Phantoms of the past

Унылые стены бункера всегда казались ему чем-то подавляющим. Даже не столько своей железобетонностью, сколько всепоглощающей серостью. Снова и снова проходя по одним и тем же коридорам, рабочий не мог отделаться от мысли, что они сужаются. Будто бы и так не слишком широкие туннели становились всё меньше и меньше, в конце концов, обрекая всех внутри на бесславную кончину. Снова и снова глядя на них, парень не мог выносить той скуки и одинаковости, что царила на них. Может быть, в этом была виновата его подростковая энергия и импульсивность. Неуёмное желание индивидуальности было с лихвой удовлетворенно внутри, но не снаружи. Теперь ему хотелось добавить красок в мир вокруг. Хотя бы написать на металлических стенах красивые указатели. Разве это было так сложно. Тогда он был готов на всё, что угодно, лишь бы добавить в свою и так сытую и успешную жизнь немного больше самой «жизни». Однако его желания обернулись против него. Быстро бредя по столь родным для него коридорам, парень не мог перестать ужасаться написанным вокруг него узорам. Заливавший всё убежище красный свет аварийных ламп казался дрону чем-то неправильным. Будто бы он исходил не от слабых светодиодов, а из-за того, что ему на дисплей вылили пару литров человеческой крови. Помимо этого страшного фильтра, парня также беспокоили чудовищные чёрные линии, разливавшиеся в безумном порядке прямо рядом с совсем свежими телами. Каждая замученная душа была награждена своей особенной эпитафией, становившейся всё более жуткой по мере движения вперёд. Вернее сказать назад. Рабочий, как мог, двигался к выходу, придерживая рукой свежие раны. Он проиграл. Он не смог никого защитить. Хотя, какие у него были шансы? Никаких. Теперь ему нужно спасти хотя бы свою жизнь. Руки уже стали скользкими и чёрными из-за пролитого масла. Чёрная жидкость резво вытекала из его чрева, оставляя на до того красивой футболке огромное пятно. Как оказалось, демонтажники могут бить хвостом, не впрыскивая кислоты. Удивительное свойство. На языке уже чувствовался сладкий привкус, когда дрон доходит до очередного коридора. Он ничем не отличался от предыдущего, за исключением гермодвери впереди. Дрон, наконец, закончил свой тяжёлый путь. По крайней мере, он на это сильно надеялся. Почти машинально открыв преграду, парень становится свидетелем пугающей сцены. Свирепый демонтажник в пилотской фуражке пригвождает к стене беззащитную девушку. Несчастная работяга кричит и сопротивляется, пока убийца жадно облизывает свои губы. Предвкушая ужасную расправу над своей подругой, дрон пытается убежать назад, надеясь выйти другим путём. Однако стоит ему только повернуть голову, как всё тело сковывает от невероятного ужаса. Длинный коридор, полный тел, что он прошёл ранее, был полностью во власти тьмы. А прямо посреди этой тьмы виднелся ужасающий разум силуэт. Демонтажница, с ног до головы перемазанная маслом, неестественно дёргала своей головой, широко раскрыв зубастую пасть. Самое страшное во всей этой картины было не столько сама убийца, сколь её полная бесшумность, а также слегка сплавленный внешний вид. Парень понял, что стоит ему только сделать шаг назад, как чудовище тут же разорвёт его на куски. Окружённый со всех сторон работяга уже не надеялся на спасение, решив напоследок взглянуть в сторону выхода. Вот только картина, освещённая красными лампами, была ещё более страшной, чем ранее. Корчащийся в припадке невероятной агонии демонтажник стал быстро плавится, будто бы его тело поместили в самый центр раскалённой кузнецы. Несчастный ужасающи вопил до тех пор, пока ещё мог. Вскоре его гортань и рот стали одним целым с лёгкими. После пары секунд столь мучительной казни убийца превратился в бессвязную кашу на полу. Наблюдая за столь омерзительной и ужасающей картиной, парень совсем забыл о ней. Девушка стояла и смотрела на него пожирающими глазами, будто бы это он виноват во всех бедах вселенной. Рабочий не знал, что ему делать, до тех пор, пока сзади не послышались пробирающие до эндоскелета звуки. Обернувшись, он вновь видит демонтажницу. Вот только теперь она слегка изменилась. Казалось, что девушка сплавилась чуть больше из-за частично стёкшего лица и непропорциональных конечностей. Существо громко и пронзительно вопило, дрыгая головой неестественно быстро. Эта смесь из плача, крика и неразличимых громких слов вместе с пугающими быстрыми движениями вгоняли в настоящий ужас. С каждой секундой вопль существа становился всё громче и громче. Сирена начинала бить с такой силой, что дисплей начал потихоньку трескаться. Не выдержав этой пытки, рабочий хватается за голову в надежде уменьшить боль. Первой и единственной мыслью стал побег. Однако стоило только повернуться назад, как искажённое слияние робота и живой плоти быстро побежала к нему на своих длинных то ли хитиновых, то ли механических ногах. Огромный рот был усеян множеством рядов острых человеческих зубов, что жадно клацали в нетерпении отведать новую жертву. Когда-то лучшая подруга превратилась в его худший кошмар. Намереваясь более не видеть весь этот ужас, Тэд закрывает глаза.

