Глава 18

19 января 1999, вторник

Башня старост

— Грейнджер, — сонный голос Малфоя нарушил тишину гостиной, — перестань вошкаться, давай поспим ещё немного. — Вошкаться? — Гермиона невольно улыбнулась этому замечанию и приподнялась на локтях, — а с каких это пор чистокровный слизеринец знает такие магловские просторечные слова? Он всё-таки открыл глаза, попытавшись сурово взглянуть на девушку, но его лохматый вид не устрашал от слова совсем. Гермиона же, наблюдая всю эту картину, улыбалась во все тридцать два зуба. Всё казалось слишком странным и нереальным. Она лежит на диване со своим главным школьным врагом, который уже таковым не являлся. Они оба помятые и лохматые, их тела затекли от продолжительного сна в одной позе. — Я начитанный, — прикрыв глаза и откинувшись на подлокотник, пробормотал Малфой, вновь проваливаясь в сон. — Малфой, — тут уже Гермиона начала толкать его, раскачивая, — вставай, иначе мы опоздаем на завтрак, а нам ещё нужно привести себя в порядок. Особенно тебе, — с этим уточнением она толкнула его со всей силы, что Малфой просто напросто упал с дивана. — Ну, Грейнджер! — он уже было приподнялся, чтобы отомстить, но услышал лишь хлопок двери, ведущей в ванну.

***

Гостиная Гриффиндора

— Гарри, где ты был? — Кое-что проверял, — обернувшись по сторонам, добавил, — касательно дела. — Больше не пропадай так, ладно? — блеск беспокойства в глазах Джинни говорил сам за себя. — Хоть сейчас не время полук… в общем, ты понимаешь о чём я. — Всё в порядке, Джин, — он приобнял девушку, поцеловав в лоб, — по крайней мере — мы оба в безопасности. Они простояли так ещё пару минут, после чего пошли на завтрак, так и не подозревая, что каждый из них — соврал другому. Да, Джинни переживала за Гарри, но не так, как показывала это. Она переживала за то, что Драко или Блейз рассказали ему обо всём. И если в Блейзе она хоть как-то могла быть уверена, то в Драко — нет. После того случая в библиотеке, когда Малфой застал её и Блейза, Джинни стала нервничать и бояться любых изменений в поведении парней. Было ясно, что Малфой догадался обо всём, и его обещание «ничего никому не расскажу» только подтверждало это. Этот слизеринский хорёк не просто так сказал именно эти слова, он уже заранее намекал Блейзу обо всём. Но что делать и как быть Джинни не знала, потому что окончательно во всём запуталась, она любила Блейза, но ещё не разлюбила Гарри. Оставалось только ждать и надеяться, что всё решится само собой. А вот сам Гарри уже не был тем раздосадованным парнем, чьё предложение руки и сердца отвергли. Он действительно проверял «кое-что» касательно дела, вот только это было не кое-что, а кое-кто в виде Пэнси Паркинсон, взаимоотношения с которой были слишком странными. Всё постепенно начиналось с внедрения слизеринки в команду, она осторожно задавала вопросы, делала предположения. Мерлин, да Паркинсон даже извинилась за своё поведение на войне. Потом это стали какие-то случайные просьбы, мол, подай книгу или ингредиент, да и если были задания в парах из разных факультетов, то Пэнси непременно ставили с Гарри. На самом деле Гарри не было в гостиной Гриффиндора всю ночь, он был в Выручай-комнате вместе с Паркинсон. Гарри успокаивал девушку, говорил, что она не виновата в смерти Захарии и что всё это дело — какой-то больной сон, повлиять на который они, похоже, не в состоянии. Между ними ничего не было… в физическом плане, но не в моральном. Гарри решил не говорить пока о Пэнси никому, особенно Джинни. Его бывшая невеста, а ныне девушка, вела себя как-то странно и дергано в последнее время. Не стоило её волновать этими встречами.

