Причин для беспокойства нет

— Уилбур, пожалуйста, — заныл Томми, — мне скучно! Уилбур вздохнул, отрываясь от ноутбука и пытаясь закончить последнюю работу. — Почитай книгу или что-нибудь еще, — ответил он. — Книга? Ты что, блядь, спятил? Только ботаники любят читать как Техно. — Сказал блондин. — Я просто хочу что-нибудь сделать! Я не выходил из этой башни почти неделю, не можем ли мы сходить в торговый центр, или купить мороженого, или заняться чем-нибудь веселым?! Уилбур обдумал это. Справедливо, что Томми сейчас был немного беспокойным и хотел сделать больше. Они держали его в башне, как будто он Рапунцель, а они Матушка Готель. Если бы он был на месте стажера, он бы наверняка захотел что-нибудь сделать. Правда заключалась в том, что Уилбур нервничал. Он не хотел выходить на улицу, и он, конечно же, не хотел, чтобы Томми тоже выходил на улицу. Ни для остальных членов SBI, ни для Томми не было секретом, что он боялся Кримсона, и теперь Злодей напрямую угрожал им Филу. И все же, это было не самое худшее, потому что этот ублюдок решил привлечь Томми. Это был пиздец. Злодей вовлек в это дело кого-то, о ком Уилбур заботился, потому что миру нравилось видеть, как он страдает. Из-за этого SBI на всякий случай отказались позволить Томми покинуть эту башню. Томми явно был недоволен всем этим, не то чтобы Уилбур винил его. Сначала блондин был потрясен угрозами Кримсона, но, казалось, страх прошел, поскольку он так отчаянно хотел выйти на улицу. — Хорошо, — сказал Уилбур. — Мы не собираемся делать ничего безумного, и это тоже будет недолго. Мы будем… гулять по парку примерно в десяти минутах ходьбы отсюда, как насчет этого? — А потом купишь мороженое? — С надеждой спросил Томми. — Не испытывай судьбу. Стажер сдулся. — Хорошо. Уилбур мягко улыбнулся. — Знаешь, — начал он, — мы могли бы вместо этого пойти в закусочную в том парке. Я думаю, у них есть тако. Если ты хочешь, конечно. Просто так Томми снова загорелся. — Да! — Он радостно закричал, прежде чем схватить Уилбура за руку, пытаясь потащить его за собой. — Пошли! Уилбур отодвинул свой ноутбук в сторону. Он решил, что займется своей работой позже. — Хорошо, хорошо, я иду. Томми хихикнул над предложением брюнета, на что Уилбур весело закатил глаза. — Настоящый взрослый, — фыркнул он. — Мы должны были раньше догадаться, что тебе шестнадцать. У тебя точно такой же юмор, как у них у всех. — Эй! — Взвизгнул Томми. — Я нет, я крупный мужчина с удивительным чувством юмора, которое ты просто не можешь понять. — Конечно, — протянул Уилбур. — Мы собираемся идти или как? Томми моргнул, как будто забыл обо всем их плане. — О. Да! Давай! Уилбур рассмеялся и позволил Томми потащить его к лифту. — Ладно, Томс, пойдем в парк. ><><><><><>< Они поехали в парк прогуляться, и Техно, вероятно, сказал бы Уилбуру. 'Какой смысл в прогулке, если ты собираешься ехать туда на машине?’ Но ему потребовался бы час, чтобы добраться туда без его машины, поэтому он делал то, что хотел, что бы там ни говорил Техно гипотетически. Томми оглядел парк, явно восхищаясь им. Уилбур поднял бровь. — Ты ведешь себя так, словно никогда раньше не видел парка, — пошутил он. — Я не видел ничего более милого, — ответил Томми. — Ты можешь винить меня? Посмотри на это место! Уилбур действительно огляделся, чтобы понять, о чем именно говорил Томми. Это был хороший парк, этого нельзя было отрицать, но это все равно был просто парк. — Хорошо? Что насчет этого? Томми усмехнулся. — Богатые люди, — он покачал головой. — Ты должен помнить Уилбур Сут. Я живу в восемнадцатом округе. Ты действительно думаешь, что есть что-нибудь приятное в каких-нибудь близлежащих парках? Уилбур нахмурился. Он все время забывал, что Томми жил в нижних округах. Он знал, что это звучит плохо, и, возможно, он был немного невежествен, когда дело касалось