Глава 64.

Завод Агропром, утро следующего дня. Под небольшой гомон разговоров, спускаюсь по лестнице в заводской холл и оглядываю собравшихся здесь сталкеров. Всего, если посчитать нашу группу, на Свалку отправится пятнадцать человек. Часть людей поведет сам Орест, другую часть отряда — Бледный. Еще десяток бродяг под руководством Ожога останется здесь, чтобы оборонять лагерь от непрошенных гостей. Невеликая помощь, если так задуматься, но… Сколько нас вообще собралось? Наша группировка, отряды Бармалея, Тихого, Пуза и Напра. Тут еще и Орест с Бледным присоединились. А скоро еще и долговцы должны подойти. Если так подумать, то нас собралось чуть ли не больше, чем самих бандитов. Неплохая перспектива. Подхожу к своим орлам, окидывая их внимательным взглядом. Все они, хоть и долго ждали этого события, все-таки напряжены. Но, пожалуй, лучше всех из них с эмоциями справляется Немой, только хмурящий брови. Батут нервно скрежетал зубами время от времени, а два брата не находили себе места и переминались с ноги на ногу. У Кирпича так и вовсе были обкусаны губы, практически до крови. — Как вы? — тихо спрашиваю их. — Нормально, командир, — отвечает с нервным оскалом Батут, но я-то вижу, что они немного не в себе. — Не волнуйтесь, мужики, — начинаю говорить, укладывая руки на плечи Батута и Кирпича. — Что бы ни случилось, я буду рядом. И другие сталкеры тоже, прорвемся. — Ха-ха, — коротко смеется Тротил, и его лицо немного разглаживается, как и у других парней. — Командир, как тебе удается быть таким спокойным? — Секрет, — улыбаюсь, после чего между нами повисла неловкая пауза. — Э-гей! Встречайте гостей! — со двора раздался громкий бас, раскатом пронесшийся по помещению. Долговцы уже прибыли? Как и другие сталкеры выхожу во двор, чтобы посмотреть на прибывших. И, судя по их виду, Крылов, несмотря ни на что, очень расщедрился на помощь нам. Штурмовой отряд Долга состоял всего из пяти бойцов, но каждый из них был укомплектован гораздо лучше нас. Трое человек были облачены в черно-красные экзоскелеты, и при каждом их движении раздавался звук сервоприводов. Благодаря броне они выглядели так, что даже самый рослый и широкоплечий из собравшихся здесь вольных смотрелся на их фоне как ребенок. Интересно, во сколько такое чудо может обойтись? Оставшиеся долговцы были не в столь грозной, но все еще внушительной тяжелой броне, по толщине едва уступавшей экзоскелетам. Все они были вооружены калашами, только у двух из них в руках был, вроде бы, РПК с барабанным магазином. Ха, бандиты будут не в восторге от наших помощников. Тут из их группы вперед выходит центральный долговец в экзаче. Высокий, широкоплечий, мощная грудь и толстая броня. Лицо было скрыто за плотным шлемом, полностью закрывавшим его голову. — Капитан Медведев, — басом произносит он, и голос его из-за шлема звучит слегка смазано. — Кто из вас главный? Представьтесь. — Орест, глава заводских сталкеров, — представляется лидер местных, выходя вперед из общей толпы, и, посмотрев через плечо на меня, кивает головой. — Палач, командир отряда из группы Валерьяна, — выхожу следом. — О, Палач! — гулом разносится его бас, и он протягивает широкую ладонь для рукопожатия. — Наслышан-наслышан. Ты здорово выручил нас, теперь наш черед. — И мы благодарны за это, — моя ладонь оказывается словно в тисках. Казалось, сожми он ее еще немного и переломает мне кости. — Когда выдвигаемся? — спрашивает Медведев, скрещивая руки на груди. — Закончим последние приготовления и будем готовы, — отвечаем ему Орест. Обломки крана, часом позднее. Валерьян покосился в сторону