Влюблённые молодожены

Улочки города были переполнены толпами людей, собравшимися сегодня длинным рядом посмотреть на пышную процессию. То была свадьба господина Дубея и госпожи Шарма. Первая за столь долгое время среди наследников дюжины. Приоткрывая небольшое окошко своего паланкина, Деви смотрит на ликующий народ и сжимает губы в тонкую линию. Она вообще не собиралась замуж да и в целом никогда не стремилась к подобному статусу. Перспектива стать чьей-то женой, а затем и матерью наследников её не прельщала от слова совсем. Шарма отчаянно жаждала свободы, но с этим желанием можно было смело распрощаться, ведь теперь она невеста, почти жена. Ей кажется всё это полным абсурдом, но кто она такая чтобы перечить воле самой темной матери? Деви закусывает внутреннюю сторону щеки до боли, приводя себя в чувство. Припоминает свои же слова о своём наследии и выпрямляется. Её долг заботиться о процветании её рода, о людях, что работают на шахтах Шарма и об их благополучии. Ей бы благодарить богов за такой щедрый подарок, но Деви отчего-то горько. Слишком больно приносить себя в жертву во имя чужого блага. На пальце сверкает Дубейское кольцо и Деви готова поклясться, что если бы не Камал, то она бы непременно вогнала бы в шею Рама нож для вскрытия конвертов в тот самый день, когда он явился в её дом, чтобы сделать предложение. Она помнила его улыбку и нахальный взгляд и змеиное шипении Видии, что ей бы стоило быть более благодарной, но она смеялась. Быть благодарной за чужого и практически незнакомого ей человека, с которым отныне Деви должна была прожить всю свою жизнь. Они были знакомы с самого детства. Как и полагается наследникам благородных семей дюжины, часто встречались на общих собраниях и праздниках, а затем уже в более сознательном возрасте пересекались на служениях в храме. Рам был нелюдим, да и она не рвалась стать частью его компании. Его репутация, холодный взгляд и надменный тон отбивали всякое желание сближаться с Дубеем, поэтому все их общение ограничивалось редкими взглядами и учтивыми кивками. Но теперь всё было иначе. Теперь она станет его женой, продолжением его души и жизни. От этого было тревожно. Носильщики осторожно спускают паланкин на землю и Деви в панике приоткрывает окошко, осматриваясь. Одни люди танцуют и веселятся, пока другие наблюдают за танцовщицами и разгуливающими кругом факирами. Все радостно ликуют, пока она ожидает неизбежное. Промакивая влажные ладони своей расшитой лехенгой, Дивия жадно втягивает воздух, пытаясь успокоиться. Но выходит плохо. Ей плохо от осознания того, что всё выходит вот так. Дверь её паланкина открывается со скрипом и, принимая помощь Камала, Дивия аккуратно выходит. На ней красное сари из тяжелой парчи, расшитой золотыми нитями и драгоценными камнями из её шахт, которые сверкают в её тикке, серьгах и ожерелье. Она улыбается всем гостям и, поудобнее перехватывая руку сопровождающего её Камала, оправляет дупатту, цепляющую тяжелый натх. Деви не нравится быть в центре всеобщего внимания. Она терпеть не может сотни заинтересованных взглядов, пристально разглядывающих её как товар на прилавке, но она глава семьи и привыкла проглатывать своё не хочу, отыгрывая свой личный спектакль от и до. — Ослабь хватку, — негромко просит Рай, но Деви сильнее сжимает его руку. Пусть тоже страдает. Знает, что сейчас испытывает она с его молчаливого согласия. Она предстаёт перед Рамом, облаченным во всё красное, и низко склоняет голову, позволяя ему надеть на свою шею цветочную гирлянду. Она на секунду мешкает, но повторяет то же самое движение в знак своего согласия на этот брак. Дубей ставит на её лбу красную точку синдура и довольно осматривает свою новоиспеченную супругу, пока Рита-Шива обвязывает их руки плотной тканью, соединяя души воедино. Рам по-хозяйски притягивает Деви ближе, вдыхая запах сандала, и ведёт её вокруг священного костра четыре раза. Она ему нравилась. Вызывала странное