6. Тролли живут в горах

Новые спальни сильно не отличались от старых, разве что места было чуть больше. А вот жили они теперь в башне со старшими курсами, и это, конечно, ощущалось совсем по-другому. Башня была оформлена в ярко-красных и темно-бордовых тонах – цвета факультета, как-никак. В общей гостиной пылал камин, а над ним на стене располагалась статуя саламандры – символа факультета, – которая словно взбиралась вверх по стене. По мнению Гарри, это могло означать то, что каждый здесь идет вверх несмотря на трудности и препятствия (как думал Поттер, препятствием для саламандры является стена – она ведь такая гладкая, куда по ней поднимешься, тяжело же, – а вообще он в саламандрах не особо разбирался и почти ничего о них не знал. Повсюду стояли уютные кресла, их было правда много, хватило бы явно на всех, и даже свободные бы остались. Гарри, как они и договаривались с Максом, отправился немного подремать – все-таки разбудили их явно рано, по мнению всех. Кровать была такая мягкая и уютная, что стоило Гарри «прилечь на пару часиков», как его тут же сморило, не пришлось даже прикладывать усилий для того, чтобы уснуть. Проснулся он, однако, как и хотел – через два часа. До обеда ещё было время, и его Поттер хотел провести с Максом, однако Макса почему-то в общей гостиной не было. Там сидели только Вова и Паша, тихо о чём-то переговариваясь. Заметив Гарри, оба поспешно отодвинулись друг от друга, словно занимались чем-то непотребным, хотя что такого они могли делать, будучи на первом курсе? Ясное дело, что ничего. Поттер проигнорировал этот момент (мало ли, вдруг что личное обсуждали) и подошёл сразу к парням. – Вы не знаете, где Макс? Вова покачал головой, а Паша сказал: – Нет, но он вроде тоже собирался пойти поспать, разве не так? Сходи к нему в комнату и проверь. Звучало логично. Именно так Гарри и решил поступить. Поднялся в комнату Макса (он знал, где комната каждого из его однокурсников – всё же вместе выбирали), отворил дверь, думая о том, стоит ли будить его, напомнив о том, что они хотели осмотреть замок, или всё же не стоит, и нужно дать человеку поспать, как вдруг остановился. Макса в комнате не было. В гостиной его тоже быть не могло, ведь Гарри тоже только что там был. Куда он мог пропасть? Ответ один – куда-то ушёл. Руководствуясь этим, Поттер отправился прочь из башни – раз Макс ушёл без Гарри, то и Гарри уйдет без Макса, а там они может и пересекутся. Интересно, что его побудило уйти одному? Однако долго искать Волкова не пришлось. Гарри свернул пару раз, и вдруг услышал громкие голоса. Прислушался. Пошёл на них. – Как можно так себя вести с девушкой? Ты вообще-то первый в меня врезался! Я просто мимо шла! Поттер начал что-то припоминать. Не та ли это девушка, которая врезалась в Макса на завтраке? – Не неси бред, – а вот и Волков. Вот только почему у него такой ледяной голос? – Ты считаешь, что это адекватно? Ты попросила меня прийти через моих однокурсников, я бросил всё и пришёл, думая, что как минимум просто с кем-то с другого факультета познакомлюсь, а как максимум помогу тебе с чем-нибудь, кто же знает, зачем ты звала? А в итоге ты это сделала лишь для того, чтобы меня позлить? Я в тебя не врезался, повторю ещё раз. Если бы врезался, я бы извинился. Называть меня невоспитанным с твоей стороны просто глупость. Так что избавь меня от своих истерик и дай уйти, ты мне сейчас совершенно не интересна, скажу больше, даже не побоюсь этих слов, ты просто раздражаешь и тратишь моё время на какой-то идиотизм. Меня ждёт друг, пока. «Что? Кто эта девчонка вообще? Что у неё в планах? Или в мозгах... Раз так делает. Познакомиться что ли всё же хотела? Но а почему бы нормально не подойти?» – думал Гарри. В девушках он не разбирался вообще (даром что у самого была сестра) и тут понять ничего не мог. Он бы думал и дальше, если бы в него чуть не врезался Макс. – Ой, простите, – буркнул он (и правда извиняется в таких случаях, не врёт), а