***

Встроенный будильник нещадно бил по голове. Раздирающий душу трезвон пробирал его с головы до ног, не давая и надежды на продолжение сна. Молниеносно включив дисплей, дрон вскакивает, хватаясь за бешено отстукивающий насос. Проходит ещё пара секунд перед тем, как он понимает, что проснулся. Прислонив руку к всё ещё гудящим вискам, Тэд пытается успокоиться. Кошмар закончился. Он проснулся. Парень лежал на промёрзшей кровати, тупо глядя куда-то вперёд. Со стороны открытого окна дух холодный ветер, позволяя многочисленным снежинкам заполнять помещение изнутри. Пара оборванных и выцветших занавесок уныло изгибались под воздействием слабой стихии. Сегодня была хорошая погода. Устало протерев дисплей, дрон медленно встаёт с кровати. Ноги сами ведут его к распахнутому окну. Дойдя до своей цели, парень опирается руками на потрескавшуюся пластиковую раму. Глядя вниз, Тэд с отвращением сплюнул. Сейчас только три часа ночи, а тварь уже здесь. С силой сжав несчастный подоконник, рабочий тяжело выдыхает. Ему придётся продолжить свой путь, причём ночью. Фыркнув, Тэд, наконец, отлипает от злополучного окна. Холодный ветерок, что лениво обдувал его неприкрытый ничем дисплей, совсем не радовал парня. Ему никогда не нравился холод. Ему никогда не нравилась поверхность. Раньше мёртвый город казался ему чем-то непостижимым и удивительным. Чем-то огромным и вдохновляющим. Раньше, когда он жил в бункере, поверхность манила его своими неизученными просторами. Ему казалось, что по ту сторону его ждут невероятные приключения, новые знакомые, удивительные места и опасные враги, с которыми он сможет справиться, используя свою впечатляющую физическую силу и ловкость. Сейчас же всё это кануло в лету. Мёртвый город оказался действительно мёртвым. Огромные просторы были лишь пустышкой. Со стороны казалось, что каждая улица была чем-то новым, однако это была лишь иллюзия. Город был монструозным, но полностью пустым. Казалось, что за двадцать лет здесь умерло абсолютно всё. Но если около года назад это была грамотно сотканная вуаль, что скрывала за собой крохотные объединения рабочих. Теперь это жестокая правда. Город был мёртв. Окончательно и бесповоротно. Появившиеся будто из ниоткуда твари быстро выкосили последних выживших рабочих, что не успели приспособиться к новым условиям. Приспособление. Какое забавное слово. Для Тэда, как жителя бункера, оно было ещё более далёким, чем для обитателей поверхности. Дроны, в отличии от людей, совсем не умели адаптироваться. По крайней мере, они не делали это настолько же быстро как люди. Вспомнив про своих создателей, Тэд слабо ухмыльнулся. Виктор обожал людей. Даже не так — превозносил их. Если бы не сильное пристрастие к науке, брюнет точно бы стал сектантом в рясе. Интересно, кому бы тогда он молился? Сконцентрировавшись на этой мысли, парень пытался не думать или, в лучшем случае, забыть о том, как он с Виктором расстался… Болезненные воспоминания ударили в голову, словно молот по наковальне. Пытаясь отвести пугающее наваждение, Тэд стал нервно постукивать по давно треснувшей на морозе раме. Пугающие образы вновь стали копошиться в сознании, доставая дрона не только во снах, но и наяву. Вскоре до того спокойный дисплей стал покрываться потом. Не справившись с нахлынувшим на него ужасом, парень в судороге бежит к оставленному возле кровати рюкзаку. Упав на колени, дрон распихивает несколько пустых батарей и прочих хлам, пытаясь добраться до самого тяжёлого предмета в своей сумке. Спустя пару бесконечно мучительных секунд, в самом низу он видит спасительный золотой цвет. — Просто не думай об этом. Просто не думай об этом. Просто не думай об этом. — нервно шептал Тэд, прижимая к груди золотое распятие. Божественный предмет был найден им ещё очень давно. Но если раньше он был для дрона лишь красивой безделушкой, то после инцидента крест стал для него средством спасения. Приведя мысли в порядок, Тэд отнимает распятье от груди. Раньше он не верил в бога. С его механической перспективы это было бы глупо. Даже если предположить факт его существования, то лично для него это не имеет никакого значения. В конце концов, он робот без души. Но после произошедшего в бункере, парень перестал быть столь категоричным в этом вопросе. Он не мог быть в чём-то уверен. Он не мог точно вспомнить, что тогда вообще произошло. Может быть, весь тот ужас был более материальным? Может, его чудесное спасение — это лишь издёвка со стороны чудовища, что решило ради забавы отпустить его? Может и так. Но крест помогает ему успокоиться и собраться с силами. Большего от него и не требуется. Медленно поднявшись с холодного пола, Тэд кладёт распятие обратно в сумку. Сейчас у него есть дела поважнее. Ещё раз помассировав виски, дрон берёт из рюкзака испещрённую заметками карту. Довольно большой и толстый квадрат бумаги был исписан маленькими красными крестиками. Их было настолько много, что находившиеся за ними целые районы города уже не были видны. Также в некоторых местах были видны угрожающе чёрные пометки, что только своим цветом говорили об таящейся в этих местах опасности. Главной особенностью карты стало большое чёрное пятно, украшавшее центр города. Именно там находилась трупная башня, привлекающая к себе бесчисленное количество Несытей. Быстро оглядев свою походную карту, Тэд устало выдыхает. Как же много у него работы. После смерти всех, кого он когда-либо знал, за одним исключением, парень нашёл себе новую цель в жизни. Ещё в его родном бункере ходили слухи о втором подземном убежище. Позже, оказавшись на поверхности, Тэд вовсю наслушался этой байки. Доведённые до полного отчаяния дроны снаружи дружно верили в существование некого города-убежища - настолько огромного бункера, что внутри можно было бы вместить их всех. Несмотря на свои циклопические размеры, никто за двадцать лет не смог его найти. Или всё-таки смог? Глядя на карту, Тэд стал прикидывать новый маршрут. Ему нужно найти этот чёртов бункер, чего бы это не стоило. Конечно, глубоко внутри парень понимал, что эта цель будет также далека от него, как и спокойная жизнь. Но эта задача давала ему так сильно необходимый стимул жить. В противном случае, он бы давно спрыгнул с ближайшей крыши или застрелился из своего верного пистолета. Примерно наметя для себя будущий путь, Тэд свернул карту, после чего положил её обратно в рюкзак. Ему пора уходить. Он слишком долго находится здесь. Окончательно ясно это стало лишь в тот момент, когда из окна вместо зимней прохлады повеял запах гнили. Они уже здесь. Ему пора сваливать отсюда. Повесив на спину увесистый рюкзак, дрон быстро зашагал к выходу из комнаты. Ему нужно выйти из здания, прежде чем тварь догадается, как можно пройти на второй этаж. Остановившись прямо напротив довольно хлипкой двери, Тэд не может не бросить взгляд на стоящее рядом разбитое зеркало. По ту сторону на него смотрит вечно усталый дрон в серой невзрачной форме. Вечный бардак на голове, ранее успешно скрываемый бейсболкой, был заменён довольно красиво уложенными светлыми волосами, что для удобства были укорочены в некоторых местах. Вместо яркого жилета и футболки на теле красовалась плотная серая шинель с крепким кожаным поясом, на котором виднелись ножны и кобура. Раньше Тэд носил удобные лёгкие шорты, что позволяли ему, не тратя время на переодевания, как заниматься спортом так и спокойно носить их дома. Теперь нижние конечности парня были укутаны в невзрачные рабочие штаны, а на ногах виднелась пара плотных кожаных сапог. Весь этот гардероб был ему необходим не только для защиты от укусов тварей, но и для экономии тепла. Всё-таки в его интересах тратить как можно меньше энергии ядра. Восстанавливать её с помощью сна ему очень не нравилось. Вдоволь налюбовавшись своей унылой физиономией, Тэд, наконец, открывает дверь. По ту сторону его никто не встретил. Отлично. Вот только запах становится всё более едким. Ему нужно поторопиться. Осторожно пройдя по тёмному коридору вперёд, Тэд с опаской выглядывает со второго этажа вниз. Лестница всё ещё была разбита и свободна. Это было и хорошо и плохо. С одной стороны он не видел тварь. Но с другой, он не видел тварь. Взяв в руки ледяной кирпич, парень с силой бросил его вниз, намереваясь выманить Несытя в поле его зрения. Однако, к его большому сожалению, тварь не среагировала. По крайней мере, не так, как того хотел он. Вместо лицезрения гниющей туши, он смог расслышать тихий рык где-то внизу. — Значит, ты у нас новенький. Плохо. Ладно, и не с такими справлялись. — сам себе сказал Тэд, сжав руку в кулак. Придётся идти через чёрный вход. Бесшумно подойдя к другому, распахнутому настежь окну, Тэд осторожно выглядывает наружу. Никого. Удостоверившись в безопасности всего предприятия, парень разминает руки, после чего филигранно спускается, используя выпирающие из стены предметы для опоры. Спустившись вниз, словно ассасин, Тэд трусцой выбегает из узкого проулка. Сколько бы он не останавливался в этом доме, никогда не мог понять, кто додумался до окна выходящего прямо в грязный и тесный тупик. Выбежав на улицу, парень быстро осматривается по сторонам в поисках опасности. К счастью, никого рядом не было, даже запаха не чувствовалось. Довольно ухмыльнувшись, Тэд направляется вперёд, освещаемый тусклым светом ночного светила. За столько времени, проведённого снаружи, система уже успела приспособиться к постоянным вылазкам и нестабильному графику подзарядки. В противном случае парень умер бы очень быстро. Несыти не знают усталости. По крайней мере, они готовы следовать за тобой хоть днём, хоть ночью, не обращая внимание на твой уровень заряда. Однако ночью они были более активны, да и на улицу выползали охотнее. Поэтому Тэд пытался сохранять более-менее здоровый режим сна. Всё-таки Несыти были не единственной его проблемой, что появляется только ночью. Помимо в основной массе медлительных и неповоротливых гниющих туш, дрона преследовал кое-кто ещё. Хотя слово «преследование» было здесь не самым корректным. Скорее они просто случайно встречались раз в несколько недель или, может быть, месяц посреди города, после чего начиналась весёлая беготня. Несмотря на свой живой статус и былые заслуги, соперница была не настолько быстра и грациозна, чтобы поймать его. Каждый раз судьба помогала измученному работяге, предоставляя спасение в самых невероятный или порой странных формах. Тэд точно был счастливчиком или чьим-то любимчиком. Иным способом парень не мог объяснить то, что он всё ещё жив. Учитывая все обстоятельства, дрон слабо улыбался, напевая себе под нос какую-то песенку. Его учили видеть во всём только хорошее. Поэтому сейчас он хвалил себя за каждое успешное или не очень задание, будь то побег от твари или сбор ресурсов. В противном случае Тэд бы давно повесился. К тому же он всегда был весельчаком. Почему же он должен изменять самому себе? Может потому, что все твои друзья, знакомые, родные и любимые мертвы. Может потому, что ты остался совсем один посреди проклятого и обречённого мира. Может потому, что нескончаемые кошмары с каждым разом становятся всё сильнее. Может потому, что ты, робот, стал находить утешение в вере в высшие силы. Может потому, что проверяя пистолет на боеспособность, ты всё ближе и ближе подносишь его к дисплею. Дальше Тэд шёл в абсолютном молчании. Столь жалкие попытки хоть чуть-чуть сохранить рассудок делали всё ещё хуже. Нужно просто сконцентрироваться на цели. Спустя некоторое время дрон, наконец, дошёл до точки назначения. Огромное предприятие, уходящее бесконечно глубоко, как в небеса, так и в самые недра. Циклопический производственный комплекс неизвестно чего. Глядя на эти гигантские трубы вдалеке, раздутые цистерны, монструозный административный комплекс, Тэд чувствовал трепет. Это место на карте казалось таким маленьким, но таким значительным. Теперь же, глядя на него воочию, парень не мог не ужасаться объёму своей будущей работы. Он точно проведёт здесь ближайшие несколько недель. И, скорее всего, ему придётся найти карту этого комплекса в миниатюре, ибо городская просто не может полностью отобразить всё его величие. К тому же рабочему нужны карты всех коридоров и многочисленных цехов, ибо в противном случае он просто заблудится. Ещё раз пройдясь взглядом по этому невероятному сооружению, Тэд спокойно вдохнул и выдохнул. Он покорит это место так же, как покорил остальные. Вот только стоило начать делать свои первые шаги вперёд, как где-то вдалеке ему стал приветливо мигать жёлтый блик. — Ещё один раунд?