финансового положения блондинки, но это так удивительно. Кроме того, что парень был немного худощав и у него было такое выражение глаз, что он видел слишком много для своего возраста, о чем Уилбур действительно старался не думать слишком много, не было ничего, что кричало бы о том, что он жил в нижнем районе. Просто это был Томми. Он был таким энергичным и таким забавным, как он вообще мог так сильно бороться? У Уилбура скрутило живот при напоминании. Он также отказался от финансовой помощи, из-за чего брюнет чувствовал себя дерьмово. Он так сильно хотел помочь, но не мог, потому что блондин скорее умер бы, чем признал, что ему нужна помощь. Это было очевидно. — Нет, думаю, что нет. Извини. — Все в порядке — пробормотал Томми. Уилбур все же не чувствовал, что это нормально. — Итак, — Томми пнул камешек с дорожки. — Что с тобой? Завел новых дам? Уилбур усмехнулся. — Нет, Томми, у меня не появилось новых ‘дам’. Ты знаешь, как часто я отхожу от Башни Героев? Не часто. Томми нахмурил брови. — Почему нет? — Он спросил. — Я не смог бы оставаться там дней пять. Как ты мог оставаться там так долго? Тебе это не надоедает? Уилбур отвел взгляд от горящего взгляда Томми. Потому что правда была в том, что да, он так устал чувствовать себя запертым в стенах Башни Героев. Но это было лучше, чем быть на публике и постоянно чувствовать, что тебя осуждают, даже если только странные супер-фанаты обычно знали, кто он такой. Хотя, возможно, это еще хуже. Потому что всякий раз, когда он сталкивался с супер-фанатками на публике, они либо визжали и не давали ему места, либо сходили с ума, опасаясь, что Уилбур причинит им боль или что-то в этом роде. Это было больно. Больно, когда люди, которых ты поклялся защищать, смотрят на тебя со страхом. Оглядываясь назад, я чувствовал себя глупо, но Уилбур раньше желал и молился, чтобы у него были более нормальные способности. Возможно, телекинез, чтение мыслей, стихийная сила, он не знал. Но почему то, что казалось таким злодейским? Почему его осудили за то, что он не мог контролировать? Уилбур смотрел на звезды и просто желал, и желал, обладать другой силой, пока у него не заболело горло. Ничто не помогло, не так, как он действительно ожидал. Он не знал, стоит ли ему делиться этими чувствами с Томми. Он мог легко сделать это с Филом или Техно, потому что они понимали, и Уилбуру было с ними совершенно комфортно. Томми, не так уж много. Не пойми Уилбура неправильно, он обожал Томми. Он привязан к парню, и ему нравилось, что тот, казалось, всегда понимал его. Не то чтобы он не доверял Томми. На самом деле все совсем наоборот. Но он не хотел, чтобы Томми беспокоился о том, как трудно быть сиреной. Он не хотел, чтобы тот чувствовал себя беспомощным, видя, как Уилбур борется, и поскольку брюнет был свидетелем борьбы Томми, он точно знал, насколько ужасно это было наблюдать. Не то чтобы Уилбур ничего не рассказывал Томми. Он упоминал об этом то тут, то там. И стажер подслушал, как некоторые Герои сплетничали о SBI, и не только это, но он еще и защищал его! Итак, это еще раз доказало, что он может доверять Томми. Если уж на то пошло, он делал это, защищая свои чувства ко всему этому. И, возможно, Уилбур боялся того, что, возможно, Томми просто забыл, насколько опасным может быть Герой. Возможно, если Уилбур расскажет Томми о своей борьбе, стажер вспомнит, почему все его ненавидели. Это маловероятно, он знал это, но смысл все равно оставался в силе. — Наверное, я действительно устал от этого, — решил сказать Уилбур. — Но я предпочитаю быть свободным от осуждения окружающих. — Я думаю, это справедливо. — Сказал Томми. — И все же. Ты не должен позволять другим диктовать тебе свободу. Если ты никогда не выйдешь на улицу, ничего не случится. — Томми, я Герой, живущий в Башне Героев. Я думаю, в моей жизни происходит более чем достаточно событий. Блондин пожал плечами. — Если ты так говоришь... Уилбур собирался сказать об этом больше, потому что было не похоже, что Томми ему вообще поверил, но вместо этого он что-то заметил и остановился как вкопанный. — Хэй, Томми, — сказал Уилбур. — Что? Уилбур указал на автомобиль. — Смотри, грузовик с тако вон там. Томми ахнул. — О, Прайм. Мы можем зайти? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста? — Он умолял. Уилбур рассмеялся. — Я уже согласился, что мы можем. Томми обрадовался и, схватив его за запястье, повел к фургону с едой. — Ладно, что нам взять? — Спросил он, когда они подошли и встали в очередь. — Я не знаю, я никогда здесь не был. — Что?! — Воскликнул Томми. — Я думал, ты знаешь меню" — Я сказал, что здесь был фургон с едой. Я не говорил, что пробовал. — напомнил Уилбур. — Зачем вообще здесь фургон с едой? Мы в каком-то модном парке. — Понятия не имею. У него достаточно хороший бизнес, — ответил Уилбур. — Итак, я думаю. Давай просто закажем то, что они порекомендуют. Они встали в очередь, и несколько минут спустя мужчина, разносящий еду, наконец спросил их. — И чего бы вы двое хотели? — Два блюда что ты порекомендуешь. — Уилбур повторил Мужчина кивнул. — Имя? — Уилбур. — Хорошо, дай мне несколько минут. — Сказал мужчина и начал готовить тако. — Нам стоит как-нибудь съездить в восемнадцатый округ, — внезапно заговорил Томми. — Потусоваться там или что-нибудь в этом роде. Это могло бы быть весело. Уилбур неуверенно промычал. — Только не тогда, когда вокруг бегает Кримсон, — ответил он, даже не потрудившись расшифровать непроницаемое выражение лица Томми. — Честно говоря, я даже не думаю, что мы должны позволять тебе возвращаться в твою квартиру в ближайшее время. Томми нахмурился. — Вы, ребята, не можете держать меня в этой башне вечно, — указал он. — Я хочу вернуться к своим соседям по комнате, чтобы все было нормально. Уилбур немного ссутулился. — О. Тебе не нравится жить в Башне Героев? Я подумал... мне нравится твоя компания. Было бы здорово, если бы ты побыл с нами еще немного.— Или еще несколько недель. Уилбур знал, что было несправедливо просить Томми остаться так надолго, но ему нравилось видеть блондина там. Ему никогда не было так весело, как на прошлой неделе, и он не хотел, чтобы это заканчивалось. То, как Томми вписался в эту динамику, было потрясающе, он хотел бы видеть это дольше. Уилбур как будто заглянул в ту жизнь, которая могла бы у них быть, если бы Томми просто остался подольше, если бы Томми стал семьей. Ладно. Это уже перебор. Уилбур не знал, откуда это взялось. Конечно, он может видеть в Томми младшего брата, эта мысль становится все более очевидной, когда он узнает возраст стажера, но это нормально. Должно быть, из-за одиночества. Это не так уж странно. Но он не думал, что Томми станет его семьей. И все же, если бы Томми действительно ушел из семьи, Уилбур не возненавидел бы это. — Мне это нравится, — пояснил Томми. — Вы мне, ребята, очень нравитесь. Но мне нужна моя собственная жизнь, мои собственные обязанности, понимаете? — Но тебе всего шестнадцать. Ты действительно должен жить один? — Спросил Уилбур, прежде чем смог сдержаться. — Я долгое время был один, Уилбур. — Ответил Томми. — И у меня есть соседи по комнате. Ранбу скоро исполнится восемнадцать. Уилбур вздохнул. — Я знаю. — Глупо было думать, что может случиться что-то еще. — Уилбур? — позвал мужчина. Брюнет оглянулся, чтобы увидеть, что тако готовы. Он улыбнулся мужчине и схватил еду. Уилбур протянул Томми тако. — Хорошо, я готов попробовать это. — Он заговорил. — Не хочешь присесть вон на ту скамейку? — Спросил Уилбур, указывая на упомянутую скамейку. — Да, поехали. Они сели и оба открыли свои тако. — Давайте считать до конца. — Сказал Томми. — Готов откусить кусочек через три... два... один. Они оба откусили