Глава 11. Ток-Но-дзюцу

— Чувак, эти причуда-протесты выходят из-под контроля. — Сказал Каминари, постукивая по своему телефону. — Да. — Ответил Киришима, наклоняясь через плечо Каминари. — Там тоже был этот ледяной парень, которого журналист заснял на камеру, верно? Его причуда была довольно мужественной! Это почти как причуда Тодороки, за исключением того, что он действительно может передвигать свой лед после того, как он его приготовил. — Просто потому, что у них есть причуды льда, это не значит, что они похожи. — Отметил Ганс. — Насколько тебе известно, причуда этого парня могла бы сработать при регулировании температуры или что-то в этом роде. — Ну, если говорить о кричащих причудах, то, кроме Тодороки, Бакуго и Мидория, несомненно, самые яркие из нас всех! — Кстати… — Прохрипела Цую, поворачивая голову рептилии в сторону Мидории. — Я хотела кое-что сказать о твоей причуде. Это действительно похоже на Всемогущего. — Только потому, что они оба — причуды силы, это не значит, что он преемник Всемогущего или что-то в этом роде. Существует масса причуд силы. — Раздраженно возразил Ганс. — Это то же самое, что пытаться сравнить две ледяные причуды. Кроме того, Всемогущий не светится и не ломает все свои конечности, когда пытается драться. — Д-да! — Сказал Мидория, нервно бормоча. — Но если мы действительно говорим о силе, то у Бакуго она действительно есть, верно? — Взволнованно сказал Киришима. — Моя причуда полезна и все такое, но на самом деле я не могу сделать с ней ничего существенного. Напрягшись, рука Киришимы внезапно стала намного более угловатой. — Это… все, что я действительно могу сделать. — Ну, если бы личность Бакуго не была такой взрывной, как его причуды, тогда, возможно, им бы действительно восхищались. — Поддразнил Каминари. — Что ты сказал обо мне, маленький засранец? — Крикнул Бакуго. — Я убью тебя! — Каччана на самом деле дразнят? — Пробормотал Мидория. — Ты действительно потрясающий… — Это было трогательно. Я мог бы сделать лучше во сне. — Сказал Ганс, скрестив руки на груди и покачав головой. — Это… действительно немного по-детски, верно? — Произнесла Яойорозу. — Просто так оскорблять друг друга. — К сожалению, это нормальное явление для подростков. — Сказал Ганс, качая головой. — Такого рода оскорбления и взаимодействия — это то, что обезьяны используют для формирования общества. — …Обезьяны? Ганс посмотрел на Бакуго, сгорбившегося на спинке своего сиденья, с яростными глазами, нахмуренными бровями и ртом в зверином оскале. — Я думаю, что называть его обезьяной довольно великодушно. — Озвучил Ганс, оглядывая автобус. Если отбросить желтый костюм обезьяны Сато, Цую буквально возвращалась к лягушке в зеленом костюме и перепончатых ботинках. Однако, как только он увидел костюм Яойорозу, он чуть не выплюнул свой несуществующий чай. — Что… это? — Спросил Ганс, указывая трясущимся пальцем на красный жилет Яойорозу. — Это… мой костюм? Беспокойство о том, каким животным Ганс назвал ее одноклассников, было наименьшей из забот Яойорозу в ту поездку на автобусе.