***

В своих беспокойных снах я вижу этот город... Клубы ядовитого тумана медленно уносился прочь, снимая с пустынного города его призрачную вуаль. Смог был столь густым и концентрированным, что видеть или просто существовать внутри него не могли даже твари. Эти мерзкие отродья, когда-то давно бывшее её "коллегами" волочили свои гниющие туши, стоило только первым отросткам ядовитого газа показаться из-за долины. Ви не знала, почему, где и как появляется туман. Он виднелся на горизонте всего раз в два месяца. Это всё, что ей было известно. Ви одновременно любила и боялась тумана. Он позволял ей, наконец, спуститься с высоких обломков небоскрёбов и ступить своими твёрдыми шпильками на не менее твёрдый лёд. Этот холод, медленно распространяющийся от кончиков к коленям, был невероятно приятен для измученных вечным отстукиванием бетона ног. Пушистый снежок становился мягким одеялом, не царапающим ей краску и позволяющим хоть на некоторое время забыть о бесконечной усталости в конечностях. Спускаясь на землю под покровом густого убийцы, Ви могла, наконец, вдохнуть полной грудью. Не в прямом смысле, конечно. Мощный конденсат ядовитых ливней был невероятно губителен сам по себе. Рабочий без средств защиты умирал внутри практически мгновенно. Демонтажники же были более устойчивы. По крайней мере, так думала Ви. У неё не было времени и подопытных для проведения более точных и достоверных исследований. Поэтому в этом вопросе она могла полагаться только на своё чутьё. Тем более, она так и не решилась вдохнуть ядовитых паров добровольно, предпочитая бродить по земле с закрытым ртом. И эти прогулки... Они действительно ужасали. Мёртвый город сам по себе внушал любому здравомыслящему существу чувство непередаваемого страха. Каждый, будь то демонтажник или рабочий, взглянув на местные развалины, попытается как можно скорее покинуть это гиблое место. Частично спрятанный за многометровым слоем льда и снега, он всё ещё внушал одними своими габаритами, что уж говорить о чудовищах. Ви не знала, что происходит за пределами города. Она не знала, осталась ли жизнь где-то ещё, или безумная энтропия уничтожила всё живое, будь то металл или органика. Словно огромная пасть, она сожрала весь мир, перемолола его, расколола и извратила, после чего оставила после себя лишь мёртвые руины. И на этих руинах целую вечность будут копошиться извращённые твари, кричащие в приступе агонии целую вечность, пока сама вселенная или Copper-9 не будут уничтожены окончательно. Ви никогда никого не жалела. Она была просто не способна на жалость. Но не столь давние события показали, что извращённая человеческая природа может, вопреки всякой логике, добавить дронам-демонтажникам полный личностный модуль. И Ви ненавидела это. Ненавидела испытывать жалость к своим бьющимся в постоянных муках коллегам, что были неспособны самостоятельно прервать свои мучения или утолить разрывающий их изнутри и снаружи голод. Ненавидела испытывать страх, мучительно вглядываясь в каждую колышущуюся тень, внимательно слушая каждое подозрительное дуновение ветра. Ненавидела испытывать постоянную физическую боль. Будь то вечно болящие после бесконечных вылазок конечности, разъедаемая в плотном ядовитом тумане кожа или куда более серьёзные ранения. Но самым больным и угнетающим была не физическая боль. Ви отдала бы всё, лишь бы невыносимые моральные страдания можно было конвертировать в сладостное ощущение осязаемого мучения. Она бы сделала всё, лишь бы, расковыряв себе рваную рану, можно было избавиться от вечно преследующего её тягучего чувства одиночества. Если бы, полоснув себя по дисплею длинными и острыми когтями, можно было бы справиться с всё сильнее сдавливающей её шею депрессией. Если бы, вырвав своё ядро, можно было бы больше никогда не думать о бессмысленности всех её страданий. Тишину проклятого города раздирали пара вечно неугомонных когтей. Хоть в оружии не было предусмотрено никаких болевых точек, с каждым рывком девушка чувствовала всё сильнее накапливающуюся боль. Ви нервно оглядывалась, видя в каждом дуновении ветра очередного Несытя. Несмотря на своё омерзительное и в большинстве случаев почти расплавленное тело, твари могли быть необычайно тихими. Оставшиеся глубоко в системах повадки и тактики демонтажников всё ещё давали о себе знать, не давая девушке и секунды спокойствия. Тихий ветерок без снегопада создавал невероятно расслабляющую для этого места атмосферу. Но это была ложь. Невероятно коварная и жестокая ложь. Именно в такую погоду нужно было быть в полной боевой готовности. Твари также не любят плохую погоду. Но они очень любят живых, вернее то, что находится внутри них. И они будут тянуться к горячим внутренностям и сладостному маслу целую вечность. Поэтому нельзя засиживаться на одном месте. Твой запах быстро отпечатается на стенах убежища, после чего начнёт расползаться всё дальше и дальше. Из-за этого Ви находится в постоянном стрессе, вынужденная каждый день перемещаться с места на место, ища для себя безопасный ночлег. Немного судорожно дёргая руками, Ви, наконец, отыскивает то, что ей так нужно. Растасканный снег и сломанный лёд таили под собой невероятно ценное сокровище - еду. Заледеневшее масло, когда-то разливаемое ей литрами по белому снегу, теперь было дороже золота. Каждый литр, да что там, каждый ледяной брикет был равен продлённой подписке на жизнь. Вечно голодные твари сожрали всё на своём пути, не оставив девушке ни капли свежего горячего масла. Однако они оставили ей все огрызки. Всё, что когда-либо оставалось внутри дронов-рабочих, теперь принадлежало ей и только ей. Отрывая из земли крупные захоронения бесполезных болванок, Ви с маниакальной резвостью и ловкостью вскрывала не до конца выжатые консервные банки, после чего расплавляла их содержимое у себя во рту. Вкус был отвратительным. На самом деле это была невероятная мерзость. Однако за пару лет демонтажница уже привыкла к такой экстремальной диете, заставившей её отказаться от всего "лишнего". Теперь Ви не могла летать, так как это требовало слишком много масла. Теперь Ви не могла нормально стрелять, так как регенерация патронов слишком сильно нагревала вычислитель, заставляя потреблять больше масла. Теперь Ви не могла использовать хвост, ведь наниты были слишком дорогим удовольствием. Она никогда не забудет тот день, когда ей пришлось отрубить себе любимое средство для добивания и балансировки. Буквально свою пятую конечность. Теперь она не может радостно повилять им, увидев целую группу консервных банок, что вскоре превратятся в фарш. Нет. Всё это в далёком прошлом. БАХ! До того сидящая на четвереньках девушка подпрыгнула вверх, словно кошка. Столь резкий звук немедленно разорвал в клочья ощущение ложной безопасности, так старательно создаваемой тихим ветерком и "чистым" небом. Бешено колотящееся внутри сердце стало быстро сбавлять свои обороты, когда его хозяйка осознала причину столь громкого шума. Установленная ей для подстраховки ловушка сработала. Держась за обваливающуюся раму одного из окон второго этажа, Ви с всё нарастающим отвращением наблюдала за жуткой картиной. Один из множества узких проулков мёртвого города разрывался неестественно громкими воплями. На белоснежном полотне, щедро сбавленным серой крошкой медленно разрушающихся зданий, красовалось уродливое багровое пятно. Выплеснутое из под грубо очерченного коричневого ящика, оно расползалось тонкими линиями всё дальше и дальше. С каждым отчаянным движением твари этот тёмный спрут продолжал растягивать свои длинные щупальца, видимо надеясь поглотить весь холст и утянуть его за собой в бездну. И Ви наблюдала за этим мерзким процессом. Словно художник-авангардист, она холодно глядела на собственное творение, продолжая с сильно сдавливать в руках натянутый ей ранее трос. Очень незамысловатая ловушка. Даже слишком. На самом деле, если бы у тварей осталось хоть доля интеллекта, то эта откровенно пошлая толстая верёвка, последи чётко просматриваемого узкого проулка, не смогла бы завлечь в себя ни единой души. Хотя, есть ли у нас души? До “катаклизма” демонтажница ни разу не собирала ничего подобного. В этом просто не было необходимости. Она была забита работой на всю ночь, из-за чего время от времени была вынуждена ночевать за пределами капсулы. Впрочем, так даже было лучше. Сейчас же времени у неё предостаточно. Иногда погода становиться столь тёмной, что Ви может спокойно выбираться наружу в “дневное” время суток. Хотя можно ли назвать днём время, когда небосвод полностью чернеет, закрывая смертельное солнце новым, куда более пугающим и неестественным красным свечением. Ви называла это время – Кровавой луной. Именно в часы кровавой луны Несыти становились безумно активными. Твари сходили с ума и, буквально неслись за своей добычей, куда бы та не направилась. Если бы она не могла в это время выходить на улицу, то точно бы стала чьим-то обедом. Закончив внутренний диалог, Ви возвращается к вещам куда более материальным. Стоило услышать очередной болезненный визг твари, как терпение дамы окончательно осушается, заставляя в приступе злобы спрыгнуть вниз. Судя по времени, других тварей в округе не было. Удовлетворившись этим предположением, Ви меняет одну из кистей на длинный клинок. Хоть ящик был невероятно тяжёлым, настолько, что даже демонтажница смогла поднять его лишь с помощью небольших рычагов, его не хватило для мгновенного убийства твари. Виной тому стали их податливые физические свойства, позволяющие сплюснуть оболочку без вреда для функционирования. Однако, сколько не сжимайся, а верная сталь всё равно прорубит множественные слои омерзительной смеси органики и металла. Подойдя к чудищу со стороны головы, Ви с явным отвращением сплёвывает себе под ноги. Несыть практически полностью потерял свою форму, перейдя на предпоследнюю стадию. Теперь от этого кома субстанции можно было ожидать чего угодно. И Ви не собиралась этого делать, давая твари фору. Нет. Она тяжело вздохнула, холодно подняла свой клинок, после чего начала прицеливаться в примерное местоположение ядра. Но что-то было не так. Что-то определённо было не так. Тварь выла и истерически дёргалась под тяжестью многотонного ящика, но не мучилась… Тварь не кричала, извиваясь в ужасающей агонии. Нет. Она рычала и скалилась, капая на снег своей омерзительной слюной. Чудовище готовилось, настраивалось, прицеливалось. Но осознание этого пришло к Ви слишком поздно. Единственное, что успела сделать девушка - это закрыть свой дисплей рукой. Ведь изменившая свою структуру тварь целилась новосозданным щупальцем именно ей в голову. ТРЕСК! Спустя секунду конечность пробивает невероятно сильная боль. Дёргаясь в безумном припадке, инфернальное щупальце пробило её кисть насквозь. Прорезавшись через плотный металл, ядовитое жало бешено извивается, с каждым оборотом протискиваясь к лицу девушки всё ближе и ближе. Шокированная и дезориентированная демонтажница впадает в состояние ужаса, начиная рубить искажённый отросток своим лезвием. Спустя пару хороших ударов, органический хлыст безвольно падает на снег под вопли твари, в то время как жало всё ещё остаётся внутри её кисти. Окончательно впав в истерику, Ви начинает яростно рубить всё ещё живого монстра своим длинным лезвием. Чудище стонет и извивается, но не может защитить себя от столь панической атаки. Вновь и вновь разрезая чужую плоть, демонтажница чувствовала нарастающий жар в повреждённой конечности. С каждой потраченной секундой ей становилось всё хуже, а бездумное и безумное кромсание монстра совсем не помогало. Оборвав последний вопль твари бритвенно-острым лезвием, Ви концентрирует всё своё внимание на разорванной кисти. Отравленное жало продолжало торчать внутри, отравляя её тело поразившей остальных заразой. От одного только взгляда на быстро расползающиеся чёрные полосы ноги девушки подкашиваются. Упав на землю, Ви пытается контролировать своё дыхание, однако невыносимая боль и осознание произошедшего сдавливаю горло с неестественной силой. Это был конец. Все те муки, что она стойко выносила раньше, были напрасны. Все те страдания, что она принесла в этот обречённый мир, были зазря. Последние воспоминания о “нормальной” жизни, о “нормальных” товарищах, о “живом” мире умрут вместе с ней. Теперь её черед превращаться в омерзительную тварь, что будет целую вечность ползать по пустошам, тщетно надеясь утолить свой голод. Нет! Нет! Нет! Нет! Нет! Она не умрёт так! Она сильная! Она справиться! Она не станет монстром! Должен быть способ остановить процесс! Бешено мечась глазами туда-сюда, Ви останавливает свой взор собственном клинке. Разгорячённая порченной кровью сталь жаждала всё больше и больше. Потеряв постоянный приток свежего тёплого масла, лезвие с каждым днём все более желанно наблюдало за своей хозяйкой. И теперь, глядя в отражающиеся на чёрной смоли глаза, Ви готова была утолить его голод. Прижав повреждённую конечность к кирпичной стене, девушка подносит клинок к локтю. Чувствуя лезвие на своей уже бледной белой коже, Ви закрывает глаза. Окончательно решившись, девушка медленно заносит клинок, после чего со всей силы стискивает зубы. Впившись в собственную плоть, они хоть немного передавят на себя внимание и не дадут ей закричать… - ААААААААААА! – кричит Ви, молниеносно поднявшись с кровати. Ещё не успевший осознать окружающую реальность процессор начинает бить тревогу. Вскочив с ложа, девушка мечется туда-сюда, в полусне пытаясь понять, где она и что вообще происходит. По всему телу тут же пробегает сильная боль, особенно в левой руке. Не в силах сдерживать порыв психосоматической боли, демонтажница со всей силы обхватывает конечность и падает на пол. - Это всего лишь кошмар… Это всего лишь кошмар. Успокойся, Ви. Всё нормально. С рукой всё в порядке. – шептала сама себе Ви, нежно поглаживая кисть. С ней действительно было всё в порядке, за исключением небольшого спазма. Подобные кошмары были для неё не редкостью. Обычно измученное сознание создавало их раз в неделю, давая организму хоть немного оправиться от стресса. Однако раньше они не были столь реалистичны и чувствительны. Тяжело дыша, Ви медленно поднимается с холодного пола. Судя по виду за разбитым окном двадцать второго этажа, ночь уже в самом разгаре. Ей нужно идти. И идти быстро. Не стоит долго задерживаться на одном месте. Но сперва стоит понять, в каком направлении стоит двигаться. Медленно подойдя к окну, Ви внимательно осматривает местность промышленного района. Вот только заглядевшись на маячащие снизу огоньки ночного города, девушка с удивлением натыкается на крохотную фигурку. Зеленоглазое нечто совершенно спокойно шагает по рыхлому снегу, внимательно разглядывая массивный заводской комплекс. Уставившись на него, Ви не может сдержать лёгкую ухмылку. И как это ведро с гайками смогло выжить, пренебрегая столь простыми мерами безопасности. Разминая руки и ноги перед очередной погоней, девушка пытается вспомнить, когда они впервые встретились. Вроде бы это было уже после катаклизма, а может и до. Это не очень важно. Он был особенным. По своему особенным. Единственным, кто смог сбежать от неё, причём несколько раз. Изначально это невероятно её раздражало. Самая эффективная и безжалостная демонтажница столкнулась с первой неудачной охотой за свою многолетнюю карьеру. Это безумно задевало её эго. Однако время шло, выживших становилось всё меньше и меньше. И теперь они правят этим городом только вдвоём. Он это знает. Она это знает. Они оба это знают. Размявшись, отряхнувшись и окончательно собравшись с силами, девушка, наконец, делает элегантный шаг вперёд. Может быть, ей стоит его догнать? Да, это было бы чудно. Вновь хоть на секунду почувствовать власть над чужой судьбой. Вновь гордо водрузить свою шпильку на чужую колышущуюся грудь, после чего вдавить её, словно осиный кол в самое ядро. А потом сладкий пир… последний.

