Глава 1

Гермиона пыталась сосредоточиться на каких-то важных документах, но у неё никак не получалось выкинуть из головы ссору с Уизли. После того как они были вместе четыре с половиной года, он решил порвать с ней. Почему? Она не хотела выходить за него замуж и рожать ему детей. Если выйти замуж – это в целом нормально, но рожать детей, пока она не станет министром магии – не собиралась. У неё просто не хватит времени быть мамой и добиваться поста министра. Так ещё к нытью Рона его мама тоже без стыда задавала разные вопросы насчёт беременности: "когда я уже смогу нянчить детей Рональда?", "когда планируете малышей?", "надеюсь к смерти я увижу хоть одного ребёнка моего младшего сыночка..?". Гермиона пыталась понять почему Рон хочет так сразу уже детей, но после месяца расспросов его мамы – они поссорились, в принципе, что было уже не впервые, но на этот раз он окончательно порвал с ней. Хоть и было больно, всё же ей стало намного легче, как будто с её плеч упал тяжёлый груз. Но и не прошло и трёх дней, а точнее, 20 минут назад, к ней в кабинет вошла её подруга – Джинни, она стала допрашивать почему Гермиона кинула её брата, так не просто спокойно спрашивать: что, да как, она начала орать на неё. Грейнджер нашла последние силы, чтобы не начать кричать на неё в ответ, и спокойно ответила что это он с ней расстался, и что если ему так важны отношения с ней, то пусть сам приходит и извиняется. После десяти минутного разговора подруг, Джинни ничего не оставалось как уйти туда, откуда пришла.  Её мысли прервал стук в двери. Это была её лучшая подруга Луна. Когда Гермиона осталась учиться последний, седьмой год – она, Лавгуд и Паркинсон сдружились. Кто бы мог подумать? На самом деле если узнать каждого поближе, то они не такие, как все их считают. Лавгуд – не такая сумасшедшая, Паркинсон – не такая стерва, а Грейнджер – не такая зубрила, и как-то так вышло, что они вместе начали проводить много времени. А когда Гермиона заняла должность главы департамента по регулированию и контролю за магическими существами – Луна стала её секретарём. —Доброе утро, всё в порядке? Ты какая-то нервная? —Утро, если не считать того, что только что меня опять обвинили в том, что я порвала с Роном, то да. — Грейнджер была не просто нервной, а и злой. —Рональд опять кому-то рассказал что это ты с ним порвала? — на лице светловолосой девушки появился взгляд сочувствия. —Конечно. Ладно сейчас не об этом, что там насчёт тех документов, что прислал Уильямс?

***

Так за работой Гермиона просидела целый день. И как всегда осталась после окончания рабочего дня. Особенно после того как у неё появилось ещё больше свободного времени, которое раньше растрачивала на отношения, она стала тратить его на работу, оставаясь тут ещё намного дольше. Таких людей как она, которые задерживаются после работы, в министерстве можно было сосчитать к пяти десятков, поэтому девушке было в радость оставаться на своём рабочем месте – её никто не будет лишний раз тревожить, приходить, просить совета и в целом было просто спокойно. Гермиона решила пройтись в столовую, чтобы сделать себе кофе и размяться, как-никак почти целый день она просидела в кресле. И конечно, же благодаря закону подлости, в столовой делал себе кофе Малфой. После войны он остался доучиваться последний год, потом пошёл в министерство, стал мракоборцем, но из-за того что он бывший пожиратель смерти, его не повышали в должности.  Заметив Грейнджер, он просто кинул на неё быстрый, скучающий взгляд и дальше занялся своим кофе. Девушка остановилась в проходе и стояла так минуту-вторую, пока тишину не нарушил усталый и спокойный голос Драко. —Я не кусаюсь Грейнджер, если хочешь кофе – иди делай, но если тебя смущает моё присутствие, то через две минуты я вернусь к себе в кабинет.  —А? Нет, я просто задумалась.  Парень ничего не ответил. Гермиона подошла к кофе машинке, многие маги согласились, что магловская чудо-машина будет очень полезная. Девушка подумала, Драко не из таких людей, из-за того что он заваривал кофе вручную. Как и обещал Малфой – он ушёл через две минуты. Ещё через пять минут столовую комнату покинула и Гермиона.