Глава 139

Сахаров долго не отвечал на мои сообщения, так что я уже было подумал о том, какую же портянку он строчит в ответ. Но мои мысли оказались неправдивыми - вместо всего остального он прислал всего лишь один вопрос, заключающийся в нескольких слов. Дешевая проверка… Сахаров: Как зовут моего дорогого друга? 18.08.2011, 11:45. Ха-а… Палач: Твоего друга, Андрей Дмитриевич, зовут Горынцев Виталий Андреевич. У него есть дочь Марья, которую я недавно на своей спине приволок в бункер, спасая ее от Выброса. Еще какие-то проверки? 18.08.2011, 11:47. Сахаров: Палач! Ты не поверишь, как я рад, что ты жив! Я сейчас же свяжусь и с наемниками, и с военными, чтобы те проводили тебя на Янтарь! P.s. но по приезде я точно дам тебе пару хороших упражнений на память. 18.08.2011, 11:50. — Вот и ладушки, — подумал я вслух, не убираю коммуникатор. — Одному я написал, осталось только учителю письмо отправить. Дача в черте города, то же время. Пошел уже пятый день, как Охотник не мог найти себе покоя. Умудренный опытом и знаниями мужчина переживал как юноша, ожидающий барышню у фонтана - не мог долго сидеть на одном месте и почти протоптал колею в ковре. Старческие пальцы подрагивали, а сердце замирало при взгляде на ПДА и телефонную трубку. Когда же?.. И это случилось - на его коммуникатор действительно пришло сообщения. Звук был настолько оглушительным в полной тишине, что сталкер даже не сразу поверил, что это правда. Но где одно уведомление, там и второе. Охотник подорвался с места, надеясь и молясь, чтобы послание было от Палача. Многого старому человеку было не надо. Палач: Доброе утро, наставник! Жив, цел, здоров - все обошлось малой кровью, к счастью. И… я хочу извиниться, что так долго не писал и ничего не сообщал о себе. А в итоге заставил тебя переживать еще сильнее. Прости, я поступил неправильно. 18.08.2011, 11:52. Палач: А ты там как, Охотник? Как жизнь на гражданке? 18.08.2011, 11:52. — Вернулся, стервец, — широкая улыбка появляется на старом лице, разглаживая морщины и возвращая года. Все случилось так, как он и думал, Палач ни за что бы не пропал. Охотник: Рад это слышать! А насчет остального не переживай - молодо-зелено. Такая уж у всех стариков доля, что у молодых и своя жизнь есть. Ха-ха, как уже твои дети вырастут, поймешь меня! 18.08.2011, 11:54. Охотник: А жизнь нормально, потихоньку… Читаю, жарю шашлыки и ни в чем себе не отказываю. Очень жду, когда ты ко мне приедешь! 18.08.2011, 11:55. И так, слово за слово, два человека, чьи судьбы были так внезапно связаны, начали расспрашивать друг друга обо всем. Деревня новичков, несколько часов спустя. Учитывая то, как на меня посматривали все время сонные новички, то будь их воля - растерзали бы меня ради парочки интересных историй. Но настроения на подобное у меня не было, а потому решаюсь отсидеть в доме у Волка. Тот достаточно грозен, чтобы начинающие сталкеры, полные надежд, не досаждали мне. Увы, но ключи от дома я передал Петрухе… было бы странно заявиться и проситься обратно. Нет уж, отказался от дома, чтобы двигаться вперед, так и буду делать - возврата уже нет. Лидер новичков, к слову, после приготовления нехитрого завтрака на трех персон сразу же ускакал наружу, чтобы провести парочку инструктажей и личных уроков. Каюсь, подсмотрел за этим делом в окно. Там, собрав новичков в полукруг вокруг себя, подле лагерного костра у пары подвалов, стоял Волк и вещал: — Мотайте на ус, парни! — веско заявляет он, поднимая руку с вытянутым вверх указательным пальцем. — Тут не школа и не училище, никто усердно готовить перед практикой не будет, а потому ваша задача научиться сразу схватывать на лету все! Резон в его словах был, как и нежелание занимается углубленным преподаванием. Так-то Волк опытный сталкер, наверняка захаживал в такие местечки, в которых мне побывать так и не удалось. Но он всех людей мерит по себе - если ты не можешь за пару-тройку недель набраться сил, смелости