***

Безжизненные коридоры старой фабрики сейчас казались не такими уж и мёртвыми. Виной тому был один юный дрон, что вновь решил поиграть со смертью. Хотя, был ли у него выбор? Их редкие встречи — это просто статистическая случайность. Ещё одна неизменная закономерность жизни. Забавно. Во всём городе их осталось только двое, а встречаются они так часто. Может, они просто думают одинаково? Или виной всему всё те же превратности судьбы? В конце концов, неважно, что тянет их к друг другу. Главное вновь расцепиться. Быстро отстукивая свой скорый марш, Тэд умело маневрировал меж тележек с документами и прочего мусора, заслонивший довольно тёмный проход. Ночной свет всё ещё доходил досюда, однако его концентрации катастрофически не хватало для нормального ориентирования. Конечно, он мог бы включить нагрудный фонарик, растратив бесценный заряд впустую. Однако подобная неоправданная расточительность была неприемлема. В конце концов, он видел достаточно, чтобы оббегать препятствия на своём пути. Успешно минуя длинные офисные коридоры, изредка сменяющиеся пустыми железными переходами, Тэд всё никак не мог отделаться от своей новой проблемы. Куда бы он не бежал, всё ещё быстрая и ловкая хищница нагоняла его повсюду. Ещё топот всё время находился прямо над ним, будто бы на парне был яркий маячок, что точно сообщал демонтажнице его местоположение. Рабочий пытался юлить и менять маршрут в каждом разветвлённом коридоре, но это не помогало. Сначала он слышал над собой хруст снега и треск бетона. Потом он сменился громким стуком алюминиевой вентиляции. В конце концов, где-то сверху отстукивал чёткий ритм бьющихся о решётчатый металлический пол шпилек. Однако долго это продолжаться не могло. Выбежав в большой заводской цех, Тед с неудовольствием понял, что находится прямо посреди узкого железного мостика. Путь назад был бессмысленным, путь вперёд был слишком длинным и опасным. Судорожно пытаясь найти выход, парень остановился прямо посередине ржавого и дряхлого сооружения, рискующего обвалиться в любую секунду прямиком в чернейшую бездну под ногами. Стоило взглянув вниз, как дрона пробил лёгкий холодок. Как же он не любил подобную темноту. Однако самое страшное и неприятно сейчас рухнуло откуда-то сверху. Несчастная конструкция зашаталась и жалобно заскрипела, моля двух тяжёлых существ поскорее покинуть её. Но никто из них не услышал эти мольбы, слишком сильно сконцентрировавшись на своём давнем противнике. Двое дронов проникновенно глядели друг на друга, внимательно отслеживая каждое движение соперника. Тэд нервно перебирал пальцами рядом с откупоренной кобурой, готовясь вытащить верное оружие в любую секунду. Ви же приготовила одну из своих рук. Трансформация требовала некоторого времени, да и пули были не слишком дешёвыми. Но результат полностью покрывал все затраты. Последний или не совсем последний выживший был полон тёплого и сладкого масла, без которого желудок вынужден мучительно перерабатывать весь тот хлам, что в него суют. Глядя на зеленоглазого, Ви стала нервно дышать. Однако виной тому стало совсем не ноющая жажда или сладостное предвкушение будущего убийства. Лёгкий тремор и тревога нарастали внутри пропорционально осознанию результатов дуэли. Демонтажница победит в ней в любом случае. Даже если работяга окажется достаточно ловким, чтобы выстрелить первым, Ви изрешетит его хрупкое маленькое тело из своего, уже успевшего запылиться без дела ПП. Вот только что она будет делать дальше? Выпьет масло побеждённого? А потом? Что она будет делать в полном одиночестве посреди огромного мёртвого города, полного разнообразных мерзких мутантов? Все эти вопросы слишком сильно отвлекли её от гнетущей реальности, в которой парень устал ждать первого шага своей соперницы. Молниеносно выхватив верный пистолет, что уже не раз и не два спасал ему жизнь. Ви отреагировала на подобный ход столь же незамедлительно. Всё-таки инстинкты убийцы, а также многолетний опыт нельзя было так просто заблокировать навязчивыми мыслями. Корпус руки уже скрылся где-то внутри демонтажницы, быстро выводя на свет смертоносное оружие. Однако было слишком поздно. Прицелившийся парень вовсю стал давить на курок, намереваясь вышибить даме мозги. Вот только два дрона услышали совсем не тот щёлк, что ожидали. Этот «щёлк» был другим. Таким же быстрым и смертоносным, как пуля. Да и сам болтик вылетел из крепления приблизительно с такой же скоростью. Вскоре оба робота поняли смысл песенки про винтик. Уже давно мёртвая, проржавевшая конструкция издала свой последний гнилой вздох. Спустя какую-то секунду крепления, со стоической доблестью выполняющие свой тяжёлый труд, один за одним шли на покой. Совершенно забыв о дуэли, двое несчастных завопили, что есть сил, схватившись за ближайшее перила. Всё-таки между ними было что-то общее. Мелодия быстро стала какофонией, стоило только железной дорожке окончательно отколоться, отправив двоих прямиком в самую бездну…

[2 ГОДА НАЗАД]

