Глава 11 «Отвергнутая морем»

Старухе ума не занимать, дьявольский фрукт в знак её уважения ко мне, был хорошим ходом. Но от этого, я ей больше доверять не стала. На вид, как обычный томат, разве что слишком большой, и почему-то, фиолетовый. Ну, и как все дьявольские плоды–с рисунками вихрей на нем. Повертев в разные стороны и не заметив ничего подозрительного, я задумалась. А нужно ли мне его есть, это может сильно помешать, тем более, если я провожу достаточно времени в море. Мокко уж точно будет недоволен. К тому же, я не знаю какие способности он дает, а вдруг совершенно бесполезные, тогда смысла съесть его нет. Положив руку на лоб, я вздохнула. Возможно оно того стоит, и нечего лишний раз волноваться. Буду решать проблемы по мере их поступления. Поднеся фрукт ко рту, я на секунду задумалась, но откинув все мысли, откусила, и сразу же проглотила кусок. А потом мне стало плохо, он на вкус как что-то гнилое или просроченное, даже плесневелая еда не такая отвратительная. Было дело ела и такое. Ели подавив рвотный позыв, я подошла к столу, взяла оттуда графин и выпила половину залпом. Стало немного легче, но все еще мутило. Остатки фрукта полетели в мусорку. Сев на рядом стоящий стул, я попыталась привести себя в порядок. Несколько вдохов, в попытке успокоить организм, и еще пара глотков воды-все-таки помогли.        Теперь нужно понять изменилось ли что-то, первое что пришло в голову посмотреть на себя в зеркало. Но там на меня все еще смотрела какое-то полумертвое, уставшее существо–ничего нового. Проведя рукой по волосам, я зачесала их назад, и вот тут мой взгляд зацепился за уши. Они стали такими длинными и острыми, небольшая сережка откидывала блик на зеркало. Если уши стали такой формы, то возможно и что-то со слухом случилось. Попыталась прислушаться, на Онигашиме я выбрала самую дальнюю комнату, чтобы никто не шумел. И по ушам как ударило, как будто рядом пронесся табун лошадей. Я быстро закрыла уши, вцепившись ногтями в волосы. Сосредоточенность сразу же ушла, и звук также как и быстро появился, так и исчез. Улучшенный слух–это неплохо, только надо научиться это контролировать, а то еще и глухой становиться не хочется.        Дальнейший детальный осмотр ни к чему не привел, и я бы уже начала рассматривать оставшиеся части тела, но еще раз посмотрела на себя. Кажется, пора приводить себя в порядок, а то ребенок и работа такими темпами меня доканают. Улыбнулась. Прищурила глаза и подошла ближе, мне кажется, или у меня слишком длинные стали клыки, провела по ним языком, порезалась, черт, это неудобно. Все остальное тело не изменилось, а жаль, я бы не отказалась от того, чтобы я вновь могла нормально ходить, а не хромать, и видеть левым глазом.        Нужно было с кем-то это обсудить, в голову пришел только Мокко. Найдя как можно более укромное место на острове, я с осторожностью подошла к воде и позвала его. Змей появился буквально через несколько минут.        —Что-то случилось? — спросил он.        —Даже не знаю с чего мне начать, — я задумалась, — Я съела дьявольский фрукт–это во–первых. Во–вторых, я не понимаю, что он именно сделал. Посмотри, что с ушами и зубами стало, я не понимаю, — приподняла волосы, а затем улыбнулась.        Мокко недовольно покачал головой.        —Ты идиотка, зачем? Ты же осознаешь, что вода теперь тебя опасна, а ну-ка, давай, уйдем подальше от берега, — схватив меня зубами за шиворот, он прополз немного дальше, — Как он выглядел?        —Как томат, только фиолетовый, а в остальном ничего примечательного.        —Я такого не знаю, но судя по наличию внешних изменений это может быть зоан, но я не уверен.        Он лишь продолжил меня ругать, и говорить, что это было очень безрассудно. Я это и сама понимала, но, что сделано, то сделано. Нужно было возвращаться назад, я оставила Ямато на Кинга, надо было её обратно забрать, не хотелось отнимать его время, он и так очень занят. Я сама на него скинула достаточно работы, чтобы немного разгрузиться. Ну, и конечно мой выходной пошел коту под хвост.        