ангара, который виднелся за скоплением бетонных плит, где они решили устроить временный лагерь. И на сердце у него было тяжело. Он понимал необходимость подобного шага, ведь если позволить этой бандитской шушере остаться безнаказанной, как пройдет день, неделя или месяц — и они заявятся прямо на Кордон. А там, глядишь, произойдет и что-то похуже. Но и жертвовать своими, да и чужими тоже, людьми очень не хотелось. А без жертв не обойтись. Слишком уж крепко засели ублюдки на Свалке, слишком. И ведь самое паскудное в том, что Йога как-то почувствовал зависший над ним меч правосудия и начал стягивать силы в Депо. Вот чего у бандита не отнять, так это его звериной чуйки. Тварь. Снаружи оставил лишь небольшую горстку патрулей и блокпостов. А значит — стоит их только перебить, как пахан будет знать о приближении незваных гостей. Впрочем, он и так скоро обо всем узнает. — Какие новости, Якут? — повернувшись лицом к небольшому котловану, лидер сталкеров обращается к своей правой руке. — Диггеры остались на Барахолке, будут прикрывать нас от неожиданного привета из Темной Долины, — начинает перечислять сталкер. — Отряды Бармалея, Тихого и Пуза так же понемногу занимают свои позиции. Выбили несколько небольших отрядов противника, есть раненые, но их жизни ничего не угрожает. Орест прибудет примерно через пару часов, Палач и отряд долгарей вместе с ним. — Значит, остается только ждать. Депо, то же время. Йога рвал и метал, из-за чего его некогда уютный и с заботой обставленный вагон представлял сейчас жалкое зрелище. Побитые бутылки и стаканы, перевернутый шкаф, разбросанные консервы, ничто не смогло избежать гнева бандитского бугра. — Сука! — громко закричал тот и с силой ударил кулаком по металлической стене его пристанища. Руку пронзило острой болью, а с костяшек начала капать кровь. — Сука… Остальные бандиты, те из них, что обладали хоть каким-то авторитетом и могли вести людей за собой, боязливо переглядывались между собой, наблюдая буйство их лидера. Каждому хотелось оказаться как можно дальше отсюда, ведь никто из них не знал, что хуже — попасться под руку Йоге, или умереть под сталкерскими пулями. А ведь избежать сражения не выйдет, это понимали все. С каждой минутой сталкеры, как удав, нашедший добычу, все сильнее и сильнее затягивали кольцо вокруг ангара. Катастрофа неизбежна. — Ну?! — требовательно посмотрел на них Йога. Лицо у того было раскрасневшимся от гнева, а вены пульсировали на лбу и шее. Казалось, еще немного и его хватит инфаркт. Увы, судьба оказалась глуха к мольбам убийц и грабителей. — Что нам делать?! — Можно… — начал Чобан, но осекся, когда на него бешеными глазами посмотрел Йога. Поспешил продолжить. — Можно уйти по сети тоннелей, они растянулись на многие километры. Куда-нибудь, да выйдем. Только на Агропром лучше не идти. — Почему? — Сталкеры перебили тех, кто сбрасывал лестницу, а… — Почему никто не догадался подготовить другую, с нашей стороны?! — заорал пахан и резко подошел ближе, из-за чего Чобан хотел отпрянуть, но был схвачен за грудки. — Мы хотели, но ты сам… Бандит не успел договорить, как Йога с силой швырнул его наземь. По несчастливой случайности, позади него находился штырь, на который насадилась голова Чобана. Пахан с омерзением посмотрел на труп и развернулся, чтобы скрыться в вагончике, но в последний момент остановился. — Ты и ты, — указывает он на двух бандитов. — Будете охранять лаз. Если какая сука решит сбежать через него — убить на месте. Отвечаете головой. Хотите драться, твари, ну я вам устрою… Оставшиеся переглянулись между собой, но не рискнули идти