и экипировки, чтобы отправиться дальше Кордона, то… для него ты уже второй сорт. А ведь если бы он реально занимался подготовкой, а не просто лысой теорией, то, глядишь бы, и живых сталкеров было бы больше. Но куда там этому стороннику естественного отбора? Капитан же сидел тихо и не отсвечивал, стараясь не выходить на улицу лишний раз. Сталкеры приняли его если не прохладно, то с большой долей настороженности точно. И дело тут не только в болтающейся на шее отрубленной культяпке, а в дикости. Он смотрел на всех и все как офигевающая от всего рыбка. Консервы, крупы, водка… все это вызывало у него сильный, почти детский восторг. Уверен, как только он выберется за Периметр, ему придется пару-тройку лет ходить к психологу или психиатру, чтобы прийти в более-менее сносное состояние. А я… просто отдыхал, развалившись на стуле и медленно потягивая чай из кружки. Хорошо пообщался с Охотником, пообещав, что обязательно напишу ему позже. Так же весточку отправил и другим своим знакомым - Валерьяну, Шилову, Фургону, Оресту и Бледному. Но никто из них мне пока не ответил. Остальным же… предпочел не писать. В дверь неожиданно постучали, из-за чего Капитан едва видно вздрогнул и бросил на меня быстрый взгляд. Приходится самому встать и направиться к двери. Даже интересно, кто бы это мог быть? Волк же там, на улице стоит, и голос его поди на всю деревню слышно - не такая уж она и большая. Но вместо сталкера-новичка на меня уставились внимательные глаза Ары, который тут же довольно ухмыльнулся. — Здравствуй, сталкер, — он протягивает мне руку, и я с опаской пожимаю ее. Сам же наемник оглядывает меня. — И не скажешь, что тебя с высоты сбросили… Не думаешь к нам пойти? Люди вроде тебя нам бы сильно пригодились. — Ну уж нет, — сразу же отказываюсь, пока на лице появляется глупая ухмылка. — Мне одного вашего заказа за глаза хватило - и так проблем выше крыши. Кто мне экипировку компенсирует? Один только броник стоил больше сотни! — Ты так только Душману не скажи, Палач, — Ара вмиг становится серьезным. — Мы тебе не страховая компания, выплат не будет. По работе, если сделано все, как ты и сказал, то молодец - получишь денежку. А в остальном… Наемник разводит руками, абсолютно показывая, что с их компашкой дела иметь себе дороже. Ну, по крайней мере, именно мой случай такой и есть. Из-за их “дельца” лишился бронекостюма, детектора и изрядной доли здоровья, ведь полное восстановление займет многие месяцы. Молча пропускаю Ару вперед, замечая, что на крыльце, помимо него, стоят еще двое синих. Но те заходить внутрь отказались, ну, как хотят. Прикрываю дверь и возвращаюсь в комнату, чтобы увидеть сжавшегося в кресле Капитана и сидящего перед ним на корточках наемника, держащего в руке фотографию с молодым и улыбчивым парнем, сильно напоминающего мне однорукого. — Мда-а, — тянет наемник, убирая фотку. — Потрепала тебя, Тихон, Зона… Ну, ничего. Папа твой будет очень рад, что ты наконец-то нашелся. И, Палач, ты уже здесь? Не услышал, как ты подошел. В общем, я обязательно заказчику шепну, кому именно он обязан. Так что жди гостинцев - Платон Всеволодович очень щедр. Надеюсь, ты не в обиде, что с тобой все так случилось? — А еще две минуты назад ты пальцы гнул, что никаких подарков или выплат не будет, — усмехаюсь. — Нет, не в обиде. — Увы, таковы наши реалии. Стоит лишь немного слабину дать, и показать чуточку радушия какому-нибудь бродяге, как тот сразу готов на шею присесть и ножки свесить, — наемник решает внезапно объясниться передо мной. — Так что надо время от времени всем напоминать, что мы не только добрые дяди в синих костюмчиках, но еще очень и очень злые волки! Ха-ха! Видел бы ты свою рожу, сталкер… — Шутник, — слабо вздыхаю, возвращаясь на стул и залпом допивая подостывший чай. — Что дальше? — А что дальше? — переспрашивает Ара, вскидывая густые брови с небольшой проседью. — Вы сейчас оба упакуете вещички, и наша дружная компания двинет на