Чем ближе я подходила к комнате, тем громче становился смех Ямато. Приоткрыв дверь, я заглянула. Девчонка висела на руке Кинга, покачивалась из стороны в сторону, а бедный Кинг пытался хоть как-то поймать её одной рукой. Я уже привыкла к ее выходкам, поэтому к ее, явно травмоопасным для обычных детей выходкам, относилась спокойно. Подойдя к нему, я уже было хотела снять ее, но Ямато резко вгрызлась в руку парня. Кинг зашипел. Я лишь смотрела на это с огромными глазами, меня она никогда не кусала. Взяв ее к себе на руки, я потащила Кинга в сторону комода, там я хранила аптечку. Усадила девочку к себе на ноги и начала обрабатывать рану. Мне стало плохо, что странно, ведь я уже давно привыкла и к запаху и виду крови, а тут такое. Встряхнула головой и достала иголку с ниткой и стала зашивать место укуса, хорошо так она ему в руку вцепилась, глубоко ткани разорвала. Закончив со всем и оставив Ямато под присмотр парня, я пошла выбрасывать окровавленную ткань и иголку.        Но почему-то рука остановилась, подняла иголку повыше, она была вся в крови. Поднесла ко рту и слизнула кровь. И тут же откинула ее, прикрыла рот рукой. Какого хрена я вообще творю. Подсознание вопило о том, как это неправильно, но в тоже время мне стало намного лучше. Это ненормально, я раньше такого никогда за собой не замечала. Картинка в голове начала складываться, но утверждать что-то точно я не стала, слишком мало доказательств.        Вернувшись к ребятам, я присела, Ямато сразу же залезла мне на колени и прижалась головой к груди. Я прикрыла глаза и погладила девочку по спине. Вновь стало плохо. Под пальцами как будто зашевелились вены, я отчетливо стала осознавать, что чувствую, как течет кровь в её теле. И то что мне вновь хочется попробовать крови.        —Лика, все нормально? — спросил Кинг.        —Да… — неуверенно начала, — ты можешь проследить за ней до завтра? Я немного устала, мне нужно отдохнуть.        И с надеждой подняла глаза.        Он согласился. Я передала девочку и пошла в свою комнату. Как только закрыла сёдзи, сразу же упала на пол. С каждой минутой в голову все сильнее била мысль о крови. Да что же это такое! Я попыталась заглушить голод тем небольшим количеством еды, которое было у меня в комнате, но это ничем не помогло. Как же я теперь буду жить? Я же не смогу нормально ни к кому подойти, а к малышке мне вообще лучше не приближаться. Надо что-то придумать.        Я вновь выбежала на улицу и направилась к воде. Возможно, если я попаду в воду, то голод утихнет. Сняв гэта, я подошла ближе, ног коснулась холодная вода, но ничего не произошло. Тогда я направилась дальше, вглубь. Почувствовала я себя плохо, когда вода пошла до груди, закружилась голова, и я решила все-таки повернуть обратно, но ноги уже не держали меня. При попытке сделать шаг, меня снесла волна, и если при обычном моём состоянии, меня бы это никак не остановило, то сейчас меня затянуло под воду, течение, подхватив моё тело, понесло дальше. Воздуха в легких почти не оставалось, я попыталась вдохнуть, но лишь заглотнула воды. Перед глазами поплыло.        А потом меня перевернули на бок, и я смогла вздохнуть, перед глазами все еще плыло. А из горла вместе с кашлем лилась вода. И лишь, когда я смогла сфокусировать взгляд, я подняла глаза. На меня смотрел Мокко. В голове пронеслись его мысли, о том, что я вообще из ума выжила, и лучше бы мне никуда не выходить, а то точно убьюсь. И больше ничего не сказав, он вернулся в море. А я так и осталась сидеть на берегу: вся мокрая и уставшая. Но, правда могу сказать-голода как не бывало.        Я бы просидела бы там до глубокой ночи, если бы не Кайдо.        —Что случилось? Ты как облезлая кошка выглядишь.        —Угадай с трех раз, — вздохнула, — Я чуть не утонула, повезло, что Мокко был рядом.        —И зачем ты полезла в воду? — он протянул мне мою обувь.        —Я теперь фруктовик, Кайдо, — нацепив один сандаль, я продолжила, — И меня мучает ужасный голод, и нет, давай без шуток. Я хочу крови, ужасно. И я не знаю, что мне делать. Я надеялась, если вода так ослабляет нас, то мне это поможет, но видимо, я зашла слишком далеко в воду, и уже не смогла выбраться обратно, — голова упала на колени и я заплакала.        Мужчина почесал голову.        —Почему сразу мне не сказала, я бы что-нибудь придумал. Ты все еще голодна?        —К сожалению, голод опять вернулся.        Кайдо поднялся с песка, и подхватив меня, двинулся в неизвестном направлении. Давно я так не «ездила».        Меня усадили в незнакомой комнате, и Кайдо попросил немного подождать. А затем в комнату ввели кого-то закованного в кандалы.        —Можешь делать с ним что душе угодно, он все равно уже не нужен, — и подтолкнул парня ко мне.        Он упал, но из-за скованных рук и ног не смог уже подняться. Дверь закрылась.        —Прошу не нужно! — прохрипел он и поднял зареванные глаза.        Я не знаю, что тогда со мной произошло, но придвинувшись к молящему о пощаде парню, я приподняла его на уровень моих глаз. Его сердце так быстро билось и разгоняла кровь. Сглотнув, я еще раз взглянула в его лицо, но уже не чувствовала никакой жалости. На ее место пришел голод и безразличие. Я лишь извинилась перед ним. Повернула его голову и приблизилась губами к шее. Под кожей пульс был сумасшедший.        Растянув губы в улыбке, девушка вгрызлась в артерию. Парень начал извиваться, тогда девушка вжала его тело в пол, и схватила за волосы еще сильнее, оттянув голову назад. Чем сильнее зубы вжимались в кожу, тем меньше он сопротивлялся. А затем и вовсе перестал.        Как только в теле не осталось и следа крови, девушка отстранилась. Черные глаза с ярко красными зрачками с удовольствием смотрели на разорванную в клочья шею. Когти, до этого державшие голову, вышли из кожи, как ей показалось, с самым приятным звуком, который она когда-либо слышала. Задрав голову к потолку, она рассмеялась, ей никогда не было так хорошо.        Все-таки встав на ноги, она с недовольством осмотрела себя. Мало того, что кимоно было все мокрое, так еще и запачкано кровью, хотя последнее ее не слишком волновало. Она подошла к двери, за ней облокотившись на стену, стоял Кайдо, он с неким шоком оглядел девушку. Нет, возможно он догадывался, что она может быть жестокой, но взглянув на тело заключенного, он даже непроизвольно дернулся. А она лишь улыбалась. Поблагодарив, Лика двинулась в свою комнату. Скинув кимоно и приняв ванную, она переоделась. Лика легла на футон, и радость потихоньку стала переходить в спокойствие.

***

—Слушай, зачем нас так поздно позвали? — спросил пират.        —Там чье-то тело нужно убрать, опять наверно пытали кого-то. Подойдя к телу, один из мужчин из интереса скинул прикрывавшее мертвого ткань. Вскрикнув он упал на пол и отполз.        —Твою мать, — сказал второй, — Это кто же его так?        —Я тебе говорю-это Рокуроккуби, пришла по наши души, да ты посмотри на парня, он же бескровный, и вообще, у него вся шея в мясо, почти до костей.        —Какие демоны, ты что ребенок, чтобы в них верить?        Мужчины снова закутали тело в ткань и понесли на выход. К утру уже многие шептались о неведомом убийстве, кто-то говорил, что это просто такие изощренные пытки, кто-то, что несчастный случай. Но были и другие, для них на Онигашиме завелся демон. Тот, у кого ночью удлиняется шея, и ест он заблудших в темные коридоры людей. Так и появился слух о Рокуроккуби, но правду обычные обыватели острова никогда не узнают. Конечно, если сами не попадут в подобную ситуацию, хотя как они об этом расскажу, если в живых их уже не будет.