☯︎ Бойся своих желаний ☯︎

Двадцать ударов палкой – таков был приговор Син Шихонг. Бедняжка в ужасе смотрела на свою госпожу, но не протестовала. Она знала заранее, чем все может кончиться. За все свое время здесь, в поместье, Син Шихонг довелось пережить и что-то побольнее двадцати палок... В стороне посмеивался второй сын господина Ци – Ци Сунин. От его издевательской ухмылки Син Шихонг всегда бросало в дрожь. С такой же самой ухмылкой он часто тащил девушку к себе в комнату, лез к ней под юбку или нагло приставал, если бывал дома. Сейчас молодой человек, не смея вступать в диспут с разозленным главой семейства, лишь наблюдал со стороны, полностью поддерживая отца в его праведном гневе. Ци Фэй буквально кинулась в ноги своему теперешнему отцу, умоляя отменить наказание или стать на место Син Шихонг и принять этот удар на себя. Конечно, девушка совершенно не понимала, что для ее изнеженного тела будут значить двадцать палок. Ни Нуо безрезультатно пыталась оттащить дочь подальше, но Ци Мейли невозможно было сдвинуть с места. Во дворе собралась практически вся родня за исключением некоторых домочадцев. И хозяин поместья долго не мог поверить, что та самая «приблажная» вдруг стала нормальной в один миг. Тин Ланфен умело подлила масло в огонь, подробно описывая их встречу в городе. В итоге Ци Мейли оказалась виновата по всем статьям: обманывала, сбежала, якшалась с незнакомым мужчиной. Небеса только знают, сколько это уже продолжалось! И как эта сумасшедшая уже успела опозорить семью... Господин Ци, признаться, почти и забыл про нее. Но теперь... Сколько раз чиновник мог пристроить этот лишний рот в какую-нибудь семью? Его жена и наложницы были в восторге от того представления, что разыгрывалось сейчас перед ними. Они демонстративно выражали свое презрение и порицание. Сестры Ци Мейли лишь молча и покорно взирали на происходящее. Им было стыдно за эту маленькую неблагодарную дрянь... В итоге Ци Ханг, так толком ничего и не допытавший внятного, в приступе злости влепил тяжелую пощечину своей нерадивой дочери-шу и запер ее вновь на неделю без права даже общаться с матерью, посадив на рис и воду. Таким образом Син Шихонг была спасена. Ци Фэй тоже злилась. Щека сильно опухла и болела, но больше болело самолюбие. Никто никогда так с ней не обращался! Как же хотелось сбежать из этой клетки! Как хотелось на свободу! Ци Фэй никогда не любила привязки к месту, но, во-первых, она была тогда молода, во-вторых, у нее никогда не было дома. Сейчас, будучи уже гораздо более зрелой личностью, Ци Фэй больше всего на свете хотела жить свободно. Просто чтобы ее никто не трогал! Всю жизнь сама выживала, а сейчас, погляди, какой-то старый мудак бьет ее и указывает, как дышать и как думать. Ночами Ци Фэй, устроившись на своем простеньком ложе, думала о Мин Лэ Яне. Мысли невольно возвращались к таким пронзительным темным глазам и властной манере поведения - это был первый достойный внимания мужчина, которого она узнала в этом времени. Вот только это еще один любитель покомандовать! Бедная его жена... Или жены? «Да пропади ты», – Ци Фэй раздраженно перевернулась на бок, нахохлившись. Почему ее угораздило проснуться именно здесь?! Именно в это время? На второй день ее заточения в поместье вдруг прибыли гости. Вернее, гость. Отец Ци Мейли привел на ужин кого-то очень уважаемого. Син Шихонг взволнованно шептала, что все повара в поместье стоят на ушах – важная шишка будет с господином на ужине. Ци Фэй лишь снисходительно погладила своего юного информатора по голове – ну как можно обижать эту девочку? Ци Фэй ловила себя на мысли, что все больше привязывается к малышке Шихонг. Ведь, по сути, она в этом времени стала самым близким для нее человеком и уже доказала свою преданность госпоже. Чего Ци Фэй до последнего не хотела – идти напролом. Она никогда не была злодейкой или негодяйкой, но видя такое обращение с телом несчастной Ци Мэйли после пережитого разоблачения и последующего наказания от отца девушки, Ци Фэй окончательно убедилась, что иногда и стоит сыграть