Это только начало

«Вам нечего бояться,

если вам нечего скрывать»

Парковка у школы Дженнифер уже порядком заскучала. Она стояла у серой обочины, поглядывала по сторонам и молча надеялась, что Джессика наконец закончит флиртовать с очередным ухажёром. Парень был явно старше — года на два, может, на три — и, кажется, совершенно не понимал, что Стэнли меняет кавалеров быстрее, чем дождь в Форксе меняет направления ветра. Но всё это мало волновало Дженни. Сегодня её занимало совсем другое. Каллены. С первых минут знакомства они засели в голове, как назойливый шёпот. Слишком красивые. Слишком тихие. Слишком… знакомо-неправильные. Как только она позволяла себе об этом подумать, где-то глубоко внутри поднимался холодок узнавания. Она знала подобные взгляды. Она знала такие движения. Она знала таких существ. — Хей, Дженни! — Эрик возник рядом, будто из воздуха. — Небось Калленов высматриваешь? — Ага, тебе бы лишь повод почесать язык, — огрызнулась девушка. — Думаешь, мне делать нечего? — Ребята, ну что вы опять? — наконец соизволила вмешаться Джессика. — Пошли уже, урок скоро. Чего вы тут вкопались? — Ну да, — недовольно фыркнула Дженни. — Чего это мы тут вкопались? Они двинулись к школе. И всё же… она оглянулась. И столкнулась со взглядом Джаспера. Он стоял у машины, не двигаясь. Только глаза — странного медового оттенка — внимательно, почти бережно рассматривали её, словно он увидел нечто неожиданное. Он «изучал» её. Осторожно, как дикое животное, к которому нельзя подходить резко. И — что было страннее всего — в этом взгляде не было хищности. Только… потрясение? Интерес? Тёплый, едва заметный трепет? Он не подозревал, что она знает. Что догадывается о том, кто он. Кто они все. И всё же — что-то в его лице менялось каждый раз, когда её глаза встречались с его. Он чувствовал от неё то, что не чувствовал за долгие, слишком долгие десятки лет. Умиротворение. Тёплое, обволакивающее, неправильное. Такое, которое вампир его возраста не мог испытывать просто так. Но вместе с этим, одновременно — его внутренности будто охватывало горящее напряжение. Словно кто-то зажигал огонь под рёбрами. Не боль. Не ярость. Что-то новое. На подобии голода. Странное. Пугающе живое. И каждое мгновение рядом с ней — даже её запах, движение ресниц, легкий вздох — заставляли его сердце, давно мёртвое, будто бы пытаться вспомнить, как это — биться. Он не понимал этого. Но не мог и отвести взгляд. ⸻ Внутри школы Урок истории — враг всех разумных созданий, волшебных или магловских. И Дженни ненавидела его одинаково в обоих мирах. В Хогвартсе на этом предмете она вечно обсуждала с Гарри, как бы подложить Филчу дохлую мышь, как свалить в Хогсмид без разрешения и как вывести из себя Снейпа. Здесь же… всё куда скучнее. Магловская школа не давала даже шанса на шалость. Потому что на уроках здесь можно было только:       1.      слушать,       2.      мучиться,       3.      