по большому куску. — Вау, на вкус как дерьмо, — пожаловался Томми, рот которого все еще был набит едой. Уилбур усмехнулся, забавляясь отсутствием манер. — Да, — согласился он, продолжая есть тако. — Что ты думаешь обо всей этой истории с алиптидами? — Спросил Томми, удивив Уилбура. Уилбур, честно говоря, не знал, как к этому относиться. Он прекрасно понимал, зачем они это придумали, но, как сказал на днях Томми, это было немного жестоко. Он не говорил, что согласен со злодеями, и они действительно заслуживают большей части своих наказаний, но это было... сложно. Томми был прав, когда сказал, что твои способности как вундеркинда были такой важной частью твоей личности. Лишить кого-то способностей было все равно что оторвать допонительную конечность, которой владел, ты просто так этого не делал, даже если они этого заслуживали. Это полный бардак. И Уилбур стал свидетелем того, как Злодей был абсолютно унижен своими способностями, у него украли частичку себя. Слово ‘унижение’ даже не отражало ситуацию должным образом. Это было самое тяжелое, что Уилбур мог наблюдать, и людей, казалось, это даже не обеспокоило. Но также имело смысл, почему они производили алиптид. Это могло привести к снижению уровня преступности или, по крайней мере, к уменьшению угрозы для преступников и злодеев. Возможно, общество было бы безопаснее, если бы у них были удалены способности, каким бы беспорядком это ни было. Возможно, Уилбур не боялся бы Кримсона так сильно. Его страх возник из-за невозможности контролировать Злодея, поскольку способности Кримсона были удалены, это развеяло бы его страхи. Тем не менее, Башня Героев всегда утверждала, что они поступят морально правильно. Они проповедуют это и все же публично унизили Вульпеса. По крайней мере, им не нужно было транслировать это общественности. Им не нужно было давать Вульпесу надежду на то, что у него есть шанс сбежать. Они даже не потрудились уведомить Героев, прежде чем публично транслировать все это. Они просто свалили это на них, как будто это не было одним из самых громких объявлений, когда-либо сделанных Башней героя. Уилбура это действительно задело. Но, конечно, когда он высказал свои опасения, никому не было дела. — Не думаю, что я фанат этого, — ответил Уилбур. — Это сбивает с толку. Я бы солгал, если бы сказал, что не хотел бы, чтобы Кримсон получил инъекцию. Это эгоистично, я знаю. Но мне нужно так или иначе ослабить свои страхи, и это был бы лучший способ. Но то, что они сделали с Вульпесом, было немного хреново, и я согласен с тобой, что неправильно отнимать у кого-то способности. — Но не Кримсона, - сказал Томми. — Не Кримсон, — Уилбур сделал паузу. — Это неправильно так думать. Я понимаю. Но я просто так боюсь этого парня. Если бы его силы были лишены, все мои страхи исчезли бы. Томми кивнул. — Да. Да, нет, я понимаю. — Он откусил еще кусочек тако, несмотря на то, что его нос сморщился от отвращения. — Например, Башня героев даже не потрудилась учесть, что эти люди могут оказаться невиновными. У некоторых людей есть работа, которая зависит от их способностей. У моего отца была. Что, если кто-то случайно сделает тебе инъекцию? Ты будешь уволен. Уилбур хмыкнул в знак согласия. — Ты никогда не говоришь о нем. — Кто? — Твой отец. — Это больная тема, — ответил Томми минуту спустя. — Извини, — пробормотал Уилбур. — Все в порядке, ты не мог знать. — Томми успокоил. — Работа в Башне Героев была странной, — сказал он, явно пытаясь сменить тему. Уилбур фыркнул. — Быть героем странно. — Насколько это странно? — Спросил Томми. — Знать, что так много людей полностью, слепо боготворят тебя? — Не многие боготворят меня, —ответил Уилбур. —Те немногие, которые боготворят… Я к этому не привык. Думаю, это странно. — Ладно, хорошо. Как насчет твоего отца? — Что, Фил? — Сказал Уилбур, вопрос застал