II. Перед тем, как (1)

29 октября       Когда на Лондон опускалась ночь, весь мир, казалось, становился неживым. Гас свет, окна плотно закрывались на защёлки, а на улице не мелькало ни душы. Я полагал, что люди просто боялись выходить на улицу после наступления Комендантского часа, однако, смею предположить, призрак касался их быстрее, чем они смогли бы добежать до своих домов. Обычно, если на утро людей и находили в таком состоянии, их окоченевшее тело лежало либо в одном из пустующих парков, либо уже непосредственно под дверьми Департамента Парапсихологических Исследований и Контроля, услужливо обернутые агентами в чёрные полиэтиленовые пакеты.       Как и сегодня ночью, не мы одни выходили на задания после наступления темноты. Десятки агентов со всего города встречались нам по пути, пока мы добирались до сегодняшнего заказа.       Нашей нанимательницей оказалась молодая девушка, унаследовавшая поместье своей покойной бабушки. Она позвонила нам сегодня утром и попросила очистить его от потусторонней силы и кто мы такие чтобы ей в этом отказать?       Прибыв на указанное заказчицей место мы сразу же принялись за дело: разложили цепи, сложили в них рюкзаки и, предварительно взяв из них всё необходимое, разошлись по дому в разные стороны.       Обычно, разделяться по одному не в моём стиле, так как таким образом для призраков мы становимся куда более уязвимее, однако в этот раз иного выхода не было из-за того, что площадь этого дома была весьма внушительной. Казалось, даже Кум-Кэрри Холл был едва ли меньше этого поместья.       Попрощавшись с ребятами, я направился вглубь мрачного коридора. С каждым ступаемым шагом я замечал всё больше и больше деталей интерьера, что при дневном свете наверняка показались бы мне обыденностью. Висящие на стене канделябры, украшенные узорами, всей красоты которых я не мог лицезреть из-за отсутствия свечей на них или атласные шторы на стене, по всей видимости закрывавшие картину за ними. В темноте мало что можно было разглядеть, однако если я и мог это сделать - я хватался за каждую деталь, лишь бы отвлечься от тяжелой атмосферы. В воздухе витал запах пыли и табака. Второго я бы и не почувствовал, если бы держался подальше от стен, но если бы я этому следовал, не заметил бы тех деталей.       Дом в целом был олицетворением Нового времени. Олицетворением девятнадцатого века, вышедшим с обложки музейной открытки былых времён.       Казалось, в то время ведь и призраков не было. Однако подступающий к моему телу Мелейз имел другое мнение на этот счёт.       Я обернулся.       Шторы, что я только что миновал колыхал ветер и они, поддаваясь на его давление, взмывали вверх, закрывая моему взору конец коридора. Я развернулся и, закрыв на это глаза, пошёл дальше. Кто-то явно играл со мной.       Иначе откуда там взяться ветру, когда на месте окна за шторами зияла пустота?       Сжав тонированные очки в кармане, я продолжал осматриваться по сторонам. Если призрак и вправду был здесь, мне нужно быть начеку. В прошлые разы разделение нашей команды никогда не приводило ни к чему хорошему и, как я предполагал, в этот раз без неприятностей будет не обойтись.       В мою спину подул очередной порыв холодного ветра и по коже побежали мурашки. Но обернуться я уже не смог.       