***

Урок Зельеварения

— Итак, студенты, — начал профессор Слизнорт, — сегодня вы работаете в парах с однокурсником другого факультета, но того же пола, что и вы. Варить будете зелье Мопсуса. Мистер Малфой, будьте добры, поясните классу, что это за зелье. — Зелье, дающее провидческие способности, а также умение управлять предметами с помощью телекинеза, усилием мысли. Так же известно, как Мопсово зелье. Но, — Малфой несколько запнулся, прежде чем озвучить свою мысль до конца, — профессор, рецепт зелья же не до конца известен. — Правильно, мальчик мой. Это и есть ваше задание, — профессор взмахнул своей палочкой и на доске появился рецепт приготовления и ингредиенты, — неизвестно лишь последнее составляющее, всё остальное просчитано до мелочей. Та пара, чьё зелье будет максимально приближено к действительности, получит «превосходно» на экзамене. Удивлённый возглас волной пронёсся по классу, потому что о такой награде за правильно приготовленное зелье можно было только мечтать. — Приступаем, у вас ровно два часа, — Слизнорт хлопнул в ладоши и сел за свой стол. При делении на пары сердца Гарри и Джинни пропустили несколько глухих ударов. От картины происходящего хотелось под землю провалиться: Блейз преспокойно садился к золотому мальчику, а Пэнси приближалась к его бывшей невесте. Мальчиков и девочек оказалось не совсем равное количество, отчего появилась простая пара разнополых студентов с разных факультетов — Нотт и Грейнджер. Не сказать, что кто-то из них сильно расстроился, ведь до сегодняшнего дня им уже приходилось работать вместе. К слову, у них это очень хорошо получалось. Да и случись так, что Гермиона оказалась бы с Малфоем — хорошего зелья им точно не сварить. Всё хорошее настроение, наблюдавшееся у девушки ещё утром, испарилось. Ему на смену пришли суровые реалии и навязчивые мысли, которые то и дело выбивали из ритма происходящего. «Кстати, а с кем в паре сам Малфой?» — девушка обернулась и увидела его с Симусом. Малфой, будто почувствовав, что на него смотрят, поднял голову и встретился с насмешливым взглядом гриффиндорки. Он ухмыльнулся своей самой противной гримасой, которой только мог, как бы говоря: «Издевайся, Грейнджер, посмотрим, кто кого».

