Глава 10. За маской ты увидишь, кто я на самом деле

      — Опять?!       По салону автобуса разлетелся возмущенный женский крик. Кто-то из пассажиров проснулся и стал недовольно озираться по сторонам в поисках нарушителя их сна. Долго искать не пришлось — на последних местах, под светом зажженных ламп, расположилась юная девушка со светлыми волосам. На своих коленях она держала ребенка и раздраженно пыхтела над очередным проигрышем.       Эмили бросила карты на столик и зыркнула на подругу.       — Ты меня явно в чем-то обманываешь. Хватит свои ведьмовские штучки использовать!       Конан в ответ лишь улыбнулась, ну не говорить же, что она видит все карты в отражении зеркала. Да и Хару постоянно выдает, что находится в руках Эмили. Не азартные они игроки, только деньги зря просадят, если возьмутся играть.       — Еще одну партию? — перетасовала карты и с улыбкой посмотрела на своих соперниц.       Итачи, который всё это время искоса поглядывал на девушек, отвернулся к окну. До конца их путешествия оставалось еще больше шести часов, все кости ломило от неудобных сидений. За окном проглядывалась одна только тьма, редко мелькали придорожные забегаловки, заправки. Автобус мерно ехал по пустой трассе, унося их в сторону Лас-Вегаса. Чего Сара хочет добиться от их путешествия, никто не знал, а Эмили молчала как партизан. Поэтому оставалось только смотреть в окно и видеть в нем свои пустые глаза.       Когда сознание уже почти оставило реальность, на колени прыгнуло что-то легкое. Итачи приоткрыл глаза, и рука самовольно зарылась в пушистой шерстке лисенка. Устроившись поудобнее, Хару свернулась калачиком и вскоре засопела сладким сном.       Карта упала на восьмерку червей.       Эмили показала подруге язык, а потом невольно глянула на уснувшего парня. По всему телу прокатилась мелкая дрожь, и она поспешила отвести глаза до того, как Конан станет свидетельницей ее нездорового интереса. Щеки предательски заплыли румянцем. Какой Итачи милый, когда спит! Безмятежно спокойный, и настолько красивый, что коленки постоянно трясутся в его присутствии. Оставаться рядом с ним серьезной и собранной становится той еще задачей — так и хочется прижаться к крепкой мужской груди. А какой у Итачи запах! Из тысячи, миллионов она сможет найти его по запаху!       Не это ли значит любовь, когда ты готов умереть, рассыпаться в мелкую пыль и сгореть на месте лишь от одного взгляда?       Свое детство Эмили не помнила, казалось, жизнь сироты началась с приходом Сары. Эта встреча изменила всё. Мама, подруга, наставница, в лице ведьмы слились все, кого у нее никогда не было. Попытка разыскать семью закончились ничем, а в один из пасмурных дней Эмили окончательно перестала надеяться хоть когда-нибудь обрести стаю. Другие оборотни сторонились ее, отчего обида глушила ее из года в год, пока она не отгородилась от своего происхождения. И без стаи проживет…       Такими мыслями Эмили питалась долгое время, всё успокаивала себя, что сможет прожить без стаи, второй половинки — всех тех, в ком так нуждается волк. Однако природа оказалась сильнее. Теперь не нужна ни мать, ни отец. И братья с сестрами пусть катятся к Абаддону в жерло. Внутренний зверь хочет найти вторую половинку, того, с кем она разделит свое существование. Почему на зов одиночки никто не отзывается?       