдержать своего смеха, когда услышала знакомую мелодию.       Девочки выехали из дома немного раньше, чтобы заехать в магазин и купить продуктов по просьбе Кэт. По какой-то непонятной причине ей захотелось пива, а на шикарной, утонченной свадьбе будущей семьи Адамсов напитков такого ранга не было и быть не могло бы, поэтому нам пришлось импровизировать. Сегодня мы — подружки невесты, отказывать не в нашей компетенции. Я пристегнула ремень безопасности рядом с пачкой пива.       — Дорогуша, твой Лондонский мост готов сегодня упасть? — Фло подарила мне белозубую улыбку и слегка приспустила очки для приветствия. Я не смогла не заметить ее красивых фактурных украшений на фоне синего платья.       Она использовала эту фразу каждый раз, когда я собиралась на свидание с Локвудом, и меня страшно это бесило, однако со временем я привыкла и даже начала смеяться вместе с ней.       — А твой Лондонский мост готов, Фло? — с издевкой спросила Холли, выполняющая роль нашего шофера.       Она же выбрала розовый цвет для сегодняшнего праздника, Кэт настаивила на том, чтобы мы выглядели так, как хотели, ведь: «Одинаковые платья для подружек невесты — прошлый век, Люси, ты представь, ты и Фло в одинаковых платьях, ну жесть полнейшая».       — Да мой Лондонский мост сойдет с ума, когда я увижу Каббинса, целая неделя прошла, у меня там все уже готово. — Фло жестом указала себе между ног, и, как бы смешно это ни выглядело, я прекрасно ее понимала.       — Господи прости! Я спала с тобой в одной кровати целую неделю! — Холли нервно покосилась на сидящую слева от нее Фло.       Я рассмеялась и поцеловала своих подруг по очереди, а через секунду мы выехали из подземного паркинга на залитые солнцем улицы Лондона. London Bridge продолжал привлекать внимание прохожих, но меня это мало волновало. Я достала из сумочки солнцезащитные очки и откинула голову, подставляя лицо весеннему солнцу и чувствуя предвкушение шикарного дня.       Раньше я боялась потерять свой дар, боялась взрослеть и слабо представляла жизнь без вечной охоты на призраков. Однако, пройдя все испытания и выстроив себе новую реальность, я могу сказать, что у меня получилось, ведь теперь мне не страшно…

***

      Когда мы подъехали к двухэтажному загородному комплексу в английском стиле, где и должна была проходить свадьба, мои глаза сразу выловили серый Порше Локвуда, и стая бабочек в животе взбудоражилась до такой степени, что у меня сбилось дыхание.       Для Фло было критически важно появиться красиво, ей было абсолютно все равно, что на празднике будет весь ДЕПИК, журналисты Vogue, уважаемые люди и так далее по списку, она достала колонку и на полную громкость включила London Bridge. Я захватила пачку пива и мы втроем направились к входу так, слово шли на студенческую тусовку. Судя по всему, организатор мероприятия узнал подружек невесты по громкой музыке, поэтому он любезно провел нас прямо в комнату невесты, где Кэт готовилась к выходу.       — Боже, пиво, святые всех святых, наконец-то! — Кэт подбежала ко мне, цокая каблуками, и вырвала у меня пачку так быстро, будто она не пила никакой жидкости уже лет десять.       Моя подруга была уже полностью собрана: уложенные мягкими волнами белые волосы, легкий макияж и нежное платье из белого шелка делали из нее настоящую принцессу. Я часто видела ее на полном фарше, но сегодня она была по-особому красива. Ее поцеловал испанский загар и сделал высокую стройную фигуру Кэт еще более привлекательной.       В комнате, помимо нас четверых, находилась еще мама Кэт — миссис Годвин.       Как только Кэт открыла банку с пивом и поднесла ее к губам, миссис Годвин быстро сориентировалась и легко оттолкнула руку дочери.       — Девочка моя, скажи мне, пожалуйста, ты, случайно, не беременна? — мама Кэт наклонила голову и подняла одну накрашенную бровь. — Мне тоже хотелось пива, когда я носила тебя.       Она успела забрать пиво у Кэт за секунду до того, как ее лицо выразило неестественный шок. Всегда собранная и четкая, моя подруга никогда не выражала эмоции типа «шок». Я все так же продолжала стоять на месте и наблюдать за ней.       — Не знаю, у меня задержка уже неделю, но я думала, что это из-за смены климата и стресса, — Кэт упала на близстоящий стул и начала глубоко дышать.       