Глава 140

Кордон, второй блокпост, то же время. Как только семейство оружейных баронов уехало, к нам сразу же подбежал молоденький военный в звании лейтенанта и попросил нас пройти на взлетную площадку. Все к нашему отбытию уже было приготовлено. Ну, и я очень надеюсь, что хоть в этот раз все пройдет без проблем. На второе выпадение из вертолета у меня просто не хватит крови. Сама площадка находилась чуть в стороне от въезда на блокпост, а потому с нашего места было трудно сразу ее заметить. Большой прямоугольник из ровно уложенного асфальта с разметками для посадки аж двух вертолетов. И один из них нас уже дожидался - в отличие от прошлого, более грузового, это был обычный вариант. Открывается дверь в пассажирскую кабину, откуда просовывается заинтересованная женская мордашка. С нами летит кто-то еще? Рыжеволосая, с копной веснушек на лице, вздернутый носик, тонкая линия губ и светлая, почти бледная кожа. Скашиваю взгляд в сторону, чтобы заметить, что Ара уже положил на нее глаз. — Не знал, что мы полетим с такой красоткой, — ухмыляется он, подходя ближе к незнакомке и протягивая руку для приветствия. Девушка слегка сжимает его пальцы своими, и наемник подносит ее кисть к лицу для поцелуя. — Но очень этому рад. Как вас зовут? — Диана, — кратко представляется она, смущаясь и краснея. — Меня направляют на прохождение стажировки от института в полевой лаборатории Сахарова… Ара перекидывается с ней еще парой словечек и садится следом за нами. Было смешно наблюдать, как этот наемник буквально расцвел после ее появления. Хотел уже прикрыть глаза, чтобы немного вздремнуть, пока мы будем лететь, как Диана вновь подает голос. — А вы? — спрашивает она. Морщит симпатичный лоб, и потом дополняет: — А вы тоже на Янтарь летите? И зачем, если не секрет? — Да, — расплывается в улыбке наемник-попугай. — Наша цель доставить вот этого товарища под белы рученьки товарищу Сахарову… Он, кстати, будет вашим коллегой. — Да? Ка-ак интересно! — девушка моментально переводит взгляд на меня. — А вы из какого института? Сложно стажироваться здесь? — Увы, — приходится горько ухмыльнуться. — Но я полевой сотрудник, из сталкеров. — Какая досада… — тихо отвечает она, тут же теряя интерес. Ну и хрен с ней. Лабораторный комплекс Янтарь, через некоторое время. В этот раз мы долетели уже без эксцессов, если не считать надутую мордашку Дианы. Та, судя по ее поведению, явно рассчитывала на какие-нибудь преференции, которые ей мог оказать старший научный коллега. А оказалось, ха, что я безграмотный неуч, и она в иерархии группы стоять будет повыше меня. Но это не мешало Аре в открытую на нее пялиться и улыбаться каждый раз, как она это делала в ответ. Выглядело, признаться честно, жутковато. На вертолетной площадке нас никто не встречал - слишком уж маленькой она была, да и располагалась на самом бункере. Зато снизу… можно было увидеть нехилую такую толпу. Шрам, Ник, куда же без Сахарова, Лариса и даже Давид… Черт! Я же ему цветы обещал. Надо будет как-нибудь реабилитироваться в его глазах. Уверен, он понимает, что тут я был бессилен, но он выручил меня, а я, наоборот, его подставил. Как только вертолет окончательно приземляется и крутящиеся лопасти останавливаются, мы повалили на улицу. Спускаться по узенькой лесенке было едва ли удобнее, чем подниматься. И вскоре меня уже облепили со всех сторон. Отличился из них всех, конечно, главный ученый всего комплекса. Сухими и тонкими ладонями он трогал мое лицо, внимательно всматриваясь в меня, а затем прямо тут приступил к осмотру всего, недовольно цокая языком. — Как же так, как же так… — причитал он, пока проделывал все это на глазах у толпы. — Срочно в лазарет, срочно! — Андрей Дмитриевич, и вам большой и горячий привет, — сдержанно улыбаюсь. — А можно это подождет буквально пять минут? Хочу поздороваться со всеми остальными. Сахаров бросает резкий взгляд на собравшуюся делегацию, но вздыхает и согласно кивает. — Но не больше пяти минут! — громко обращается он ко всем. — А я пока