***

— Добро пожаловать, студенты UA! — Сказала пухлый астронавт, помахав рукой и вразвалочку подойдя к группе. Ганс вытянул ноги и посмотрел на огромный купол перед ними из-под леса людей выше его ростом. — Интересно, сколько это стоит. — Ганс, я думала, мы договорились, что… — Да, да. — Ответил Ганс, вздыхая. — Я не буду снова начинать спорить о бюджете. Мы все знаем, что UA очень безответственно относится к своим деньгам. Яойорозу прикусила губу, удерживая себя от продолжения череды аргументов, связанных с бюджетом. Но, честно говоря, купол был немного неразумным. Зачем вообще им понадобился купол? Предположительно, это была тренировка на случай стихийных бедствий, верно? Разве солнечное тепло над головой не было бы немного более… реалистичным? Однако, когда Ганс вошел в здание, он понял, почему окружающую среду необходимо было изолировать. Все это было большой смертельной ловушкой. В одном секторе имитировался дождь, льющийся из разбрызгивателей на крыше, в то время как в другом секторе пожары и дым спиралями поднимались к небу. Целые биомы содержались в этом помещении с чрезмерно драматичным освещением. Когда герои на тренировке спускались по лестнице на центральную площадь, оглядываясь по сторонам и не видя ничего, кроме безграничных возможностей, Ганс сокрушался о своем будущем. Если бы он действительно окончил эту школу героев, пришлось бы ему путешествовать по стране и помогать людям? Прославленный работник скорой помощи, вкалывающий до изнеможения из-за своей причуды исцелять? Ганс вздохнул, прежде чем просиять. Разве он не мог просто поступить в колледж после окончания школы героев? В конце концов, это была средняя школа, и не было никаких полномочий продолжать выполнять бессмысленные задания героя после того, как он закончил четыре года. Он больше не был связан контрактом с мастером, который совершал чрезмерно героические / самоубийственные поступки, чтобы спасти человечество. В кои-то веки… он был свободен! Ганс… внезапно улыбнулся. Возможно, поступление в школу героев не означало, что он навсегда будет привязан к военному кораблю героизма. Затем, пока Тринадцатая бубнила о различных мероприятиях, взгляд Ганса переместился на черный портал, открывающийся рядом с ненужным декоративным фонтаном. — Что это, черт возьми, такое? — Пробормотал Ганс, указывая на портал. — Это похоже на вступительный экзамен, где тестирование уже началось? — Спросил Киришима, выглядя странно взволнованным. — Нет. — Сказал Айзава, протягивая руку перед своими учениками. — Это злодеи. Ганс наблюдал, как из портала вышел… мужчина с несколькими отрубленными руками на теле и сгустком черного тумана с металлическим ошейником и большими желтыми глазами. — О, черт. — Сказал Ганс, выругавшись. — Мы все умрем. Сенсей, вы можете открыть ворота? — Нет… — Прошептала Тринадцатая, ее голос слегка дрожал. — Мы… нас взломали! — Связь заблокирована! — Закричал Каминари. — Я не могу связаться с UA! Из черного тумана, который теперь простирался по двору, вышло еще много злодеев. Там был большой, грузный парень с обнаженным мозгом, который на мгновение заставил Ганса задуматься о том, чешутся ли когда-нибудь мозги. Там были разные невзрачные люди-любители, одетые в безвкусные наряды из костюмов для Хэллоуина и с топорами в руках, или настоящие, слегка профессионально выглядящие злодеи со сложным снаряжением. В общем, Ганс был обложен. Единственным реальным вариантом было… — Сбежать… — Пробормотал Ганс, прежде чем позвать русалочку. — Видишь вон те ворота наверху? Русалочка кивнула. — Я хочу, чтобы ты открыла эту штуку, но тихо, хорошо? Ты самая маленькая призывающаяся, которая у меня есть, поэтому я надеюсь, что ты сможешь действовать незаметно. Русалка