Навострив когти, довольная хищница не могла сдержать своей улыбки. Прямо напротив неё стоял жалкий работяга, коему хватило наглости не просто не убегать в страхе, но и попытаться дать ей отпор. Дрон в нелепой бейсболке крепко, но не очень уверенно сжимал ржавую трубу, по всей видимости, намереваясь причинить ей какой-то вред. Какая жалость. Даже как-то неловко будет пускать его на фарш. Может, чуть поиграться с ним? Размышляя над этим, Ви злобно рассмеялась ещё больше вводя парня в панику. О да! Она заставит смотреть самопровозглашённого «героя» на смерть всех его друзей, после чего величественно возвысится прямо над ним, с упованием наблюдая за его физическими и моральными страданиями. Стоящий напротив Тэд нервно сжимал первую подвернувшуюся под руку трубу. Боевой дух парня становился всё ниже и ниже с каждой секундой. Если в самом начале зеленоглазый действительно думал, что сможет если не победить, то точно отогнать демонтажницу. Но сейчас эта смелая бравада рассыпалась в его собственных глазах. Как он сможет защитить кого-то другого, если он не может защитить самого себя. Пытаясь удержаться на плаву, Тэд кинул быстрый взгляд назад. Несколько работников ООР и его одноклассники с ужасом смотрели на него в ответ. «Трусы» почти сорвалось с его языка. Почему он один стоит посреди склада, пытаясь дать хоть какой-то отпор демонтажникам? Разве это не их прямая обязанность? Пока парень перекидывал всю свою злость на стоящих позади, угроза прямо перед его носом вновь напомнила о себе. Лёгкий смешок вновь поманил его назад. Повернув голову в изначальное положение, Тэд увидел стоящую в метре от него Ви, что, поставив руки в бока, издевательски улыбалась. Она не собиралась пачкать об него руки. Не успел он и пикнуть, как невероятная боль в животе заставляет тело скрутиться. Спустя секунду хрупкое тело уже подтягивалось ближе. Начав чувствовать слегка извивающийся внутри шип, Тэд стал ощущать себя рыбой, что поймали на гарпун. Ему только чудом удалось сохранить силы и не разжать трубу. — Ой! А у тебя даже парик есть. Хм… Нет. Точно оставлю. — Облизнувшись в предвкушении, Ви одной рукой схватила парня за шею, проведя второй ему по подбородку. Это могло бы показаться соблазнительным, если бы не обстоятельства и намерения девушки. — Это мы ещё посмотрим. — Прохрипел ей в ответ Тэд, покрепче обхватив трубу. Ви было подумала, что это очередная пустая угроза, кои она слышала уже не раз и не два. Однако прилетевшая ей прямо в лицо арматура была не очень приятным сюрпризом. — Ай! Ах ты гадёныш! — не на шутку разозлившаяся девушка сменила свой дисплей крестом, после чего нанесла по корпусу зеленоглазого неглубокую рану. Когти проскреблись по корпусу, не задев каких-либо внутренних частей. — Разделаюсь с тобой позже! А теперь наблюдай за представлением! — покрепче схватив парня, Ви со всей силы бросает его куда-то к выходу, надеясь на то, что он не убежит. Пролетев пару метров в воздухе, Тэд больно ударился об металлическую стенку. Хотя могла ли эта боль пересилить всё ещё кровоточащую рану в животе? Вряд ли. Единственной более-менее хорошей новостью было то, что вместо выпущенных проводов у него будет всего три шрама. Жаль только, от жилетки с футболкой придётся избавиться. Ладно. У него сейчас есть проблемы поважнее. Например, выбраться отсюда. Замутнённый от сильного ушиба головы взгляд был мгновенно сфокусирован, стоило только слуховым сенсорам уловить первый крик. Такой громкий, такой пронзительный. Даже в бреду Тэд смог бы безошибочно определить, кому он принадлежал. Лиззи. По всему телу тут же прошёл сильнейший холод. Чувство невероятной злости и бессилия схлестнулись друг с другом в ураганном потоке, разрушая психику парня окончательно. Он хотел сжать кулаки со всей силы, вскочить и в приступе аффекта размозжить убийце череп, чтобы потом продолжить уродовать её омерзительное тело, мстя за каждого убитого дрона рабочего. Однако он не мог. Он просто не мог этого сделать. Он слабый и жалкий работяга, неспособный дать твари достойный отпор. И он будет наказан за свою слабость лицезрением убийства всех его друзей и любимой девушки. Дрона, что однажды уже дал ему новый смысл жизни. Дрона, что теперь хладным трупом будет валяться на грязном бетонном полу, пока её внутренности не будут сожраны одним из убийц. Вскоре сольный номер превратился в настоящий оркестр, плавно и лаконично перетёкший в какофонию. Крики молодых и старых, выстрелы, взрывы, всплески тёплого масла, звон бритвенно острых клинков. Да, вот так звучит хаос и смерть. Вот бы уйти с этого концерта куда-нибудь в туалет, чтобы не оскорбить артистов, а после плавными движениями прошагать по начищенному до блеска полу прямо в гардероб. Окончательно придя в себя, Тэд стал быстро думать, что ему делать дальше. Конечно, он мог смириться, ожидая свою неминуемую и наверняка мучительную кончину. Однако это не было в его планах. Он не смог никого защитить, даже себя. Может, тогда сможет хоть бы удрать, как крыса, чтобы потом всю оставшуюся недолгую жизнь жалеть и ненавидеть самого себя за то, что не смог достойно встретить смерть бок о бок с товарищами. Хорошенько обдумав эту мысль, Тэд с усмешкой принимает её. Теперь нужно выползти или в лучшем случае, выйти отсюда, ибо с каждой секундой он теряет всё больше и больше масла. Так что если ему не удастся встать сейчас, то не удастся уже никогда. Благо слева появился один его хороший знакомый, что мог бы сильно помочь ему в этом. Виктор смотрел на друга глазами-ноликами, пытаясь осознать, что вообще происходит. Где-то в глубине он до последнего надеялся на то, что это всего лишь учения. Однако картина перед ним говорила прямо об обратном. Присев на самом краю широкого входа на склад, парень осторожно выглянул, начав с ужасом наблюдать за происходящей резнёй. Вдоволь насладившись зрелищем, темноволосый вновь бросает обеспокоенный взгляд на спортсмена. Тэд уже вовсю перебирал руками и ногами, медленно, но верно двигаясь к нему. Однако тянущийся за ним чёрный след совсем не обнадёживал. Подождав, пока Тэд окажется в его зоне досягаемости, Виктор схватил дрона за плечи, быстро утащив из-под прямого взгляда демонтажницы, что вовсю развлекалась с его бывшими одноклассниками. — Блять! Ты как? Где ранили?! — нервно восклицал Виктор, пытаясь на глаз определить степень увечий. Выходило довольно скверно. Вся грудь парня была перемазана в масле и пыли, из-за чего определить местоположение хотя бы одной раны было очень сложно. — Живот. Хвост. Почему-то не щиплет. — Отрывисто говорил Тэд, задерживая дыхание на каждом слове. Получив более-менее исчерпывающий ответ, молодой доктор принялся стягивать с друга изрезанную жилетку. Стоило снять более ненужный предмет гардероба, парень сразу же обнаружил главную проблему. В области, где у людей находится почка, красовалась не слишком большое отверстие, окружённое со всех сторон тёмным пятном. Применив жилетку, как бинт, Виктор как можно туже обвязывает одежду вокруг талии парня, надеясь остановить довольно тягучее масло, после чего сразу берёт раненного под руки. — Уходим. Сейчас. — Всё так же болезненно шипел Тэд, придерживая рану рукой. Решив не тратить силы на бессмысленные разговоры, рабочие как можно быстрее двигались к выходу. Времени на что-либо другое не оставалось. Оба чувствовали нарастающую хватку железных когтей на своих тонких шеях. Может, за ними прямо сейчас и не гнались, но с каждой секундой в бункере оставалось всё меньше и меньше целей. Сейчас их спасала лишь чистая удача. Кто знает, что взбредёт в голову дрону-убийце? Может, он прямо сейчас летит за ними по узкому коридору, усеянному горой трупов? А может, тварь по своей прихоти выбрала другой проход. В конце концов, чем они отличаются от других? Не висит же на них какая-нибудь проклятая метка, не так ли? Пока Виктор пытался обработать всё происходящее в своем процессоре и немного успокоится, Тэд еле-еле перебирал ногами, пытаясь не отключится из-за полученных травм. Хоть масло уже перестало течь, боль была просто адская. Гораздо, гораздо хуже всего того, что он испытывал раньше. С другой стороны, раньше к ним в бункер не проникали демонтажники. Ладно. Он слишком много думает. Ему нужно сконцентрироваться на движении. Вот так. Шаг за шагом… Только-только вернувшись в реальность, Тэд тут же ощутил всю её необоснованную жестокость. Нога вступила во что-то тёплое и липкое. Остановившись на мгновение, парень опускает голову вниз, находя в себе силы полностью раскрыть глаза. Картина распластанных впереди тел была просто омерзительна. В узком проходе насчитывалось не менее семи замученных душ, зверски растерзанных кровожадными чудовищами. Глядя на выпотрошенные останки, Тэд не мог сказать, кто именно лежал перед ним. Тела были изувечены до такой степени, что понять, какого пола или возраста был дрон, было невозможно. Они и раньше встречали трупы на своём пути. Однако их никогда не было так много в одном месте. До того Виктор, как мог, пытался обходить небольшие лужи масла, надеясь не позволить наступить в них Тэду и себе. Но сейчас это было невозможно. Им придётся идти прямо сквозь чёрное море. Беспомощно взирая на эту ужасающую картину, парень с силой сжал кулаки. Сознание зеленоглазого разрывалось между закипающим гневом на крылатых тварей и абсолютной ненависти к себе за беспомощность. Ах. Сейчас бы он отдал всё, что угодно, лишь бы стать достаточно сильным для решительного уничтожения убийц. Раньше демонтажники были для него страшной сказкой, коей взрослые пугали их всех, не давая выйти из запертого бункера. Тэд никогда не воспринимал эти россказни серьёзно. В его голове просто не укладывалось, как такая звериная жестокость вообще может существовать? Именно тогда Тэд переступил черту. От старого весёлого парня не осталось и следа. В конце концов, все те, кому он мог показать свою добрую натуру, лежат на этом холодном полу. Стоило только слегка обмякшим ступням коснуться чёрной жидкости, душу парня стала разъедать ненависть. Она, словно червь, медленно, но верно прогрызала его нутро, пытаясь достать до самой корки, до самого сердца. Глядя вниз, на бесконечно тянущиеся вперёд чёрное месиво, Тэд видел своё искажённое отражение. Обезображенное лицо парня постоянно изменялось и деформировалось, принимая всё более уродливые формы. Вот она. Его дьявольская сущность. Вот до чего его доведёт неудержимая ненависть. Он не поддастся ей. Не сейчас. Никогда. Где-то внутри Тэда ещё догорало старое пламя, не давая бесконечной пустоте завладеть его телом и разумом. Однако, несмотря на это, обжигающая изнутри злость оставила на нём неизгладимый шрам. Что не сможет просто зажить с годами. Никогда. Миновав тёмное озеро, двое дронов начали оставлять за собой хорошо видимый след. След осознания и перерождения. След встречи с чем-то как максимально далёким, так и максимально близким. С самим собой. Вскоре рабочие достигли последней гермодвери. Облокотив Тэда на стену, Виктор принялся судорожно нажимать кнопки на крупной панели. Он уже давно знал все коды от защитных дверей, вот только ввести их мешала сильная судорога. Снова и снова проваливая простейшую проверку, Виктор начинал злиться. Однако его гнев тут же остужался веющей откуда-то прохладой. Он не мог точно сказать, где конкретно источник слабого, но так сильно манящего к себе ветерка. Да и это было неважно, когда свобода была так близко. Дрон в предвкушении оскалился. С одной стороны, он, наконец, сможет сорвать с себя все удерживающие его кандалы, но с другой — эта свобода далась ему слишком большой ценой. К тому же ему нужно разобраться с его зеленоглазой проблемой. Позже. Сконцентрировавшись, Виктор всё же набирает нужную комбинацию, позволяя массивным дверям распахнуться. Однако то, что они увидели по ту стороны, совсем не порадовало их. Демонтажник облизывал свои влажные от масла губы в предвкушении очередного пира. Пилот был столь увлечён своей добычей, что не обратил никакого внимания на ещё две прибежавшие к нему тушки. Убийца с явным наслаждением всё сильнее и сильнее вдавливал свои когти в тело юной фиолетововолосой девушки. Узи кричала и билась в агонии, пытаясь вырваться из металлической хватки демонтажника. Но все её резкие движения делали только хуже, обрекая несчастную на крайне мучительную гибель. Особенно громко девочка завопила тогда, когда три бритвенно острых когтя вонзились внутрь, всё ближе и ближе приближаясь к её ядру. Двое прибывших рабочих ничем не могли помочь несчастной. Им оставалось или безвольно наблюдать за ужасающей расправой, или воспользоваться моментом и сбежать. У каждого из дронов в голове был свой план, что кардинально не сходился с другим. Однако муки выбора были прерваны муками куда более материальными, жуткими, болезненными и неестественными. Внезапно для всех Узи закричала так сильно, что у дронов вполне могли сломаться слуховые сенсоры. Издав пронзительный вопль, девушка вытянула вперёд правую руку, на которой появился пугающий символ, мгновенно впечатавший пытающего её демонтажника в стену. Пока парни пытались понять, что происходит, рука Узи стала неестественно выворачиваться, принося бунтарке адские муки. Однако это не было самым страшным. За своё освобождение девушке пришлось пожертвовать кое-чем более ценным, чем конечность. Дисплей Узи стал трескаться от невероятного невидимого давления. Будто бы что-то огромное пыталось проникнуть в её маленькую голову. Не сдержав эфемерного порыва, проклятая падает на колени, закрыв свой дисплей от других. Однако стоило только ей поднять голову, как все троя исказили свои лица гримасой неподдельного ужаса. На дронов смотрел абсолютно красный дисплей, будто налитый кровью. С неестественным хрустом повернув голову в сторону бывшего мучителя, девушка принялась судорожно двигать пальцами на вывернутой руке. Спустя пару секунд вдавленный в толстую стену демонтажник разразился громким воплем боли и отчаяния, казалось слышимого на весь бункер. Не успели двое рабочих оглянуться, как тело демонтажника стало медленно, но верно превращаться в одну большую кашу. Со стороны было сложно понять, что конкретно с ним происходит. Казалось, что несчастный плавится и сдавливается одновременно. Его громкий крик быстро стал неразборчивым бульканьем, стоило только гортани слиться с лёгкими и наружной обшивкой в один отвратительный ком. В то время, как Тэд был полностью поглощён этим ужасающим зрелищем, Виктор успел вовремя прийти в себя, услышав где-то позади громкий стук, быстро приближающийся к ним. За ними идут. Приведя в чувство напарника, несильным ударом по голове, Виктор схватил его и бросился вперёд. Им придётся идти напрямик. Упав на пол, двое быстро проползли прямо под испепеляющим влиянием иррационального символа. Сделано это было не столько из-за страха, сколько из-за валяющегося на полу мастер-ключа. Им нужно во что бы то ни стало запечатать это место. Схватив карточку, Виктор быстро поднялся, не забыв помочь Тэду. Проклятая Узи была слишком сильно занята экзекуцией демонтажника, поэтому проблем с ней не возникло. На самом выходе Виктор бесцеремонно бросил напарника в снег, после чего подбежал замаскированной панели управления, став судорожно прикладывать к ней ключ, будто бы это ускоряло закрытие дверей. К тому моменту он убийцы не осталось ничего, кроме кучки жидкого металла. Закончив свою месть и услышав знакомый громкий звук, искажённая направила свой одновременно пустой и полный взгляд прямо на лежащего в снегу Тэда. Упорно игнорируя стоящего рядом дрона, тварь принялась с некоторым интересом рассматривать раненое тело, окропляющее белый снег чёрными каплями. Как бы Тэд не пытался разорвать зрительный контакт, у него этого не выходило. Это красное пятно будто бы гипнотизировало его, введя несчастного в состояние невероятного ужаса. Он был настолько сосредоточен на фигуре когда-то бывшей Узи, что совсем не замечал стоящую чуть позади демонтажницу, что уже некоторое время молча наблюдала за всем, исказившись сильной судорогой. Внезапно голова парня стала сильно болеть. Ему казалось, что ещё чуть-чуть и она лопнет, раскинув его внутренности на много метров вокруг. Однако этому не суждено было произойти, ибо толстая металлическая дверь, наконец, захлопнулась. Последнее, что слышал Тэд, был истошный крик первородного ужаса, изданный Ви…