спать. И третье было самым привлекательным. Она улеглась на парту и позволила себе последний взгляд на дверь. Придёт ли Джаспер? Мысль была тихой, почти несмелой. И тут же — подавленной. Он занят. И у него, к тому же, Элис. Она не имела права на такие чувства. Не имела и… не понимала их. Но спокойствие рядом с ним — редкое, почти забытое ощущение — тянуло её к себе, как горячее одеяло после холодного утра. Неужели это… Она? Чувствует? Нет. Нет, нет, нет. Глупости. И сон оказался проще. ⸻ Хогвартс — во сне — Фред, если дядя Регулус узнает, что я прогуляла зельеварение, мне конец. — Ох, перестань, Дженни, — отмахнулся Джордж. — Когда это тебя останавливало? Они вели её по пустому коридору, пытаясь упросить задачу сбежать в Хогсмид. И она держалась. Держалась, как могла. — Ребята, и все же пока не поздно у меня ещё один урок! — раздражённо повторяла она. — А вот когда тебе нужно — мы всегда помогаем! — возмутился Фред. Память ударила теплом. Конечно помогали. Всегда. Когда Римус и Регулус запретили ей Хогсмид, в связи с побегом ее отца-убийцы, близнецы показали ей тайные ходы. Когда она теряла веселье — они возвращали его. — Ладно! Сдаюсь! Пошли уже! – наконец сдавшись сказала Дженн. – Не умру если прогуляю последний урок, пошлите в Хогсмид.  Близнецы уж было от радости хотели начать обнимать подругу, но вдруг послышался голос одного из профессоров.  – Куда это ты там собралась, Дженни? – это был никто иной как Регулус. – Помниться мне, что у тебя сейчас зельеварение.  – Чëрт.. – выругался Джордж.  – Вечно ты не вовремя! – неожиданно громко сказала Гриффиндорка.  – Что ты сказала?  Профессор астрономии устрашающе приближался к трëм ученикам.  – А..эм..пока, дядя Регулулус, – убегая вместе с близницами сказала Дженн. – Увидимся на ужине!  – Дженнифер Элизабет Блэк, нука живо вернись! – прокричал вслед племяннице Регулус, но та уже успела сбежать. – Чертовка..вся в отца  ***  Наконец зайдя на территорию Хогвартса, тройка друзей, немного пьяные, вновь начали гоготать с очередной шутки. На лицах были искренние улыбки, а карманы до нельзя были набиты сладостями. Но вот ребята не учли то, что они так же смогли утащить огневиски и теперь стоял вопрос о том, кто же пронесëт эту бутыль алкоголя.  – Дженни, давай ты?  – Почему опять я?  – Ну у вас у Блэков это в крови и..  – Не продолжай, ладно.  Вдруг стрелка больших Хогвартских часов остановилась на семи часах вечера.  – Прбежали, уже ужин начался! – воскликнул Фред.  – Да стойте вы, не у вас же под кофтой бутылка алкашки! – догоняя близнецов возмутилась волшебница.  Наконец с горем по полам добежав до большого зала, волшебники приступили к трапезе.  – Дфенни, а посему ибя не было на зельеваении? – с набитыми щеками сказал Рональд.  – Нуу..твои братья уговорили меня прогулять урок и повеселиться в Хогсмиде, – с осторожностью сказала девушка.  – А если об этом узнает Дамболдор! – Гермиона хотела опять начать читать нотации, но еë перебил Гарри.  – Зря ты прогуляла урок..тебя искал профессор Блэк.  – Ох..это не к добру.  Дженнифер бросила взгляд на преподавательский стол и с аккуратностью глянула на Регулуса. Тот в свою очередь со злостью сверлил глазами девушку.  – Ребят, мне не жить, – сказала Дженн, незаметно поправив бутылку, чтоб та не выпала.  – Я чур забераю твою метлу, – с некой простотой сказал Рон.  – Рональд! – Гермиона дала Уизли подзатыльник. – Как так можно!  – А что я такого сказал? – с недоумением сказал рыжий, потирая больную голову.  Эта ситуация не на шутку рассмешила Блэк. Ну хоть что-то радостное в последнии спокойные минуты моей жизни.  Тем временем профессор Блэк поднялся со своего места и поспешил удалиться из большого зала в свой кабинет. Грациозно идя меж столов факультетов, на последок он не забыл гневно взглянуть на племянницу.  – Тебе кажется пора, Дженн. Ты ну..не вонуйся, он же твой дядя как ни как, – Гарри всеми силами пытался поддержать родственницу. – Если он тебя убьëт, то ему самому будет тоскливо..  – Ну спасибо, Гарри, поддержал прям, – с улыбкой Дженни отправилась вслед за родственником.  – Гарри, ты совсем чтоли, чтоб такие вещи говорить? – заступившись за подругу, сказала Гермиона.  Идя по коридору, Блэк то и дело молилась, чтоб на неë не наорали трëхэтажным матом. Хотя ей не впервой выслушивать подобное от дяди. Но беспокойство было в друго – огневиски. „И зачем я взяла эту бутылку..Если Регулус увидит, то голову с плеч снесëт. А если узнает что я выпила пару глотков, то все конец!“ До кабинета где ждала участь для Дженн, оставалось совсем немного, как вдруг девушку кто-то взял за ухо и потащил.  – Ай ай ай, больно! – вопила Дженнифер. – Дядя Регулус, пусти!  Затащив Гриффиндорку в свой кабинет, Блэк закрыл его на ключ, медленно прошëл к своему учительскому столу и опëрся на него. Младшая Блэк в это время болезннно силела на полу и потирала ухо.  – Я жду объяснений.  – Ну..  – Гну, нормально объясняй. Почему убежала и почему решила, что можешь прогуливать уроки? – скрестив руки на груди, сказал профессор.  – Ты думаешь, что мне хочется сидеть и слушать нудные лекции о том, как варить бодроперцовое зелье или как делать настойку растопырника! – Да ты элементарно даже этого сварить не сможешь!  – Ах вот какого ты обо мне мнения!  Безусловно, Дженнифер было до боли обидно слышать такие слова от Регулуса. Девушка предчувствовала, что всë плохое ещë впереди..  – Я о тебе достаточно хорошо мнения, но не тогда когда ты сбегаешь в Хогсмид зная, что тебе запрещено там появляться!  – А ты разве не таким был!? Разве отец был не таким? Ты мне сам рассказывал, как он с друзьями сбегал с уроков!  – Мерлин, Дженни, не путай одно с другим и не пытайся равняться на этого убийцу, – потерев переносицу сказал Блэк. – Весь волшебный мир, начиная от министра магии и кончая завхозом, делает все, чтобы уберечь знаменитых Дженнифер и Гарри от Сириуса Блэка. Вот только Поттер делает все возможное, чтобы не угодить в неприятности. А Дженнифер у нас сама себе закон. Пусть простые смертные беспокоятся о её безопасности, а она так и ходит, где ей вздумается, не утруждая себя мыслями о последствиях. – Ты не прав! Я.. – Ты думаешь мне интересно слышать как Люциус Малфой говорит о том, что моя племянница, в которой я души не чаю, вновь ослушалась меня и твоя безмозглая голова появилась в Хогсмиде и оказывается не первый раз за эту неделю? Твоей голове напрочь запрещено там появляться. Ровно как и всем остальным частям тела! Тебя пытаются уберечь, а ты в свою очередь, нарушаешь все запреты. – Похоже, у Малфоя галлюцинации, - продолжая сидеть на полу, фыркнула Дженни. — Я была в Хогсмиде лишь сегод.. – К счастью Малфой не страдает галлюцинациями! — перебив ее выкрикнул Регулус. – Ты хоть знаешь, что я места себе не находил когда узнал, что мой брат сбежал и у него в планах убить тебя!  – Прости я..  – Мерлин, встань с пола! Иначе ещë и простудишь себе что-нибудь.  Гнев Регулуса резко слегка смягчился и он зашëл за домашними работами третьего курса в учительскую.  Дженнифер ошарашенно встала с пола и прошла к парте. Но она совсем забыла про бутылку алкоголя лежащую у неë под кофтой. Послышался характерный звон упавшего стекла. Девушка хотела быстро подобрать бутылку, но она покатилась и остановилась у самых ног Регулуса.  –Ты что..