отсалютовала и уплыла прочь, в то время как разум Ганса яростно гудел. Ему нужно было выиграть время, чтобы ворота открылись, но они не могли выбраться за ворота. В конце концов, у врага был парень, который мог телепортироваться в UA. Очевидно, что со своими короткими ножками он не смог бы вовремя подняться по лестнице, но был кое-кто, кто мог улизнуть незамеченным. Кто-то настолько прозрачный, что даже сюжет забыл о нем на последние пару недель. — Хагакурэ. — Пробормотал Ганс. — Доберись до ворот. Я отправил один из своих призывов открыть ворота, и когда они откроются, беги обратно в UA или куда-нибудь, где ты можешь общаться с людьми, и позови героев. Класс посмотрел на этих двоих в некотором замешательстве. — У Ганса уже есть план? — Пробормотал Киришима. — Это так по-мужски! — Заткнись, чувак! — Прошипел Джиро, хлопнув Киришиму по руке. — Если злодеи услышат, как ты это говоришь, нам всем конец. — Х-хорошо? — Захныкала Хагакурэ. — И сними перчатки и ботинки, ради бога! — Ганс закричал шепотом. — Эти вещи настолько противоречат здравому смыслу! Пара перчаток упала на пол, так как ботинки остались без присмотра. Ганс воспринял это как знак того, что девушка теперь поднимается по лестнице. — А теперь… чтобы я отвлекся… — Сказал Ганс, почесал в затылке и пошел вперед. — Люди с наиболее характерными чертами характера, вероятно, фетишист рук и любитель тумана, поэтому я предполагаю, что они лидеры, но… — Кому, черт возьми, есть дело до отвлекающих факторов? — Взорвался Бакуго, рванувшись вперед и отправив Ганса обратно на пол, набивая синяки. Когда Ганс сел, потирая немного поврежденную руку, он со странным чувством удовлетворения наблюдал, как парень из черного тумана телепортировал Бакуго прочь. — Теперь, когда все горячие головы убраны с дороги… — Произнес Ганс, громко крича. — Можно мне взять мегафон? Яойорозу молча протянула ему мегафон. — Мы можем перейти к разговору? — Условия? — Сказал человек с плохим прикосновением, жутко почесывая шею. Руки, прикрепленные к его телу, зловеще покачивались, и Ганс почувствовал, как у него скрутило живот, когда он понял, что это были настоящие, несколько мумифицированные руки. — Мы здесь, чтобы убить Символ Мира. — Да, точно. — Сказал Ганс, указывая на группу. — Давайте поговорим о том, почему вы на самом деле здесь. — Андерсен, отойди! — Закричал Айзава. — Перестань быть иррациональным! Эти злодеи опасны, а не просто те, кого ты можешь… — Я отказываюсь! А теперь слушайте, вы, ничтожество, позорное пятно на обществе! Эти двое используют вас! Злодеи, окружавшие этих двоих, начали перешептываться. — Разве вы не видите? — Продолжил Ганс. — Они никогда не приходили сюда с расчетом на успех! Они просто порочат вашу репутацию! — Заткнись, карлик! — Крикнул в ответ один из злодеев. — Ты ученик-герой! Ты не знаешь, через что нам пришлось пройти! В старших классах люди всегда… — Называли тебя обезьяной или что-то в этом роде, верно? — Ответил в ответ Ганс, глядя на обезьяньи руки парня. — Значит, тебе отказали в работе, потому что ты был слишком пугающим, верно? Парень кивнул, слегка ошеломленный. — Вы знаете, почему общество подвергает вас остракизму? — Ганс нес чушь, размышляя о различных аспектах социально-экономической теории, о которых он говорил с Яойорозу. — Вы знаете, почему работодатели никогда не дают вам работу? Почему дети инстинктивно боятся тебя? Это потому, что вы психопаты? — Да~ — Простонал парень с металлическими когтистыми руками и головой жука. — Ну, может быть, этот парень и прав, но не вы, люди. — Крикнул Ганс. — Конечно, я студент-герой, но система героев нарушена! — Это не так! — Закричал Иида, яростно размахивая руками и забывая, что на них всех напали злодеи. — Тсс! — Сказала