его врасплох. — Нет, наш господь и спаситель, Прайм. — Томми фыркнул. — Да, Фил! Уилбур рассмеялся. — Самое странное во всем этом то, что к этому привыкаешь. — Он пожал плечами. — И, эй, это лучше, чем люди, желающие его убить. К сожалению, все еще есть довольно много людей, которые хотят это сделать. Томми отвел взгляд от Уилбура. — Это правда. — Быть героем - тяжелая работа. Но я рад, что она есть, могли бы вы представить, если бы Героев никогда не существовало? Если я сейчас получу дерьмо за свои способности, только представь, со сколькими проблемами я столкнулся бы, если бы никогда не было Башни Героев. — сказал Уилбур. Это была одна из хороших сторон Башни Героев. Во многом причина, по которой он был изобретен в первую очередь, заключалась не только в том, чтобы противостоять угрозам, которые исходили от Вундеркиндов, но и из-за дискриминации, с которой вундеркинды могли столкнуться. Многие люди раньше либо возмущались, либо боялись Вундеркиндов из-за их способностей. Они бы протестовали, что несправедливо, что некоторые люди намного сильнее их, или им было бы страшно подумать о том, что Вундеркинды могут с ними сделать. Правительство планировало дать вундеркиндам шанс проявить себя около пятидесяти лет назад. Они изобрели Башню Героев. Конечно, это было гораздо более впечатляюще, чем то, чем была Башня Героев сейчас, возможно, в десять этажей, и работа над ней все еще продолжалась, но это было началом совершенно новых вещей. Это заставило людей полюбить Вундеркиндов, потому что однажды они могли бы стать Героями и спасти тебя. Это показало, что у Вундеркиндов есть шанс помочь тебе, несмотря на злодеев и банды, бегающие вокруг, портящие имидж Вундеркиндов. — Башня героев проделала хорошую работу по прекращению дискриминации вундеркиндов, — медленно произнес Томми. — Но я думаю, что некоторые злодеи также стремились остановить притеснение вундеркиндов, и тогда никому не было дела. Уилбур бросил на Томми странный взгляд. — Ну да. Почему бы людям не посрать на них по этому поводу? Это немного контрпродуктивно, если ты собираешься делать именно то, чего люди боятся, что вундеркинды будут делать. — Я знаю. Но... — Томми замолчал. — Но? — Но были некоторые вещи, которые Башня Героев изменила в обществе к худшему. — Он закончил. Уилбур нахмурил брови, пытаясь подумать о чем-нибудь, что стало хуже, но не смог придумать ничего, кроме, возможно, уменьшения количества патрулей в нижних округах. — Например? — Знаешь, я удивлен, что они не преподают больше об истории до Башни героев. — Ответил Томми. — Опять же, это не делает Героев великолепными. — Он вздохнул. — Большая проблема, с которой у меня связана Башня героев и вся эта история с "Героями", заключается в том, что из-за нее не-вундеркинды гораздо больше полагаются на вас, ребята. — Что ты имеешь в виду? — Это было не так давно, когда нам не приходилось полагаться на силы в спасении преступников или исцелении пациентов. Это было всего сколько, шестьдесят лет назад? Возможно, меньше. — Томми покачал головой. — Там были полиция и врачи, а не целители. — Полиция? — Ответил Уилбур. Это звучало знакомо, но, если ему нужно было догадаться, это было из какого-то старого урока истории, о котором он совершенно забыл. — Полиция служила правосудию, это была система, подобная "Башне героев". Только от тебя не требовалось быть вундеркиндом, чтобы остановить преступление. — Томми пояснил. — От врачей также не требовалось быть целителями. Подумай об этом, Уилбур, у нас было бы гораздо больше людей, помогающих сообществу, если бы от тебя не требовалось обладать какой-то силой. Это не совсем справедливо, и это заставляет недвусмысленных полагаться на вундеркиндов. Они ожидают от них чего-то, чтобы спасти их, помочь им. — У Томми было странно серьезное выражение лица. — Возможно, сейчас вундеркинды