против Йоги. Все-таки, он то немногое, что удерживает их вместе. Если они убьют его, то рискуют сами погибнуть в междоусобной войне между своими. А Чобан… он отмучился. Пусть земля ему будет пухом. — Эй, вы! — один из авторитетов окликает пару урок, стоявших неподалеку и масливших сигареты. — Оттащите тело. — А кудой? — К забору, ёперный театр! Как и всегда, ну что за уроды… Западный блокпост, через два с половиной часа. Бандиты нервно курили, собравшись у давно потухшего костра и напрочь наплевав на свои обязанности постовых. Если кто и хочет за копейки горбатиться, тот пусть и идет. Так думали все, понимая, что творится какая-то странная херня. Йога бегает как в жопу ужаленный, постоянно орет и срывается на всех. А сегодня так и вовсе Чобана завалил, по крайней мере, так сказал Сенька. А Сеньке верить можно. Да и остальные паханы были не лучше. Вечно такие кислые морды, что коньяк можно без лимона пить. Еще и молва по рядам простых шестерок прошла, что сталкеры решили перестать быть терпилами и, ну, начали закручивать гайки. Не сегодня, так завтра, всему придет конец. Но паникеров, заводивших такие разговоры, вовремя вылавливали и показательно избивали, так что лучшим решением было молчать и держать мысли при себе. Вот они и молчали. — Пацаны, — хриплым, прокуренным голосом обращается к уркам бригадный. — Может, ну его, а? Свалим? — Ага, как Боров, и что с ним случилось? — язвительно отвечает ему один из них. — А что с ним? — переспрашивает кто-то еще. — Я слышал, что его тот убивец порешил, что Прозрачного замокрушил. Сам Йога приказал, во как! Я, так думаю, если у него такие кадры имеются, нам лучше тихо сидеть и не высовываться. — Да чо ты гонишь! Был бы такой спец у Йоги, думаешь, не козырнул бы перед ворами, а? Ты чо вылупился, Рыба? — бригадный резко вскочил на ноги и, активно жестикулируя руками, начал говорить. Под конец речи тот заметил, что как-то слишком сильно выпучил на него глаза урка. Неужели понял, что… — Да он от меня в штаны наложил, — гулом разнесся по небольшому лагерю голос. Бригадный хотел повернуться, но не смог. Чья-то цепкая, крепкая и очень сильная ладонь вцепилась в его скальп, и, рванув со всей силы, впечатывает его головой в железную трубу, обитую бетоном. Рука отпускает труп, и тот с противным чавканьем съезжает с трубы, оставляя толстую полоску крови. Остальные урки вскочили на ноги, кто-то даже выстрелил, но малый калибр экзоскелету был сродни гороху. И внезапный пришелец в черно-красной броне, прямо под пулями из пистолетов и обрезов, поднимает свой ручной пулемет и короткой очередью срезает оставшихся бандитов. — Ну?! Я же говорил, нехрен вам боезапас тратить и под пули подставляться, — победоносно обращается долговец к подошедшему отряду. То же место, то же время. Ну и ну. Я мог только мысленно присвистнуть от такой картины. Конечно, я по игре знал, что экзачи это что-то невероятное. Но настолько? Да, мой броник тоже выдержал бы малый калибр, но с такого расстояния? И даже от боли не поморщиться? Сильно. — Сейчас напишу Валерьяну, — произносит Орест, доставая из кармана ПДА, и начинает быстро печатать сообщение. Ответ пришел сразу же. — Готовность пятнадцать минут. По команде мы должны подобраться к во-он тому забору. Эх, уже забегали, крысы. Услышали, все-таки. — А дальше? — спрашивает у того капитан. — А дальше по обстоятельствам, — пожимает плечами сталкер. — Вперед! Депо, то же время. Клапан привычно потянулся, уводя взгляд куда-то вдаль на юг, за леса и наваленные мусорные кучи. И невольно задумался о том, свидетелем чего он стал этим утром. Никаких