потом узнал Поттера. – Блин, Гарри! Всё слышал? – Не всё. Только конец. Она правда тебя позвала, чтобы наорать? – Не совсем. Сначала она начала спрашивать, где наша гостиная, долго ли я шёл, как у меня дела и вообще всё такое, как только я спросил у неё, к чему это вообще, и пусть говорит то, что хотела, она видимо обиделась и предъявила мне это. – Боюсь, Макс, она хотела с тобой познакомиться так, а ты всё испортил, – Гарри не мог сдержать смех. Уж больно смешно выглядел зависший от женской логики Волков. Хотя, кто знает ту девчонку и то, о чем она думала... – Познакомиться?! Так?! Кто так знакомится вообще?! – начал возмущаться Максим. – Могла бы просто нормально подойти, что я послал бы её? Они отправились наконец осматривать замок. Все четыре этажа они бы явно не успели – времени до обеда оставалось мало, – но первый хотя бы вполне себе. Всё шло хорошо, они даже прошли пару коридоров, пока Макс и Гарри не обнаружили библиотеку, и там уже стало понятно, что дальше они не пойдут. Не сегодня. Осмотреть библиотеку – вот была их главная цель на сегодня. Библиотека была просто огромной. Высоченные полки с книгами уходили высоко вверх, где-то у потолка заканчивались, а самих полок было столько, что заблудиться было легче лёгкого. Всё было оформлено в том же средневековом теплом стиле – факелы, каменные стены... Огонь в факелах был волшебным, чтобы не испортить случайно книги или не устроить пожар. Везде стояли столы со стульями или просто кресла, чтобы можно было упасть туда и читать, ни на что не отвлекаясь. Гарри и Макс даже будто боялись сдвинуться с места – настолько величественной, грозной и манящей казалась им эта библиотека. Завороженные местом хранения книг, парни стояли, смотря на полки с бесчисленными книгами. Вовка бы, наверное, поселился здесь навсегда. Он обожал читать и готов был отдать за книгу все, что угодно – наверное, своего лучшего друга Пашку он бы тоже продал за книгу (хотя кто знает...). Надо будет сводить его сюда – пусть полюбуется. Хотя утверждать то, что Иванов не грохнется в обморок сразу же, как только увидит эту сокровищницу, конечно, никак нельзя. Вот вообще никак! Пока парни стояли, просто разглядывая древние фолианты, к ним сзади подошёл какой-то мужчина. Он был уже немолодым, в его черных волосах виднелась седина, на лбу были морщины. Взгляд его был словно у эльфов в фэнтези книжках – в нём виднелась мудрость, которую он приобрёл за прожитые года. Глаза у мужчины были разные – один серый, даже серебристый, другой медово–коричневый, блик факела – и этот цвет уже казался золотистым. – А вот и новенькие... Вас тоже покорила моя библиотека? Говорил он тихо, даже почти шёпотом, однако в тишине библиотеки его голос звучал гулко и громко. Волков и Поттер вздрогнули и обернулись. Мужчина улыбнулся. – Я хранитель этого места. Этой библиотеки. Вы не первые, кто был заворожен её красотой, но первые, кто замер от её очарования. Мальчики молчали, затаив дыхание. Этого человека хотелось слушать, как самую интересную сказку он рассказывал – такова была его речь. – Вы можете смотреть, – он взмахнул рукой в сторону бесчисленных полок. – Можете брать книги – это никому не запрещается. А ещё можете спросить совета. Всегда. По любому вопросу, даже не связанному с книгами. Вам я это разрешаю, – он выделил слово «вам». Гарри и Макс молчали. Мужчина не сказал больше ничего. Он просто повернулся и ушел – так быстро, как будто растворился в воздухе. Тут только парни словно очнулись ото сна. Гарри посмотрел на Макса, Макс – на него. – Знаешь, – прошептал Гарри, – давай пойдём назад... Кажется, я ещё не готов здесь находиться. Что-то здесь есть. В этой библиотеке... Какая-то странная магия... Я мало разбираюсь пока, но я никогда не чувствовал такого... Макс согласно кивнул, и мальчики отправились назад в свою башню. Тем днём больше ничего примечательного не было, вот только Гарри жалел о том, что так и не спросил имени того старика.