Почему она никому не нужна?!       — Я пас, — Эмили положила карты на столик, навалилась на спинку сиденья и, надев поистрепавшуюся кепку, посмотрела на передние сиденья.       Конан проследила за ее взглядом и невольно улыбнулась.       — Мне кажется, у тебя скоро появится новый отец…       Сидевший впереди них Мадара чуть воздухом не подавился от услышанного. Но в следующий миг он превратился в неподвижную статую: голова Сары плавно опустилась к нему на плечо. Вот угораздило эту женщину сесть именно с ним! И как теперь поступить? Сбросить или и дальше быть подушкой для этой стервы?       Сбрось. Сбрось и скажи, чтобы она проваливала к другому.       Длинная челка покачивалась в такт движению автобуса, скрывая глаза бога. Подперев голову рукой, Нагато имел неудовольствие глазеть на «сладкую» парочку двух врагов. Дорога теперь казалась сущей каторгой. Какого черта ведьма сидит с тем, кого терпеть не может? Он сам готов протянуть ей руку помощи, готов стать и подушкой, и верным другом, лишь бы она перестала обращать внимание на чертового Учиха.       От своих мыслей Нагато становилось не по себе. Еще ни к кому он не испытывал что-то похожее. Внутри словно бурлил котел с обжигающими сердце чувствами. Знакома ли ему ревность? Сталкивался он хоть раз с тем, чтобы засматриваться на девушку… женщину? Когда это ему стало необходимо внимание противоположного пола?       Когда я встретил ее.       Мужчина прикрыл глаза, и в темноте его встретил улыбающийся образ ведьмы. На подкорке сознания он слышал тихое перешептывание Конан с подругой, но сейчас его больше волновало другое: как быть с этой странной привязанностью. Вдруг эти мысли навеяны колдовством, и Сара просто хочет насильно привязать его к себе?       — Не думаю, что она сейчас решит заводить новые отношения, — натянув козырек пониже, Эмили сложила руки на груди и попыталась хоть как-то принять удобное положение. Взгляд завистливо метнулся к Хару. — Ты лучше придумай, как будем объяснять ту шалость.       В глазах Конан на секунду мелькнула тревога. Она осторожно посмотрела на свою наставницу; если Сара обо всем прознает, их ждет суровое наказание.       — Может не стоит? — с надеждой спросила у подруги, когда прижалась к ее плечу.       — Она должна знать: секреты лишь навредят.       Не успела Конан возразить, как Эмили перевоплотилась в белую кошку и бессовестно запрыгнула к подруге на колени, а потом и вовсе — забралась под куртку, где было тепло и уютно. И где уж точно ее не станут донимать пустыми разговорами. Они должны поговорить с Сарой о том, что натворили. Иначе последствия могут привести к серьезным проблемам.       — Значит правду…       Конан ударилась головой о жесткий подголовник. А дорога и не думает кончаться.       