Джиро, хлопнув Ииду по шлему. — Он пытается использовать ток-но-дзюцу! Хагакуре уже планирует обратиться за помощью! Если Ганс сможет задержать их на пару минут, то пусть оклевещет нас! Мне все равно! — Еще раз, прежде чем меня так грубо прервали… — Сказал Ганс, притворно свирепо глядя на Ииду. — Система героев сломана! Мы тратим слишком много денег на подобные вещи и тратим огромные суммы на создание крупных агентств героев и привлечение спонсоров, чтобы герои могли повысить наш рейтинг! — Так что же мешает нам убить вас всех прямо сейчас? — Да, почему бы и нет? — Прекрати повторять все, что я говорю, Тацуки! — Я подхожу к этому! — Ганс сказал. — Это потому, что все это заговор правительства! Воцарилась тишина. Ганс обливался потом и молился, чтобы инстинктивное отрицание общества злодеем и той чуши, которую он несет, было достаточно хорошим, чтобы заставить толпу прислушаться. — Они хотят подпортить вашу репутацию, поэтому они посылают таких агентов, как эти… — Сказал Ганс, указывая на фетишиста рук и парня с черным туманом. — Чтобы убедить вас атаковать места, которые явно непроницаемы! Как в центре учебного заведения UA! Вы все атакуете место, которое по сути является прославленной смертельной ловушкой, в то время как учитель с причудой стирания причуд набирает персонал! Мы можем избавиться от вашей телепортации и заманить вас в ловушку здесь! — Я не правительственный агент! — Прорычал фетишист рук. — Это то, что он хочет, чтобы мы думали! — Закричал злодей, указывая на фетишиста рук. — Это то, что сказал бы правительственный агент! — Молодой господин, мы должны атаковать, — Прошептал парень из черного тумана фетишисту рук. — Нет, нет. — Ответил фетишист рук, улыбаясь из-под маски для рук. — Давайте послушаем. Это похоже на ролик! Это идеальная декорация для этой сцены! Кроме того, они вообще не двигаются с места, и, согласно их расписанию, они пробудут здесь весь день! И если они не могут убежать или позвать на помощь, пока синее отродье говорит, зачем тратить пару минут на то, чтобы послушать какие-то знания? — …Я полагаю. — Сказал Курогири. — Но… — Заткнись! — Ответил фетишист рук. — Ты прерываешь изучение, и здесь также нет возможности воспроизведения! — Вы все хотите послушать? — Спросил Ганс, пытаясь отвлечь лидеров от размышлений о том, какие планы готовит Ганс. Головорезы и даже лидеры кивнули. — Кто-нибудь может принести мне белую доску? — Обратился Ганс. — Мне, возможно, тоже понадобится маркер, раз уж мы этим занимаемся. Тодороки, из всех людей, начал выглядеть заинтересованным. — Правительственный заговор? — Пробормотал он. — Я так и знал. Мой отец ни за что не смог бы стать героем номер два, не вступив в сговор с правительством. Вокруг Тодороки несколько студентов попятились. — Ты что… э-э… не понимаешь, что он несет чушь? — Спросил Каминари. — Я глуп, и даже я это знаю! — Маркер и белая доска? — Спросил Ганс, нетерпеливо щелкая пальцами, в то время как пот стекал по его спине и пачкал лабораторный халат. — О, э-э, вот. — Сказала Яойорозу, создавая предметы из своего непрактичного костюма. Злодеи сели и что-то пробормотали друг другу, вероятно, недоумевая, почему карлик их не испугался или почему карлик вдруг повел себя таким авторитарным образом. — Хорошо… Итак, давайте сначала начнем с этой петли положительной обратной связи, которая является злодейством. Вы все знаете, что такое петля положительной обратной связи? — Это так сюрреалистично. — Пробормотала Джиро себе под нос. Никто не поднял руки на толпу. Яойорозу открыла рот, чтобы высказаться академично, но Ганс пнул ее в голень. — Позвольте мне это объяснить. — Сказал он, пристально глядя на нее. — Цикл положительной обратной связи — это…