***

Месяц прошёл почти незаметно. В их расписании почти ничего не изменилось, всё также они ходили на уроки и дополнительные занятия. Разве что пару уроков поменяли местами так, что они совпадали с другими факультетами. Парни с Гласиас оказались очень уважительными и всегда готовыми прийти на помощь, однако смотрели с такой лисьей хитрецой в глазах, что становилось понятно – они далеко не так просты, как кажется, выгоду свою знают, но в помощи не откажут. Гарри и его одноклассники не особо сдружились с кем-то оттуда, да и однокурсники не особо хотели этого, но все общались по-товарищески, никого не обижая, и это создавало очень комфортную дружескую атмосферу. Другое дело было с факультетом Венери. Девушек было всего пять, и они держались друг друга, словно избегая парней и стремясь защитить себя (как будто это было надо), почти не разговаривали с Гарри и его однокурсниками – в общем, держались в стороне от других факультетов. Было, конечно, одно исключение, а именно та золотоволосая девушка. Поттер так и не узнал, как её зовут, да и Волков не спрашивал, хотя ему бы это в принципе пригодилось, ведь каждый урок он с ней обменивался различными колкостями, доходя чуть ли не до взаимных оскорблений. Гарри молча смотрел за их разборками, которые начались так нелепо и продолжались так глупо, и не вмешивался. А что он им мог сказать? К тому же, не было похоже на то, что кто-то обижался, скорее наоборот, это было целью каждого совместного урока – выместить злость на другом. Поэтому Поттер просто забил на них и начал думать о другом. А подумать было о чём. Месяц подходил к концу, а это означало, что уже скоро ему предстоит первый полёт... Крам же обещал. Тем не менее, Гарри осознавал, что ему страшно. А вдруг упадет? Или не сможет взлететь? В последнее время эти мысли приходили к нему перед сном, заставляя испытывать сильное волнение. Однако Поттер старался не обращать на них внимания, и более-менее у него это всё же получалось. Крам не соврал. Однажды утром, когда до Хэллоуина оставалось дня два, он подошёл к Гарри и сказал: – Я помню про своё обещание. Давай на Хэллоуин. Там времени больше, потренируемся, а потом на праздничный ужин. Дождавшись кивка Гарри, Крам ушёл, не сказав больше ни слова.

***

И вот наступил этот день. На Хэллоуин Гарри проснулся в радостном предвкушении, однако волнение тоже никуда не делось, поэтому Поттер испытывал смешанные ощущения. Но отказываться он бы точно не стал. Сейчас он был на шаг ближе к исполнению одной из своих главных мечт – научиться летать, и этот шанс Гарри никогда бы не упустил. Они с Крамом договорились встретиться на лëтном поле (или же площадке для квиддича – так было привычнее для Гарри, но Крам называл её «лётным полем») почти сразу после обеда. И вот Гарри шел к площадке для квиддича, чуть ли не начиная подпрыгивать, стоило ему задуматься над тем, что вот, сейчас это случится! Он сможет! Или же нет... Позориться перед Крамом не хотелось, но ещё больше не хотелось отказываться от мечты, поэтому Поттер продолжал путь. Виктор уже ждал его там, держа в руке свою метлу. Его метла была новейшей модели – Нимбус-2000, выпущенная совсем недавно, – уж в этом Гарри разбирался. Видимо, Крам действительно искренне увлекается этим спортом, но оно и неудивительно, зная его навыки. У Поттера метлы не было, но Гарри увидел лежащую на земле метлу – кажется, это была Комета-260. – Моя старая метла, – бросил Виктор, глядя на неё. – Я так и подумал, что у тебя нет, а поскольку у меня теперь Нимбус, а он, не обессудь уж, существенно лучше, то решил дать тебе её. Метла хорошая, но уровень, конечно, пониже. Впрочем, для новичка самое то, думаю. Крам говорил о метлах так, как будто они были самой