***

      г. Лас-Вегас       За роскошным белым лимузином остановилась машина такси. Швейцар подошел к задней дверце и услужливо открыл ее. Буквально через секунду он медленно попятился назад. Слова приветственной речи куда-то запропастились, когда перед ним выросла стройная, чарующая своей красотой шатенка на высокой шпильке. Поверх облегающего черного платья был накинут плащ бежевого цвета, а густые волосы убраны под шелковый платок.       Заложив сумочку под мышку, Сара улыбкой поприветствовала швейцара и походкой от бедра двинулась к отелю. Вышедший следом Мадара оттолкнул зазевавшегося работника.       Гудок автомобиля вырвал швейцара из наивных грез.       Не прошло и минуты, как мимо него прошмыгнула девчонка, в ободранной кепке и грязных кроссовках. Работник резко крутанулся на пятках, вытянул руку, чтобы остановить ее, но тут же впал в глубочайший ступор: девушка подбежала к той шатенке, взяла ее под руку, и уже вместе они прошли в фойе одного из самых известных отелей-казино города.       Занимался новый день. Горизонт пылал оранжевым огнем. Вода в фонтанах переливалась всеми цветами радуги, завораживая причудливыми фигурами. Хару с ногами забралась на гранитный борт. Налетевший ветер сбросил ее шляпу, которую сразу подобрала Конан, однако духа эта потеря будто и не волновала вовсе.       — Как же прекрасен этот мир… — раскинула руки и прикрыла глаза.       Позади остановилась толпа пьяных туристов. Все как один уставились на ее необычный образ. Итачи кивком головы показал, чтобы Конан их разогнала, а сам незаметно подкрался к ребенку.       — Еще успеешь насмотреться, — руки подхватили воздушное тело, развернули и прижали к груди.       Столкнувшись со звериными глазками, Итачи на короткий миг забыл, что хотел сделать только что. На ресницах девочки висели слезы, а взгляд отчего-то был чересчур потерянный. Так сильно растрогалась из-за нового города? Да, это место завораживает. Повсюду растут высоченные здания, необычные деревья. А сколько же здесь людей! Жизнь не останавливается даже ночью.       — Не хочу сидеть в здании, хочу гулять, — жалостливо прошептала, обвив его шею своими ручками.       — Мы обязательно погуляем, — ответила Конан, когда вернулась к ним. А толпа в это время завороженно тащилась за бумажной бабочкой, которая уводила их как можно дальше от фонтанов. — А сейчас нужно вернуться к остальным, Сара будет переживать.       Вмиг детское лицо превратилось в маску. Спрыгнув на землю, Хару взяла Итачи за руку и неожиданно для опешившей Конан попятилась к зданию отеля.       — Мне до ее чувств нет никакого дела. Я поехала с вами не ради этой… ведьмы. И ты не смеешь мне приказывать. Все вы одинаковы. Лживые и прогнившие убийцы.       Последние слова девочка заглушила неразборчивым шепотом.       — И зачем ты ее обидела? — Итачи и сам не заметил, как в его голосе пробилось осуждение. Вместе с духом он остановился перед проезжей частью, оставив Конан плестись за ними. — Она ведь ничего тебе плохого не сделала.       От центрального входа отъехала очередная машина. Несколько секунд Хару смотрела на загнутые мыски своих ботинок. Разве жестоко?       — Она ведьма, а большего мне и не нужно, — безучастно ответила. В груди что-то екнуло, когда Итачи перехватил ее взгляд. Глупец, ему ли читать нотации той, о чьей судьбе он и знать не знает. — Ты еще слишком юн, чтобы понимать этот мир… Купишь мне мороженое? Хочу апельсиновое! И с кусочками шоколада! И… и побольше!       Резкая смена настроения выдавила из парня улыбку. Он покрепче сжал тонкие пальчики и поспешил вернуться к остальным. Но глубоко в душе остался горький осадок. В чем же причина твоей ненависти, Хариет?       