желание быть ближе, пробуждая животный голод от долгой разлуки. Шарма застряла в е го голове с её восемнадцати, когда вернувшись из Бомбея, связалась с сестрами Басу. Они играли в кости и, проигрывая, выполняли желания друг друга. Деви, явно, была худшим игроком из этой троицы. Она подмигивала Раму на спор, строила глазки или корчила рожицы во время ритуалов. А затем исчезла из его поля зрения совсем, занялась семейным делом и разъезжала по шахтам. Они встретились вновь спустя два года на одном из приемов генерал- губернатора. Она была очаровательна и, широко улыбаясь, источала какой-то манящий его свет, который хотелось забрать себе. И вот сейчас она была его женой. Его верной спутницей и соратницей, его Шахти. Вся такая красивая и вся его. Время было уже за полночь, когда её увели служанки для приготовления к первой брачной ночи, и и он отправился следом. Он мягко целовал её щеки, нашептывая комплименты, когда она, отстранившись, достала нож. Рам смотрел с недоверием на неё, но Дивия лишь улыбнулась и уверенно провела лезвием по ладони, уронив пару капель своей крови на белые простыни. Она смотрела на него холодно и, пожелав спокойной ночи, удалилась. Её равнодушие вызывало гнев, но Рам быстро подавил его в себе, принимая её чувства. С тех пор супруги практически не виделись. Редкие совместные завтраки и ужины, раздельные покои и графики, их связывал лишь брак. Они изредка пересекались в домашней библиотеке и молчали. — Лучше начни с другой, — устало выдыхает Рам, приглядываясь к выбранной ею книге. Деви вопросительно на него смотрит, приподнимая одну бровь. — Слишком нудная — аргументирует Дубей протягивая ей другой фолиант, вызывая улыбку. — Не знала, что ты увлекаешься английскими романами, — ухмыляясь, приняла книгу Дивия и оставила брахмана одного. Через неделю непрерывного чтения она вновь пришла к нему, тихо уселась напротив и попросила выбрать ей что-нибудь ещё. Они говорили долго и негромко, обсуждая прочитанную книгу. Это был их первый разговор спустя долгое молчание, который понравился двоим. Отныне Деви приходила в библиотеку каждый вечер и, лежа на диване, читала. — Тебя что-то беспокоит? — вдруг спросила она, удивив Дубея, но он лишь отрицательно мотал головой, игнорируя головные боли. Следующим вечером она пришла с серебряным подносом в руках. Поставила перед ним две чашки и пузатый чайничек, разливая клубящийся напиток. — Отвар, — пояснила Деви, преподнося ему чашку, — помогает от головных болей. Рам улыбается, ему приятно, что Деви так обеспокоилась его состояние и, протягивая руку, мужчина отмечает разливающееся на сердце тепло. Их пальцы на миг соприкасаются и, отдернув руку, Деви неловко улыбается. Раму приятно её смущение и, сделав первый глоток, он блаженно закрывает глаза. Он наблюдает за её прогулками по саду и жадно ловит звонкий смех, которым она делится в обществе Сарасвати Басу. Сара далеко не дура и замечает его практически сразу же, но продолжает вести задушевные разговоры с подругой, давая Дубею возможность лучше узнать о мыслях и желаниях молодой жены. На её день рождения Рам преподносит ей роскошного арабского жеребца и по утрам выезжает с Деви на прогулки. Ему приятно видеть её радостную улыбку, чувствовать её руку на своей. Они всякий раз скачут на перегонки и наслаждаются компанией друг друга. Их встречи в библиотеке становятся частыми, почти что регулярными. И всё наконец-то встаёт на свои места. Они больше не чужаки в своём же собственном браке. В один из привычных им визитов Рам впервые целует её, как любящий муж целует любимую жену.Дивия к его удивлению не кричит и не вырывается, лишь закрывает глаза и отвечает на его поцелуй немного робко и неумело. Зарывается своей рукой в его волосы и шепчет о любви, отдаваясь этому чувству с головой. Утром их находит стайка любопытных служанок, застав господ, спящими в объятиях друг друга, а к вечеру и вся Калькутта судачила о влюблённых молодоженах.