большой радостью в его жизни (возможно, так и было), искренне, с удовольствием и азартом. – Спасибо тебе, – кивнул ему Гарри. – Я правда очень ценю это... И спасибо, что решил меня учить, вот. Крам ничего не ответил, только качнул головой и начал свой так называемый урок. – Я слышал, в Хогвартсе учат полётам по устаревшей системе, включающей команды «вверх» и прочее. Команда «вверх» смысла никакого никогда не играет, скорее просто проверяет твою готовность лететь. Но это всё очень неточно, поэтому я такое не использую. Если хочешь, можешь, конечно, попробовать, но это тебе никогда не пригодится, поэтому зачем тратить время. Гарри качнул головой в знак согласия. Звучало логично, и поводов для несогласия у него не было. – Показываю правильную посадку. Берешь метлу вот так, – он показал, как надо, и исправил положение рук Поттера, – теперь ногами упираешься сюда – видишь, специально сделано? – и садишься. Да, отлично. Теперь пытайся прочувствовать метлу. Представь, что она живая. Она готова взлететь? Что ты чувствуешь от неё? Сначала было ничего. Но внезапно Гарри почувствовал легкое дрожание метлы, как будто она и сама хотела взмыть вверх, оно словно шло изнутри неё, от этого ощущения становилось тепло. Поттер заулыбался, Крам одобрительно качнул головой. – Прекрасно. Теперь, когда ты чувствуешь метлу, ты интуитивно сможешь понимать, как тебе будет проще совершить тот или иной элемент – она сама тебе подскажет, ведь открылась тебе. Но пока рано. Начнем с простого – полёт. Взлетаем. Слово за слово – и вот Гарри почувствовал это. Крам показал – и у него получилось. Поттер взлетел. Невысоко, медленно, но он взлетел, и ветер трепал его волосы, и солнце, кажется, светило ярче обычного. Ощущение свободы не покидало его, и тогда Гарри вдруг почувствовал себя по-настоящему счастливым. – Отлично, – послышался голос Крама. – Теперь выравнивай метлу. Для этого слегка наклони рукоять вперед, пока не почувствуешь точное равновесие между небом и землёй, если можно так выразиться. Объяснял Виктор своеобразно, сравнениями и ощущениями, но Гарри его понимал. Он чувствовал тоже самое, его действительно вдохновляло это ощущение, и в какой-то момент он начал думать, что, в принципе, Крам может стать ему довольно хорошим другом. – Молодец, очень хорошо. Теперь давай сделаем пару кругов по стадиону, чтобы закрепить базовые навыки управления. Думаю, сегодня уже больше ничего делать не будем, а в следующий раз уже попрактикуем развороты и всякое такое. Спешка здесь не нужна, лучше ты спокойно всему научишься, чем будешь загоняться и уставать до ненависти к этому спорту. «Он явно знает, о чем говорит... И ведь он прав» «Подождите, в следующий раз? Он планирует продолжать моё обучение? Вот это да... Я такого даже представить не мог» Крам видимо заметил изумление на лице Гарри, поэтому сказал: – Если ты не против, я бы хотел продолжать обучать тебя. Что-то в тебе есть, да и любовь к квиддичу у тебя как у меня – иначе метла не открылась бы тебе. Раз в неделю тебя устроит? – Да, конечно! Спасибо тебе! – воскликнул обрадованный Гарри. Они долетели последний круг, но спускаться пока никто не спешил. – Посмотри, – Виктор указал пальцем в сторону гор. – Красиво. Солнце посвечивало ледяные вершины, они словно светились теперь белоснежным блеском, а с тёмным камнем контраст выглядел идеально. – Да... – выдохнул Гарри. И вдруг вспомнил: – Это правда, что в горах живут драконы? – Да кто там только не живёт... Тролли те же. – Тролли живут в горах? – Гарри как-то забыл об этом. – Да, – усмехнулся Крам. – Горные тролли, самые распространённые. Но можешь не переживать – нам они ничего не сделают. Он помолчал и добавил: – Правда, Поттер. В горах живут драконы.