ТЫ СОВСЕМ НАДО МНОЙ ИЗДЕВАЕШЬСЯ? – Это не мое! Меня попросили забр.. – Твой отец говорил то же самое, когда впервые попытался пронести бутылку мимо матери на 3 курсе! «Это не моë, попросили забрать и выкинуть!», да?  Дженнифер только сжала губы. – Мерлин, ты хоть понимаешь, что насколько это вредно для твоего организма? Тебе всего тринадцать! Тринадцать лет блять! - уже матом выругался Блэк. – Я понимаю это всë..  – Ну так, а зачем ты это делаешь? Вот если я ещё и узнаю, что ты куришь..я не знаю, что с тобой сделаю!  На это Дженни ничего не ответила, лишь предательски опустила голову. Ведь она пробовала, но тут же выкинула сигарету. Девочка уже тогда считала, что в этой жизни надо попробовать все, но не учла одно: в этой самой жизни она боялась лишь одного человека – разгневонного дядю.  – Я хотя бы в отличие от тебя не провожу свою молодость за учебниками! Я не буду сидеть на месте и пытаться быть хорошей девочкой! – вдруг Дженнифер высказала всë, что накопилось за долгие годы. – Ты трус! Ты не смог помочь отцу, ты говоришь, что он тебе был дорог! Но ты не приложил ни малейшего усилия, чтобы он был на свободе! А вдруг он был не виновен? Теперь мы это никогда не узнаем! Она не выдержала. Сказала слишком много. Слишком резко. Слишком… больно. Про отца. Про войну. Про то, что он якобы трус. Про то, что он не помог Сириусу. Она видела, как его лицо меняется. Как его руки замирают. Как слова застревают в горле. – Пошла вон от сюда, – со злостью сказал Регулус, но его голос предательски дрогнул. – Ты то и дело ругаешь меня не за что! Ты видимо меня совсем ненавидишь..Теперь понятно почему твой друг Снейп и..  – Я сказал, пошла вон отсюда. Даже не подходи ко мне больше!  – … ⸻ Дженнифер дёрнулась так резко, будто кто-то вырвал её из водоворота. Несколько секунд она не могла понять, где находится — в каменном коридоре Хогвартса или в душном классе Форкса. Сердце лупило под рёбрами, дыхание сбилось, а по спине стекла холодная капля пота. Она ненавидела этот момент из ее жизни. Когда она наговорила столько всего и чуть не потеряла дядю. И именно в этот момент чья-то ладонь легла ей на плечо — тяжёлая, но удивительно осторожная. — Это всего лишь сон, — прошептал Джаспер. Его голос был мягким, почти успокаивающим. — Только сон. — Да… наверное, — выдохнула она, всё ещё не уверенная, где реальность, а где нет. — Но… откуда ты знаешь, что мне снилось? Он замешкался. И это было странно — ведь Каллены обычно разговаривали так, будто заранее репетировали каждую фразу. — Эм… твои эмоции были… слишком явными, — осторожно подбирал он слова. — Я подумал, что тебе приснился кошмар. И… постарайся больше не засыпать на уроках. Она ничего не ответила. Просто продолжала сидеть неподвижно, пытаясь осмыслить то, что вновь ее мозг вспомнил. Слишком больно. Слишком… важно? ⸻ Когда урок закончился, она поспешила выйти. Ей хотелось тишины. Тишины и воздуха. Хотя бы на минуту. Но не успела она пройти и нескольких шагов, как рядом оказался он. Опять он. Джаспера сегодня было слишком много — и от этого в груди появлялось странное, тёплое, но пугающее чувство. — Дженнифер, подожди, — позвал он. — Ты что-то хотел? — она остановилась, но старалась не смотреть на него слишком долго — его взгляд путал мысли. — Как насчёт прогуляться после школы? — спросил он с лёгкой, почти обманчивой улыбкой. Она растерялась. И сама не поняла, почему слова вышли такие: — Извини… у меня дела. Может, в другой раз? Он не стал спорить. Не