***

Башня старост. Собрание

Гермиона уже несколько минут наблюдала за переглядками Джинни и Блейза, причём у первой наблюдалась неестественная бледность. «Да что между ними происходит?» — Следующие маглорождённые, — голос Малфоя прервал детективную деятельность Гермионы, — уж извините, Поттер, Грейнджер, но сейчас об этом должны знать все. — О чём? — первым опомнился Блейз. Он очень хорошо справлялся с ролью «дурачка» дела, даже не смотря на то, что в личной жизни и учёбе был полный кавардак. Естественно он знал о том, что Драко собирался сказать, он вообще первым узнал о его опасениях. Малфой же дождался одобрительного кивка от Поттера и продолжил. — Грейнджер, скорее всего, будет девятой жертвой, — далее Малфой рассказал о снах девушки и о том, что из её глаз и ушей текла кровь, как раз за неделю до каждого третьего убийства. Он так же рассказал о «предвестниках магии» и всех остальных деталях. Наверное, хотел, чтобы хотя бы кто-нибудь опроверг эту теорию, но судя по застывшему ужасу на лицах каждого сидящего в этой комнате — никто этого делать не собирался. — Драко, — это была Пэнси, — может нам стоит сменить тактику? — Что ты имеешь ввиду? — а это уже говорил Гарри. — Мы… мы ведь каждый раз пытались оберегать «доноров», но мы ни разу не смогли сузить поиск хотя бы до трёх волшебников, их всегда было больше. Но теперь жертв шесть, если раньше у нас было слишком мало улик, то сейчас… — То сейчас их предостаточно, — Гермиона перебила слизеринку, потому что поняла кое-что, — Пэнси, ты права. Источая свои силы на защиту студентов, которых мы чуть ли не пальцем в небо выбираем, мы упускаем главное — не ищем самого обрядца. — Шесть тел могут многое рассказать нам о том, что было, — сказанные слова с убаюкивающим голосом Луны были совсем не совместимы, — и места, где их нашли. Гарри, а вы можете ещё раз достать и принести все отчёты? Было бы хорошо, если бы каждый из нас взглянул на них, мало ли, свежий взгляд поможет лучше. Гарри кивнул и посмотрел на Малфоя, ища одобрения в его персоне. — А вам не кажется, что сейчас нам стоит разделиться? — с этими словами бледность Джинни стала постепенно сходить, — в плане, чтобы кто-то из нас занимался отчётами, кто-то студентами, а кто-то обрядцем. — Согласен с рыженькой, — Тео откинулся на спинку кресла, в котором сидел, — только придётся кому-то ещё и за Грейнджер приглядывать. Ведь наша новая теория может подтвердить. Я о том, что она — девятая. Драко, сможешь побыть нянькой ещё у одного героя войны? — Да, Драко, — Блейз как-то хитро скрещивает руки на груди, — надо бы приглядывать за ней, а ты единственный, кто практически постоянно рядом. — Никого не смущает, что я тоже стою здесь и слышу вас? — Гермионе не слишком понравилось такое откровенное подтрунивание над Малфоем. Возможно ли, что оба слизеринца знали про их с Малфоем… взаимоотношения? — Гермиона, успокойся, парни и Джинни правы. Во-первых, защита теперь определённо нужна тебе, и да, я знаю, что ты сама можешь себя защитить, — но тут Гарри решил давануть побольнее, чтобы до подруги дошёл смысл его слов, — Рон тоже мог. Драко — хороший вариант, потому что вы живёте вместе и если нападение будет в ночное время, то он хотя бы услышит и предупредит. — Спасибо за оптимизм, Гарри. — Дослушай сначала. Но будем надеяться, что это просто наши опасения и ничего такого не случится. — Надеемся на лучшее, готовимся к худшему, — добавил Тео. — Именно. А в школьное время рядом будем мы, главное если ты уж сильно захочешь куда-то резко уйти одна, то придётся предупредить кого-то из нас и отложить своё одиночество на несколько месяцев. — Да, Грейнджер, — Малфой