***

Элизабет никогда на самом деле не ненавидела Гарри. Просто ещё с самого детства она привыкла к тому, что к нему все плохо относятся, что над ним можно издеваться и всё такое – поэтому девочка считала это нормальным. Она была избалованной и считала все свои действия верными – но это была, в первую очередь, ошибка её родителей, которые, конечно, ничего не замечали. Всё её детство ей всё позволялось, поэтому Элизабет и считала, что поступает всегда верно и делает всё правильно. Дочь Поттеров привыкла к тому, что перед ней все бегают, и всё внимание достаётся ей, поэтому, не встретив такого внимания в школе (кроме тех слов, что «Это она сестра Гарри Поттера! Он её спас!»), она на хотела вернуть всё на круги своя. Терять внимание Элизабет не хотелось, вот только привлечь его можно было другими путями, но Поттер об этом, конечно, не знала – ведь с самого детства ей твердили о том, что она всё делает правильно. Бывали в её жизни моменты, когда она правда не хотела быть такой, какой была сейчас. Элизабет смотрела на брата и думала о том, что, может, это не он плохой, а она... Но авторитет родителей был слишком велик, да и глядя на то, как они издеваются над Гарри, дочь Поттеров предпочла молчать, чтобы и с ней такого не случилось. А потом присоединилась к родителям. Ведь если они правы – то что может идти не так? Однако внутри неё всё равно оставалось ощущение неправильности того, что она делает. Снаружи же ничего не изменилось. Элизабет всё так же пыталась заполучить влияние, и всё её попытки были бесполезны. Она не обращала внимания – её игнорировали. В конце концов у неё ничего не осталось, кроме двух «союзников», гордости и странного ощущения где-то внутри, которое она усиленно прятала. Тем временем в Хогвартсе тоже уже готовились к Хэллоуину. С самого утра в замке пахло тыквой, которую запекали, жарили и варили, превращая во всякие мыслимые и немыслимые блюда. Не то чтобы все обожали тыкву, но отдадим ей должное – она была полезной. Да и на таком торжестве можно было легко найти хоть одно блюдо, которое точно понравится – даже если тебе не нравится тыква. Уроки в тот день, конечно, никто не отменял. Всё проходило спокойно, пока не наступили заклинания. Профессор Флитвик наконец-то решил, что пришло время для того, чтобы первокурсники освоили заклинание левитации. Заклинание для довольно неопытных учеников было довольно-таки сложным, поэтому профессор не ожидал особого успеха в классе. Он разделил учеников на пары исходя из того, как сам представлял работу – способный и не совсем ученик. Таким образом, Парвати оказалась с Лавандой, а Элизабет – с Гермионой. Повисла такая напряжённая тишина, что можно было подумать, что в классе никого нет. Однако Грейнджер просто хмыкнула и взяла перо, готовясь произнести заклинание. Кажется, всё могло бы пройти хорошо... Главное, чтобы ни Лаванда, ни (особенно!) Элизабет не выкинули очередной номер. Симус стоял с Дином, а Невилл остался без пары, поэтому ему пришлось встать с профессором Флитвиком – а иначе ничего не оставалось. Всё проходило спокойно. Гермиона справилась первая и заработала для Гриффиндора пять очков, у следующего, как бы странно это не звучало, получилось у Невилла. Впрочем, он сам так удивился, что его перо тут же упало, но профессор похвалил и его. А вот перо Симуса и Дина из-за стараний Симуса через какое-то пару минут просто взорвалось. Парни с опаленными волосами даже не расстроились – сидели и улыбались. Гермиона и Элизабет вообще не контактировали – после успеха Гермионы Элизабет просто пыталась повторить заклинание, а вот Лаванда и Парвати всё же поссорились. Целиком всей ссоры никто не слышал, однако последнюю фразу Парвати, после которой Лаванда в слезах выбежала из класса, услышали все: – Зато она не глупая шавка Элизабет Поттер, как ты! Пора бы уже понять своё положение здесь и перестать считать себя королевой! Нетрудно было догадаться, что предметом спора стала Гермиона, и о чем был сам спор, в принципе, тоже. Лаванда на следующих уроках не появилась. Элизабет её особо не искала – ну, может хочет побыть одна, кто её знает. Когда все шли на праздничный ужин, Поттер услышала, как Гермиона сказала Парвати: – Зачем ты так с ней... Не стоило. На таких даже внимание обращать не надо... А теперь она плачет в туалете, и мне, право, неловко... Дальнейший разговор слушать у Элизабет необходимости не было. Ну, ревёт так ревёт. Что ж поделать. Идти к ней у Поттер никакого желания не было, поэтому она со спокойной душой шла в Большой зал, рассчитывая на вкусный ужин и уютную атмосферу. Атмосфера действительно была очень уютной – горящие свечи, летучие мыши повсюду – вот только ужина они так и не дождались. В зал ворвался профессор Квиррел и, сообщив о том, что в подземелье находится тролль, рухнул на землю. Забавным в тот момент было совпадение, что именно тогда Крам рассказывал Гарри о горных троллях, сидя на метле в воздухе. А у Элизабет здесь, так сказать, наглядный пример. В зале началась паника, все повскакивали со своих мест и принялись кричать и обсуждать страшную новость. Однако Дамблдор быстрый прекратил её парой слов, отдал быстрые распоряжения – и вот уже все по очереди выходят из зала. Никто только не заметил отсутствия двух человек в этой толпе.