схожу к Елене Анатольевне, попрошу ее подготовить все необходимое… А дальше пошла череда обниманий и приветствий. Шрам уже полностью, или почти полностью, поправился, и выглядел таким же хмурым и угрюмым, как и всегда. Ник, наоборот, смотрелся куда радостнее, чем до этого. Оно и понятно - они мне прямо сейчас сообщили, что в скором времени собираются покинуть бункер и отправится на Болота. Задержались только ради того, чтобы увидеть меня и попрощаться. Лариса просто крепко прижалась ко мне, пряча лицо в обрывках комбинезона, и прошептала, как сильно она за меня испугалась. Было неловко, но я успокаивающе ее приобнял и сказал в ответ пару банальных фраз, мол, теперь все точно будет хорошо. Девушка расцвела на глазах и упорхнула прочь, сказав, что навестит меня позже. Удивительно… особо сильно подружиться мы не успели, но было очень приятно. А Давид… просто пожал руку и сказал, как он рад, что я все-таки вернулся живым. На счет цветов ответил, что мой друг-сталкер собрал их для него вместо меня, поэтому мы в полном расчете. И так же, как и остальные, развернулся и отправился по своим делам. Обиды никакой не было, все люди занятые - спасибо, что смогли оторваться и прийти поздороваться со мной. Но осталось сделать кое-что еще. Поворачиваюсь назад, чтобы увидеть компанию из трех наемников и стажерки со скривившимся лицом. Ха-ха, бедняжка. Лабораторный комплекс Янтарь, то же время. Диана была сильно разочарована. День за днем, месяц за месяцем - она впахивала как проклятая, чтобы попасть сюда! Спортзал, тир, библиотека… все это заменило ей дом и встречи с друзьями. Коллеги рассыпались в комплиментах: Ах, Диана такая молодец, ах, какая умная девушка… Ей пророчили шикарное будущее под руководством самого Сахарова, передовика научного прогресса! И что она получила? Какой-то еле живой доходяга во рванине приковал к себе все взгляды встречающих, среди которых девушка смогла углядеть и самого профессора. Как только все начали расходиться, по ее нутру начала разливаться безнадега вперемешку с тревожностью. Куда идти? К кому обращаться? Что делать? Она не была готова к тому, что ее вот так бросят, не обратив и капли внимания. И вскоре доходяга обратился к группе сопровождавших их мужчин. — Когда мне ждать документы? — голос его звучит громко и твердо, и Диана невольно всматривается в черты его лица. — “Симпатичный, — подумала она. — Но бесит.” — Как только так сразу, Палач. Мы свяжемся с тобой. Бывай. — До встречи, — прощается он с наемниками, тут же медленной походкой устремляясь к одному из боксов. За неимением лучшего варианта, девушка медленно идет следом за ним. Тем более, что именно туда ушел Сахаров… Лабораторный комплекс Янтарь, лазарет, спустя пять минут. Сижу на кушетке, пока Елена Анатольевна проводит медицинский осмотр. Увязавшаяся за мной следом Диана все-таки привлекла внимание Сахарова, и тот вышел, чтобы провести ей короткий инструктаж. А мои дела… были не столь радужными, потому как врач постоянно вздыхала, охала и порой непонимающе смотрела на меня. — Очень странный случай, молодой человек, — женщина, сильно хмурясь, отходит от меня в сторону шкафчика, откуда берет толстую книгу и начинает быстро ее перелистывать. — Чертовщина… — Ну, как осмотр? — спрашивает вернувшийся профессор, держа руки за спиной. — Невозможно, Андрей Дмитриевич! — восклицает женщина с раздражением, бросая книгу на стол. Чем едва не опрокидывает большую мензурку, в которой стояли полевые цветы. — По всей симптоматике выходит анемия, но мы же неделю назад брали у него кровь на анализ. Там-то все в порядке было… Ума не приложу, как такое может быть. Пу-пу-пу. Попал, называется… — Дело в том, что… у меня произошел контакт с уникальным артефактом, — опускаю взгляд в пол, чтобы показать, как я мучаюсь. — Увы, образец… израсходовался. Лезу в контейнер, в котором лежит потухший артефакт, достаю его и протягиваю Сахарову. И ученый сначала надевает латексные перчатки, лишь потом берет аномальное образование в руки. — Насколько