Глава 179

То же место, то же время. М-м, ну и ситуёвина. Может, просто пристрелить его? А что, вполне себе выход. Активировать артефакт, выставить вперёд дуло автомата и зажать гашетку на два-три выстрела. И проблема решится сама собой, причём полностью. Но это я всегда успею сделать. Медленно оглядываюсь назад, видя, как долговцы наставили оружие на Диодора, впрочем, пускать его в ход они пока не спешат. Умницы. — Как видишь, отче, сегодня злые силы преобладают, — пожимаю плечами. — Может, разойдёмся мирно? Но отче только ухмыляется, отчего его морщинистое лицо выглядит по-настоящему злым. Щёлкает пальцами как заправский злодей из какого-нибудь фильма, и… мы оказываемся окружены. На крыше технического здания появляется несколько человек, вооруженных бог весть чем, из темноты строительного вагончика на свет так же выглядывает несколько автоматов, не хватает только кого-нибудь с левой стороны. Недоработка или… А, ну да, увидев своих компаньонов, к нам уже спешат ещё несколько оборванцев вполне себе бандитской наружности - только нашивок не хватает. Чёрные плащи, такие себе бронежилеты и оружие в плачевном состоянии - сплошные укороты, пара дробовиков и целая мосинка без прицела у человека на крыше. “Добрые” силы явно подготовились. — Как видишь, нехристь, — выплёвывая слова сквозь зубы, произносит Диодор. — Нас больше, и тебе так просто не уйти… — Ну хоть на разговор можно рассчитывать? — спрашиваю с надеждой, украдкой оглядываясь по сторонам. Как и прежде, непрозрачная для них сфера моего шлема прекрасно справляется с незаметным подглядыванием. Решить вопрос миром будет сейчас предпочтительным вариантом… Конечно, убить Диодора и прочих не составит особых проблем для нашей группы, но… мы находимся в крайне невыгодном положении. И без ранений тут точно не обойтись. — Хочешь исповедаться в грехах своих? — спрашивает Диодор, выходя вперёд и беря в руки винчестер. — Похвально-похвально… Я слушаю. — Из-за чего вообще весь сыр-бор? — спрашиваю у него. — Волк говорил, что ты сильно был озабочен тем, что случилось с охотниками из восточного леса… Это так? — На тебе настолько много грязи, что ты даже не можешь сразу понять, за какой именно грех мы пришли тебе воздать? — Диодор вскидывает правую полу-седую бровь вверх, подходя ко мне на расстояние пары метров. — Я поступил правильно, что решился… Мир без тебя будет лучше, нехристь. И да, эту кару ты навлёк на себя тем убийством. — Хм-м, — он уже втемяшил себе в голову одну и единственно верную в его понимании истину. Так почему бы мне не попытаться её разрушить? — Позволь мне показать тебе переписку с торговцем, она как раз касается того, что произошло тогда. Может, ты изменишь своё мнение? — Вряд ли, — качает он головой. — И да не убоюсь я зла и смогу выдержать козни твои… Показывай. Ха-а. Как сложно… Ну да ничего, ради мирного решения можно немного потерпеть всю эту хренотень. Медленно и на виду у всех залезаю в карман комбинезона, откуда достаю собственный коммуникатор. Хорошо, что я догадался сохранить банк памяти от разбившегося после падения… Открываю переписки с торговцем и под сопение десятка человек начинаю пролистывать до нужного момента. — Вот, держи, — протягиваю устройство отче, который резко выдергивает его из моей руки, принимаясь читать. — … пятьдесят тысяч, — тихо повторяет он когда-то написанные мною слова. — Они что, продали артефакт Сидоровичу?! — Ну да, — отвечаю я. — А ты не знал? — Я же… я же уговорил их отказаться от бесовского! — произносит он, опуская руки. Мой ПДА выскальзывает из его ладони прямо на землю. Вот, чёрт! — А они… — А они притрагиваться к нему и не стали, — добиваю его. — Обратились к Сидоровичу, чтобы продать тот артефакт, и повелись на увещевания настоящих демонов - тех, что сидели у них внутри всё это время. Сначала забрали мои деньги, хотя расплатиться с ними должен был торговец, требовали ещё больше за ночной постой - так много, что мне пришлось ночевать под открытым небом. А потом твои пьяные охотники, Диодор, вышли ночью, чтобы закончить начатое - убить меня и забрать мои вещи. Думаешь, мне делать там было нехрен, кроме как ночью вытаскивать их в лес для убийства!? Не-ет, дорогой мой отец, нет! Они сами тогда явились ко мне с оружием! Сами замыслили недоброе! И ты вслед за ними! Единственная моя вина в том, что за мной стоит правда и сила, что я лучше, чем они. Она в том, что я смог выжить тогда! Убей они меня, ты бы даже горевать не стал, добрая душа! Ну, что на это скажешь, отче? — Ты… я… — он несмело делает шаги назад, пока всё его лицо окрашивается в мертвенно бледный цвет. Винчестер выпадает из его правой руки прямо на асфальт, а сам он запинается о камень и падает на задницу. — Боже мой, я… я ошибался… — Что?! — буквально взревел один из бандитов, держащий в руках укороченный калаш. — Ошибался!? Ты обещал нам, что мы сможем с этого сталкера забрать всё, что захотим! Пар… Но его оборвал выстрел из моего автомата, буквально раскурочив незащищенную головёшку. — Мочить всех, деда оставить в живых! — кричу я, направляя дуло на окна строительного вагончика и зажимая спуск. За моей спиной раздаются автоматные очереди, бандиты отвечают тем же, и тихий доселе завод заполняется шумом выстрелов и громких матерных криков. Тех, кто засел в вагончике я убрал, и как только я хотел развернуться вправо, мою руку пронзает одновременно острая и ноющая боль. Через мгновение пуля, пролетевшая сквозь моё плечо, ударяется о защитную боковую часть. Сука! От резких ощущений не удерживаю автомат в руке и припадаю на одно колено следом за ним, зажимая раненую конечность. Ко мне тут же подлетает пара долговцев, принявшихся за оказание первой врачебной помощи. Я же, дико озираясь по сторонам, замечаю, что вся потасовка закончилась буквально за полминутки, и моё сопровождение было в полном порядке. — Ха-ха, — коротко смеюсь, стараясь абстрагироваться от растекающегося по руке болезненного холода. — Вот и моя первая пуля… Эй, отче, ты как там? — Я виновен перед тобой, сын мой, — глухо отвечает он, прикрывая лицо обеими руками. До его подельников ему не было никакого дела. — Повёлся на поводу у дьявола, спутался с бандитским отребьем и… Прости меня… — Бог простит, отче, — произношу я, вставая на ноги с помощью пары ефрейторов. В это время остальные долговцы вовсю осматривают тела. Обиды внутри меня не было, а вот злость… она была. И говорила, что с этим Диодором надо разобраться так, как я привык действовать. — В следующий раз пощады от меня не жди. На мои слова он только кивает с усталой улыбкой, пересаживается на колени и начинает читать негромкую молитву. Что-то там про “упокой души” и так далее. Что ж, его право. Мне же пока хватит того, что он отступил от мысли моего убийства, хоть и боязно слегка оставлять такого деятельного “врага” за спиной. Ну, вполне возможно, что в будущем его навыки мне пригодятся. А может и нет. В любом случае, пролитой сегодня крови хватит. А пока наш отряд спешит доставить раненого сотрудника в бункер… Бункер, больничное крыло, некоторое время спустя. — Надо было мне с тобой отправиться, — тихо бурчит Призрак, сидя в углу комнаты, пока Елена Анатольевна вовсю воркует над моей раной. Увы, воспользоваться силой артефакта я пока не могу - слишком палевно. Вот подстегнуть немного процессы регенерации потом, чтобы побыстрее выйти с больничного, это да. А пока надо терпеть нежные женские руки, вооруженные хирургическим набором. — Долговцы сказали, что ты того дедка решил не трогать… Почему? — Да он прикольный, — пожимаю плечами и тут же шикаю от резкой боли в руке. — Ты меня поражаешь… — А меня поражают ваши беседы! — вспыхивает как спичка глава врачебного отделения. — Призрак, а ну пошел вон отсюда! И ты, Георгий Александрович, молчи! Как так вообще угораздило… Ух, а что было, когда долговцы притащили меня обратно, даже