***

– А ты уверена, что нам стоит это делать? – в который раз спрашивал у Элизабет напуганный Невилл. – Может, всё же лучше рассказать учителям? Они-то точно справятся... – Нет, – отрезала Поттер, – учителям мы ничего не скажем. Пока они нас поймут, пока расспросят, пока то, другое... Сами справимся. Никто больше не произнёс не слово, и странная парочка продолжила свой путь в подземелья. Элизабет, хоть и не считала Лаванду своей подругой, а всего лишь союзницей, не хотела того, чтобы с той что-то случилось, поэтому потащила Невилла с собой «спасать эту истеричку, а то ещё что-нибудь произойдёт с ней». Осторожно они прошли в подземелье, когда сзади вдруг послышались шаги. Элизабет, не отличавшаяся, как и Невилл, особой храбростью, тут же спряталась в ближайший кабинет. Шаги принадлежали Снейпу, но он их не заметил, быстро пройдя куда-то дальше. Элизабет и Невиллу повезло – то место, куда они забежали, было не кабинетом – это был женский туалет. Элизабет подошла к единственной закрытой кабинке, ударила кулаком в дверь пару раз и сказала: – Лаванда, выходи живее, здесь тролль, с минуты на минуту он может добраться сюда, – про «добраться сюда» она, конечно, нарочно преувеличила, чтобы заставить юную Браун выйти как можно скорее. Вот только кто мог знать, что это «с минуты на минуту» не что иное, как правда, и что тролль действительно сейчас зайдёт в туалет, услышав странный шум (это Элизабет стучала по двери кабинки). – Вот черт... – прошептала Поттер. Но, тут же взяв себя в руки, произнесла: – Отлично. Мы знали, на что шли, поэтому разберёмся с ним сами. И было бы очень любезно с твоей стороны, Лаванда, помочь нам, – но Браун, видимо, притворялась, что её там нет или её вообще не существует. Кажется, поняла своё положение «шавки», вот только не учла ещё то, что Поттер-таки пошла её спасать. Тролль был громадным, вонючим и очень страшным. Даже самый смелый первокурсник и то попытался бы спрятаться, куда уж тут Элизабет с Невиллом. Однако им деваться было некуда, поэтому оба достали палочки, словно надеясь что-то сделать. Тролль крутил головой из стороны в сторону, выбирая себе жертву из двух застывших первокурсников. Наконец его выбор пал на Невилла, и он двинулся к нему. Элизабет начала выкрикивать разные «крутые» заклинания, подсмотренные ей в книгах, однако из её палочки только искры и сыпались. В конце концов она не выдержала, разбежалась и прыгнула на тролля, начав стучать своей палочкой ему по голове. Искры, вырвавшиеся пару раз из неё, зацепили пару раз что-то важное для тролля (то ли ухо, то ли глаз), и тогда-то он понял, что сверху кто-то есть. Омертвев от ужаса, Невилл смотрел, как на его подругу, сидящую на шее у тролля, готовится опуститься огромная дубина, и вдруг к нему пришло озарение. Он взмахнул палочкой и воскликнул: – Вингардиум Левиоса! Дубина действительно вырвалась из руки тролля. Вот только Невилл не владел заклинанием в совершенстве, поэтому через секунду дубина рухнула вниз. К счастью, на голову тролля. К несчастью, на голову Элизабет тоже. Поттер рухнула со спины тролля на пол, а на неё упал огромный тролль. Именно в этот момент дверь открылась, и в комнату ворвались разозленные преподаватели – даже не став тратить время на нотации, они оттащили тролля, однако было уже поздно – Элизабет пострадала довольно сильно. Поэтому уже через пару часов Элизабет Поттер оказалась в больнице Святого Мунго. Полное дело восстановили со слов Невилла и Лаванды, баллы ни с кого не сняли, однако школа будто получила шанс хоть немного отдохнуть от мисс Поттер, и, кажется, этому почти никто не расстроился. Да уж, тролли живут в горах, вот только иногда и в школах появляются.