…

      Мадара нетерпеливо стучал ногой по устланному глянцевой плиткой полу. Шумно, ярко. Абсолютное неведение убивает. Он искоса посмотрел на ведьму, которая разговаривала с администратором отеля. Нагато маячил рядом с ней, точно верный песик, а Эмили беспардонно развалилась на одном из диванчиков, закинув ноги на подлокотник.       Работники посматривали в ее сторону, перешептывались, но их внимание упорно игнорировалось — девушка залипала в экран телефона.       Мужчина осмотрелся. Огромное пространство без явных мест, куда можно скрыться от надоедливых глаз, выбивало из равновесия. Над головой висела странная композиция из разноцветных цветов. Потолки высокие. Колонны тоже высокие, навевая мысли о замках. За длинной стойкой возле стены ходят работники отеля. Туда-сюда гоняют большие тележки, набитые чемоданами. Бежевые оттенки должны успокаивать, настраивать на состояние глубокого покоя, однако внутри бурлила злость на одну ведьму.       Цокот шпильки привлек к себе хмурый взгляд. Не привык Мадара подчиняться женщине, особенно такой высокомерной… Даже если от нее сейчас зависят их жизни.       — Наши номера, — Сара подошла к брюнету и протянула ему пластиковую карточку.       Мадара сразу убрал ее во внутренний карман.       — Каковы дальнейшие шаги? — сухо спросил.       Повисло недолгое молчание. Сара покосилась на центральный вход и незаметно от остальных выдохнула: Хару вернулась.       — Кто из вас готов присмотреть за нашим зверинцем? — улыбка коснулась ее накрашенных красной помадой губ.       — Куда-то собралась? — в глазах Учиха мелькнула искра интереса, которая, впрочем, сразу же и погасла.       — Есть одно дело. И мне нужен сопровождающий.       — Ты хотела сказать… телохранитель?       Нагато, всё это время стоявший по левую руку от ведьмы, внезапно расправил плечи.       — Мне? — Сара легко усмехнулась. — Да не смеши. Для меня мужчина всего лишь красивый аксессуар.       Мадара внутренне поежился, когда женский ноготок царапнул его заросшую щетиной щеку. Дыхание едва сбилось. Зажмурившись, он резко разорвал зрительный контакт с ее глазами. Вот же чертовка! Магию свою использует, пытается зачаровать!       — Тогда я твоей игрушкой быть не намерен, — грубо откинул ее руку и двинулся к главному входу. — Хару!       Наблюдая за тем, как девочка с радостью запрыгивает на руки к Учиха, Сара ощутила неприятное жжение в груди. Она закусила внутреннюю сторону губы и очень сильно пожалела, что сейчас не в своей особняке. Там бы ей никто не помешал выместить скопившиеся внутри эмоции.       — Мне с тобой…       Подавшая голос Эмили резко замолчала, стоило матери посмотреть на нее тяжелым взглядом.       — Остаешься в отеле, — ответила Сара. — Отсюда ни шагу, поняла меня? Эмили?       Итачи и Конан замедлились, ощутив, как вокруг Сары разрастается аура недовольства. По тому, как хмур был Нагато, стало ясно: разговор идет весьма серьезный.       — Если ослушаешься, накажу. И в этот раз не поскуплюсь на серебре, — суровое выражение лица тут же смылось улыбкой. Сара пропустила руку под волосами дочери, обнимая ту вокруг шеи, и легким поцелуем прижалась ко лбу. — Будь хорошей девочкой, слушайся свою маму.       Возникшую между ними паузу Эмили разогнала коротким кивком и молча приняла карточку от номера. Ехать на одном лифте с мамой сейчас было как-то боязно, уже давно Сара не позволяла себе таких слов в ее адрес. Серебро…       — Даже не думай, — осадила Итачи злым взглядом, как только они вместе с Конан прошли в пустую кабину лифта. Забившись в самый угол, Эмили опустила козырек кепки. Мысли унеслись к детству, где в первое время было много боли. Боль и страдания, на что еще может рассчитывать такое чудовище?       Не надо было давить на нее так.       Сара с сожалением посмотрела на закрывшиеся дверцы лифта. Цифровое табло показало, что следующий сейчас находится на десятом этаже.       — Я бы хотел…       — Да? — повернулась лицом к Нагато, о котором и думать забыла.       Мужчина приспустил солнцезащитные очки.       — Это твое дело — оно опасно?       — Смотря, как пойдет разговор с исполнителем, — ведь каждая встреча с колдунами и демонами равноценна рулетке. Велик шанс нарваться на проблемы, особенно сейчас, когда за ними ведется охота. — Я бы и одна справилась, но боюсь, что могу не вернуться.       Последние слова застали Мадару на полпути к лестнице. Взгляд встретился с глазами духа, и то, что он увидел в черных омутах, вселило неприятное чувство тревоги. Всё настолько серьезно?       — Тогда я согласен сопровождать тебя, если это хоть как-то поможет общему делу.       Ведьма лишь кивнула на предложение Узумаки, а потом скрылась с ним в прибывшем лифте, перед этим пропустив других постояльцев. Вроде и спокойнее стало на душе, но тогда почему его одолевают нехорошие мысли? Может не стоило преждевременно отказывать Саре?       Гордость — страшная вещь, которая порой толкает на глупые шаги. Свое слово Мадара сказал, и теперь довольно трудно переступить через себя, чтобы протянуть руку помощи уже ведьме.       Она и сама справится, подумал он и поставил ногу на первую ступень. До одиннадцатого этажа мысли обязательно устаканятся.       

Ведь так?..

      