грязно. Просто девушка все время забывала, где она находится. Прожевав пресный рис, Ци Фэй решительно села за столик для письма и нацарапала кистью пару строк. Потом также решительно сунула записку Син Шихонг в руки: - Передай незаметно третьей госпоже. Но смотри, чтобы никто не видел. Иначе нам обеим точно снесут головы. Глаза Син Шихонг испуганно расширились, и она усиленно закивала головой. В главном доме сегодня праздничный ужин, Тин Ланфен наверняка не отлипает от зеркала – готовится сразить гостя наповал своей красотой. Через некоторое время, как Ци Мейли и предполагала, результат не заставил себя ждать – замок с той стороны был аккуратно и тихо открыт, следом внутрь проскользнула стройная невысокая фигурка бледной третьей наложницы. В глазах плескался испуг, но держалась молодая еще женщина по-прежнему высокомерно: - Что это еще ты удумала, «приблажная Мей»? Это что за нелепые шутки? Тебя выпорют за такое, – почти зашипела женщина, подходя к запертой девушке. Приободренная своими же словами, она замахнулась и уже хотела влепить Ци Мейли пощечину, но вдруг кисть сжало тисками. Ци Фэй решительно блокировала замах и презрительно откинула холеную белую руку в перстнях и браслетах. - Так почему Вы здесь, а не у своего господина? Почему сразу не показали ему эту записку? - Что за бред ты нарисовала в своей дурной голове? И как смеет сумасшедшая девка угрожать этой наложнице? - Вы просто не оставляете этой сумасшедшей выбора. Давайте начистоту, третья госпожа. Вы были отданы своей семьей в угодный для нее дом простой наложницей, но муж Ваш уже довольно стар, плюс ко всему – конкуренция. Детей у Вас нет. А молодость проходит. Вы очень решительны и смелы, моя госпожа, – не побоялись завести пылкого любовника. Хотя все считают, что Вы – крайне набожная, поэтому так часто посещаете храмы. По мере выслушивания сказанных небрежным тоном речей лицо Тин Ланфен становилось все белее и испуганнее. А толстый слой белой пудры лишь усугублял впечатление. Маленькая, почти плоская грудь учащенно вздымалась под слоями голубого парадного одеяния, выдавая панику своей хозяйки. - Эта госпожа не понимает, о чем ты... Клевещешь на меня, грязная дрянь! - Если понадобится, я укажу место, опишу Вашего любовника, даже опознаю его – отцу не составит труда проверить все факты. Тин Ланфен схватилась за грудь, сбив дыхание. Она попятилась назад и вдруг упала на пол, словно ноги перестали слушаться свою хозяйку. Некоторое время сохранялась полнейшая тишина, слышны были только фоном в отдалении окрики слуг во дворе. Вперив застывший взгляд в пол, женщина наконец смогла собраться с мыслями. Голос наложницы звучал глухо: - Ты, глупое создание, даже не представляешь, что такое – спать со стариком. Когда твое тело молодо и сильно, но ты вынуждена раздвигать ноги перед тем, кто годится тебе в отцы. Ты винишь эту несчастную в желании чувствовать себя желанной и удовлетворенной? Не зная удовольствия от тела молодого мужчины, ты, ничтожная, смеешь меня упрекать?! К тому же, от твоего старого папаши детей уже никто не понесет. Но я могу забеременеть от здорового привлекательного мужчины. Старик будет счастлив, а рожденный ребенок упрочит положение этой наложницы в доме и даст гарантии статуса. Что ты хочешь от меня, «приблажная Мей»? - вперив пронзительный злой взгляд на Ци Мейли, Тин Ланфен почти прошипела последний вопрос. - А эта наложница не боится, что ребенок будет не похож на ее супруга? - Вот наивная дура, – с издевкой рассмеялась Тин Ланфен. – А ты думаешь дети, которые родились у господина Ци за все это время, – все от него? Для Ци Фэй эта новость стала неожиданной. Она и видела-то Тин Ланфен всего однажды недалеко от местного буддийского храма. Оба стояли в затемненном углу и, не замечая ничего вокруг, тихо перешептывались. Кокетливая женщина очень соблазнительно улыбалась молодому мужчине в нежно-голубом представительском ханьфу. Было видно, что это либо ученый, либо работник пера местных госучреждений. А когда мужчина как-то чересчур резко схватил тонкую руку