Я абсолютно потерялась в своих реакциях, в общем, как и Кэт. Я могла понять, что она чувствует: день свадьбы — катарсис для любой женщины, тебе необходимо выглядеть хорошо и улыбаться гостям целый вечер. Мало того, что она испытывала чужую для нее тревогу из-за праздника, так еще и новость о вероятной беременности свалилась, как кувалда с неба. Однако первой сориентировалась Холли. Она упала на колени рядом с Кэт и взяла ее за руку:       — Скажи мне, тебе есть о чем переживать, дорогая? Вы предохранялись?       Кэт помотала головой, потупив взгляд в пол. Складывалось ощущение, что она вот-вот заплачет. Миссис Годвин села рядом с дочерью и положила ей руку на плечо. Если мы хотим предотвратить нервный срыв невесты, то нам нужно быстро погасить вероятную истерику, иначе вся работа визажиста пойдет коту под хвост.       — Ты помнишь свои слова, Кэт? Подумаешь об этом позже, сейчас тебе нужно сконцентрироваться на себе, сегодня твой день, дорогая, — сказала Холли мягким голосом, чем заслужила одобрительную улыбку Кэт.       — Дэвид мне всегда нравился, он хороший мальчик, Кэтти, и у вас будет отличная семья, а как там сложится в будущем, уже будем смотреть по ситуации. — Мне редко приходилось контактировать с миссис Годвин, но она звучала в точности как Кэт, когда давала жизненные наставления.       — Это что, получается, нам нельзя будет убить жениха после свадьбы? Мы же договаривались, девочки! — Фло, как обычно, разрядила обстановку своим юмором.       — Получается, что да, Адамсу, вероятно, еще нужно будет воспитать маленького Адамса, это как минимум, так что убийство откладывается на неопределенный срок, — сказала я.       Вся комната залилась смехом, даже наша невеста рассмеялась, смахивая капельки слез в уголках глаз. Я обняла ее и тихо проговорила:       — Мы любим тебя, ты будешь отличной мамой.       — Но это не отменяет того факта, что мне страшно хочется пива, Люси, — завыла Кэт.

***

      Я вела миссис Годвин под руку во главе со свадебным организатором, который провожал нас к нашим местам в первом ряду, а девочки шли позади нас. Все гости уже собрались в зале для венчания, около ста человек расположились на белых стульях и ожидали выхода невесты. На небольшом пьедестале стоял священник в белом одеянии, а неподалеку, облокотившись на стенку, зевал жених. В свою очередь я пыталась выискать в толпе темную макушку, принадлежащую моему мужчине.       Мама Кэт страшно разнервничалась, нам даже пришлось в срочном порядке искать настойку валерианы, но, к счастью, свадебные организаторы оказались настоящими профессионалами. Я уверена, им часто приходилось иметь дело с переживающими родителями.       Пока мы пересекали зал с миссис Годвин, я старалась развлекать ее увлекательной историей о том, как Фло сильно обгорела на солнце и была похожа на поджаренную сосиску. Ничто не могло так успокоить женщину в возрасте, как рассказ о двадцатилетних девчонках на отдыхе. Даже звучит как название комедии.       Ровно в тот момент, когда организатор усадил нас на наши места, я получила толчок локтем от Холли, сидящей слева от меня.       — Не вздумай смотреть направо. — Сама же она еле как сдерживала улыбку, поджав губы.       Я прекрасно понимала смысл ее слов, поэтому облокотилась на спинку стула и, прогнувшись в лопатках, повернула голову вправо. Клетка с бабочками-прошмандовками моментально выпустила своих обывательниц на волю, окатывая меня новым приступом возбуждения.       Энтони Локвуд, любимчик моих бабочек, также прогнувшись в лопатках, смотрел на меня с соседнего ряда. Его коньячные глаза светились любовью, а улыбка сияла светом тысячи солнц. На нем был классический костюм, из нагрудного кармашка справа выглядывали белые цветочки. Сегодня Локвуд, как и я, выполнял важную миссию свидетеля на свадьбе, и только за внешний вид ему можно было вручить награду «самый горячий друг жениха».       Я поцеловала ладонь и легко помахала ему рукой, он сделал то же самое, целуя свою руку три раза вместо одного. Этот специфический жест стал уже традицией для нашей пары, мы так прощались и здоровались, отдавая тем самым свой поцелуй в незамысловатом жесте руки. Джордж и Киппс тоже пытались салютовать своим подругам, но организатор попросил их сохранять спокойствие, насколько это возможно голодным на близость парням.       