…

      Эмили открыла мини-бар и удивленно присвистнула. Водка, ликер, вино и виски — о чем еще можно мечтать в отеле, где на первом этаже разместилось казино? Еще осталось деньги у Сары свистнуть, чтобы жизнь совсем сказкой показалась.       — Это не для нас, — дверца захлопнулась прямо перед носом, развеяв картину безудержного веселья. Эмили зыркнула на подругу, которая отошла к окну.       Вид с их номера открывался великолепный, если бы ее хоть немного волновали виды Лас-Вегаса. Сейчас душа требовала свободы, праздника, да хоть чего-нибудь, чтобы отвлечься от недавнего разговора с мамой. Обиды она не чувствовала, да и как можно злиться на человека, который забрал ее с улицы, вырастил и назвал своей дочерью. Маму Эмили любила больше жизни. Только иногда не понимала ее замыслов.       Внезапно острый нюх уловил приближение Итачи. Эмили глянула на дверь, и мгновением позже в номере раздался тихий стук.       Открыть вызвалась Конан. Оборотень фыркнула и под шумок свистнула из бара бутылку виски. Потом прыгнула на кровать с ногами, где стала упорно делать вид, что ее больше интересует спиртное, чем этот Учиха.       — Она захотела с Эмили спать, — Итачи прошел в центр комнаты, ведя за собой Хару. — Передаю лично в руки.       Внимание духа тут же переключилось на большое панорамное окно. В отличие от номера Мадары, отсюда были видны фонтаны. Проводив ее мягким взглядом, Эмили исподлобья посмотрела на брюнета.       Конан вернулась к столу, где лежал ее рюкзак, и достала оттуда книги со свитками.       — Ты серьезно? — Эмили чуть не ударила себя по лицу, когда подруга села за учебу. — Давай хоть на секунду ты забудешь об этих книжках и развлечешься со мной?       Бутылка в ее руках не обещала ничего хорошего. Итачи переглянулся с Хаюми и хмурым голосом осадил мысли оборотня:       — Плохая идея.       — Сара не одобрит, — Конан была полностью солидарна с бывшим нукенином. Если Эмили сейчас напьется, то может сорваться. А такие срывы всегда кончаются плачевным результатом.       — Я только за! — послышалось со стороны окна. Трое разом перевели опешившие взгляды на маленькую девочку, которая стояла на подоконнике, широко улыбалась и, кажется, прямо сейчас готова была покорить этот мир.       Только пьяных духов им не хватало.       — Детей не спрашивали, — Эмили отмахнулась от мелкой и снова обратилась к акацуки. — Да и она…       Оборвавшись на полуслове, она чуть язык не прикусила от неожиданности. Бутылка выскользнула из рук, и Хару ловко запрыгнула на изножье кровати, вскидывая палец и гордо заявляя:       — Вообще-то я старше всех вас вместе взятых. Так что я тут буду указыва… ай-я-я-я-яй! Пусти! Пожа-а-алуйста!       Большое лисье ухо зажали двумя пальцами и безжалостно дернули вверх.       — Иди к Мадаре спать, — Эмили нагнулась к лицу духа, загробным голосом продолжая: — А то придет серый волчок и укусит вредных лисят за бочок.       Детские глазки широко распахнулись. Сознание утонуло в воспоминаниях, где на ее хрупком теле расцвели кровоточащие раны. Она и по сей день помнит, как больно кусается Эм. Нельзя злить подругу и будить ее внутреннего зверя. Она больше не хочет страдать от одиночества.       Дверь за девочкой захлопнулась. На какое-то время в номере повисло молчание.       — Теперь ей будут кошмары сниться, — Конан неодобрительно мотнула головой. — Эм, давай не будем начинать. Я не хочу проблем…       — Ну народ! — девушка бросилась вперед, смотря то на Хаюми, то на Итачи. — Мы ж в Лас-Вегасе! Как часто перепадает такой шанс? Слежки за нами больше нет, поэтому в том, что мы немного погуляем, нет ничего страшного. Сару если что я возьму на себя. Ну?       — Я спать, — гений повернулся к ним спиной и уже хотел покинуть номер, как вдруг в спину прилетела едкая насмешка:       — Так и жизнь всю проспишь.       — Зато останусь жив, — сузив глаза, обвел девушек тяжелым взглядом. — И вам настоятельно советую сидеть здесь, а не шататься где попало.       Учить ее вздумал? Эмили от злости стиснула кулаки. В глазах вспыхнул нехороший огонек.       — А я поняла! — губы растянулись в жуткой ухмылке. — Просто маленький мальчик Итачи боится нашу строгую мамочку. Она же сделает ата-та-та, если кто-то из ее детишек будет гулять после двенадцати. Или наш мальчик боится замарать свою «идеальную» репутацию?       Мужская бровь едва дернулась. Итачи с минуту смотрел на девушку в упор, а после ответил совершенно спокойно, будто всё сказанное прошло мимо него:       — Не выйдет, я не куплюсь на эти дешевые трюки.       

