Глава 10. Странные места

      Едва они прошли через узкий кирпичный проход, как стена за ними с глухим стуком закрылась. Гермиона оглянулась, но в этом пространстве не было ни единого источника света, темнота поглотила их с Драко целиком, заставляя тело дрожать. Она крепче сжала руку слизеринца, словно спасительную соломинку, испытывая самый настоящий первобытный страх. Это было неожиданно, но он крепко сжал ее ладонь в ответ. Этот жест успокаивал, словно эта теплая ладонь в ее руке могла уберечь ее от всех опасностей. С ним она чувствовала себя в относительной безопасности, даже когда они убегали от Пожирателей. И она бы соврала, если бы сказала, что ей было все равно, последует он за ней в этой войне или нет. Однозначно, она была рада тому, что сталкивается со всем не в одиночку. И что рядом с ней сейчас стоит именно он. При этой мысли щеки Гермионы запылали, и в данную секунду она была даже рада тому, что здесь нет света.       - Сюда не проникнуть маглу, место охраняется. Сначала тот оборотень, а теперь это, - прошептал на ее ухо Малфой, вызвав волну мурашек по ее шее, - я не знаю, что за чары здесь используются, но как только они проверят нас и наши намерения, нас впустят.       - Наши намерения? – прошептала в ответ Грейнджер, все еще ощущая мурашки и странное чувство легкости от его столь близкого присутствия.       - Волк убедился в том, что мы маги. Чары убедятся в том, что мы не пришли сюда ради того, чтобы переубивать тут всех посетителей. Или не ради того, чтобы арестовать их всех нахер. Вот почему сюда может пройти и друг, и враг. Здесь важны твои намерения, а не то, кем ты являешься. Ты можешь увидеть здесь Министерского клерка с друзьями, а через столик от него будет совершаться сделка по продаже темного магического артефакта, к примеру.       Гермиона не успела ответить. Свет вокруг них зажегся, от чего они оба зажмурили глаза, привыкая к нему. Когда туман в глазах рассеялся, Грейнджер смогла осмотреться. Деревянные панели на стенах были украшены обтянутыми в красный бархат вставками, на каждой вставке виднелась богатая золотая вышивка, формирующая сложный узор. Прямо как в старых гангстерских фильмах, которые любил папа. Потолок был высоким и явно зачарованным. И если в Хогвартсе это было небо, то в этом месте магия являла собой что-то совершенно другое. Темная гладь отражала их с Малфоем, поэтому по началу гриффиндорка думала, что это просто странное зеркало. Однако, оно вдруг пошло рябью, затем кругами, а после из глади выскочило маленькое чудовище, похожее на осьминога. Девушка вскрикнула и рефлекторно прикрыла голову руками, отпуская ладонь Драко. Малфой среагировал молниеносно, выбрасывая палочку вверх и швыряя заклинание в потолок. Чудище вернулось в гладь, и та больше не рябила. Послышался тихий смешок.       - Чего смеешься? Мог бы и предупредить, - Гермиона толкнула его в плечо, от чего Драко рассмеялся еще больше, - Годрик, кто держит гриндилоу на потолке? Да еще и в общественном месте? Сумасшествие какое-то.       - Подними голову выше и все поймешь, Грейнджер, - пропел слизеринец, и Гермиона уставилась туда, куда он указывал, - у хозяина этого заведения весьма странное чувство юмора. Было бы любопытно посмотреть на него самого.       Вывеска над массивной темно-коричневой дверью с резным узором гласила: Ночной клуб «Танцующий гриндилоу». Рядом с надписью был изображен маленький гриндилоу, упиравший руки в бока, на нем была розовая балетная пачка, белые сетчатые чулки и пуанты на каждом щупальце, а безобразный рот, растянувшийся в жуткой улыбке, был накрашен красной помадой. Гермиона скривилась.       - Жуть какая. Что должно быть в голове у человека, чтобы сочинить такое?!       - Очевидно, ничего законного. Ничего не пей и не ешь там, пока я не разрешу. Некоторые посетители добавляют наркотики в напитки и еду тех, на кого положили глаз, - Драко коснулся палочкой дверной ручки, и дверь тут же распахнулась, выпуская в коридор, где они стояли, клубы сигаретного дыма, запах алкоголя и странных трав, но самое главное – звук. Гермиона едва ли сдержалась, чтобы не заткнуть уши руками. Оглушительное техно сотрясало стены помещения настолько, что бит ощущался где-то на уровне солнечного сплетения.       Гермиона вновь нашла руку Малфоя и втиснула туда свою ладонь, шумно сглотнув. Это место явно не внушало спокойствия. Драко сделал шаг вперед, утягивая за собой гриффиндорку, и вот они уже оказались внутри огромного темного помещения. Дверь за спиной Гермионы исчезла, они стояли в самом углу зала, переливающегося всеми цветами прожекторов, крутящихся в разные стороны. Прямо перед ними располагался широкий танцпол, до отказа забитый шумной толпой. По правую сторону от него находился огромный бар, растянувшийся на всю длину зала, а по левую – круглые столики с диванчиками, разделенные перегородками. Там царила атмосфера полумрака, не было видно лиц, не были слышны разговоры. Виднелись лишь силуэты, обрамленные сигаретным дымом и тусклым светом торшеров на столиках. Прямо за ними виднелась лестница, уводящая куда-то наверх. У входа в клуб никого не было, их никто не встречал и не обыскивал, и Гермиона подумала о том, что Малфой был прав. Сюда мог войти любой, если при себе у него была волшебная палочка и его намерения удовлетворяли требованиям хозяина.       