описывать страшно. Хоть я вполне мог идти сам, но кто б мне дал, да? Так что некоторым лаборантам, а вслед и выглянувшему на улицу Сахарову, пришлось наблюдать картину, как меня буквально волокут в лазарет. Если б он не был уже седым, поседел бы сейчас - такая гримаса была на его лице. Смесь удивления, страха и чего-то ещё, что разглядеть мне было сложно. И, насколько я знаю, старый учёный в соседнем кабинете принимает валерьянку. Ну или стопочку чего-то более крепкого. — Тук-тук! — в кабинет настойчиво постучались, и почти сразу внутрь зашел Сахаров с самым решительным выражением лица. — Всё! — выдыхает он, плюхаясь на соседнюю койку. — Георгий Александрович, к твоему отпуску только что прибавилось несколько недель больничного. Так что уже к концу этой недели ты отправишься в свой родной Новосибирск… — А как же работа? — спрашиваю я. — Трансмутация артефактов?! — Ха! — громко усмехается Елена Анатольевна. — Какая тебе работа, голубчик, с такой рукой? Ты даже документы заполнять не сможешь, правша! Что уж про полноценные выходы говорить… Нет и нет, я категорически поддерживаю Андрея Дмитриевича в этом вопросе. — Насчёт работы не переживай, долговцы только что сдали мне отчёт, — произносит Сахаров с победной улыбкой. — Они, кстати, очень о тебе беспокоились. Моё мнение таково, что они показали себя просто прекрасно. Заберут через пару часов результат эксперимента, я поручу им синтезировать кое-что простенькое, и, если всё получится удачно, станут нашей штатной трансмутационной группой. Очень уж удачно ты устроил скандал с тем лейтенантом. — Рад стараться… — ха-а, вроде и радоваться должен, что за Периметром побываю, но ощущение такое, что поеду в пасть ко льву более страшному, чем какая-нибудь химера. Вскоре оказание мне медицинской помощи было закончено, так что пришлось изрядно постараться, чтобы убедить Щукину в том, что я без проблем смогу перемещаться по лагерю учёных. По выходу из палаты, сразу же наткнулся не только на сидящего у двери сталкера, но и долговцев из моего сопровождения. Поблагодарив их за заботу, незаметно засунул несколько смятых купюр в нагрудной карман Самсонова. Пусть порадует ребят какой-нибудь приятной контрабандой. И, хотел я было отправиться в основной бункер, как меня за руку останавливает Призрак и утягивает в отведенную Клыку палату. Лежащий здесь сталкер выглядел гораздо лучше, чем раньше. Теперь он был хотя бы в сознании, не кашлял надсадно каждые несколько минут, а на его осунувшемся лице так и вовсе появился лёгкий румянец. Но вот нога… Стараюсь не смотреть на то место, где она должна быть. Это точно будет невежливо. — Вот, — указывает на меня раскрытой ладонью тот. — Тот самый сталкер, что помог мне тебя вытащить. — Здарова, Клык, — киваю ему я. — Почитай, с самого Кордона не виделись. Ты тогда врезался в меня, когда от Сидора выходил. — А-а, Палач, — протягивает он хрипло, приподнимаясь на локтях. — Тогда я подумал, что ты просто новичок с пафосной кликухой. Таких, знаешь, в Зоне пруд-пруди, но всё без толку. А оно вон как обернулось для меня… Спасибо тебе за спасение. Если бы не ты, то наша нычка превратилась бы в склеп. — Рад был помочь, — киваю, поворачиваясь к Призраку. — Ты меня просто познакомиться привёл, или есть какое-то дело? — Ха-ха-ха! — смеется одноногий сталкер со своей койки. — Берёшь быка за рога, а? Ну, вообще, хотел высказать тебе своё большое человеческое спасибо, но дельце и впрямь есть. Ты, как я понял, здесь большая шишка, да? — Ну типа, — разговор начинает чуточку уходить не в ту степь, что мне сильно не понравилось. И перемену на моём лице заметил сам Клык. — Не хмурься так, Палач, ничего такого просить не буду. Не дурак же, — ухмыляется он. — Хотел насчёт работы договориться… Сталкером мне в ближайшее время не быть, пока на нормальный протез не накопим, да и там вопросов много. В общем, я в электронике нормально так шарю, даже образование