блокпост. Там Тихона заберут люди его отца, а мы - ты, я и те два оглоеда на улице полетим на Янтарь. И не смотри так, Палач, в этот раз все пройдет без происшествий. — Ну, смотри… Дальнейшие события понеслись вскачь. Ни у меня, ни у, внезапно, Тихона никаких вещей, кроме одной шкуры василиска, не было. Поэтому наскоро собрались и отправились прочь из деревни, только я наскоро успел попрощаться с Сидоровичем и Волком - негоже было уходить по-английски, когда люди так переживали. Я немного волновался, когда мы начали приближаться к военным, но те не только не открыли огонь, так еще и пропустили нас мимо без всяких вопросов. КПП выглядел точь-в-точь как в игре. Справа небольшая двухэтажная башенка, выложенная из кирпичей, слева - небольшое квадратное здание такой же высоты. Забор, немного техники, пара вагончиков и виднеющаяся за небольшим плацом казарма. Но внутрь, понятное дело, нас никто пускать не стал. — Ты же говорил, что мы идем на блокпост? — спрашиваю у Ары, когда мы не останавливаясь проходим через него как горячий нож сквозь масло. — Ну да, — усмехается он. — Тебе что, память отшибло? Вся территория ЧЗО оцеплена двумя линиями обороны. И то их иногда еще переносить приходится из-за аномалий или прорывов мутантов… Ну, это вполне логично. Надеяться на один блокпост на несколько километров вокруг и колючую проволоку - достаточно плохая идея. Впрочем, это совсем не важно сейчас. Наша небольшая, как я думал, прогулка затянулась на почти целый час. Шли мы неспешно, Тихона мне пришлось изредка придерживать, потому что тот с каждым шагом словно терял силы. Небось, из-за отца переживает. Вторая линия обороны выглядела куда монструознее и серьезнее. Вместо колючей проволоки - полновесный тяжелый забор из бетона и металла высотой метров в пять. Над ним, по всему периметру, висели выключенные сейчас прожекторы и возвышались несколько башенок с устроенными в них пулеметными гнездами. Посередине всего этого находились толстые металлические ворота, которые тут же стали медленно открываться при нашим приближении. А меня начал гложить вопрос, а почему так плохо выглядит первый рубеж обороны? Что я и спросил у Ары. — Увы, но из-за изменчивости Зоны такие блокпосты, как этот, по всей территории впритык не понатыкаешь. Вот что ты будешь делать, если внезапно на пороге командирской комнаты аномалия вылезет? А если не одна и по всей территории блокпоста? — охотно отвечает Ара, явно заскучавший за время нашего похода. — То-то и оно, что только бросить его и остается. Поэтому… все вбухано во вторую - та находится на приличном расстоянии от Зоны. — Тогда в чем задача первой линии? — Если ничего серьезного и опасного, то доложить и самим отбить нападение, — включается в беседу другой наемник - русоволосый парень лет тридцати, с небольшим украинским акцентом. — А если какая-то лютая хрень, то доложить об этом и бежать со всех ног на вторую линию. Мне брат рассказывал, он срочку здесь тянул. — Да-а? — тянет главный синий. — И какие у мальца планы? По твоим стопам не хочет пойти? — Не-е, мамка его не отпустит, — усмехается русый. — Говорит, хватит с семьи и одного вояки. За линией обороны второй блокпост оказался куда больше - уже не одна казарма, а сразу несколько, как и других зданий. Даже виднелась одна табличка с надписью “Столовая”. Но долго разглядывать ничего нам не дали. Невдалеке показывается черный джип, мерно едущий по ровному асфальту, который останавливается прямо перед нами, из нее сразу же выныривает несколько очень серьезных мужчин, вооруженных едва ли не лучше, чем сопровождающие нас наемники. После этого с заднего сидения вылезает низенький мужик с нечитаемым выражением лица. На внешность - самый обычный. Прямой нос, выбритый подбородок, чуть выпуклые глаза и растопыренные уши. Но очень дорогой и идеально подходящий к пропорциям его тела костюм, а так же закравшаяся седина в его темных волосах, говорили мне, что передо мной птица