С этого ракурса их было плохо видно, потому что свет вращающихся ламп едва ли доставал до угла, в котором они стояли. Драко обернулся к Грейнджер и стянул с ее и своей головы кепки, убрав их в сумочку на поясе. Он слегка взмахнул палочкой над головой Гермионы, и она почувствовала, как ее волосы пришли в движение, а лицо как будто покалывало. Она дотронулась пальцами до скул, ощущая движение под кожей. С собой он проделал то же самое, одновременно оглядываясь, чтобы убедиться, что на них никто не смотрит. И теперь на нее смотрел почти другой человек. Это был все тот же Малфой, только с голубыми глазами и темными волосами, так эффектно контрастирующими с алебастровой кожей. Если не приглядываться, можно было и не узнать в нем Драко. Гермиона размотала низкий пучок, в который были собраны ее волосы, и вытянула вперед одну прядь. Пшеничный локон мягко переливался в отдаленном свете от танцпола.       - Не знала, что ты так хорош в трансфигурации, - восхищенно проговорила Гермиона, повысив голос, чтобы он услышал ее сквозь музыку. Он наклонился прямо к ее уху, обводя теплым дыханием, и вновь заставляя ее пульс опасно участиться. В животе затрепетало.       - Я много в чем хорош, Грейнджер, только попроси, - прошептал он и игриво изогнул бровь, когда она недовольно на него посмотрела. Гриффиндорка возвела глаза к потолку и двинулась в направлении бара, игнорируя смешки Малфоя за спиной.       - Что мы будем здесь делать?       Драко так и не ответил. Они прошли мимо гогочущей группы молодых людей к высоким барным стульям, но свободным оказался лишь один. Драко подал руку Гермионе, и она смутилась, не ощущая прежде такого обходительного внимания. Разве что с Крамом тогда, на четвертом курсе. Гарри и Рон никогда не отличались джентельменскими замашками. Она приняла ладонь слизеринца и с помощью него заняла место на стуле, Малфой встал рядом, облокотившись о стойку.       В роли бармена выступал старый гоблин с короткими седыми волосами, торчащими редкими клоками в разные стороны, на его переносице поблескивали очки на цепочке, а одет он был в белую рубашку с зелеными запонками в виде поблескивающих камушков, черную жилетку в тонкую серую полоску и такие же брюки, на ногах виднелись маленькие ботинки. На груди бармена мерцал значок в виде танцующего гриндилоу такого же, как и на вывеске.       Клуб производил впечатление весьма дорого заведения. Сперва Гермиона не находила здесь ничего примечательного (помимо гоблина в барменах), что отличало бы это место от дорогого магловского ночного клуба, но затем, когда она полностью адаптировалась к светомузыке и громкому звуку, она начала замечать это. На танцполе то и дело мерцали искры магии от не на шутку разгоряченных магов. Над головами их появлялись разноцветные брызги и, присмотревшись, Грейнджер увидела, как ненасытные гриндилоу все выскакивали по очереди из водной глади на потолке и тянули свои мерзкие руки к танцующим. Но никого, кроме гриффиндорки это, кажется, вовсе не волновало. Толпа продолжала веселиться под ударные басы мелодии.       Повернув голову в сторону столиков, Грейнджер заметила пару, сидевшую ближе всех к танцующим. Грузный мужчина в черной шляпе и черном пальто поверх полурасстёгнутой синей рубашки сидел, раскинув руки вдоль спинки дивана. У его плеча ворковала ему на ухо миниатюрная блондинка в коротком коктейльном платье из перламутровых кристаллов, пришитых к легкому шелку в тон кожи. Она закинула лодыжку, обрамленную тонким ремешком светлых босоножек на бедро мужчины, который тут же положил на нее свою руку, и снова что-то ему прошептала, от чего тот разразился смехом, запрокинув голову. Гермиона не могла слышать, о чем они говорили, но оба были так увлечены разговором, что совершенно не замечали ничего вокруг себя. Блондинка, не глядя, поманила к себе пальцем фужер с шипучим напитком, и тот отлевитировал ей точно в руку.       За другим столиком расположились трое мужчин, жарко споривших о чем-то за игрой в карты, которые летали над столом, подсвеченные магией, с такой скоростью, что запросто могли вспороть кому-то глотку. Волшебные палочки трех магов беспорядочно валялись на том же столе в окружении прозрачных квадратных стаканов с янтарной жидкостью. Неожиданно один из мужчин вскочил со своего места и схватился за одну из палочек, что-то выкрикивая своему оппоненту. Третий маг, посмеиваясь, отодвинулся подальше от стола на своей части черного кожаного дивана. Не успела руна рассечь воздух, как атаковавшего волшебника пригвоздило к потолку, где его тут же утянули гриндилоу. Грейнджер всхлипнула и уже хотела встать, но теплая рука, обвившая ее талию, удержала ее на стуле. В ухо снова ударило теплое знакомое до мурашек дыхание.       - Не пялься, не привлекай внимание. Все с ним будет в порядке, его просто немного помучают и вышвырнут за пределами клуба, - Драко отодвинулся от нее и убрал руку, пока Гермиона все еще пыталась справиться со своим рваным дыханием. Она посмотрела на слизеринца, пока он, в свою очередь, буравил голубыми глазами гоблина.       - Откуда ты знаешь про это место? Оно такое… странное, - она протянула это и вновь скосила взгляд на столик, за которым остались теперь только двое мужчин и смеялись над чем-то, показывая пальцами в сторону танцующих.       Вдруг она почувствовала резкий толчок в спину, и едва ли не свалилась со своего места, уткнувшись в твердое тело перед собой. Нетрезвый парень слева сильно толкнул Гермиону плечом, когда едва ли не свалился с высокого барного стула при попытке встать. Гриффиндорка удержала равновесие лишь благодаря бледным длинным пальцам, схватившим ее за плечи. Она подняла лицо, уткнувшееся прямо в ключицу Малфоя, и столкнулась с его взволнованным взглядом, который в миг сменился яростью. Он поднял глаза на парня, едва державшего равновесие.       - Прости, крошка, я не специально, - протянул волшебник, подходя ближе и заваливаясь на барную стойку, - может быть, я смогу загладить вину и угостить такую малышку выпивкой? – промурчал нетрезвый юноша лет двадцати.       - А может быть, ты просто пойдешь, куда собирался, приятель? Слепой что ли? Девушка со мной, катись отсюда, - прорычал Малфой, обойдя Гермиону и встав прямо перед парнем.       Волшебник лишь выставил ладони вверх, отступая назад и неловко улыбаясь. Ноги едва слушались его, когда он ушел в сторону танцпола. Малфой обернулся.       - Ты в порядке? – его голос был таким участливым, а взгляд завораживающим, что Гермиона почувствовала, как внутри снова бьется стая бабочек, щекоча крыльями внутренности. Она залилась румянцем.       - Да, спасибо, - они вновь повернулись к бару и уже оба смотрели на гоблина, который подходил все ближе к их стороне стойки, обслуживая тех, кто занял места раньше них, - ты так и не ответил.       Драко вздохнул.       - Тео как-то раз привел нас с Блейзом сюда во время летних каникул. Это было после пятого курса. Каникулы только начались, взрослые были заняты разборками после инцидента в Отделе тайн, а нам было нечем заняться. Тео сказал, что про это место выведал у своего отца. Мы были здесь лишь раз. Выпили, поглазели, пропустили момент, когда Блейз решил ухлестнуть за какой-то девушкой, они угостили друг друга коктейлями. После этого он был словно не в себе, вел себя странно, пока не вырубился. Пришлось тащить его к Нотту домой.       Гермиона раскрыла рот в удивлении.       - Почему только ему?       Драко пожал плечами.       - Мы с Тео взяли по огневиски, а этот идиот выпил какой-то бабский коктейль. Вероятно, в них легче подмешать что-то из-за цвета. А может, мы с Тео просто рожей не вышли, - Малфой хрипло рассмеялся, - в любом случае, мы предотвратили это. В такой суматохе вряд ли кто-то заметил бы, как утаскивают потерявшего сознание человека. В конце концов, он ведь мог просто напиться, верно? Но что мы точно узнали, так это то, что несоблюдение правил строго наказывается. Их всего три: никаких драк и убийств, никаких задержаний и стукачества, зайти и остаться в клубе может любой, кто пройдет проверку чар.       - То есть, все, что произошло в клубе, остается здесь?       - Верно. А еще никто не имеет права выставить тебя отсюда, если ты соблюдаешь правила. Это значит, что даже будь здесь сам Волан-де-Морт, они бы не выставили его, если бы он просто попивал коктейль за одним из столиков. Клуб придерживается строгой нейтральной позиции в любом конфликте. Правда, я не знаю, как на самом деле они относятся к Пожирателям, и что будет, если нас с тобой обнаружат здесь. Никто не может выдать нас или выставить отсюда, но и помогать нам вряд ли кто-то станет.       - Тогда что мы здесь делаем?       Но Драко не ответил. Именно в этот момент к ним, наконец, подошел гоблин и сверкнул притворной улыбкой из тонких острых зубов.       - Чего желаете?       - Нам нужна комната. Тихое, уединенное место без лишних глаз. Мы устали с дороги и желаем отдохнуть. Распорядись доставить в номер все необходимое для ужина, - Малфой произносил слова четко и дерзко, отдавая приказ, а затем оставил на стойке холщовый мешочек, в котором тут же звякнули монеты. Гоблин поклонился.       - Сию минуту, сэр!       - И пусть достанут мне пачку ментоловых.       Гоблин еще раз поклонился и щелкнул пальцами. Прямо за ним тут же появился домовой эльф в похожей одежде и внимательно выслушал приказ бармена. Гермиона нахмурилась, на что Драко лишь усмехнулся.       - Расслабься, Грейнджер, все они работают здесь на свободных условиях с достойной заработной платой. Видела их одежду?       Она покачала головой, прикидывая, откуда он вообще узнал о чем она думала. Он знал об ее школьных идеях о помощи эльфам? Они отошли от барной стойки и сейчас медленно пробирались сквозь толпу к столикам. Гриффиндорка скривилась, когда увидела за одним из самых дальних столиков крайне раскрепощенную парочку. Вернее, она увидела расслабленное лицо какого-то парня и каштановую макушку, то показывающуюся, то снова исчезающую под столом прямо между его ног.       - Не знала, что ты куришь. И ты все еще не ответил мне!       Драко резко остановился прямо у первой ступеньки лестницы, ведущей на верхний этаж.       - Курить я начал после того, как принял метку. Тогда мне казалось, что это хотя бы на секунду помогает расслабиться и отвлечься от всего того дерьма, которое происходило. Потом втянулся. А здесь мы пережидаем, Грейнджер, - он вдруг поднял к лицу левую руку и, отогнув манжет, глянул на наручные часы, - По моим подсчетам, ты начнешь разваливаться минут через сорок, когда иссякнет действие последнего тонизирующего зелья, которое ты выпила. Мы оба устали, нам некуда идти сейчас, так что это наш шанс перевести дух и придумать, что делать дальше. К тому же, мои способности к трансфигурации не безграничны. Мы вернемся к истинному облику примерно через пять минут.       - ЧТО? Пять минут? – Драко цыкнул на нее, чтобы вела себя тише, поскольку несколько человек с двух ближайших столиков уже поворачивались в их сторону.       К счастью, именно в этот момент перед ними с хлопком появился тот же эльф и пригласил их следовать за ним. Он повел их вверх по лестнице прямо на третий этаж, где в самом конце длинного коридора их ждал номер. Тихо, уединенно, как и требовал Малфой. Он был куда скромнее, чем в магловском мотеле, но все те же двуспальная кровать, душевая кабина, раковина, стулья и стол с пепельницей возле узкого плотно завешанного окна, кресло рядом. Здесь было пыльно и затхло. Но Драко быстро решил эту проблему с помощью магии, как только эльф закрыл за собой дверь.       