Как бы я не напрягал мышцы в ногах я не способен был сдвинуться с места. Казалось, сейчас я был ближе к Призрачному захвату чем когда-либо ранее. Потоки ледяного воздуха продолжали осаждать мою спину, а я просто стоял на месте, принимая их все, не в силах дать отпор. Моё тело опасно покачнулось и, с тяжёлым треском досок подо мной, упало на пол. Веки мои заледенели, глаза медленно закатывались, а воздух выходил из моих легких в виде жалких кусков белого пара. И чем ближе подступало то нечто за моей спиной, тем меньше их выходило. Моя смерть уже готова была поглотить всю жизнь моего тела, когда до моих ушей донёсся знакомый звонкий голос:       — Локвуд! — раздалось надломленное восклицание где-то далеко передо мной. В следующую минуту послышался громкий взрыв и мои плечи обхватило что-то невероятно теплое. Вероятно, это были её руки. Её...       Я поглощал всё то тепло, что она давала мне с невероятной жадностью, пока на моё промозглое лицо падали солёные капли воды. Воды... Соли... Моря... Слёз...       Мне так сложно было поверить в то, что она в который раз спасает мою ничтожную жизнь. Когда мои оттаявшие ресницы соприкоснулись с нижним веком я смог расслышать, что она так отчаянно пыталась донести до моего одурманенного разума.       — Вернись, прошу тебя, Локвуд... — она убрала свои руки с моих плеч и обняла меня за талию, пытаясь отогреть ещё больше. Отогреть изнутри — Не бросай меня, умоляю... Только не сейчас...       Она шептала это с отчаянной болью в голосе, и её голос становился всё надломленнее. Моя рубашка намокла от её слёз и теперь плотно обхватывала мой торс. Я направил всё своё скудное тепло в руку и, подняв её с пола, провёл тыльной стороной ладони по её мягким волосам. Она отпрянула от меня, посмотрела мне в лицо и сквозь слёзы улыбнулась.       — Какой же ты глупый, — прозвучало мягко, но достаточно устрашающе, чтобы я понял – то, что я выжил ещё не значит, что я смогу дожить до завтра. Она взглядом осмотрела меня на наличие других ран, но не найдя ничего серьёзного остановила свой взгляд на моём лице.       Люси посмотрела мне в глаза и улыбнулась. Она невесомо прикоснулась к моему лицу, откидывая спадавшие мне на лицо волосы. Сжав губы в трубочку, она как будто бы обдумывала что-то важное. Её глаза на секунду опустились на мои губы и тот час же вернулись к моим глазам, как бы немо спрашивая у меня разрешения.       Но я не дал ей его. Не долго думая, я сам запустил свою руку в её волнистые волосы и притянул её к себе, горячо касаясь своими губами её. Она шумно выдохнула и, притягивая моё лицо ближе, углубила поцелуй.       Если бы мы были в сериале, то на этом всё бы и оборвалось, и из-за кадра вышел бы я, в своём привычном отглаженном костюме и сказал бы что-нибудь вроде:       « – Это и был мой первый поцелуй, дорогие зрители. »       А потом кадр бы перевели на «пять лет спустя» где я совокупляюсь с какой-то рандомной шлюхой в попытках забыть свою первую любовь. Затем сюжет бы повернули таким образом, что она встретилась бы со мной на одной из многочисленных вечеринок, что её подруга устраивала, чтобы мы опять сошлись, и на той же вечеринке, поговорив, мы в момент решили бы все свои проблемы, которые не могли решить на протяжении пяти предыдущих сезонов, сладко бы поцеловались, и за этим последовала бы надпись «The End» с кучей салютиков на фоне.       Однако мы не в сериале.