приятных чувств ни к одному из бугров он не испытывал, все-таки, бывший сталкер, но и зла им он не желал. Ему было жаль того беднягу, а поведение Йоги только вызывало вопросы. Тот предпочел спрятать голову в песок, нежели начать готовить отпор вольникам. И ведь точно знал, что они придут за ними. Знал. И ничего не делал, только угрожал и убивал. Разве ж это настоящий лидер? Нет. И от того было печальнее, что он, как и многие другие, вверил свою судьбу конченому психопату. Неужели сторчался на наркоте? Раньше он был не таким… Тут какое-то мелкое движение на краю границы зрения привлекло внимание Клапана, и бандит с удивлением уставился на резво бегущих к ним сталкеров. Началось! Он резко забегает внутрь, едва не спотыкаясь о металлический порог и кричит, что есть мочи: — Тревога! Началось! Сталкеры напа… — но следует громкий выстрел, а из его лба вырывается небольшое облачки крови, и перебежчик, перевалившись через перила, падает с десятиметровой высоты. А лагерь бандитов поглотила паника. Слышался мат Из-за бездействия Йоги, запершегося у себя, люди были не готовы. Оружие не начищено, боеприпасы не рассортированы по магазинам, а о гранатах, медицине и прочих мелочах никто и не задумывался. — Куда побежали, мать вашу! — заорал фальцетом толстый бандит с перемотанными изолентой очках на носу. — Закрывайте ворота! Закрывайте, суки! А вы быстро наверх, не дайте им подобраться! Где Йога, мать его за ногу?! Одна из куч мусора перед депо, то же время. — А здорово это Валерьяныч придумал, — довольно хмыкнул сталкер, прицеливаясь в оптику, прикрепленную к его калашникову. — Хоп, еще одного снял. — Это да, хорошо, что ученые одолжили нам несколько сев, — довольно отвечает ему другой, снимая еще одного неосторожного бандита, желавшего быстро подняться по небольшой лесенке на втором этаже ангара. — Жаль только из-за скафандра целиться неудобно. Двор депо, то же время. — Откройте, суки! Не оставляйте нас! — с визгом несколько бандитов колотило кулаками по закрытым перед их носом воротам. — Они уже… Но договорить ему не дала синхронная очередь из множества автоматом, превратив еще несколько секунд назад живых урок в натуральное решето. По железу за их спинами стекало море крови. Еще несколько бандитов попытались высунуться в окна, но вскоре были убиты. Снайперская поддержка? Вокруг слышится гомон голосов и грохот выстрелов. А со стороны ангара доносится отборнейший мат в исполнении разных голосов. Ха, не ожидали, уроды? — Что делать-то будем? — задумчиво спрашивает Медведев, когда во двор хлынули сталкеры, занимая позиции по всему периметру. — Мужики, попытаемся вырвать ворота своими силами? — Не-е, — отмахивается еще один долговец в экзоскелете. — Видишь, как приварено? На смерть. Животики надорвем, а один хер не откроем. Тут только взрывчаткой… — Батут, — обращаюсь к сталкеру, но тот понимает меня без слов и протягивает снятый с плеча большой, холщовый мешок. Из которого я тут же выуживаю РПГ. — Отойдите в сторону, сейчас мы их скорлупку вскроем! — громко окрикиваю долговцев и сталкеров и подготавливаю оружие к выстрелу. — Ш-ш-ш! Бах! — отправляется в полет снаряд, попадая прямо в середину металлических ворот, пробивая их и выворачивая листы металла. Проход открыт. — Залп гранатами! — следует громкая команда долговца и все, даже сталкеры, следуют ей, закидывая открывшийся проем всеми доступными гранатами. В стане врага разверзся ад. Ангар, то же время. — Черт! — воскликнул бандит, когда по воротам затарабанили пули, и отскочил в сторону. — Еле успели. — Что нам вообще с ними делать?! Они окружили нас! Где