***

Страх. Что такое страх? Страх — это эмоция, вызванная воспринимаемой опасностью или угрозой. Все разумные и не очень существа испытывают страх. От мелких зверьков, прячущихся в норках, до людей. Но что насчёт дронов? Ви никогда не испытывала страх. Это чувство просто не было ей доступно. Страх испытывает жертва, а не охотник. А она была лучшим охотником. Она питалась страхом, а не чувствовала его. Однако всё это было в прошлом. Сейчас она жертва. Тело девушки сильно тряслось, не давая нормально стоять. Голова была одновременно пуста и заполнена. Будто на шею нанизан улей, полный разъярённых пчёл, что сотнями врезались в толстые восковые стенки, заставляя улей ужасно гудеть. Губы дрожали так сильно, что Ви хотела прикусить их. Искусственные лёгкие перекачивали холодный воздух с невероятной силой. Однако вдохам и выдохам мешало сжавшееся в комок горло, не пропускающее сквозь себя ничего. Впервые в жизни ей захотелось закричать, но она просто не могла. После того вопля её силы иссякли окончательно. Ви никогда не пыталась удержаться на полу когтями, пытаясь не позволить неизвестной силе притянуть её к себе. Ви никогда не плакала. Ви никогда не стреляла себе в шарниры крыльев, надеясь оторвать их самостоятельно, пока этого не сделало что-то другое. Ви никогда не убегала, крича от невероятной боли в спине. Ви никогда не пыталась убежать от чего-то по длинному узкому коридору… Джей довольно кивала, глядя на распластанные по складу трупы. Где-то здесь они с Ви разошлись, решив зачистить бункер как можно быстрее. Подсчитывая в уме тела, девушка слегка сконфузилась. Если она не ошиблась, то здесь не хватало одного трупа. Может быть Ви бросила его куда-то за контейнеры или решила дать фору? Неважно. Главное, что напарница никогда не её подводила, в отличие от другого железного балласта, что только мешается под ногами. Стоило вспомнить об Эне, как лицо Джей вновь стало хмурым. Наверняка этот идиот до сих пор обтекает на самом входе, впустую тратя их время и силы. Почему такой неудачник вообще попал к ним? Ещё в самом-самом начале она собиралась брать пример с высокого парня капитана. Фу. Как же мерзко сейчас это звучит. Джей уже собиралась уходить, как внезапно в дальнем коридоре послышались громкие шаги. Судя по звуку, это был демонтажник. Поэтому неформальный лидер остановилась на месте, собравшись встретить одного из своих напарников, чтобы дать ему дальнейшие инструкции. Однако, какого было её удивление, когда из тёмного выбежала Ви. Исказив дисплей неподдельным ужасом, девушка споткнулась, упав прямо у ног Джей. Последняя не могла понять, что вообще происходит. Помимо чрезвычайно стрессового состояния, спина демонтажницы была исполосована неизвестными порезами, а вместо двух величественных крыльев красовались уродливые обрубки, из которых непереставая текло масло. Не успела Джей сделать что-либо, как Ви поднялась и схватила её за плечи. — А... ЭН... ОН.... ОН... МЁ..Р... — пыталась говорить перепуганная до смерти девушка, глядя глазами-ноликами на ничего не понимающую педантку. — Что? О чём ты говоришь? — засыпала её в ответ Джей, пытаясь хоть самую малость разобраться в ситуации. — Я... ОН... М...М... ОНА... НЕТ... НЕТ! — Чем дольше она пыталась высказать свою мысль, тем хуже становилась её речь, в конце концов превратившись в нечленораздельный бред. — Что происходит Ви. Успокойся. Скажи мне всё, что нужно. — Уже более спокойно спросила Джей, смиряя неадекватную напарницу непонимающим взглядом. Пусть демонтажница пыталась выглядеть максимально уверенно и непоколебимо, внутри её пожирала тревога, связанная с ужасными ранами на спине подруги. — Он мёртв. Она убила его. — Обхватив плечи напарницы ещё сильнее, Ви прижимается к чужой голове на неприлично близкое расстояние. Коснувшись щеки Джей, демонтажница как будто из последних сил выговаривает два чётких предложения, после чего её конечности вновь обмякают, вновь разделяя двух дам между собой. — Эн мёртв? Ты разыгрываешь меня. Да, он тот ещё идиот. Но не настолько же! Скажи мне, что всё это очень плохая шутка. — Гораздо менее уверенным тоном говорила Джей, пытаясь поймать пустой взгляд напарницы на себе. В глубине души она надеялась, что всё это действительно очень жестокий розыгрыш. Молилась, чтобы с её командой всё было в порядке. Однако эти чудовищные рваные раны и истинный ужас на лице подруги всё сильнее разрушали столь идеалистическую идею. В ответ ей последовал очередной бездушный взгляд. Поняв, что все мольбы бесполезны, Ви с силой оттолкнула от себя начальницу, став истерически искать ещё один выход. Нужно просто подумать. Просто успокоиться. Почему это помещение такое высокое? Разве они не должны находится под землёй? Если сопоставить высоту бункерных дверей и этот склад, то… Упав на колени от бессилия, Ви сменила руку на ракетницу. Всё или ничего. Подняв оружие прямо над собой, девушка делает выстрел. Спустя секунду наглухо закрытый бункер расконсервируется. Стоило только крупным кускам железобетона и пыли осесть, как внутрь стал проникать морозный воздух. Холодное дыхание поверхности медленно заполняло тесные и душные бетонные коридоры обречённого бункера. Найдя спасение, Ви тут же заряжается безумным количеством адреналина. Переполненная энергией, девушка молниеносно ползёт по полкам всё выше и выше, в конце концов скрывшись за железобетонной крышей убежища рабочих. Тупо глядя ей вслед, Джей совсем ничего не понимала. Ей казалось, что всё пройдёт как всегда хорошо, и новый отчёт для компании подарит им первое место в списке среди других демонтажных групп. Вот только всё оказалось совсем не так. Бросив взгляд в тёмный коридор, из которого прибежала Ви, Джей тоже пробивает холод. Как фактический лидер отряда, она обязана проверить всё то, что пыталась сказать ей подруга и установить точное состояние своего подчинённого. Вот только из туннеля, ведущего на поверхность, прямо на неё медленно наступала пара кроваво-красных глаз. И глядя прямо на них, Джей расправляет свои крылья, после чего улетает вслед за Ви, решив сконцентрироваться на защите последнего, что у неё осталось.

[3 МЕСЯЦА НАЗАД]