высокого полета. Он обводит взглядом нашу компанию, пока не останавливается на Капитане, застывая. Приоткрываются сухие губы, чуть дрожит нижняя челюсть. Отец? Не похож, не похож. Видимо, мальчик пошел в мать. И мужчина с распахнутыми широко глазами выбегает вперед, крепко прижимаясь к Тихону, обнимая того до хруста. — Сыночка мой, — тихо шепчет он, держа голову Тихона, что пытался спрятать взгляд, двумя руками. Неверяще гладит его по волосам, щекам и всматривается в лицо так, что еще чуть-чуть и дырку в нем просверлит. — Нашли, наконец-то нашли тебя… Боже мой, как я переживал. А твоя мать, бабушка? Устроим им сюрприз, сынок, да? По лицу мужчины потекли еле заметные прозрачные слезы, пока он все это проговаривал потерянному ребенку. А тот, разрыдавшись еще сильнее, сам льнет к отцу, горячо шепча обо всем, что он так давно хотел ему сказать. До меня доносились лишь обрывки их таинства - просьбы о прощении, клятвы в любви… Мне несколько неловко находится здесь, но вот Ара… смотрел на все это с широкой улыбкой и явно не чувствовал себя лишним. Спустя несколько минут горячих приветствий, отец самолично доводит ребенка до машины, усаживает его и всучивает небольшой контейнер с едой, от которой шел пар. Взъерошивает его волосы, целует в лоб и, наконец-то, поворачивается к нам. Лицо вмиг принимает серьезное выражение, и не скажешь, что этот горячо любящий отец еще недавно едва ли не рыдал с сыном навзрыд. — Прошу прощения, господа, за эту сцену, — он немного склоняет голову, продолжая держать прямую спину. — Вы… должны понять нас. Мой Тихон… — Не утруждайте себя, Платон Всеволодович, — перебивает его Ара. — Мы рады, что ваша семья наконец-то воссоединилась. Надеюсь, вы считаете контракт выполненным без нареканий? — Конечно-конечно, — поспешно отвечает Платон, улыбаясь. — Выше всяких похвал… Когда надежда была полностью потеряна, а место на кладбище подготовлено… вы смогли совершить чудо. — О-о, — протягивает наемник. — Наш лидер хорошо умеет подбирать кадры для работы. Вот, познакомьтесь, это именно тот молодой человек, что единолично отправился за вашим сыном и сумел его отыскать. — Да? — мужчина резко поворачивает ко мне голову, широко улыбаясь и протягивая ладонь для рукопожатия. — Наша семья ваш должник, не побоюсь этих слов, мой юный друг. — Я рад, что смог помочь воссоединиться вам, — улыбаюсь, аккуратно стискивая ладонь мужчины. Тот похлопывает меня в ответ по плечу. — Вот что я ценю в людях, так это искренность и ненавязчивость, — произносит Платон, смотря на мой потрепанный комбинезон. — Вижу, спасение моего сына обошлось для вас большой кровью… Не беспокойтесь ни о чем, мы покроем все ваши издержки. — Право, не стоит, — отмахиваюсь. — Лучше бы вам сосредоточиться на лечении Тихона, а я и так получу выплату с контракта. Ни к чему тратиться еще сильнее. Все же… костюм мой очень дорогой. — А-ха-ха! — громко смеется Платон Всеволодович. — Ну и насмешили же вы меня, мой юный друг. Увы, но все будет так, как сказал я. Уж простите блажь старика, ха-ха. А ты, Ара, просвети юношу в том, кому он оказал услугу… К слову об услугах - все будет так, как и договаривались, в полном объеме и даже немного сверху. — Благодарю, — наемник глубоко кланяется. — А теперь… позвольте откланяться, нам еще многое нужно наверстать с Тихоном, — бросив мимолетный взгляд на машину, в которой однорукий за слезами на глазах уплетал еду из судочка. — Большое всем спасибо, особенно вам, молодой человек. Подарок получите на днях, передам его вам через Ару. Прощайте! И уже через несколько минут черная машина полностью скрылась из зоны видимости. — И кто это был? — повернувшись к наемнику, спрашиваю. — Да так. Всего лишь Мещерский Платон Всеволодович, один из крупнейших поставщиков оружия. — И та услуга, о которой он говорил, это поставка нового вооружения для наемников? — А об этом тебе лучше помалкивать, сталкер. А то, боюсь, придется тебе полетать еще… Шучу.