Воздух между мной и Локвудом, несмотря на присутствие сотни других людей, все больше заряжался электричеством, и я буквально возненавидела расстояние из нескольких стульев и небольшого прохода. Я бы так и продолжала играть в гляделки с ним, если бы меня не отвлекла миссис Годвин:       — Люси, что вы с ними сделали? Они как с ума посходили при виде вас! — Она обернулась и бросила взгляд через плечо. — Между нами говоря, ты отхватила себе самого красивого мальчика, но с моим зятем никто не сравнится, конечно же.       — У них будет красивый ребенок с белыми волосами, — мои слова должны были прозвучать как безобидная шутка, но они вызвали новую волну эмоций у миссис Годвин.       — Ох, они же будут стоять у алтаря уже не вдвоем, а втроем! Это так прекрасно, мой внук или внучка проживет венчание своих родителей…        Такого уж точно никто не ожидал. Судя по всему, у женщин из семьи Годвин имеется рубильник на эмоции: они либо испытывают полный ноль, либо сразу тянут на всю сотку. Миссис Годвин глубоко вздохнула и сморгнула подступившие слезы.       Холли, увидев глаза мамы Кэт, достала из маленькой сумочки салфетку, и я крайним зрением заметила, что в настолько маленькой сумочке содержится чуть больше половины вселенной.       Пока я помогала останавливать истерику миссис Годвин, я увидела, как Локвуд, склонившись над коленом, строчит что-то на желтом стикере. Неужели он решил написать пожелание молодым? На английских свадьбах таких традиций не водилось, а я, поверьте уж, насмотрелась на многое за свои года.       Но мои ожидания не оправдали себя. Локвуд передал бумажку организатору, скрестил руки на груди и уставился прямо перед собой, а через секунду я уже держала «тайное послание», стараясь, в прямом смысле этого слова, держать себя в руках.       «На тебе слишком мало одежды, милая, а вот с прической постаралась, умница, но мне все равно прийдется тебя наказать».       Я на автомате коснулась собранных волос на затылке и неожиданно поняла, что в похожем стиле я собирала прическу каждый раз перед нашей близостью. Мой взгляд скользнул по моим голым, загорелым ногам, и я пошевелила пальчиками в черных босоножках, проверяя реальность и оценивая свой внешний вид глазами любимого мужчины. Я закусила губу и постаралась не представлять, как именно меня сегодня будет наказывать этот нахальный друг жениха, однако возбуждение внизу живота начало непроизвольно накапливаться. Мне даже стало немного неудобно, что мы с миссис Годвин смеялись над парнями, ведь я вела себя не хуже их, если судить по моим реакциям. Письмо ждало ответа, поэтому я обратилась за помощью к залу:       — Холли, дай ручку, я знаю, что она всегда у тебя есть. — Я свернула желтую бумажку пополам, дабы никто не увидел содержимого, и положила ее себе на колено.       Моя подруга цокнула языком, но вытянула ручку через секунду.       — Лондонский мост медленно идет ко дну, Люси?       Фло перегнулась через колени Холли и хлопнула меня по бедру. Я очень спешила с ответом, поэтому просто кивнула и не смогла сдержать улыбку. Когда ответ был готов, я прочитала еще раз содержимое и подозвала организатора движением пальца, чтобы тот вернул стикер обратно. Он закатил глаза, но все равно выполнил мою просьбу. Мы точно были самыми надоедливыми свидетелями, которые попадались ему за всю рабочую практику.       Я по привычке уже прогнулась в лопатках и стала наблюдать за реакцией Локвуда. Он раскрыл стикер, глубоко вдохнул воздух легкими, на секунду уставился перед собой, а после глазами, полными удивления и страсти, посмотрел на меня. Это была именно та реакция, которую мне хотелось получить от него, и другой я и не ожидала. Целый сад красивых изумрудных цветов распустился в моей груди, напоминая, какая я могу быть счастливая рядом с ним.       Мои написанные слова: «Сегодня ты можешь делать со мной все, что захочешь» произвели нужный эффект, поэтому я довольно кивнула и послала ему воздушный поцелуй.       А через секунду оркестр начал играть свадебный марш.