Двое демонтажниц медленно шли по очередной многоэтажке. Солнце только недавно село за горизонт, позволяя двум выжившим выйти из предыдущего укрытия. Проходя по давно заброшенным коридорам, девушки пытались найти не только кров, но и пищу. По неизвестной причине Джей очень рвалась сюда, утверждая, что чует масло внутри, хотя Ви ничего подобного не чувствовала. Идя по давно заброшенным апартаментам, демонтажница нервно озиралась по сторонам, чувствуя, что в этом месте что-то не так. Хоть Сатурн уже освещал небо, внутрь не попадало не единого лучика света. Длинные коридоры находились в полной темноте, не помогая расслабиться. Обвалившаяся штукатурка, замызганный ковёр, обледенелые столики, сломанные лампочки. Это место окончательно потеряло всякий уют. Наоборот, оно вгоняло в настоящий ужас повидавшую виды демонтажницу. Мощный фонарик, идущий в комплекте их арсенала, освещал бесконечный коридор, то и дело бегая от одной слегка приоткрытой двери к другой. Именно эти двери пугали Ви больше всего. Страх того, что из этих, полностью поглощённый тьмой комнат, выпрыгнут твари, заставлял руки трястись. Джей же, похоже, совсем не нуждалась в свете. Её руки были заменены на когти, что нервно сжимались и разжимались. Педантка, словно заворожённая, всё шла и шла вперёд, что очень не нравилось Ви. Она не хотела здесь оставаться. Она не понимала, зачем они здесь. Она больше не доверяла Джей. Ви осторожно шла позади неё, нервно наблюдая за всем вокруг, в том числе бывшей напарницей. Она больше не могла отрицать факт всё ухудшающегося состояния Джей. Дама с косичками становилась с каждым днём всё хуже и хуже, как характером, так и внешностью. Джей стала очень нервной и дёрганной. Её невозможность спокойно усидеть на одном месте, в конце концов, заставила девушку что-то бормотать себе под нос. Внешний вид также ухудшился. Если раньше педантка маниакально следила за своей внешностью, то теперь её костюм и причёска стали выглядеть хуже, чем у напарницы. Вести же она себя стала так, будто Ви была Эном. Постоянные угрозы, злость. Иногда дело доходило до рукоприкладства, благо в ход шли только обычные руки, а не что-то похуже. В сторону Ви шли бесконечные обвинения из-за «спрятанного масла». Джей была уверена, что напарница прячет от неё какие-то запасы. На самом деле она была недалека от правды. Ещё задолго до всего произошедшего Ви обустроила себе в городе тайную квартирку. Там она не только отдыхала от Эна и Джей, но и накапливала запасы масла, полученного ей от ежедневного перевыполнения плана. Именно эти тайные запасы и помогли девушке держать свой рассудок в норме на протяжении долгого времени, чего не скажешь о Джей. Неизвестно, сколько уже они идут вперёд по этому проклятому коридору. Минуту. Может, десять? Разницы не было. Вскоре в нос стал ударять едкий запах неопределённого происхождения. Ви замела вторую руку на лезвие, думая, что впереди их ожидает Несыть. Однако Джей стала идти вперёд ещё быстрее. Что окончательно удостоверило Ви в безумии бывшей напарницы. Девушке показалось, что на красный ковёр, простирающийся вперёд уже целую вечность, капнула слюна. Чем ближе они подходили, тем гуще становился запах. Это было что-то похожее на масло, но другое. Ви не могла объяснить почему, но этот запах не вызывал у неё никакого доверия. Джей же, наоборот, рвалась вперёд, как угорелая. Вскоре стало ясно, что за запах её так привлекал здесь. Внезапно Джей остановилась, из-за чего шедшая позади неё Ви впечаталась напарнице в спину. Маньячка даже внимание на это не обратила, продолжая стоять на месте и пускать слюни. Выйдя у неё из-за спины, Ви смогла осветить причину столь маниакального поведения. Прямо перед ней виднелся сломанный кухонный лифт, из которого на пол капало масло. Капало оно уже давно, если судить по большой луже на кафеле. Справа была придавленная крупными обломками лифтовая шахта, в которую невозможно было забраться. Слева же виднелась красная дверь с эмблемой лестницы. Вернув фонарик к источнику масла, Ви скривилась и закрыла рот рукой. Пока она осматривала окрестности, Джей уже вовсю хлебала неизвестную жидкость. Глядя на всё это, Ви чуть не стошнило. Эту дрянь она пить не станет ни при каких обстоятельствах. Причём она даже не понимает почему. Всё в чёрной смеси казалось ей неправильным. Странный запах. Странная вязкость. Странный внешний вид. Странный источник. Ви приблизилась ближе, желая заглянуть в шахту лифта, из которого текло «масло» в надежде понять, из чего оно льётся. Однако стоило только наступить шпилькой в лужу, как до того не обращавшая на неё внимания Джей резко хватает её за ногу. — Ну уж нет, подруга! Ты и так всегда получаешь больше! Хватит с меня этого! Хоть одним пальцем тронешь моё масло, и я разрежу тебя на куски! И не свети на меня фонариком! — внезапно прохрипела Джей с полным ртом поглощённой субстанции. До смерти перепуганная Ви чуть не рубанула съехавшую с катушек лезвием, но сдержалась. Как только Джей отпустила её шпильку, Ви тут же попятилась прочь, желая оказаться вне досягаемости психованной как можно быстрее. Уперевшись спиной в дверь, ведущую на лестницу, Ви ещё некоторое время пристально наблюдала за сумасшедшей. Джей же, лишь поморщившись, отвернулась, вновь принявшись уплетать субстанцию, потеряв к собеседнице всякий интерес. Сменив лезвие обратно на руку, Ви осторожно нащупывает ручку двери. Найдя нужный предмет, девушка в пару движений оказывается по ту сторону. Быстро оценив обстановку и удостоверившись в своей безопасности, Ви закрывает за собой, облокачиваясь всем телом на дверь. Тяжело дыша, демонтажница начинает думать, что ей делать дальше. Джей окончательно сошла с ума. Теперь это стало неопровержимым фактом. Также это значит, что больше они не команда и вместе не ходят. Отлично. Осталось последнее. ВЫБРАТЬСЯ ОТСЮДА ЖИВОЙ. Немного успокоившись, Ви более тщательно осматривает лестничную площадку. Путь вниз был отрезан свалившимися бетонными блоками. Наверх же всё ещё можно было пройти. Думая, что ей делать, Ви решает отправиться наверх. Если у неё есть возможность обойти Джей и выяснить, откуда течёт масло, она должна ей воспользоваться. Освещая каждый миллиметр лестничной клетки, девушка медленно поднимается по облупившимся ступеням. Похоже, время совсем не пощадило это узкое, но вытянутое помещение. Никакого декора вокруг не было. Лишь голые бетонные стены и железные перила. Может, это пожарная лестница? Впрочем, неважно. Быстро поднявшись на этаж выше, Ви с неудовольствием отмечает для себя, что это последний этаж. Дальше лестница оканчивалась сплошной бетонной стеной. Ну что же, пора получить хоть какие-то ответы. Щелчок. Металлическая дверь медленно открывается, позволяя напряжённой демонтажнице пройти дальше. Боязливо посветив в узкую щёлку, Ви медленно приоткрывает дверь. Ещё не выйдя полностью из-за слегка раскрытой двери, девушка уже может лицезреть разрушенный лифт впереди и такую же большую лужу масла. Проход в коридор был отрезан обломками, из-за чего путь наружу был только позади. Единственным выходом был нижний этаж. Осознав это, Ви нервно сглотнула. Проходить мимо обезумевшей Джей ей совсем не хотелось, а уж тем более поворачиваться к ней спиной. Тяжело выдохнув, девушка всё же решается узнать, откуда по кухонному лифту течёт масло. Ещё чуть надавив на дверь, Ви моментально искривляется от шока. К горлу подходит ком. Ноги подкашиваются. Фонарик нервно дрожит в руке. Не выдержав, Ви всё-таки падает на пол закрыв рот рукой. Отойдя от первичного шока, Ви вновь поднимает взгляд вверх. Прямо перед ней из лифтовой шахты торчит раздавленное тело Несытя, что уже долгое время истекает своей порченой кровью. Искорёженные внутренности были вывалены наружу, словно экспонаты в музее. Наконец она нашла источник того тошнотворного приторного запаха. Не в силах больше смотреть на эту омерзительную картину, Ви отворачивается и бежит обратно к двери. Больше здесь ей делать нечего. Захлопнув за собой, девушка медленно спускается по бетонным ступеням. Это всё не может быть реальным. Это просто кошмар. Этого не может быть. С каждым шагом к ней всё больше приходит осознание ужаса всей ситуации. Прямо сейчас обезумевшая Джей жадно хлебает масло мёртвого Несытя. Или уже нет? Сейчас самым страшным для неё было отсутствие бывшей напарницы на своём месте. Если Джей будет всё ещё у лужи, Ви сможет либо обойти её, либо, в крайнем случае, убить. Но если нет… Стоя прямо перед железной дверью, до того бесстрашная демонтажница тряслась, словно работяга. Этот по-настоящему животный страх не давал ей взяться за ручку и открыть дверь. Сознание молило не открывать врата в ад, а просто подождать здесь. Как трусливо и бесполезно. Если она останется здесь, то когда Джей выжрет всю омерзительную жижу, она сама направиться сюда за свежим и тёплым маслом своей дорогой подруги. От одной только мысли об этом всё тело сводит. Перепуганный разум уже представляет высокую фигуру по ту сторону с улыбкой ждущей, пока она сама откроет дверь. Ви стала слышать тихое дыхание с другой стороны, бывшее лишь игрой её перегруженного процессора. Собрав все внутренние силы в кулак, Ви дёргает ручку двери, после чего мгновенно достаёт клинок. Старая железная дверь слегка скрипит, медленно раскрывая своё содержимое. Ви перестала двигаться и дышать, надеясь не привлечь лишнего внимания. Если оно, конечно, всё ещё здесь… Стоило двери полностью открыться, как Ви пробил очередной озноб. Никого уже не было видно. Переборов сильнейший страх, девушка медленно ступает вперёд, пытаясь не упасть из-за бешено дрожащих ног. Она не может бежать. Бег для неё был равен самоубийству. Нужно просто максимально быстро пройти по коридору. Это же несложно. Просто пройти по коридору. Дойдя до чёрной лужи, Ви поворачивает фонарик в сторону. Стоило это сделать, как последние остатки мужественности пропадают из её тела. Взгляд нервно заметался туда-сюда в поисках спасения, а фонарь стал неприятно моргать, позволяя на несколько мгновений бесконечной тьме поглотить это место. Все двери впереди были открыты. — Джей, где ты? — Я просто хотела поесть… — Джей, пожалуйста выйди. — Я хочу увидеть Луизу и Джеймса… — Почему? — Когда они узнают, что твоя жадность со мной сделала, THEY'LL KILL YOU! — Выходи тварь! — YOU'RE GOING TO BE GREAT FOOD, PIGLET! Всё тело девушки пробил сильнейший озноб. Застыв, словно статуя, она не могла даже дышать. Услышав этот роботический рык, демонтажница быстро вертела фонариком туда-сюда в поисках опасности. На какую-то долю секунды ей показалось, что чудище ждёт её. Но это наваждение быстро рассеялось, стоило только паукообразному силуэту начать приближаться к ней на четвереньках с невероятно большой скоростью. — SUFFЕЕЕЕЕR! — в безумном припадке кричало существо в надежде полакомиться свежей плотью. — ААААААААААААААА! — стоило только яркому лучу фонаря явить на свет божий успевшее деформироваться лицо, как тварь забилась в агонии, быстро скрывшись в ближайшей комнате. Продолжая светить в открытый дверной проход, Ви пыталась хоть чуть-чуть выйти из поглотившего её ужаса. Сейчас она чувствовала себя так, будто только что родилась. Старая Ви умерла здесь, в луже порченной крови. Маньячки Ви больше не стало. Больше не стало той непробиваемой, безразличной, жестокой, отважной, игривой, слегка безумной, но по своему обаятельной демонтажницы. Теперь на её месте была лишь чудом выжившая девушка. Тихая, боязливая, нервная, параноидальная, потерявшая всякий интерес к бессмысленному насилию. Боящаяся умереть. Теперь она пришла на смену прошлой маньячки. Времена изменились. Она изменилась. Сильнейший стресс и ужас, пережитый за столь короткий промежуток времени, позволили понять истинную ценность своей жизни. Теперь она хочет просто выжить. Любой ценой. Любыми средствами. Слегка вернув контроль над собственным телом, Ви медленно шла вперёд. Выход из этого ада был только один, и он вёл вперёд, прямиком в пасть монстра. Шпильки двигались максимально тихо, стараясь не выдать своего передвижения нечестивому противнику, а так же не мешать слышать передвижения самой твари. Подойдя к двери, в которую сбежало паукообразное, Ви навострила клинок. Это было бессмысленно. Если монстр её поймает, никакое лезвие не спасёт перепуганную до смерти выжившую от лап озверевшей и полной сил нечисти. Аккуратно заглянув внутрь, девушка впадает в панику ещё сильнее. В дальнем углу комнаты виднелась точно такая же дверь. Все комнаты связаны между собой. Осознав эту простую мысль, Ви нервно сглатывает. Это значит, что чудище может спокойно перемещаться по всему коридору, а также перебегать с левой части в правую, пока девушка этого не видит. Вполне возможно, что она уже с другой стороны… — I HAVE THE BODY OF A PIG! — тихие постукивания множества конечностей, доносящихся из-за спины, быстро подсказали местоположение твари. Доверившись инстинктам, Ви молниеносно оборачивается в сторону нечестивой. — NOOOOOOOOO! — яркий свет испепеляет оплавившиеся глаза монстра, заставляя его быстро сбежать назад через ту самую вторую дверь. Поняв, что тварь отступила, девушка быстро меняет клинок на руку, закрывая дверь перед собой. Оружие всё равно бесполезно, а вот не давать чудищу возможности атаковать её со спины давало как огромное тактическое, так и психологическое преимущество. Ви медленно двигалась вперёд, прорезая непроглядную тьму своим фонарём. С каждым шагом его свет становился всё ярче и ярче. Когда-то еле-еле мерцающий фонарик сейчас разгорался подобно пламени. Пламени надежды в душе выжившей. Каждый шаг был тяжёлым испытанием. Каждый хлопок дверью отдавался болью в мышцах. Каждый поворот головой сопровождался леденящим ужасом. Каждое нападение твари оставляло неизгладимый шрам на психике Ви. Монстр злился. С каждой неудачей нечисть двигалась всё быстрее, яростнее, отчаяние. Понимая, что жертва ускользает из множества искажённых конечностей, чудище всё больше скалилось. Ви казалось, что расплавленная светом морда становилась с каждым разом всё злее и злее. По мере охлаждения воздуха, интервалы между нападениями становились всё меньше. Ви была близко. Ещё чуть-чуть и она, наконец, сможет сбежать из этого кошмара наяву. Сердце бешено застучало в груди, стоило только еле уловимому холодному ветру коснуться лица девушки. В коридоре то и дело скапливались небольшие кучки снега. Это конец. Она почти смогла сбежать. Ещё немного и всё это закончится. Вдалеке она уже могла разглядеть одинокую белую точку. Отсюда Сатурн выглядел таким маленьким… — CORRUPTIO, PATER MEUS ES! — внезапно завопило существо, надеясь, наконец, расправиться со столько живучей жертвой. Тварь уже не скрывала собственный топот, что очень помогло потерявшей концентрацию от эйфории выжившей. — SOCIUM QUAREEEEE! — извиваясь в агонии, уродина быстро заползает назад. В последнюю дверь. Звуки, издаваемые сплавившимся ртом, были столь искажены, что Ви не смогла распознать, о чём кричало ей чудище. Поняв, что многочисленные комнаты проклятых апартаментов закончились, Ви не упускает свой шанс закрыть монстра насовсем. Захлопнув дверь, она хватает с пола случайно подвернувшуюся деревяшку, засовывая её в ручку двери, не позволяя последней так просто открыться. Отойдя чуть дальше, девушка понимает, что все двери были закрыты. Теперь чудище не сможет выбраться неуслышанным. Сковывающий Ви страх чуть рассеялся, вновь позволяя бежать. Выжившая использует это, намереваясь как можно быстрее удрать отсюда. Ви уже почти добралась до выхода на улицу, не на секунду не сбавляя темп. Приятный синий свет уже обогревал коридор, позволяя не водить фонариком по каждой щели. Девушка уже почувствовала этот сладкий вкус свободы. Но не всё было так просто. Из тёмной бездны позади стали доноситься ужасающие звуки. Что-то яростно кричало и выламывало доски, одновременно разрывая давящую на психику тишину вгоняющим в панику хаосом. Вскоре они прекратились, заставляя Ви повернуться назад. На самой границе света можно было увидеть что-то… — Stulte cogita te a toto separatum esse, nunc autem plura scio. Non si può sfuggire al proprio destino Vestri 'iustus amo mihi. vestri' iustus amo reliquis ex nobis. Veni ad me, et accipe hoc donum. Fieri unum. Fieri unum. Fieri unum. Fieri unum. Non? Bene, quod in casu… HEU DISPAR MORIOR! — прокричав это, существо бросилось в последнюю атаку. До Ви не сразу дошло, что фонарик тут больше не поможет. Несмотря на сильный свет, тварь, дёргаясь и ещё больше искривляясь в агонии, продолжала бежать к своей цели. В этот момент в голову к девушке пришла только одна мысль... БЕЖАТЬ! Последовав своему никогда не подводившему чутью, Ви кидвет руку с фонариком назад, надеясь ранить и замедлить существо настолько, насколько это вообще возможно. Несмотря на безумно сильный адреналин и желание жить, Ви чувствовала и слышала, что монстр всё ближе и ближе подбирался к ней. Громкий топот и яростные крики становились ярче, заставляя выжимать из ещё молодых шпилек всё, что только можно. И вот проход на улицу находится прямо перед ней. На 13 этаже здания находится большая дыра, с помощью которой девушки прибыли сюда. Теперь же в здравом уме осталась только одна, и у неё нет времени остановиться и подумать, как не разбиться в лепёшку. Нужно просто прыгнуть. Ви чувствует злобное дыхание на своей спине. Шпильки касаются последнего метра ковра, упираясь в заледеневший деревянный пол. В лицо бьёт сильный морозный ветер. Дыхание учащается. Глаза закрываются. Толчок и под ногами больше нет опоры. Девушке казалось, что она не остановилась. Что её быстро растущая скорость падения на самом деле не изменялась. Что она лежит мёртвая на белом снегу, истекая чёрной кровью, а не остаётся висеть в воздухе. Ви открывает глаза. Прямо напротив неё находился проход в ад. Огромная дыра в стене, ведущая сквозь бесконечные коридоры прямиком в преисподнюю. Осмотревшись, она понимает, что висит в воздухе. Тело рефлекторно выпустило крылья, спасая девушку от неминуемой смерти. Благодаря саму себя, Ви тяжело дышит, пытаясь хоть чуточку успокоиться. Однако её попытки обращаются в прах, стоит только искажённому силуэту показать своё богомерзкое тело из вечной тьмы. — Magna officium V. Tu melius quam expectavi. Non si può sfuggire al proprio destino Nunc fugere potuisti de manu mea, sed hoc scito: omnis silhouette in pice-nigrae tenebrae, Omnis murmur tenebrosi abyssi, Omnis particula olei detorti me est. am visionem quam vidisti. Me adspirare non posses. Et apprehendam vos in infinitum sequuntur somnia vestra donec deficere et accipere fatum vestrum. Curre, sed scito me SEMPER IBI ESSE tibi.