подошёл к столу, — тебе придётся терпеть нас всех и меня в том числе примерно три месяца. Было странно слышать такие слова и предложения от всех, потому что по сути — Гермиона не собиралась терпеть Малфоя. Зачем? У них, вроде бы, всё налаживается. Единственное, они ещё не разговаривали на тему того, что случилось вчера вечером и сегодня утром. Девушка попросту убежала на завтрак, оставив Малфоя с определённым перечнем вопросов для неё. — Гермиона, это необходимо, — Джинни подошла к ней. — Да нет, вы не поняли меня, — Гермиона поспешила всех успокоить, — я не против, но почему бы нам не устроить ловушку, если мы всё-таки не найдём его до момента девятой жертвы? — Грейнджер, нет. — Гермиона, нет. Драко и Гарри одновременно рявкнули на неё, потому что понимали всю трагедию происходящего. И даже если он не собирался убивать Гермиону, то злить и просто испытывать обрядца вовсе не стоило. — Мы не будем этого делать, — Гарри стукнул кулаком по столу, — и даже не вздумай пререкаться. Если честно, то все сидящие в гостиной, впервые видели золотого мальчика таким. Властный, серьёзный и одновременно очень переживающий за свою подругу. — Так, а что с разделением? — Тео приобнял Луну, сидящую на подлокотнике кресла. Он никогда не придавал особого значения чистоте крови, но сейчас был безмерно рад, что они с Луной — чистокровные и опасность им уж точно не угрожает. — А здесь я тоже соглашусь с Уиз… Джинни, — теперь начал говорить Малфой, — я достану отчёты в ближайшие дни и их просмотром займусь вместе с Луной и Блейзом. Штудировать библиотеку оставим Грейнджер и тебе, Тео, а ещё будете думать по поводу потенциальных доноров. А Гарри, Пэнси и Джинни — на вашу ответственность сам обрядец. Через три дня поменяемся обязанностями. Согласны? Не то, чтобы Малфой прямо-таки переживал о согласии каждого сидящего здесь, но дождавшись коллективного одобрения, почувствовал, что успокоился. Группы, которые он составил, были несколько странными по составу, но Малфой был бы не Малфой, если бы не успел просчитать этот ход. Блейз смотрел отчёты вместе с ним, потому что, во-первых, знал о деле больше, чем показывал, а, во-вторых, ему не хотелось, чтобы друг отвлекался на Уизли или Поттера. Луна же была самой спокойной, и именно она предложила идею о просмотрах отчётов — было бы нечестно её обделить. Да и к тому же, она самый неопасный член команды для Блейза, в её присутствии он сможет расслабиться и заниматься делом. Грейнджер он отправлял с Ноттом по причине того, что Тео был сыном очень сильного Пожирателя, а это значило то, что навыки в борьбе как магической, так и физической у него были отменные. Возможно, что даже лучше чем у самого Малфоя. Во всяком случае, в реакции Тео явно превосходил его, а значит, сможет защитить эту кудрявую голову. Да и, наверное, знание того, что Теодор беспрекословно отдал своё сердце Луне — успокаивало, не будет флиртовать с Грейнджер. «Ревность?! Ещё этого мне не хватало» Ну, а отправить на работу вместе Поттера, Уизлиетту и Паркинсон было простым издевательством над… не сказать, что над всеми тремя, но похоже выходило именно так. Драко давно заметил странные взгляды Пэнси в сторону гриффиндорца и решил, таким образом, подлить масла в огонь. «Пусть Уизлиетта тоже понаблюдает. Может, хватит смелости признаться самой и прекратить весь этот цирк» Да и Гарри для него уже давно не был врагом, хотелось как-то помочь. Может, наличие рядом обеих девушек заставит его подумать над некоторыми вещами? Так сказать, разобраться в себе и своих чувствах к Уизлиетте. «Драко Люциус Купидон. Злорадствующий, конечно, но какой есть» — сам себе усмехнулся Драко.