собеседницы и порывисто прижал к своим губам, Ци Фэй многое стало понятно. Однако на тот момент личная жизнь гарема папеньки Ци Мейли девушку мало интересовала. А зря. Степень безрассудства местных женщин просто вызывала и ужас, и восхищение. Родить детей не от мужа! В таком-то обществе! Однако Ци Фэй раздражали их недалекий ум по большей части, неумение держать язык за зубами, завистливость. Да, стоит признать, ценность женщины здесь низка, они могли выжить только за счет мужчин и семьи - их так воспитывали. Удачное замужество и дальнейшая борьба за внимание супруга – это единственная приоритетная цель любой юной особы брачного возраста. Вся эта жизнь подчинена жестоким рамкам, один неверный шаг - и ты обречена на позор. Ци Фэй невольно помассировала виски. - Мне без разницы, госпожа. Я забуду о всех нюансах Вашей личной жизни, но мне нужно кое-что от Вас. - Говори, – напряженно приказала Тин Ланфен. Манера общения юной девушки перед ней поражала наложницу. Она никак не могла поверить, что все происходит на самом деле. Эта дрянь! От ее наглого шантажа сейчас деваться некуда. Даже если этой выскочке не поверят, достаточно просто подозрений... Злые языки тут же разнесут приукрашенные сплетни! Нельзя! Тин Ланфен пообещала себе, что позже обязательно найдет способ разобраться с этим отродьем-шу, которая просидела больше десяти лет, не высовывая носа. Ах, лисица... - Мне нужны деньги. Просто деньги. Я хочу сбежать из поместья. Вы дадите мне денег и прикроете меня. - Ты точно приблажная, – оторопело уставилась на Ци Фэй все еще сидящая на полу женщина. – Каким образом эта наложница сможет прикрыть твой побег? - Я подумаю. Надо выбрать момент. Но сначала мне нужны деньги. - Сколько? - Несколько связок цянов и немного слитков лянов. - Да ты в конец обнаглела! Откуда у меня столько денег? – взвизгнула разозленная Тин Ланфен. На выбеленном лице проступили красные пятна гнева. - Успокойтесь и не прибедняйтесь, третья госпожа. Ваши украшения стоят гораздо дороже, если на то пошло. Вы сможете собрать. Мне просто надо как-то начать новую жизнь, понимаете? Я не хотела прибегать к крайним мерам, но Вы не оставили мне шанса. - Ты пожалеешь, "приблажная Мей"! Эта наложница сочтется с тобой за пройденное унижение, – зло прошипела Тин Ланфен. Женщина наконец смогла вернуть присутствие духа, вставая и аккуратно поправляя свою одежду. Однако подрагивание рук выдавало испытываемое волнение. - Да, обязательно. А пока соберите деньги, – невозмутимо оповестила Ци Фэй, дернув плечом. Не впечатлило. Взгляд третьей наложницы ее отца оставался тяжелый и многообещающий... Пытки и сожжение, как минимум. После ее ухода девушка, немного ссутулившись, добрела до кровати. Внутри ее потряхивало, а кончики пальцев немного зудели. Все-таки, такой стервой она стала впервые... Ци Фэй надолго застыла в одной позе, скрючившись на постели и обхватив колени. Она даже не заметила как наступил поздний вечер. Придумать план побега, но самое главное – что делать дальше и как зарабатывать на жизнь. Ци Фэй снова и снова проговаривала свои планы вслух – это помогало ей понять, в каком направлении она двигается. Но каждый раз упиралась в новый тупик. Это только в дорамах все случается само собой у главных героинь... Она же не знала толком местных законов, оставалась очень слаба физически, у нее не было покровителей или статусных родственников. Фактически, жизнь в этом варварском времени все еще была неподвластна ей. - Надумала что-нибудь? – раздался вдруг мужской голос откуда-то из-за спины, заставив девушку подскочить от испуга. Ци Фэй неверяще развернулась и увидела позади себя спокойно сидящего в затемненном углу комнаты прямо на полу Мин Лэ Яна. На мужчине было обычное платье, но ткань, вышивка на нем и покрой выдавали реальную цену скромного на вид облачения. Ци Фэй даже моргнула несколько раз для достоверности. - Как ты, черт возьми, здесь оказался?! – наконец взорвалась она, забывая про своей недавний испуг. - Этот генерал не давал разрешения говорить неформально, – строго осадил