***

Хагакурэ оглянулась на толпу злодеев, которые каким-то образом сели и начали поднимать свои руки, или когти, или какие-то другие отростки, как будто они были студентами. — Что, черт возьми, там происходит? — Пробормотала она. Русалочка снова что-то пробормотала, прежде чем ткнуть ее… куда-то подозрительное… и указала на другой кусок металла. — Ты хочешь, чтобы я вскрыла и это тоже? — Сказала Хагакурэ, теребя прядь. Русалка кивнула. — Хорошо, хорошо… Пока струи воды под высоким давлением вырывались изо рта русалки, Хагакурэ слушала лекцию, транслируемую по мегафону. Недоверчиво покачав головой, она сосредоточилась на более неотложной задаче: открыть дверь. Однако, отметив явное отсутствие взрывов, Хагакуре начала задаваться вопросом. — Интересно, куда делся Бакуго.

***

Бум. Бакуго свирепо ухмыльнулся, произведя еще один взрыв. Пехотинец с головой ящерицы отлетел назад к стене и осел, его нож со звоном упал на пол. Позади него с разрушенного потолка спрыгнул пехотинец и замахнулся на него кулаком. В ответ на атаку раздался еще один взрыв, и человек в маске был отброшен в сторону. — Идите на меня, негодяи! — Бакуго взревел до небес. — Я убью вас всех! — Подождите, кто снова был злодеем в этом сценарии? — Пробормотали пехотинцы. — Кого это волнует? — Закричал другой человек-ящерица, стиснув зубы. — Ты ранил моего брата, надоедливый студент! Приготовься к смерти! Атака в форме ящерицы, третий фанат… Еще один взрыв.