Как и говорил Драко, действие зелий закончилось, не прошло и часа. Она едва ли успела поесть жаркое, которое принес им эльф. Гермиона почувствовала себя разбитой и еле стояла на ногах, пока принимала душ. Она уже не помнила, как переоделась и легла в постель. Она не сказала Малфою ни слова, смертельно уставшая после таких изматывающих часов, которые прошли с момента, как она очнулась в больнице. Она не слышала, говорил ли он ей что-то. Не помнила, как провалилась в сон. Или как Драко заботливо укутал ее одеялом, проверил диагностическими чарами и занял кресло у окна.       Подкурив палочкой сигарету, он сделал длинную затяжку, расслабляя плечи. Первая сигарета за сколько? Два месяца? Как же охуительно! Драко медленно выдохнул облако дыма в потолок и перевел взгляд на Грейнджер. С ней было легко. Так легко, что даже удивительно. Почему она так раздражала его в школе? Дело было в крови или же в тех двух придатках, которые везде таскались за ней? Он усмехнулся про себя. Сегодня они спаслись. Им повезло. И он приложит все усилия, чтобы это везение сопровождало их и дальше.       ***       - То есть, вы с матерью заранее спланировали наш побег?! – Гермиона откусила кусочек своего сэндвича и, старательно разжевывая его, изумленно уставилась на Малфоя.       Драко сидел прямо напротив нее на хлипком деревянном стуле с неудобной спинкой и нарочито медленно пил свою крепкий черный кофе, смакуя каждый глоток. В этом заведении он был на удивление приятным на вкус. Время на часах едва ли перевалило за полдень, они выспались, часы аренды все еще не иссякли, поэтому они неторопливо наслаждались своим поздним завтраком.       У них не осталось никаких запасов зелий, поэтому гриффиндорка была вынуждена справляться с упадком сил и болезненными ощущениями во всем теле самостоятельно. Это давалось относительно просто, если Драко отвлекал ее разговорами.       - Не совсем так. Я мало что помню из тех часов, которые прошли сразу после моего первого пробуждения в своей комнате. Я балансировал где-то на грани сознания, постоянно отключался, а потом приходил в себя. Помню только, что мне постоянно давали зелья, а еще помню, что видел маму, она часто была возле моей постели. Нам удалось нормально поговорить лишь раз. Я уже был более-менее в норме, ко мне допускался только эльф, который был совершенно мне не знаком и не выполнял мои приказы. Его задачей было следить за тем, чтобы я вовремя принимал зелья и не отказывался от еды. Я понял тогда, что такая резкая смена настроения со стороны Беллатрисы была не просто так, я ждал, что они приготовили для меня. Вечером накануне нашего побега мать выцепила меня прямо посреди коридора и затолкала в кабинет отца, которым он давно не пользуется. Она была такой дерганной, никогда не видел ее в таком состоянии. Это меня крайне напрягло. Она так быстро говорила, что я едва ли успевал улавливать смысл ее слов. Сказала, что мы были правы насчет кинжала.       Грейнджер нахмурила брови, сделала глоток кофе со сливками и поставила свою чашку на блюдце.       - Как она узнала? Ты же не успел рассказать ей?       - Я думаю, она хорошо покопалась в моей голове, пока я был без сознания. Я не мог поставить блоки, был беззащитным перед Легилименцией. Уж не знаю, каким Богам мы с тобой должны теперь молиться, Грейнджер, но это просто чистейшая удача, что Беллатрисе не хватило ума сделать то же, что и мать. Иначе бы все планы пошли на хер, и мы оба были бы мертвы, - Малфой вновь сделал длинную затяжку и выпустил дым из легких, расслабленно прикрывая глаза, а затем посмотрел на нее, - Тебя бы убили просто за то, что ты подружка Поттера, а меня бы казнили за то, что я отказался бы убивать тебя сам. Причем прилюдно и с особой жестокостью. Волан-де-Морт не терпит предательства.       - Но как она узнала про рябину? – Гермиона вздрогнула и обняла себя руками, чтобы согреться. Комната вдруг показалась ей слишком сырой и холодной. Или так подействовали слова Малфоя.       - Не имею ни малейшего понятия. Тогда в кабинете она все повторяла, что я должен быть очень убедительным в своих действиях, чтобы Беллатриса поверила в покорность и мою готовность служить Лорду. Сказала, что кинжалом должен воспользоваться только тот, кто сам не носит на себе черную метку, рассказала последовательность действий: срезать-присыпать пеплом-прижечь. А еще велела оглушить тетушку при первом же удобном случае. Но пришлось ждать слишком долго. Она превосходный дуэлянт и никому не доверяет просто так, ее тяжело заставить повернуться к тебе спиной. Мне пришлось быть убедительным, - Драко поджал губу, кидая быстрый виноватый взгляд в сторону Гермионы, но затем повернулся в сторону окна и сделал последнюю затяжку, чтобы после потушить сигарету и избавиться от остатков дыма палочкой, - И все. Я не знал, что будет дальше, если мне удастся обезвредить Беллу.       - Но при этом она не смогла прочитать мои мысли? Я о Беллатрисе. Если она так хороша, то почему…? – Гермиона почувствовала, как тепло разливается вокруг нее и окутывает тело от макушки и вниз по плечам. Уголки ее губ приподнялись, а щеки заалели, когда она искоса заметила палочку Драко, направленную на нее под столом. Сам он даже не повернул головы.       - Я думал об этом, - протянул он и поднялся на ноги, чтобы подойти к окну, на которое смотрел до этого. Погода стояла пасмурная, вид из окна был все также удручающим: грязь, мусор, битые витрины и полное отсутствие жизни, кроме нескольких бездомных, копошащихся внутри заброшенного магазина через дорогу, - Мы знаем, что магические способности наследуются, так? То есть это передавалось в генах твоих предков и за много поколений до тебя. Моя теория такова: кто-то из твоих предков был прирожденным Окклюментом. Эта способность проявилась в тебе вместе с магией. Ты ведь раньше не подвергалась Легилименции, чтобы была возможность проверить это?       Гермиона кивнула, ошарашенно приоткрыв рот. Она никогда не думала о такой возможности.       - Но перед тем, как Беллатриса забрала меня в ту комнату, ты сказал…       - Я сказал это, чтобы ты не сдалась. Я не хотел быть тем, кто отбирает твою надежду на спасение из этой передряги. Только и всего. Я ни на что не рассчитывал и был удивлен не меньше Беллатрисы, когда ты смогла выдержать ее пытки. Твои способности не развиты до необходимого уровня. Беллатриса искусна в такой магии. Контроль разума всегда был отличительной чертов Блэков, хоть и не все из нас унаследовали способности к Окклюменции. Но Беллатриса заносчива и очень самонадеянна, в этом ее слабое место. Она не ожидала, что ты способна дать ей отпор, ты ввела ее в ступор, она не прикладывала должных усилий в своей Легилименции против тебя. А потом просто впала в бешенство, когда все оказалось не так просто, как она рассчитывала. Это еще одно ее слабое место. Если бы она была менее подвержена своему гневу, она бы раздавила твой мозг, и глазом не моргнув.       Что ж, это было справедливо. Гермиона задумалась. Череда случайных событий, просто капля удачи во всем этом безумии – и вот они здесь. Они живы, они выбрались и у них есть выбор. Грейнджер подтянула ноги под себя, сидя на жестком стуле и сложила ладони в замок. Драко все еще смотрел в окно.       - Если подумать, идея с рябиной просто гениальна. Не знаю, как твоя мама до этого додумалась. Говорят, что волшебная рябина способна защитить любого, кто коснется ее коры, от нападения Темных существ. Палочки из нее обладают редким даром к более сильной защитной магии. Очевидно, что пепел из нее также наделен этими свойствами. Мы удалили метку и не дали темной магии осесть на твоем теле с помощью рябины, а кинжал просто запечатал эту способность внутри раны. Но даже она не способна уничтожить такую темную силу, она ведь не искореняет ее, а просто защищает от ее воздействия. В конечном итоге, проклятью требовался выход, поэтому оно вышло через все тело. Но все еще не ясно, как это работает, раз его забрала в себя я.       Послышался тихий смешок.       - Я ни капли не сомневался в твоем огромном мозге, Грейнджер, - она улыбнулась, глядя на его спину. Малфой засунул руки в карманы брюк и обернулся.       - Я так и не спросил, куда ты вела нас тогда? Перед тем, как Пожиратели снова упали нам на хвост?       - В дом Сириуса Блэка. Это его я пыталась скрыть в своих воспоминаниях, когда Беллатриса пытала меня. Он защищен, помимо прочего, заклинанием Фиделиус, Дамблдор лично накладывал его. А когда его не стало, в дом могли войти только те, кто был в нем до этого. Так что я, Рон и Гарри прятались там некоторое время. Беллатриса говорила, что Пожиратели потеряли мальчиков где-то в магловской части Лондона. Я боялась, что они могут быть там, а я выдам местоположение дома и Пожиратели смерти используют меня, чтобы попасть внутрь.       - А ты уверена, что он еще не раскрыт? Что там не может быть ловушки для нас?       Гермиона пожала плечами.       - Это риск, но я не видела для нас с тобой другого выхода. Как не вижу и сейчас. Мы не сможем просто так найти Орден. Таков был план Грюма: каждый может знать только два убежища Ордена, чтобы не раскрыть их все, если попадешь в плен. Это помогло бы уберечь людей. Нора на тот момент уже была раскрыта и уничтожена Пожирателями во время свадьбы старшего из сыновей Уизли. Так что я знала только о доме Сириуса и о коттедже Ракушка, - Малфой вопросительно поднял брови, требуя пояснений, - этот дом был подарен Биллу и Флер в качестве свадебного подарка. Он слишком маленький, чтобы размещать там много людей, там почти не бывали члены Ордена, никогда не было собраний. Я так думала. И именно его мне и пришлось дать Беллатрисе, чтобы она остановилась и не копала дальше.       Гермиона почувствовала, как давно отодвинутые на задний план чувства вновь всколыхнулись в груди, когда она подумала о том, что там могли быть люди, когда Беллатриса напала на коттедж по ее наводке. Там могли быть и мальчики. И многие могли пострадать, если не хуже. Она с силой зажмурила глаза, чтобы остановить слезы, которые начали скапливаться в уголках.       - Ты сделала все, что могла. Она бы не остановилась. И ты это знаешь, - Грейнджер надавила пальцами на веки, заставляя разноцветные точки мелькать под ними, пока голос слизеринца не оказался совсем рядом. Она подняла лицо, фокусируя взгляд, - Не вижу смысла винить себя за это.       Драко стоял практически вплотную к стулу, где она сидела, едва касаясь ее коленей. Его лицо было напряжено, а руки все также засунуты в карманы. Но глаза говорили куда больше, чем он произнес вслух. Серые тучи в его зрачках таяли под теплыми искрами ее карих глаз. Почему-то он подумал об осени в Хогвартсе. О времени, когда деревья вокруг замка облачались в свои желтые, красные или коричневые, как ее глаза, мантии. Подумал о кофе, который он любил потягивать с утра в Большом зале. Впереди целый учебный год, рядом друзья, а лед Мэнора еще не скоро тронет его своим дыханием. Уют, тепло и безопасность. Вот, какими были для него ее глаза.       Гермиона смотрела на Малфоя и словно видела его впервые. Без всего этого аристократического налета, которым он был покрыт всегда и везде, горделиво вышагивая среди своих дружков. Это был просто парень, который к своим семнадцати прошел больше, чем многие и за целую жизнь. Это просто он. Тот, кто спас ее. А она спасла его. Когда-то они были врагами. Когда-то. До холодных подземелий Малфой Мэнора. Целую вечность назад, ведь время тянется очень медленно, если каждый день тебе подают боль на завтрак, обед и ужин. Почему за пару недель от врагов они перешли к… кому? Друзьям? Но почему дружба с ним ощущается как-то иначе, чем с другими?       