соответствующее имею. Ты мог бы за мой счёт с Сахаровым перетереть, а? Хоть на пол, хоть на четверть ставки, но готов работать - ручки-то вот они! — Тебе это зачем вообще? — удивил так удивил, думал, будет о чём-то более серьёзном спрашивать, чем трудоустройства. Лекарства там, наркота, деньги и так далее. — Так я понимаю, что держусь здесь только твоей милостью. Если б не ты, уже бы выкинули меня отседова, — произносит он скороговоркой. — А тут и Призрак прижился нормально так, и кормят неплохо… Остаться хочу, но не в роли нахлебника. — Я попробую поговорить на этот счёт с Сахаровым, но ничего не обещаю, — вздыхаю. — Ну и так, к слову, на зиму бункер законсервируют, а весь его персонал будет отправлен за Периметр. Так что работа продлится не так уж и долго, а потом вам придётся искать другое местечко для себя. — Это мы уже знаем, — широко улыбается Клык. — Спасибо. Серьёзно. Ты очень крутой сталкер. — Смотри, не перехвали! — на этой ноте покидаю палату, оставляя двух друзей наедине. Сам же я подпираю коридорную стену в ожидании, когда Сахаров вдоволь наговорится с хозяйкой этих владений. Расклад, за исключением моего ранения, получается очень даже интересным. Мало того, что Клык выжил, так он ещё хочет устроиться на работу к учёным. А там, глядишь, и сам себе какой-нибудь протез соберёт, ведь умений у него предостаточно должно быть. Дешифратор же он как-то собрал, который отпирал не абы что, а ведущие к О-Сознанию двери! Не думаю, что там уровень защиты настолько маленький, что практически любой желающий сможет подобрать к ней ключ. Нет, этот член группы Стрелка сам по себе очень ценный кадр - хоть я и могу в теории развить навыки до той степени, что выйду в десятку лучших техников-инженеров, но… лично у меня найдутся более интересные дела, чем паять микросхемы и прочую лабуду. Так что такой сталкер-должник мне очень даже будет нужен. Плюсом к нему идёт Призрак, человек, который по своим достоинствам вряд ли так уж сильно уступает Стрелку или Шраму. Просто идеальный компаньон для сложных рейдов, где мне может понадобиться помощь со стороны - верный, очень умелый и обязанный мне спасением своего друга человек. Я бы им и просто так помог, конечно, но то, какие возможности появляются передо мной, просто поражает воображение и самые смелые детские мечты. Хех, осталось только дожить до осени двенадцатого года и помочь Призраку не помереть глупо в шестнадцатой лабе. Хм-м… Странно, что об этом я подумал только сейчас, но ни Круглова, ни Васильева в бункере пока нет. Точнее, несколько однофамильцев второго учёного присутствуют, но то простые сотрудники лаборатории. Возможно, они появятся позднее, ближе к весне нового года. А может и не появятся вовсе - эффект бабочки. — Ты почему тут стоишь? — из размышлений меня вырвал немного раздражённый голос Сахарова. Тот явно недоволен тем, что я всё ещё отираюсь в коридоре. — Тебе же прописан покой! — Простите, Андрей Дмитриевич, виновен, — повинно склоняю голову. — Но у меня есть один важный разговор насчёт рабочих мест в нашем бункере… — Ха-а, — профессор устало потирает переносицу двумя пальцами. — Только скажи честно, Георгий Александрович, ты хочешь к нам всех своих знакомых пристроить? — Что? Нет-нет, Андрей Дмитриевич! — качаю головой с улыбкой. — На этот раз это незнакомец… Шучу-шучу! Клык, это тот безногий сталкер, обратился ко мне с просьбой о трудоустройстве. По его словам, он хорошо разбирается в технике и электронике и точно может быть нам полезен. И… он согласен работать даже за четверть ставки. — Хм, квалифицированный техник всего за четверть от номинальной ставки, ещё и со сталкерским опытом, — учёный потирает гладко выбритый подбородок. — Ладно, я поговорю с начальником технического обеспечения, пусть посмотрит на этого Клыка, но не раньше, чем через пару недель. Ему всё ещё предстоит набираться сил, как, впрочем, и тебе, молодой человек. — Уже бегу!