Йога?! — Да, где пахан?! Почему он нихера не делает?! В этот момент что-то с большой силой ударило в железные врата, отделявшие урок от верной смерти, и пробило толстый слой металла. Тех, кому не повезло оказаться близко, обожгло пламенем и посекло осколками до состояния фарша. — А-а! — кричали пострадавшие, но их крик боли вскоре сменила канонада взрывов. Те из бандитов, кто находился подальше от ворот, стояли и смотрели на образовавшийся проем с оцепенением. Побледневшие лица, выкатившиеся из орбит глаза и приоткрытый рот. Страх и немощь настигли их одновременно, и они смотрели прямо в лицо своей смерти. Им не уйти и не скрыться от карающей длани. Никто не будет брать их живьем. — Мочи их, братцы! — заорал усатый бандит, вскинувший укороченный калаш. — Живыми не дадимся! — Р-ра! — зарычали остальные, приходя в себя и берясь за оружие. Ангар, с другой стороны. Как и говорилось везде — загнанная в угол крыса невероятно опасна. Если бы не долговцы, вышедшие авангардом, мы бы умылись кровью на финальном этапе зачистки. Три солдата в черно-красных экзоскелетах, словно бронированные скалы, шли вперед и принимали на себя удар вражеских пуль. А мне только и оставалось, что щелкать головы урок, как в тире. Пара из наших ребят была ранена, но, быстро окинув их взглядом, было понятно, что ничего серьезного. Пули прошли по касательной, вызвав лишь небольшие кровотечения. А мы продолжали идти железной пятой вперед, давя недругов. — Сверху! — закричал кто-то, и я вскинул оружие вверх, чтобы увидеть там нескольких притаившихся на сетчатом полу уркаганов. Выпущенный по ним магазин, сноп искр от столкновения металлов, и еще одна угроза была устранена. Когда мы дошли до самого конца ангара, нещадно несло кровью, жженым мясом и порохом. Весь бетонный пол был залит кровавыми потеками и повсюду лежали еще теплыми телами. Мы устроили настоящую мясорубку. Оглядываюсь назад и понимаю, что нескольких наших мы все-таки лишились. Пара пацанов из группы Ореста, еще трое наших, Валерьяновских, лежали в лужах своей крови. Все-таки без жертв не обошлось. Жаль. Но осталась еще одна важная деталь. Где Йога? Начну с его козырного вагончика. Убираю автомат за спину и достаю пистолет. В таком замкнутом пространстве будет проще именно с ним. Медленно подхожу к вагону с раскрытой дверью, грубо приваренной к железной стенке. Все разбросано и перевернуто. Неужели они Йогу порешили, пока мы готовили штурм? Вон, и полоска крови на полу есть. Хотя… Она начинается на бетонном полу и капельками уходит в сторону свободного прохода. А значит, там притаился кто-то раненный. Подхожу поближе, встаю немного левее прохода и стучу рукояткой форта по металлу. — Эй, трехсотый! — громко обращаюсь к тому. — Поговорим спокойно или мне сначала гранатку к тебе закинуть, а? Считаю до трех, и если ты к этому моменту не выкинешь пушку с пистолетом, то пеняй на себя. Раз! Два! — Я согласен, — слышится слабый голос, и через мгновение раздается слабый стук и скрежет металла по металлу. Выглядываю и вижу в проходе пистолет. — А основной ствол? — Выронил… Перевожу взгляд на то место, где этого болезного ранили, и, действительно, вижу там ксюху. Ладно, осторожно захожу, вытягивая перед собой руку с пистолетом. В конце вагона, на койке, сложенной из ящиков и нескольких матрасов, лежит раненый бандит. Пухлый и обрюзгший, на лице борода клочками, на переносице съевшие и треснувшие очки. Держит за живот, откуда сочится кровь. — Вижу, времени у тебя немного, — говорю я, подходя ближе к нему. — Где Йога? — Неужели, кха-кха, — закашлялся уркаган. — Ты думаешь, что