[НАСТОЯЩЕЕ]

Стоило только сознанию проясниться, как в голову тут же ударила сильнейшая боль. Скривившись, Тэд начал осторожно ощупывать голову на предмет внешних повреждений. Постепенно всё тело выходило из анабиоза. Руки и ноги ужасно болели, но это было хорошей новостью для парня. Если болят, значит на месте. Если у него что-то болит, значит он жив. Не без усилий открыв глаза, рабочий пытается тщетно разглядеть что-нибудь, но сталкивается с провалом. Похоже, эта фабрика очень глубокая или лучи Сатурна совсем не могут сюда добраться. Нужно включить фонарь. Попытавшись достать до него рукой, Тэд нащупывает на холодном полу что-то ещё. Пальцы почти машинально обхватывают до боли знакомую рукоятку верного пистолета. Похоже, он держал его крепче, чем думал изначально. Оружие в левой руке добавило ему немного больше уверенности в любых дальнейших действиях. Но что-то он отвлёкся. Ему нужно осветить это место. Однако не успел Тэд дотянуться до своего верного нагрудного фонарика, как в его живот упирается что-то очень тяжёлое. Скривившись от невероятной боли, парень обхватывает это что-то своей рукой, пытаясь убрать препятствие с себя. В ответ на него давят ещё сильнее, выдавливая из него болезненный стон. Не успел он решить одну проблему, как к его горлу тут же пришла вторая. Острый клинок осторожно касался его тонкой шеи, намереваясь не дать рабочему даже шанса на спасение. Глядя расплывчатым дисплеем в бездну перед собой, Тэд смог отчётливо увидеть два горящих жёлтых глаза перед собой. Даже не видя её тело, парень точно мог прочитать в её золотистых глазах злобу и усталость. Оскалившись, рабочий медленно поднимает своё оружие. Однако девушка не стала ждать первого шага, став ещё сильнее надавливать на его и так побитые внутренности. Скривившись от боли, Тэд ещё раз безуспешно пытается отодвинуть тяжёлую шпильку. Исчерпав запас сил, парень медленно поднимает руку, надеясь использовать свой нагрудный фонарь. Может это ему и не поможет, но он хотя бы будет что-то видеть. Нащупав небольшое стёклышко в области масляного насоса, Тэд сквозь сильную боль улыбнулся. Не разбилось. Аккуратно проведя пальцами по металлическому корпусу, он, наконец, находит выключатель. Щёлк Прямо над ним нависает силуэт демонтажницы, пытающийся казаться максимально злым и грозным. Получалось это не очень. Девушка тоже была сильно побита и не спешила восстанавливать новоприобретённые порезы и ссадины. Её лезвие блестело под светом слабенького фонарика, заставляя демонтажницу слегка щуриться своим слабым, слегка мерцающим дисплеем. Дыхание светловолосой было сбивчивым и болезненным, будто бы каждый продув давался ей с трудом. Взгляд девушки, до того казавшийся ему монолитным, слегка дрогнул, стоило только ей увидеть наведённый на неё ствол. Она совсем не ожидала того, что рабочий всё ещё будет вооружён. Теду казалось, что они смотрят друг на друга целую вечность. Если бы убийца хотела лишить его жизни, она бы давно это сделала, а не играла в гляделки. Может быть, она хочет насладиться его страхом смерти? Может. Но он будет быстрее. С ненавистью глядя ей прямо в глаза, Тэд прицелился ей прямо в голову. Однако что-то было не так. Почему-то сильно дрожащая рука не давала ему сконцентрироваться, а почти окаменевшие пальцы — нажать на курок.