редко сталкиваются с дискриминацией, но общество привыкло ожидать от них чего-то... требуют чего угодно. Теперь мы полагаемся на Героев, целителей или даже случайных вундеркиндов без всякой причины, за исключением того, что они более ‘особенные’. Уилбур моргнул. — Это... о. Откуда ты все это знаешь? Ты не вундеркинд. — Мне рассказали мои соседи по комнате. — ответил Томми. — И хм. Я никогда не рассказывал тебе, как умерли мои родители. Разве? — Нет, — медленно произнес Уилбур, — Ты и сказал, это больная тема. Мне никогда не приходило в голову спросить. К тому же, я просто подумал, что это по естественным причинам или что-то в этом роде. — Хотелось бы, — с горечью ответил Томми. — Нет, они... э… их убила банда. На самом деле, они их убили. Сердце Уилбура упало. — Что? — Он выдохнул. — Томми, мне так жаль. — Это не твоя вина, — пробормотал Томми. — Я был там, когда это случилось. Их обоих застрелили. Но я спрятался. к счастью, парень, который их убил, так и не нашел меня. Но мы полагались на Героев, защищающих нас. Они так и не пришли. — Разве ты не добился справедливости? Ты никому не сказал? — Спросил Уилбур, даже не пытаясь скрыть беспокойство в своем голосе. Он заметил, что у Томми дрожат руки. — Нет, это не имело бы значения. — Ответил стажер. — Мне было всего… тринадцать. Я узнал, что все члены банды были мертвы к тому времени, когда я проводил исследование для справедливости. Я просто был... я не был готов говорить об этом с кем бы то ни было. В итоге я провел в системе приемной семьи около пары лет и в конце концов ушел с Таббо и Ранбу. — Томми прерывисто вздохнул. — Мои родители полагались на Героев, я полагался на Героев, и это ни к чему нас не привело. Нам нужно перестать полагаться на Героев и Вундеркиндов в основном, иначе мы не сможем спастись сами, потому что мы не должны сидеть сложа руки, пока не прибудет помощь. Томми было тринадцать. Томми было тринадцать, когда он пережил такую трагедию. Действительно, насколько хреновой могла стать жизнь этого ребенка? Уилбур хотел извиниться как часть Героев, потому что он чувствовал, что предал младшего Томми. Томми, который прятался и полагался на Героя, такого Героя, как Уилбур, чтобы спасти его. И никто не пришел. Сколько детей испытывают то же самое? Уилбур тяжело сглотнул. — Хорошо. Ты прав. Мне чертовски жаль, Томми. Я не могу представить, через что ты прошел. — Ты не можешь или не хочешь? — Томми внезапно рявкнул, застав Уилбура врасплох. Он сделал еще один глубокий вдох. — Прости. Большинство людей говорят обычное ‘Я не могу представить, как пройти через это', и в конце концов это утомляет. Они могут в точности представить, через что я прошел шаг за шагом, живо. Они просто отказываются это видеть. Не то чтобы я их виню, но все же. — Верно, — сказал Уилбур. — Извини. — Все в порядке. — Ты правильно подметил. Общество не должно так сильно полагаться на вундеркиндов. — Уилбур говорил тихо. — Я чувствую, что в чем-то подвел тебя. — Он прошептал. — Не надо, — ответил Томми. — Потому что я тебя не виню. Может быть, я должен винить тебя, потому что ты Герой, но я этого не делаю. Так что не вини себя. Несмотря на заверения, Уилбур чувствовал себя ненамного лучше, но все, что он сказал в ответ, было: — Хорошо. Томми кивнул. — Хорошо, — повторил стажер и наклонился к Уилбуру сбоку. Уилбур улыбнулся и положил руку на плечо Томми, но блондин напрягся. Он испугался, что совершил ошибку и зашел слишком далеко в таком серьезном и уязвимом вопросе, но мгновение спустя Томми расслабился и откусил еще кусочек тако. — На вкус все равно как дерьмо, — простонал Томми. Уилбур рассмеялся. — Да, мы больше никогда не будем есть эти тако. — Вот тебе и прогулка. Уилбур улыбнулся. — Я думаю, мы все равно весело провели время. По крайней мере, занимательно. — Да, — сказал Томми, — Ты прав.