***

Гарри был последним, кто ушёл из башни сегодня. Они с Малфоем ещё раз обсудили план дальнейших действий и вылазку в Министерство за отчётами. — Не думал, что ты из тех, кто сразу сбегает по утрам, — он скрестил руки на груди и всё-таки начал этот разговор. — Я не сбегала, — Гермиона даже не подняла взгляд, всё просматривая свитки, — а опаздывала, ты сам знаешь это. И… что бы было, если бы мы опоздали… вместе? Ей несколько тяжело давались эти слова, щёки начали розоветь от воспоминаний. Хотелось верить в то, что это был не сон и не больная фантазия, и в то, что Малфой не сошёл с ума. Или не проспорил кому-то. — И что с того? — он подошёл к ней. — Мы живём вместе, это разве кого-то смущает? Девушка пожала плечами и почему-то дико боялась посмотреть на Малфоя. «Гермиона, что с тобой? Что за страх? Сегодня ты была настроена на серьёзный разговор и прекращение такого поведения со стороны этого змеёныша. А сейчас что?» — Грейнджер, — он протянул руку и взял её за подбородок, поворачивая к себе, — чего ты боишься? — С каких пор ты стал вести себя так? — Как? — о, он затевал какую-то игру и Гермионе это не нравилось. — Да вот так, ты сначала меня чуть не убил, а потом… а вчера ты… — она не знала какие слова подобрать, и её замешательство, в конце концов, было прервано. Малфой сократил расстояние и поцеловал её. Снова. Отстранившись буквально через минуту, Гермиона всё-таки набралась смелости вести разговор. — Зачем ты делаешь это? — Грейнджер, не пугай меня. Я думал, что статус самой умной ведьмы столетия тебе дали не просто так, — но увидев в её глазах ноты страха, продолжил, — ты серьёзно? — Да, — девушка сделала шаг назад, — ты же ненавидел меня столько лет. Да даже в начале этого года ты хорошо сдружился с мальчиками, но не со мной. А сейчас что поменялось? Чего такого произошло, что ты не побрезговал поцеловать меня и вообще, спал со мной рядом. Ты проспорил кому-то? Я тебя сейчас, возможно, обижу, но, — Гермиона тяжело вздохнула, — как только я убеждаюсь в твоей причастности к обряду — ты делаешь всё это. Ты пытаешься перевести моё внимание или что? Малфой, мне действительно страшно принять тот факт, что ты как-то замешан в деле и что я умру. От такой исповеди Драко немного опешил, но понял её. А ведь действительно, он целовал её только тогда, когда доходило до обряда. Только вот Малфой был уверен в том, что он не убийца и не причастный, знал, что всё это просто совпадение. Но Грейнджер не знала. — Успокойся, — он сделал шаг ближе, но Гермиона сделала шаг назад, — я могу дать тебе непреложный обет о том, что я чист. Это просто совпадение. И я уже несколько раз говорил тебе — ты не умрёшь. — Тогда зачем ты… — Не думала, что я просто не хочу с тобой дружить? — он всё-таки подошёл ближе, потому что дальше Гермионе отступать было некуда. — Я никогда не ненавидел тебя, жаль, что понял это поздновато, — его лицо опять было в нескольких миллиметрах. — И чего же ты хочешь? — девушка говорила шепотом, потому что на большее не была способна. Гермиона ощущала его дыхание на своей шее, а мурашки табуном проносились вдоль всего тела. Его присутствие в такой непозволительной близости вгоняло не только в краску, но и одурманивало. — Ты действительно не понимаешь? — таким же шепотом прямо возле её уха, касаясь носом щеки, а рукой обхватывая талию. — Тебя, — Малфой опять обрушился на неё с поцелуем, только теперь речь шла не об обряде, а о ней. Почему-то после такого признания, сказанного Малфоем, Гермиона позволила себе расслабиться и принять всю ситуацию. Она видела в его глазах что-то тайное и притягательное, эти потемневшие от желания омуты манили её. Гермиона прижимала его как можно ближе, хотя казалось — расстояние исчезло до состояния «минус бесконечность». Она чувствовала, как его язык отплясывает пируэты на пару с её, чувствовала его вкус, чувствовала тот тугой узел, возникающий где-то внизу живота. Казалось, что если сейчас они не остановятся, то уже ничто не сможет этого сделать. «А хочу ли я прекращать это? Определённо нет» — как-то слишком быстро пронеслось в её голове прежде, чем Драко подхватил её и уложил на диван, не разрывая такого сладостного поцелуя. Он оставлял короткие поцелуи вдоль её шеи, опускаясь к таким ярко-выраженным ключицам, а затем, расстегая поочерёдно пуговицы рубашки, ниже. Грейнджер взяла его за лицо и притянула для ещё одного поцелуя, во время которого Драко расстегал уже собственную рубашку. Спустя пару секунд она улетела куда-то за диван, а взору девушки открылся вид на довольно накаченное тело, усеянное шрамами, будто удар молнии. «Сектумсепра» — догадка оказалась верной. Малфой притянул её к себе, обхватывая талию, как резкий стук в дверь гостиной, а затем и ворвавшийся в неё Блейз, заставили сердца старост остановиться. — Драко, я заб… — от увиденной картины у Забини в секунду округлились глаза, а в следующую — он уже победно ухмылялся. — Забини! — Малфой зарычал от досады и злости на друга, покрепче прижимая девушку, пытаясь защитить что ли. — А хотя потом заберу, — он попятился назад, ища ручку двери за спиной. — Один-один, приятель. Как только дверь захлопнулась, Драко чуть ослабил хватку и просто обнял девушку. — Один-один? Малфой, что он только что сказал?! «Чёртов Забини»