мужчина. – Следи за языком. Ты груба. - Я обязательно буду вежливой, когда ко мне не будут врываться в комнату, черт подери! Это – частная территория! - Частная территория? Что это? Ты говоришь не первый раз очень странно. И держишься не как женщина. Эта черта в тебе очень интересна. Вроде, дочь чиновника, но речь - как у грубой торговки. - Чувствую себя зверушкой на обозрении, – мрачно констатировала Ци Фэй. – Как Вы здесь оказались, генерал? – ему показалось или слово «генерал» было произнесено с издевкой? - Хотел познакомиться с настоящей Ци Мейли. В конце-концов она так ловко провела этого господина. Не составило труда встретиться с господином Ци и напроситься к нему в гости. К тому же, женщины его внутреннего двора столь любезны. Твой отец был счастлив возможности принять императорского генерала у себя в доме - столько лести и угодливости этот господин давно не лицезрел. Уверен, будучи истинным чиновником, он уже расписал в своей голове, как продвинется сам и продвинет с протекции этого генерала своих сыновей, а также удачно пристроит какую-нибудь свою дочь. Как думаешь, стоит ему сказать, что они не все от него? И что он, по сути, вырастил чужих как своих? - Подслушивать - недостойное занятие для доблестного генерала... - Этот господин давно здесь, само собой получилось. А ты, Ци Мейли, имеешь дурную привычку думать вслух. Это у тебя за столько лет взаперти осталось? - Но почему не окликнули меня раньше? Я долго сидела одна... - Барышня так напряженно думала, строила планы и выводы - было очень смешно. Такой стратег на кровати. Забавная. К тому же, этот генерал не спешит. Господин Ци любезно проводил своего гостя на отдых, поскольку он немного «перебрал», – усмехнулся Мин Лэ Ян, подмигнув ей. Так вот кто этот «важный гость». Ци Фэй немного растерялась, она просто не думала, что этот мужчина захочет «копнуть поглубже» личность Ци Мейли... Разошлись и разошлись... Ци Фэй, в сущности, не была готова расстраиваться присутствию в комнате молодой незамужней девушки постороннего мужчины. И уж точно не думала о стеснении. Раз уж он здесь... - Ты должен мне денег, - выпалила она, с надеждой вглядываясь в незванного гостя. - Ты? – снова демонстративно выгнул бровь ее визави. - ВЫ! Черт, – Ци Фэй нервно укусила кожицу на пальце. Неосознанно грызть ногти, когда нервничает, было ее самой тяжелой привычкой, от которой все никак не получалось избавиться. Мин Лэ Ян уставился на это действо так, словно перед ним встал оживший Небесный Дракон, а он без меча. Это точно женщина?! – Так что, уважаемый генерал Мин? - Юная барышня - меркантильная девица, – наконец изрек Мин Лэ Ян. – Деньги, я так понимаю, для побега? - Раз генерал подслушивал, то зачем спрашивает? Кстати, в детстве не учили, что это нехорошо? - Там, где рос этот господин, понятия «хорошо» и «плохо» были совершенно иными, – мужчина все еще странно смотрел на обкусанные места на кончиках пальцев. Омерзительно интересное зрелище, надо признать... Кажется, даже самая бедная крестьянка так себя не ведет. – Почему барышня так хочет сбежать? - Тебе... – огрызнулась Ци Фэй, но резко поправила. - Вам не все равно? Просто рассчитайтесь со мной. Или Вы из тех, кто нарушает данное слово женщине? Мин Лэ Ян презрительно фыркнул. - Этому господину не сложно расплатиться с тобой. Но, возможно, этот генерал сможет помочь... Конечно, если барышня не надумала бежать с любовником, – вдруг сузив глаза, предупредил мужчина. Ци Фэй хоть и не видела полностью лица собеседника, но все же отчетливо ощутила завуалированную угрозу, словно настоящие эмоции прошли легкой рябью на поверхности и снова растворились в общих фразах. - А если и с любовником, то что? - Тогда этот генерал сдаст тебя господину Ци. - Что?! – возмущенно воскликнула враз разозлившаяся девушка. Руки сжались в кулаки. Мин Лэ Ян лишь легко улыбнулся: - Чтобы он покрепче запер юную барышню. Так ты точно не ускользнешь от этого господина. - Зачем Вам эта низкородная барышня с языком торговки, генерал Мин? – съязвила грубовато Ци Фэй. Сердце вдруг