Tokisawa Nao — Takachiho

      Оставив последнее слово за собой, он покинул номер девушек. И куда могла убежать Хару? Ее испуганные глаза теперь стояли перед внутренним взором. Маска ребенка валялась у ее ног, а настоящее лицо искажал первородный страх. И слезы градом сыпались в пустоту, которую он видел в ее глазах.       Осудить может каждый, но сложнее заглянуть под фальшивое лицо, чтобы узнать, каков он или она на самом деле. Быть может всё намного сложнее, чем кажется на первый взгляд?       — Ты еще здесь?       Итачи обернулся. Позади стояла Эмили, вроде и такая, какой он видел ее минуту назад, но, кажется, что-то изменилось в глазах.       — Куда-то собралась? — хмуро оглядел ее с ног до головы, останавливаясь на ее золотистых омутах.       — Пойду покорять этот город, раз вы оказались такими слабаками.       Толкнув его плечом, Эмили внезапно замерла. Тело онемело от всколыхнувшихся чувств, когда вокруг локтя сомкнулись мужские пальцы. И посмотреть в его сторону страшно. Чего он хочет от монстра? Опять с нотациями полезет?       — Постой, разве Конан не идет с тобой?       Глаза прикрылись. Эмили обнажила острые клыки, скалясь в подобие ухмылки. В следующий момент она смотрела на Итачи совершенно другим взглядом, голодным, хищным. И кажется чуточку насмешливым.       — А ты ее видишь рядом со мной? — хохотнула и показательно осмотрелась вокруг. — Анна? Анна, где же ты? Вот видишь, здесь мы абсолютно одни.       Внутренние инстинкты заверещали об опасности. Но Итачи не сделал ни шагу, когда к нему приблизился оборотень. Ее клыки выглядывали из-под верхней губы, а от уголков глаз тянулись жуткие черные вены. Завораживающее и в то же время леденящее душу зрелище.       — И я чертовски голодна. А твое тело так ароматно пахнет…       Лопатками он почувствовал препятствие в виде стены. Подняв глаза к потолку, Итачи затаился. Дыхание девушки липкими мурашками расползалось по щеке, пока это странное чувство не сменилось горячей влагой. Эмили лизнула его и кончиком языка потянулась к бьющейся венке. Пальцы стягивали длинные волосы парня, и грудью она чувствовала, как быстро бьется его сердце. И правильно, что боится, может хоть так перестанет видеть в ней ребенка.       — Дай разок кусить. Хочу попробовать человеческую плоть из другого мира…       Ресницы задрожали, и лишь усилием воли Итачи не закрыл глаза, поддавшись на зов потаенных желаний. Низ живота покалывает, а в висках громко пульсирует взбудораженная кровь. Эта девчонка… Ее клыки опасно царапают кожу, но это чувство не вызывает отвращения. Сердце бешено стучит не в страхе, это что-то иное, схожее с вожделением. Разве так себя чувствуют жертвы, которых собираются сожрать?       Странное марево внезапно развеялось, когда она отстранилась от шеи и вкрадчиво посмотрела в глаза.       — Ты чего стоишь как истукан?       Итачи сглотнул сухой ком и тихо шепнул:       — Если так хочется, пробуй. Лучше ты ранишь меня, чем кого-то другого.       По лицу девушки пробежала тень смятения. Она плавно отошла от него, пониже натянула козырек кепки, чтобы скрыть покрасневшие щеки.       — Ну точно идиот. Я… я буду на крыше, если что.       Заскочив на лестничную площадку, Эмили от злости ударила кулаком в стену. Мелкая крошка осталась на содранных костяшках. Как же так?! Она не понимает этого человека. Он то протягивает руку, то отталкивает. Или это беспокойство со стороны Итачи лишь плод ее воображения, и у нее нет даже малейшего шанса измениться в его глазах?       Вечер подкрался почти незаметно. Город затопило ярким светом огней, улицы наводнили сотни людей, а на душе закралось омерзительное чувство тоски. Эмили немигающим взглядом прожигала танцующие фонтаны и мысленно задавалась одним единственным вопросом. Опять почему. И опять она чувствует себя одинокой.       Болтая ногами в воздухе, на миг возникла мысль улететь. А потом сброситься с большой высоты на какие-нибудь скалы, чтобы закончить это бессмысленное существование. Зачем жить, если…       — Эм! — на крышу залетела Конан, оторвав от пугающих замыслов. — Хару сбежала!       Лисенок? Не раздумывая ни секунды, Эмили бросилась к номеру Мадары. По дороге она очень надеялась увидеть там лисенка, быть может Анна ошиблась?              — Заносчивая девчонка! — Сара метнула гневный взгляд на вошедшую дочь и сразу вернулась к хаотичному мельтешению по номеру.       Первым Эмили увидела Мадару. Разглядывая ночной город, он молча и со скрещенными руками стоял возле окна. Нагато обнаружился за столом.       — Уши оторву, когда найду, на цепь прикую, чтобы неповадно было сбегать. Изведу со свету! А вы чего стоите, как истуканы! Я просила вас приглядывать за Хариет, что в моих словах было непонятно?       Конан искоса посмотрела на подругу, а та лишь вздохнула. Сама понимает, что напортачила и причем крупно. Где им теперь искать Хару? Этот город огромен.       — Может перестанешь орать? — спокойный голос Мадары на время остудил пыл ведьмы. Сара замерла между кроватями и в упор посмотрела на него, ожидая дальнейших слов. — Пусть Эмили ее по запаху отыщет…       Женская бровь изогнулась в глубочайшем скепсисе.       — У духов нет запаха, — мысленно чертыхнулся, но внешне остался абсолютно невозмутим.       — Давай я попробую отследить ее, — Нагато поднялся со стула, забирая солнцезащитные очки. — За время нашего путешествия я, вроде, смог понять, какая ее аура на ощупь.       — Не надо никого искать, я знаю, куда она отправится.       Взгляды всех присутствующих сомкнулись на вошедшем Итачи.       