я пахана сдам? — Что-то не по-пахански он поступил, — пожимаю плечами. — Так зачем держаться за него перед смертью? А я, глядишь, исполню какую-нибудь твою мелкую просьбу. По-человечески. — По-человечески… — задумчиво он повторяет еле слышно, практически одними губами. — Как я давно этого не слышал… Да и хрен с ним, с мудаком этим. Дай мне водочки, сталкер, и пристрели. Отбегал я свое. Там, в шкафу рядом с тобой. — Вот, держи, — протягиваю ему открытую бутылку и наблюдаю, как бандит ее ополовинивает за один присест. — Ну так что? — Сбежал он. — Как? Мы же оцепили депо. — Ха. подземный лаз у нас есть, прямо на базе, — его язык начинает заплетаться. — Йога двух наших застрелил. В крысу замаслил их. Сука… И сбег. И лаз за собой прикрыл… — Спасибо, — благодарю его и обрываю его страдания. Отворачиваюсь от трупа и выхожу в ангар, громко окликая всех. — Йога сбежал! Ищите закрытый подземный ход! Не дадим падле уйти от нас! — Да! — хором ответили сталкеры. То же место, немногим позднее. Лаз, искомый сталкерами, оказался спрятан в самом дальнем углу, справа от вагона Йоги. Два трупа подле него, небольшая кирпичная кладка и закрытые, расположенные по диагонали дверцы. Вольные попытались подергать за ручки, но нет, закрыто намертво. Но тут в игру вступили долговцы. — А ну-ка, отойдите, мужики, — пробасил капитан отряда, подходя ближе и хватаясь лапищами за ручки. И начал вырывать дверцы с корнем. Металл жалобно стонал, сопротивляясь, выгибался, но все-таки поддавался усилиям скрипевших сервоприводов. Один резкий рывок, второй, третий и в руках долговца оказываются вырванные с корнем ручки. Тогда он покрепче схватился за край изогнутого железа и начал его сгибать, пока проем в дверцах не стал достаточным для того, чтобы мог пролезть человек. — Дальше сами, — произносит слегка запыхавшийся Медведев. — А то боюсь, мы с парнями застрянем там с нашими габаритами. — Кто пойдет, мужики? — спросил один из сталкеров, стоявших подле лаза. — Я. Один, — выходит вперед Палач. — Может, Валерьяна подождем? — спросил кто-то в толпе, поднялся ропот. — Нет, — отрезал тот. — Пока Валерьян придет, эта гнида уже скроется. Нельзя медлить. Сталкером оставалось только смотреть вслед за скрывающейся в темноте спиной. Подземные катакомбы, немногим позднее. Йога, усмехаясь, шел вперед широкими шагами. Да, пришлось бросить своих людей, но оно того стоило. Лямка рюкзака, полного денег и синтетической дряни, буквально жгла кожу под плотным кожаным плащом. Но это можно было вытерпеть. Главное, выйти хоть куда-нибудь. А там… А там у Йоги будет все. И деньги, и банда, и даже девки. Благо, что в Зону те иногда дохаживали. Жаль, только в застенках недолго жили. Ну ничего, после последней он научился обращаться с такими строптивыми бабами. Язык подрезать, кляп в рот, на цепь посадить и готово. Знай только корми иногда и из ведра поливай, чтобы не пованивала. Ух! Лелея свои больные мечты, пахан продвигался вглубь катакомб, вообще не заботясь ни о чем. Он был счастлив. Хм, а почему бы и не устроить себе перерыв? Йога останавливается и при помощи фонарика ищет место посуше, чтобы сбросить туда рюкзак и расслабиться, как по длинному коридору раздается раскат, подобный грому, бьющий по ушам, а его ноги обжигает сильной болью. — Ай! М-мать его… Что за?.. — рычит тот, пытаясь перевернуться в жидкой грязи, но тут приходит неожиданная помощь. — Чтобы не сбежал, — выдыхает кто-то в самое ухо и с силой переворачивает бандита на спину. Последнее, что тот чувствует до того, как отключиться, это удар сапога по его лицу. — И не сотворил какую пакость…