забилось сильнее. - Этот господин прекрасно развлекся за время нашего внезапного знакомства. За юной барышней интересно наблюдать, поэтому забудь о побеге. Когда этот генерал устанет от тебя, барышня будет свободна. Если бы Ци Фэй уже не сидела на кровати, то присела бы от неожиданности. Заявление казалось настолько смехотворным и нелепым, что захотелось от души рассмеяться. А потом накинуться на этого ублюдка с чем-нибудь тяжелым. Глазами Ци Фэй нашла только кувшин с водой. Но... Он сказал, что может помочь, верно? «Сейчас к черту гордыню», – решила девушка. Ее несчастная душа совсем одна в этой временной дыре. Найдется ли дорога обратно? Хотя в современном мире жизнь тоже несладка... Но там хотя бы существуют известные ей правила игры. А еще права. Элементарные и, казалось бы, естественные права человека. Да и что говорить, женщиной в XXI веке быть гораздо приятнее, чем здесь... Даже проблема с Ли Тонгом вдруг стала мизерной и ничего незначащей. Но жива ли она там? Ци Фэй всем существом ощущала безысходность и душившее отчаяние. - Я просто хочу сбежать отсюда, пока меня не продали как скотину, не отдали наложницей первому выгодному кретину или просто не решили мою судьбу за меня, - в голосе отчетливо проступила тоска. - Поможете этой барышне, достопочтенный генерал Ван? – почти робко и нежно пропела девушка. И для убедительности поморгала своими выразительными глазками. Мин Лэ Ян вновь впился взглядом в лицо напротив, словно действительно не знал, что за странная личность сейчас перед ним. Ци Мейли не прятала свое двуличие, она переобувалась на ходу, переходя из одной эмоции в противоположную играючи. Может она и впрямь приблажная? - У барышни настолько необычный образ мыслей и поведение, что, думаю, наскучишь ты этому господину не скоро. Ты точно сидела взаперти больше десяти лет? - Это побочка, – раздраженно прошептала девушка больше для себя. Но тот, казалось, ее прекрасно услышал. В комнате чувствовалось напряжение. - Я смогу помочь тебе, на самом деле, – успокоившись наконец и слегка расслабившись, Мин Лэ Ян продолжал рассматривать все нюансы внешности Ци Мейли. Ее довольно пышное декольте невольно притягивало взгляд своей ослепляющей белизной кожи на открытых участках. Вульгарно... Идеалом всегда считалась женщина с почти плоской маленькой грудью. - Как? – с надеждой воскликнула Ци Мейли, рассеивая невольные мысли генерала. Мужчина усмехнулся тому воодушевлению, что проступило на лице молодой девушки. При первом впечатлении она показалось ему обычной, но миленькой. Красивых девушек за свою жизнь генерал видел много. Но сейчас генерал Ван следил за каждой сменой эмоций, ловя себя на мысли, что та, на кого он смотрит, приятна. Невероятно! Женщины в понимании генерала являлись пресными, скучными, глупыми или наоборот, чересчур хитрыми или жеманными. Мин Ле Ян никогда не был сильно высокого мнения о женской натуре. Ее роль - быть украшением или политической пешкой, дать мужу наследников, ублажать... На что еще она годится? - Дай этому генералу месяц, барышня. Сейчас мне необходимо вернуться в Лои и сделать все необходимые доклады, разобраться со своими... Преследователями. Через месяц этот господин сможет помочь. - Взмахнешь палочкой и поможешь? Как ты это сделаешь? – от волнения Ци Фэй снова перешла на обычный неформальный язык. Но ее собеседник лишь пожал плечами, словно отпуская ситуацию. - Какой палочкой? Я могу взмахнуть только мечом, но что-то мне подсказывает – ты не оценишь. Доверься этому генералу. И не задавай сейчас вопросов. Барышня все поймет потом сама. - У меня нет выхода, господин знает это, верно? - Верно, – вновь усмехнулся мужчина. – Просто подожди меня. Почему фраза прозвучала так романтично и слащаво из уст этого сдержанного и строго человека? Ци Фэй невольно словно ощутила сладковатый привкус на языке. Месяц. - Ци Мейли, – мужчина легко и бесшумно поднялся на ноги. – Бойся своих желаний – они могут исполниться. Так что потом не ропщи. Девушка невольно сглотнула – до того весомо прозвучали слова. Это была угроза?