Она не успела подумать об этом, когда внезапно оказалась прямо перед его лицом. Он смотрел на нее сверху вниз, а она никак не могла собрать себя в кучу, путаясь мыслями где-то на глубине его серых глаз. Серый цвет – это чаще про холод. Даже его зрачки нередко отливают ледяными переливами. Но под его взглядом ей тепло. И это так странно.       Он смотрел на нее и ждал. И она ждала. Как ждал и тот, кто стоял прямо за их дверью, а они даже не услышали его стук, пока грохот по двери не стал оглушительным. Малфой отпрянул первым, проведя ладонью по волосам на затылке. Он тихо поспешил к двери, пока Гермиона смотрела прямо на то место, где он только что стоял.       - Кто?       - Вас хотят видеть внизу, - послышался писклявый голос эльфа, который привел их в этот номер.       - Мы не ждем посетителей, - жестко отрезал Малфой, взглядом указывая Гермионе на сумку, лежащую на столе.       - Они весьма настойчивы, сэр, - пропищал эльф.       - Кто они? – Драко следил за гриффиндоркой, которая с огромной скоростью пихала в сумочку Нарциссы вещи, которые они не убрали до этого. Затем она сунула в карман джинсов свою волшебную палочку и натянула на себя пальто, перекидывая Малфою его толстовку через комнату. Он поймал ее на лету и тут же оделся.       - Я… я не могу сказать, сэр, - послышалось из-за двери.       - Аппарировать отсюда нельзя? – он уже знал ответ на этот вопрос, но все же спросил. Гермиона встала рядом, испуганно переводя взгляд с двери на слизеринца.       - Нет, сэр, над клубом стоит антиаппарационный барьер, - эльф на мгновение замолчал, но затем закопошился за дверью, а после прошептал прямо в маленькую щель, - барьер перестает действовать сразу при выходе из здания.       Драко распахнул дверь, встретившись с огромными испуганными глазами существа, одетого в рабочую форму клуба. Уродливый гриндилоу насмешливо тянул свой накрашенный в красный рот из значка на груди эльфа.       - Я думал, политика клуба не предполагает помощи постояльцам в таких ситуациях, - прошептал слизеринец и осторожно выглянул в коридор, чтобы убедиться, что никто не ждет их там.       - Я лишь оказываю сервис нашим гостям, сэр, - также тихо произнес эльф и улыбнулся, взглядом указывая куда-то вниз в сторону лестницы.       Они стоят прямо у ступеней. Драко бесшумно взял Гермиону за руку и кивком указал в ту же сторону, она нахмурилась. Малфой прочистил горло и сказал уже громче:       - Передай этим господам, что мы спустимся через минуту.       Эльф кивнул и тут же развернулся, но у самой верхней ступеньки слегка замешкался, занес руку за спину и щелкнул пальцами. Глухой стук послышался откуда-то сбоку, где располагалось одно из окон здания. Темная портьера слегка всколыхнулась, и Драко понял, что запирающие чары сняты. Он рывком потянул на себя ничего не понимающую гриффиндорку. Внизу послышался шум.       - Живо вылезай, Грейнджер, - скомандовал Малфой и вытолкнул Гермиону через узкое окно с маленьким подоконником, а сам полез следом, по пути задевая совершенно уродливый засушенный цветок в черном склеенном горшке. Он успел поймать его одной рукой практически у самого пола и вернул на место, тут же прикрыв окно, чтобы не издавать лишнего шума. Они оказались на пожарной лестнице, так кстати проходящей именно у этого окна. Удача все еще на нашей стороне. Без лишних слов они бросились вниз, минуя несколько ступеней разом, чтобы как можно скорее оказаться на земле, то есть уже вне стен клуба. За углом послышался громкий шум и звук разбивающегося стекла, а затем звуки аппарации через стену глухого тупика, в котором они оказались, выйдя из здания.       - Действуй, - Драко схватил ладонь девушки, и уже через секунду они аппарировали.       Едва ноги почувствовали под собой твердую поверхностью, Малфой кинул в них обоих скрывающие чары и обернулся. Они оказались прямо посреди дороги на не слишком людной площади Лондона. Он не видел Гермиону, но знал, что она рядом, ощущая ее хватку на своей руке. Грейнджер, невидимая глазу, озиралась по сторонам, пытаясь почуять подвох, но его не было. Улица выглядела совершенно обычно. Ни одного намека на Пожирателей. Она взмахнула палочкой, и кирпичная стена здания, перед которым они стояли, пришла в движение. Она видела эту картину не один десяток раз, в отличие от Драко, который не мог оторвать взгляда от женщины, суетящейся возле окна одной из квартир и совершенно не обращающую внимание на это землетрясение. На ее голове была странная повязка, скрывающая лоб, а в руках какие-то магловские приборы, которыми она резво размахивала, делая комичные выпады ногами. Гермиона потянула его руку, и уже через мгновение они оказались в помещении, оставляя Лондон за дверью. Он снял чары.       - Гоменум Ревелио, - прошептала Гермиона, и они замерли. Дом не ответил им ни единым звуком. Она шумно выдохнула, расслабляя плечи, - идем?       Грейнджер, не дожидаясь ответа, повернулась и уверенно направилась прямо по коридору, по пути расстегивая свое пальто и оставляя его на вешалке в углу. Драко последовал за ней, заинтересованно разглядывая огромный портрет, завешанный пыльным покрывалом. Он успел отойти всего на пару шагов от стойки для верхней одежды, как вдруг его ноги оплел какой-то тугой черный жгут, выросший буквально из-под ковра, и с силой затянулся. Сердце сделало кульбит под костями, а вдох застрял в глотке, как только он одним рывком повалился на пол. Все это произошло за секунду.       - Блять, Гермиона! – Драко с силой схватился за опутавший его ноги жгут руками и попытался разорвать его, но ничего не выходило. Он не мог понять, куда подевалась Грейнджер, пока не услышал ее тихий смех неподалеку.       - Прости, Драко, я уже и забыла про эту ловушку, - она опустилась рядом с ним на колени и сделала несколько взмахов палочкой, путы исчезли, - одна из разработок Фреда и Джорджа, - пояснила она, помогая ему встать, - так мы бы узнали, что здесь никого не было, кроме нас. И мы с тобой узнали. Мы заколдовали путы прямо перед выходом. Никто, кроме нас с Гарри и Роном, не смог бы пройти через них, не оставив следов.       - Сто очков гриффиндору за сообразительность, - съязвил Малфой, оттряхивая брюки, а затем сделал шаг вперед, оглядываясь - Да уж, дому не помешал бы ремонт.       - Может быть, когда-нибудь. Если все это закончится, и мы выживем… Это в любом случае будет решать Гарри. Сириус завещал дом ему.       - Ясно. Странное место, - протянул слизеринец, - Хотя выглядит… все равно уютнее Мэнора что ли, хоть и потасканным.       - Орден часто собирался здесь до смерти Дамблдора, - она повела его через комнаты, пока они не оказались в столовой, - а после мы все сидели здесь за одним столом и ели стряпню миссис Уизли, - Гермиона улыбнулась, а глаза ее вмиг увлажнились, - тогда война казалась чем-то таким далеким, хоть мы и обсуждали ее каждый день.       Грейнджер отвернулась, вытирая лицо тыльной стороной ладони. А затем собралась и посмотрела на Малфоя, слегка улыбнувшись.       - Давай выберем тебе комнату. Сомневаюсь, что ты захочешь занять комнату Гарри и Рона, - она ухмыльнулась, когда Драко закатил глаза.       - Ни за что! – он скорчил гримасу отвращения, и гриффиндорка рассмеялась.       ***       Комната, в которой останавливался Чарли Уизли, когда ненадолго приезжал сюда, оказалась вполне пригодной для жизни. Она располагалась на одном этаже с комнатой Джинни и Гермионы, где и осталась гриффиндорка. Они быстро осмотрели дом на предмет чего-то необычного, но все осталось ровно так, как помнила Грейнджер, когда покидала дом с Гарри и Роном в последний раз. Это вызвало у нее чувство тревоги, которое тут же разбилось о слова Драко о том, что, если бы Поттера поймали, они бы уже знали об этом. Как-то.       Малфой сидел за столом в кухне и наблюдал за Гермионой, пока она перебирала содержимое шкафчиков, а на плите магией перемешивалось рагу. Удача все еще преследовала их, раз каким-то чудом в кладовой все еще остались некоторые съестные припасы, не сгнившие лишь благодаря чарам.       За окном уже смеркалось, когда они сидели в гостиной, не в состоянии пошевелиться после плотного ужина.       - Не знал, что ты готовишь, - поддел Малфой, пока Гермиона наколдовывала огонь в камине.       - Жизнь бок о бок с Молли Уизли не оставляет тебе шансов в этом деле, если ты женского пола, - она издала короткий смешок и устроилась в кресле прямо возле камина, закутываясь в плед.       - Все еще мерзнешь? Как ты себя чувствуешь? После всего этого? – Драко поставил локоть на подлокотник и уперся подбородком в ладонь, глядя на девушку.       - Сносно. Хотя усталость добивает. Наши перебежки изматывают.       - Ну, у нас есть возможность переждать, пока ты не придешь в норму. А что дальше? С чего нам начать?       Она глубоко вздохнула.       - Мы можем оставаться здесь столько, сколько нужно. Повезет, если кто-то из Ордена появится здесь, но они думают, что дом раскрыт. Мне так кажется. Возможно, Гарри и Рон подобрались слишком близко к дому, когда бежали от преследования. Наверняка, они решили, что Пожиратели могли раскрыть Гриммо.       - Похоже на то, - они оба перевели взгляд на огонь в камине, поленья потрескивали, а воздух наполнился теплом.       - Мы могли бы заняться зельями, сделать запасы. Мы оставляли здесь большой запас ингредиентов для зелий. Возможно, есть даже готовые в тайнике, я не проверяла.       - Может быть, что-то нам оставила мать.       Гермиона резко подняла голову и повернулась.       - Так ты не смотрел, что в сумке оставила для нас Нарцисса? – ее искреннее недоумение позабавило Малфоя.       - У меня не было в запасе свободной минутки, знаешь ли, - губы сложились в ехидную ухмылку, но он тут же сдался под пытливым взглядом гриффиндорки. Драко закатил глаза и призвал мешочек на завязках со стола, а затем раскрыл, когда тот оказался в его руках. Малфой навел туда палочку, - Акцио… все, что есть в сумке.       В мгновение вещи стали вылетать из мешочка с такой скоростью, словно их с силой вышвыривают оттуда. В стороны летели пустые склянки вперемешку с одеждой, книги, свитки, колбы с травами, монеты, выпадающие из мешочков, даже небольшой котел.       - Мерлин, Драко! – взвизгнула Гермиона, когда в ее сторону полетел довольно увесистый том. Малфой расхохотался, левитируя предметы на стол с помощью палочки.       - Ну ты же любишь книги, Грейнджер, твоя голова прямо притягивает их к себе.       - Ха-ха! Клоун! – буркнула девушка, подбирая предметы с пола и унося их к столу.       Когда все содержимое покинуло сумку и уже было разложено на длинном обеденном столе, Драко и Гермиона сделали пару шагов назад, оценивая улов. Все предметы уже были отсортированы на стопки одежды и личных вещей для каждого, книги, а также на всевозможные принадлежности для зелий и прочего.       - Твоя мама явно очень старалась, - прошипела Гермиона, удерживая за лямку кружевной лифчик на тонких бретелях, явно намекающий не на спринт по лесам с Пожирателями, - а это… а, ну конечно! – в руке гриффиндорки явно находилась увесистая косметичка.       - Держу пари, это собирали эльфы, - искорки веселья плясали в потеплевших серых глазах, когда он думал о том, сколько подколов можно придумать для Грейнджер только из-за одного этого белья.       Гермиона возвела глаза к потолку и, взяв свою часть вещей со стола, намеревалась отнести все это в их с Джинни комнату. Она уже повернулась к лестнице, как вдруг ее внимание привлек маленький округлый предмет, поблескивающий отражением языков пламени из камина.       - Посмотри, - она вернула стопку одежды на стол, а затем прошла к тому месту возле одного из кресел, где оказался предмет. Это было маленькое черное кольцо. На вид совершенно простое, без вставок или граней. Гермиона присела на карточки и уже протянула к нему руку.       - Не трогай! – прикрикнул Малфой, заставляя ее вздрогнуть. Девушка нахмурилась, явно обиженная таким поведением, - Я узнаю его. Если тронешь, обожжешь руки!       Грейнджер выпрямилась и непонимающе уставилась на слизеринца, пока он быстро преодолел расстояние между ними и с легкостью поднял кольцо. В его руках оно тут же преобразилось в перстень среднего размера. Это явно было мужское кольцо. Черный металл изысканно переливался на свету, вытягиваясь к овальной вставке, поблескивающей игрой черных камней. Они были матовыми, искрясь только на гранях. Драко покрутил перстень в руках и посмотрел на гриффиндорку, поворачивая вставку на кольце к свету. На ней Гермиона отчетливо увидела вырезанную витиеватую букву «Б».       - Это фамильный перстень Блэков. Я никогда не видел его в живую. Знаю лишь по рисункам в книгах. Он передавался по мужской линии и всегда имел сильную магическую защиту. Коснуться его может только тот, в ком течет кровь Блэков.       - Выглядит пугающе красивым, - заметила Грейнджер, подходя ближе и всматриваясь в переливы черных камней, - странный камень.       - Это черный турмалин или… - Гермиона распахнула глаза, выражая чистый восторг.       - Ведьмин камень. Надо же, они довольно редкие. Ты знал, что маглы прозвали его ведьминым камнем, потому что издавна маги действительно использовали его в колдовстве? У него много полезных свойств, он может защищать…       - Черт, Грейнджер, остановись. Конечно, я знаю о нем. Это все-таки реликвия семьи моей матери, - проворчал Малфой.       Гермиона подняла на него взгляд, сделавшись вдруг слишком серьезной.       - Твоей семьи, Драко.       Он свел брови к переносице и опустил взгляд на перстень, а затем вновь вернул ей.       - Я Малфой.       - Лишь наполовину, - она мягко улыбнулась, подойдя почти вплотную, - Надень его. Если я правильно думаю, он проявит свою силу, когда ты наденешь его.       Драко еще раз прокрутил кольцо в руках, рассматривая, а затем глубоко вздохнул и надел его на указательный палец правой руки. Волшебство заискрилось вокруг перстня, буквально приклеивая его к пальцу. Оно сразу же приобрело нужный размер и сидело на нем так, словно было создано именно для него. Грейнджер не удержала судорожного выдоха.       - Красиво. Ну? Что-нибудь чувствуешь? – Драко не сводил взгляда с лица Гермионы, пока она изучала перстень на его пальце. Она осторожно взяла его ладонь, совершенно не замечая мелкой дрожи, которую вызвала в нем своим прикосновением, а затем перевернула, проводя пальцем по линиям. Она посмотрела на него, - Ничего?       Малфой несколько раз растерянно моргнул, а затем перевел взгляд на свою раскрытую ладонь. И в этот же момент воздух над ладонью разрезало мягкое золотое свечение, являя свернутый пергамент. Тонкая и завораживающая магия. Гермиона была вне себя от нетерпения. Ничто не будоражило уставший разум так, как очередная загадка.       - Ну же! Открой его! – пальцы Малфоя слишком сильно дрожали от волнения, пока он разворачивал туго свернутый лист. Но в нем было пусто. Грейнджер разочарованно вздохнула и, выругавшись про себя, отвернулась. Едва она отвела взгляд от пергамента, как на нем начал появляться текст.       - Стой, Грейнджер! Здесь текст. Только я могу прочитать его.       Гриффиндорка едва не подскочила, резко обернувшись к Малфою, они шокированно смотрели друг на друга, не зная, что и сказать. Затем Драко опустил взгляд на послание, которое было уготовано лишь для него.       Дорогой мой сын,              Если ты читаешь это письмо, значит у вас все получилось, и вы с мисс Грейнджер сбежали. Я могу лишь уповать на милость Мерлина, что она помогла тебе избавиться от этой проклятой метки и выжила. Мне жаль, искренне жаль, если это не так! Я всем сердцем надеюсь, что ты справишься и потом, когда у тебя однажды появится собственный ребенок, ты поймешь мои мотивы. Я лишь хотела, чтобы мой сын жил! Чтобы никогда не познал тяжести такого греха, как убийство, был волен совершать поступки по собственному желанию, а не из жестоких и чудовищных приказов. И я надеюсь, что ты не станешь держать на меня зла за то, что утаила от тебя то, что мисс Грейнджер подвергнет себя смертельному риску, решившись помочь тебе. Если бы ты узнал все заранее, то ни за что не согласился бы на подобное. Я знаю твое сердце, Драко. Ты вовсе не тот человек, который следует по кровавому пути по своему желанию. Ты всегда был и останешься самым светлым моментом в моей жизни. Ее самой главной и правильной частью. Ведь я совершила столько ошибок… Твоего отца уже не спасти, он давно потерял свою душу и рассудок на этом пути. А я просто последую за ним, куда бы он не повел меня, ведь так гласила клятва, которую я однажды ему дала. Будь сильным и никогда не теряй пути к своему сердцу.       Я знаю, что Волан-де-Морт никогда не оставит тебя, пока будет жив. И единственное, что ты можешь сделать, это помочь им победить в этой войне. Я верю, что твоя помощь перевесит все то, что ты успел совершить под гнетом и страхом. Однажды, ты обязательно найдешь свое счастье, Драко. Но для этого тебе придется пройти нелегкий путь.       То, что ты ищешь, было спрятано в том месте, куда путь открыт лишь нам троим. Я передам тебе свое право, как только придет мое время. Скройся за маской, не дай им раскрыть свои замыслы и не забывай о ценностях семьи. Чистота крови на век! Всегда помни об этом, сын. Мои молитвы навсегда с тобой!       Люблю тебя,       Н. М.