я понял, тот увеличивает возможности человеческого тела в обмен на кровь, — продолжаю говорить после небольшой паузы. — В том числе и регенерацию. Вот и вышло так, что он вылечил меня, пока я валялся сломанной куклой в том лесу. А как кровью насытился, то потух. Правда, я бы хотел добыть нормальный… — Это же потрясающе! — восклицает ученый, держа в руках булыжник. — Полностью истощенный артефакт! — О чем ты? Почему это потрясающе? — спрашиваю я. — Ха-ха, — радостно смеется Сахаров, откладывая артефакт обратно в мой контейнер. — Просто так не объяснить, но я попытаюсь… Дело в том, что артефакты имеют, э-э, защитную оболочку, которая не позволяет разрушить артефакт, чтобы начать полноценно изучать его структуру. И эта оболочка подпитывается именно аномальной энергией, которая хранится в каждом артефакте. Конечно, ты можешь сразу сказать: “так израсходуйте ее запас!”. Но нет, так не работает. Как только уровень энергии подходит к критическому, то артефакт как бы замыкается в самом себе, не тратя ее ни на что больше. Такие артефакты принято называть булыжниками. Никаких полезных свойств, кроме научной ценности, те не имеют. А то, что принес мне ты… это полностью разряженный артефакт. Настоящий. Один только этот камень сможет приблизить научное сообщество к пониманию Зоны на несколько шагов! Профессор говорил очень экспрессивно и сбивчиво, то ускоряясь, то, наоборот, замедляясь. Из всего сказанного выходило, что теперь лаборатории навряд ли грозит роспуск или урезание финансирование - одной принесенной мной каменюки хватит, чтобы обеспечить лабораторию еще одним перспективным направлением исследовательской работы. Хотя… в перспективности я сомневаюсь. Но да ладно, я просто рад, что в итоге мой поход помог всем и вся. Даже мне… Стоит только вспомнить о новой сноске в системном окне. — Что же до гипотезы о твоем состоянии, — Сахаров сворачивает тему, вновь возвращаясь к обсуждению моего здоровья. — То нам стоит провести оценочное исследование. Елена Анатольевна, готовьте контрастное вещество. — Как скажете, Андрей Дмитриевич! — и врач скрывается из кабинета. Почему бы просто не отправить лаборанта или помощника? — Расскажу суть метода, чтобы ты не волновался, — ученый приближается, осторожно касаясь моего плеча ладонью. Выглядит он очень счастливым. — Мы введем в твое кровеносное русло безопасный краситель, подождем несколько минут и возьмем немного крови на оценку. По интенсивности окраса можно будет сделать выводы о ее количестве внутри организма. — И что будет, если мои предположения подтвердятся? Мне придется уехать за Периметр, чтобы пройти лечение, или остаться здесь? — О-о, отпуск бы тебе не помешал, но… нужно поработать хотя бы пару-тройку месяцев у нас, чтобы я мог выдать его тебе на законных основаниях, — он легонько хлопает меня по спине. — На самом деле, малокровие уже не такая страшная штука, какой была раньше - благодаря Зоне научный прогресс, особенно в сфере медицины, не стоит на месте и движется вперед семимильными шагами. Так что… курс лечения займет примерно неделю-полторы, в зависимости от твоего организма. Придется правильно питаться, много спать и вытерпеть несколько уколов. Не так уж и страшно, правда? — Звучит как идеальный отдых… — согласно киваю я. — Рад, что мы сходимся во мнении, — и в этот момент в кабинет возвращается Елена Анатольевна, ведя перед собой небольшой столик на колесиках с шприцами, баночками и прочим. Лабораторный комплекс Янтарь, лазарет, спустя десять минут. — Что ж, — поджимает губы Сахаров, смотря на пробирку с темно-синей кровью. — Ты был прав, Палач. Артефакт действительно высосал из тебя соки… Ну, как я и говорил, лечение несложное, но придется много времени провести в постели. Елена Анатольевна, есть ли свободная отдельная палата для нашего друга? — Конечно, Андрей Дмитриевич, — с готовностью кивает женщина. — Сами знаете, пациентов у нас сейчас не так уж и много… — А они разве есть? В прошлый раз, как я сюда заходил, кроме Шрама никого и не