…

      Звуки джаза слышались по всей округе. Возле фонтанов собралась толпа зрителей, на глазах которых развернулось настоящее шоу. Вырывающиеся из воды столбы оживали под заводную музыку. Выстраиваясь в ряд, собираясь в только им понятный танец и словно рвясь на свободу, к ночному небу, они поглощали восхищенные возгласы людей и утягивали их внимание в светящуюся толщу воды.       Мадара наблюдал за всем из тени, что отбрасывала высокая пальма.       Немного погодя к отелю вышли Эмили и Итачи. На руках последнего сидел вредный дух леса, и кажется уже спящий. Как же мало нужно ребенку, чтобы отыскать утраченный покой. Может зря они забрали Хару из лесу?       — Спрашивай уже.       Сара выпустила в воздух тонкую струю дыма.       — Ты ее постоянно зовешь Хариет, — Мадара краем глаза посмотрел на ведьму. — Как понимаю, это ее настоящее имя?       — Да. При жизни так звали.       Дрожащие пальцы сжали фильтр сигареты.       — Она твоя… дочь?       Сара ответила не сразу.       — Я не смогла отпустить ее душу, поэтому и сделала Хариет духом. За это она меня ненавидит. Считает всех ведьм злом, — окурок затоптали мыском туфли, и ведьма продолжила, смотря Учиха в глаза: — Я ищу силы не просто так, Мадара. Чтобы освободить Хариет, нужен колоссальный запас магии, которого у меня, увы, нет. И этим я обрекаю ее на вечные страдания в мире людей… Среди одиночества и жестокости. Иногда смерть не самый ужасный конец. Только это я, к сожалению, поняла слишком поздно… Очень трудно отпустить… своих детей, особенно когда они такие своенравные, как Эмили. Я живу лишь ради них. А когда моя миссия будет исполнена…       Вдруг в кармане плаща завибрировал телефон. Сара быстро посмотрела на часы и едва дернула уголками губ.       — Ох, мне уже надо идти. Присмотришь за девочками?       Мадара ничего не ответил, лишь кивнул. Довольно скоро такси скрылось из виду, увозя с собой ведьму и ее верного защитника. А сам Учиха еще долго стоял на улице и смотрел в свое прошлое, где осталась вся его жизнь.