стал задавать вопросов. Только ухмыльнулся едва заметно — так, что она не смогла понять: он обиделся или… понял о ней чуть больше, чем она хотела бы. И ушёл. А она осталась стоять, злясь на себя без причины. Почему отказала? Но что-то внутри говорило ей: не сейчас. Не подходи слишком близко. Не доверяй слишком быстро. ⸻ По пути в кафетерий её осенила мысль, которая показалась ей гениальной. Глупой, опасной — но гениальной. Легилименция. Если она попробует заглянуть в чей-то разум — хотя бы на миг — она получит абсолютное доказательство, что Каллены не люди. И тогда все её догадки превратятся в уверенность. Она нахмурилась. Представила себе лицо какого-нибудь Каллена — и да, представила, как легко могла бы коснуться их сознания… Но мысль прервала Джессика. — Ну что, подруга, выкладывай! — Стэнли возникла буквально из воздуха. — Что выкладывать? — Дженни остановилась, не понимая, о чём та. — Ты смеёшься? — Джессика закатила глаза. — Он опять сел рядом с тобой. А теперь ещё и разговаривает! — Мерлин… Ты про Джаспера? — Конечно! Про кого же ещё? — И что тебе от меня нужно? — устало выдохнула Дженни. — Признание в любви? Подробности первого свидания? — Не умничай! — фыркнула подруга. — Каллены ни с кем не общаются. Ни-с-кем. А с тобой — да! Дженни только потёрла глаза. Она и сама не понимала, почему. Они дошли до столика. Все оживлённо обсуждали новый проект, а Дженни ковыряла салат, не чувствуя вкуса. Уже несколько дней она ощущала… странное присутствие. Будто кто-то пытается войти в её сознание. Не грубо — но ощутимо. Поэтому приходилось держать ментальный щит постоянно. И это изматывало. Пора проверить. Она подняла взгляд. И столкнулась с глазами Эдварда. Он смотрел слишком пристально. Слишком сосредоточенно. Ага. Попался. Она откинулась на спинку стула, скрестила руки и спокойно произнесла — так, чтобы услышал только он: — Не пытайся читать меня, Эдвард Каллен. Она открыла свой разум буквально на долю секунды — как короткую вспышку — и тут же закрыла снова. И это сработало. Эдвард резко дёрнулся. Будто получил по лицу. Тут же что-то прошептал своей семье. Джаспер повернулся к ней первым — и его взгляд был полон недоумения. Всё. Теперь она была уверена. В Форксе живут вампиры. ⸻ Эдвард оторвался от её мыслей так резко, что стул под ним тихо скрипнул. — Что с тобой? — спросила Розали. — Она знает, кто мы, — выдавил он, глядя куда-то мимо родных. — Кто? — Эмметт усмехнулся. — Не говори, что… — Дженнифер Блэк, — рявкнул Эдвард. — Конечно она. — Может, ты ошибся? — хмыкнул Эмметт. Но Джаспер уже не слушал. Он смотрел на ту, кто заставляла его сердце — мёртвое сердце — будто бы пытаться биться. Кто приносила странное спокойствие, вместо привычного раздражения. Кто притягивала его к себе так сильно, что он чувствовал: ещё немного — и потеряет контроль. Она выглядела спокойно. Но её эмоции… Сложная смесь гордости, страха, любопытства и вновь — ледяного равнодушия. Каждую секунду она менялась. И он чувствовал каждое колебание, как будто они были его собственными. Она отказывала ему — и ему было всё как будто бы все равно . Да. Так он твердил себе. Но глубоко внутри оставалась маленькая, но настоящая… обида. Терзающее чувство странного притяжения. Растущая симпатия. Он видел сотни девушек. Красивых. Необычных. Опасных. Но в Дженнифер было что-то, чего он не мог объяснить. Что-то… чего он боялся. И что уже невозможно было игнорировать.