_________

12 октября       Позорно проиграв Джорджу в шахматы, я ходил по его комнате, собирая валявшийся на полу мусор. Фантики из под шоколада, черновики его поэм и сочинений, пустые пластиковые чехлы из под дисков с песнями и многое другое барахло, валявшееся тут без дела какой день, которые я небрежно кидал в чёрный мусорный пакет.       Погода сегодня была пасмурная. Весь день без остановки лил дождь, поэтому и на улицу меня не сильно тянуло. Вы не подумайте, дождь я люблю, но только когда я не так устал. Сейчас же я просто использовал это как предлог, чтобы не выходить из дома, чем и воспользовался Джордж, предложив мне от нечего делать сыграть с ним партейку-другую. О, и какая же это была огромная ошибка! Мало того, что я сейчас прибирал его комнату, так я ещё и проиграл ему желания.       Я знал, на что шёл, когда соглашался играть с этим червём, однако не думал о последствиях, которые потянутся после моего тройного ему проигрыша. По правилам игры, что мы установили - каждый проигрыш равнялся одному любому желанию. То-есть три проигрыша - три желания.       Как у джина, ей богу.       И если на желания вроде уборки его комнаты или выплаты ему удвоенного аванса я ещё закрывал глаза, то когда он загадал мне третье, что гласило: «Ворвись посреди ночи к Люси в комнату и скажи, что на нас напал Кластер самых страшных призраков. Ну или придумай что-нибудь страшное сам. Главное чтобы она поверила.» я просто не смог сдержать нервозного смешка.       Как, чёрт возьми, он думал, я должен это выполнять?       К огромному сожалению, этот вопрос, на фоне всех остальных, я задать не додумался.       Когда с уборкой было закончено, я спустился на кухню. За столом с непринуждённым умиротворением сидел Джордж, потягивая чай из своей чашки. У Холли сегодня выходной, поэтому посуда доверху заполняла раковину и стол рядом с ней, послушно дожидаясь её прихода.       — Где Люси? — задал я интересующий меня вопрос. Сегодня была суббота, а по субботам Люси обычно была либо дома, либо ездила навещать Холли на Вулдж-стрит. Однако дома Люси не было, а об отъезде она нас не предупреждала.              Хотя должна ли она была это делать?       — Понятия не имею, — Джордж сделал очередной глоток и, подумав, кивнул на телефонную трубку около стеллажа. — Позвони Холли, если тебе так интересно её место нахождения. Может, Люси у неё.       Я кивнул и, поблагодарив друга, схватился за телефон. Номер телефона Холли был заботливо оставлен ей лично на листке бумаги неподалёку от телефонной станции, и считав его в слух я по цифрам ввёл его телефонными заедающими кнопочками.       Послышались гудки. Это было что-то вроде:       ‐ Пиик.       Пятисекундная пауза.       - Пиик.       Ещё одна.       - Пиик.       Пауза.       - Пи...       И тут кто-то с той стороны ответил на мой звонок и я начал говорить:       — Холли? Это я, Локвуд. Слушай...       Но она не слушала. С той стороны послышались отдалённые голоса, как будто кто-то разговаривал поодаль от телефонной трубки.       — И что дальше? Люси, не будь дурой, скажи, что ты примешь его предложение.       — Не думаю, что он это имел ввиду, Холл — я смог различить голос Люси на фоне белого шума. — Тем более Локвуд мне как брат. Для нас это нормально.       Когда я услышал своё имя из её уст мне пришлось включить громкую связь, чтобы окончательно убедиться в своих догадках.       — Как брат? — мне показалось, или она усмехнулась? — Люси, да он сохнет по тебе, как ты не видишь!       Нет, всё же решение увеличить слышимость было излишним. Я и так прекрасно всё слышал.       И что значит «сохнет»? Они обсуждают меня?       Я не был уверен ни в чём из этого.       Только в том, что этот разговор предназначался явно не для моих ушей, и потому я тот час же повесил трубку.       Джордж как-то странно посмотрел на меня, а я, всё ещё продолжая прокручивать только что услышанное, встал со своего места и направился к себе в комнату.

________

      До самой ночи я сидел в комнате, разгребая ненужные отсчёты в ожидании прихода Люси. Я всё никак не мог отпустить их случайно подслушанный диалог. А что, если Люси тогда говорила про моё приглашение? Но ведь именно это я и имел ввиду, мне хотелось сблизиться с ней. Неужели она не поняла этого?       Внезапно, дверь на первом этаже со стуком закрылась. Послышался звон ключей, а затем звук закатывающихся в дверь железных прутьев вкупе с тихими ругательствами.       Люси пришла домой.