***

— Теперь, что мы думаем об уплате налогов? — Спросил Ганс, глядя на негодяев. — Я ненавижу их! Правительство ничего для нас не сделало, так почему бы нам не разрушить их капот? Почему мы должны платить им наши деньги? — Какой-то злодей взревел. — Что, черт возьми, такое налоги? — Сказал особенно невежественный злодей. — Я только что поставил нули в тонне бланков, и следующее, что я помню, полиция стучится в мою дверь! Это только потому, что у меня вместо рук оружие? — …Ты закончил среднюю школу? — Я бросил учебу в четвертом классе, — Гордо сказал злодей с пистолетом в руке. — В школе тебя ничему не учат, кроме того, как считать дерьмо! — …Честно говоря, моя лекция на самом деле даже не относится к тебе. — Сказал Ганс, на мгновение изменив свой облик. — Почему ты слушаешь? — Потому что мои братаны слушают тебя! — Сказал мужчина с пистолетом, улыбаясь. — Видишь моего брата вон там? Он может быть многослойным! Я даже не знаю, что это значит! Он ходил в старшую школу! И когда он подал заявление на работу кассиром, ему отказали в этом магазине за то, что он был слишком страшным? Кого могло испугать это лицо? Мужчина, похожий на монстра Франкенштейна, удрученно махнул рукой. — Я потратил четыре года на получение этого аттестата зрелости, и никто не хотел меня нанимать… — Вы видите это? — Спросил Ганс, указывая на этого человека. — Человек с высшим образованием не смог бы даже устроиться на работу кассиром! Вы знаете, что сейчас не так с обществом? — Что не так? — Это очень просто! Вы все помните, что такое цикл положительной обратной связи, верно? — Да! — Нет. — Какой цикл? Ганс старался не показывать своего раздражения и ликования. — Ты хочешь, чтобы я объяснил еще раз? — Это объясняет мне, почему общество плохое и почему люди называли меня головкой члена в средней школе? — …Да! — Ответил Ганс. — По сути, из-за того, что вам всем отказали в работе, вы стали преступниками, верно? — Ага. — Сказал мужчина с пистолетом в руке. — Я зарабатываю свои деньги, развозя детей в игровых автоматах! Потом мои старые приятели сказали мне, что концерт продолжается, и когда мы покончим с этим дерьмом, мы сходим за пиццей! — В-любом случае… — Сказал Ганс, пытаясь заговорить, прежде чем его и без того шаткая логика пойдет под откос из-за того, что он бросил начальную школу. — Из-за того, что вы все становитесь преступниками, у вас плохая репутация! И из-за того, что у вас плохая репутация, никто не хочет давать вам работу! Это так? — Звучит примерно так. — Имеет смысл? — О чем он говорил? — Значит, из-за того, что ты безработный, ты продолжаешь заниматься преступностью! И что делают герои? — Сказал Ганс, расхаживая вокруг доски, где он потратил пару минут, описывая цикл, разговаривая просто для того, чтобы потратить время впустую. — Жестоко избили нас и отправили в тюрьму? — А что происходит, когда вас выгоняют? — Мы сделаем это снова! — И получают ли герои что-нибудь за то, что захватывают вас? — Они получают рейтинги и прочее! — Теперь это… вот откуда у нас мотивация. — Произнес Ганс, сжимая кулак и подражая политикам. — Поскольку героям выгодно останавливать преступность, они заставляют правительство тратить налоговые доллары на такие места, как это, вместо того, чтобы помогать вам, ребята. Без помощи вы, ребята, продолжаете совершать преступления! И если вы продолжаете совершать преступления, герои выигрывают больше и получают все больше и больше наличных, поскольку вы в конечном итоге умираете от старости. Итак, в конце концов, вы умираете, а герои богатеют! И герои платят налоги правительству, чтобы политики могли разбогатеть! — Итак, они использовали нас! Правительство! Чтобы собрать свое собственное богатство! — Ага. — Сказал Ганс, кивая. — И эти ублюдки — правительственные агенты, пытающиеся создать нам плохую репутацию! — Ага. — Снова сказал Ганс, улыбаясь. Каким-то образом его чушь сработала. — У меня вопрос. — Спрашивай. — Произнес Ганс. — Можем ли мы теперь покончить с убийствами? Вы уже достаточно навешали нам лапши на уши. — Почему мы должны слушать этих парней? Давайте, банда! Давайте потреплем этих парней! — Подождите, подождите, подождите. — Сказал похожий на Франкенштейна парень с аттестатом зрелости, вставая. — Если мы действительно продолжим бороться с ними, не будем ли мы просто… увековечивать цикл и… — Да, чувак! Например, не должны ли мы действовать, чтобы стать лучше, вместо того, чтобы бездумно следовать за лидером, который говорит нам делать то, что по сути является самоубийством. — Неважно, ты ворчишь. Помните, что мы вам обещали? — Сказал фетишист рук, вставая и протягивая руки. — Мы можем свергнуть общество! Мы можем переделать систему так, чтобы она работала на вас, а не только на людей наверху! Вы все со мной? — Да! — Закричали злодеи. Однако неохотная группа в задних рядах вместе с человеком с пистолетом и похожим на Франкенштейна человеком начали отходить от студентов. — Кстати, ты закончил? — Спросил фетишист рук, почесывая шею. Ганс посмотрел на русалочку, которая сидела у него на плече уже пять минут. Хагакурэ уже вышла, и он действительно не мог придумать, что еще сказать. — Я бы сказал больше, но ты бы мне не позволил, верно? — Хорошо, Курогири. — Молодой мастер? — Давайте начнем убивать детей, пока не появится Всемогущий. Разные головорезы? Толпа перед студентами зашевелилась. Достали топоры. Мачете были обнажены. Психопат перестал облизывать свои стальные когти и начал угрожающе ухмыляться. — Убейте их. Ганс вздохнул. В конце концов, он все равно, вероятно, должен был умереть. — Ну что ж. Никогда не говори, что я ушел без боя. — Ганс изо всех сил швырнул микрофон в ближайшего злодея. Он с грохотом упал на пол в десяти футах от человека из тумана. Мегафон визжал и ревел, прежде чем, наконец, заглох. Злодеи бросились в атаку, и Сотриголова прыгнул вперед. И если бы все прошло правильно, Хагакурэ вернулась бы с большим количеством героев, и Хансу не пришлось бы ничего делать. И все же что-то было не так… — Почему у меня такое чувство, что я совершил ужасную ошибку? — Пробормотал Ганс, когда шарф с изображением Сотриголова развевался на ветру и поймал в ловушку трех злодеев.

***

— Как… насколько… дольше… — Пробормотала Хагакурэ, едва не падая в обморок по дороге в глуши. — Почему UA так далеко? И почему я не позанималась кардиотренировкой? Ее ноги без обуви истекали кровью на асфальт. И все же она побежала дальше. Я должна это сделать… Я должна!