было, — интересуюсь у врача. — Тогда не было, а сейчас появились… Несколько сталкеров, пострадавших на территории завода Росток, — отмахивается от меня врач. Впрочем, тут же манит рукой за собой. — Жизнь в Зоне постепенно приходит на круги своя, а эти - ее первые цветы. Вечно вам, мужикам, неймется. — Я вечером зайду, чтобы обсудить несколько рабочих вопросов, молодой человек, — улыбается напоследок Сахаров. — А ты пока отдыхай… Лабораторный комплекс Янтарь, лазарет, отдельная палата, спустя несколько минут. Не знаю, насколько целесообразно делать в полевых условиях отдельные палаты, но… не мне сейчас жаловаться. Комнатка три на три метра, нормальная кровать с в меру жестким матрасом, стол, пара стульев и даже небольшой холодильник. А вот это уже точно лишнее - хранить мне нечего, питаться все равно буду в столовой… ну или мне занесут из нее. Елена Анатольевна, вручив мне комплект постельного белья, и была такова. Сказала, что не переломлюсь, если сам заправлю ее. — Неплохие хоромы, — шепчу сам себе, бросая свернутые простыни на кровать и плюхаюсь на стол. — Надо Охотнику написать, что меня забрали на Янтарь… Тянусь к нагрудному карману, как вдруг в дверь кто-то неожиданно, но настойчиво стучит. Вместо ответа, решаю подойти к двери и открыть ее. Небось Щукина отправила какую-нибудь лаборантку, что-то занести. Но на пороге оказывается та, кого я никак не ожидал увидеть - Марья. Стройная, румяная и высокая девушка. На голове копна каштановых волос, длинный нос с небольшой и очень аккуратной горбинкой, пухлые губы тусклого розового оттенка и большие голубые глаза. — Эм, — неуверенно начинает она, сжимая себя ладонью за локоть правой руки. — Привет? Не впустишь меня? — Привет, — недоуменно отвечаю ей. Что она могла здесь забыть? — Проходи, конечно. И присаживайся куда… Только сейчас замечаю, что девушка в правой кисти держит тросточку, пришедшую на смену костылям. Видно, как ей трудно опираться на поврежденную ногу, но та с завидным упорством направляется к незаправленной кровати и аккуратно опускается на нее. И, прежде всего, та вновь обращается ко мне. — Пиво будешь? — ее ровный и чистый голос приобретает нотки заговорчищества. — Пиво? — брови вздымаются вверх. Это явно не то, чего я ожидал услышать от девушки… — Пиво! — восклицает она чуть громче, чем следовало. Она тут же резко поворачивается к двери, внимательно вглядываясь в закрытый проем. Но, судя по звукам в коридоре, никто сюда не поспешил. — Прости… — Да все хорошо, — улыбаюсь, падая на стул. — И нет, с моим диагнозом пока никакой алкоголь нельзя. Да и где ты его взять собралась? — Так в холодильнике, — на лице расплывается невинная улыбка. — Сама его наполнила, пока… пока нога целой была. Не достанешь мне баночку? Пожалуйста. — Оу, так я твой бар, получается, занял? — хмыкаю, наклоняясь к мини-холодильнику и раскрываю дверцу. Воу, а пива здесь оказалось очень много - целых одиннадцать банок какой-то неизвестной мне марки. Беру одну из них, чувствуя как кожу обжигает приятный холод, и передаю ее Марье. Та подцепляет открывашку ногтем, вскрывая банку, из которой тут же проступает пена, которую девушка убирает ртом. После делает большой глоток и удовлетворенно вздыхает. — Ха-а… Как я по этому соскучилась, — на мгновение она уходит в себя, чтобы тут же обратить на меня внимание. — И насчет бара, ха-ха, про него никто не знает. И будет лучше, если никто не узнает! — Хорошо, если что возьму всю вину на себя, — подмигиваю ей. Та настороженно хмурит лоб, но после благодарно кивает. Видно, что ей не особенно комфортно общаться со мной. Царит неловкая пауза. — Ты только из-за пива пришла? — Нет! — Марья резко кивает головой. — Я хотела сказать тебе спасибо за то, что ты меня спас… Прости. Должна была раньше это сделать, но было… страшновато подходить. — Вот оно что… Все хорошо, — вижу, как она отводит взгляд. — Если… хочешь, могу дать тебе почитать что-нибудь из моих книг, — неожиданно предлагает она. — Чтобы тебе скучно не было. — Я буду только рад.