Мгновения радости, часы печали

      Дни почти в пустом общежитии были уютными. После уезда Элисон, Кевин жил в одной комнате вместе с Хилари. Они создавали праздничное настроение и наслаждались временем, проведённым вместе: украшали комнату гирляндами, тренировались на стадионе, готовили еду, выбирались на прогулки и занимались сексом.       Не редко они проводили свой досуг и по отдельности: Хилари посещала библиотеку и продолжала изучать испанский с Нилом, который так же как и Эндрю с Лиамом никуда не уехал. Кевин же ходил в местные любительские кружки по занятию экси, объясняя это необходимостью смены обстановки «свежими» людьми с другим уровнем игры. Как человеку с тренерскими наклонностями ему приходилось по душе направлять советами людей и посвящать их в тонкости спорта.        С момента разговора на крыше Дэй и Эванс не ссорились. Возможно это было связано с тем, что они сглаживали острые углы, намеренно избегая ссор. Потому что понимали, что следующая возможность побыть одним выпадет не скоро. Из-за чего тратить время на конфликты было бы очень неразумно. А возможно, причина гармонии — это то, что они нашли общий язык и способы разрешать проблемы, которые могут возникать.       Хилари не хватало Элисон, но это компенсировалось общением с ней по переписке, в которой она отправляла фотографии с острова Коронадо и делилась новостями.       Элисон писала, что подруга зря не захотела поехать с ней, ведь сидеть в общежитии очень скучно. Хилари так не считала и радовалась спокойным дням, где она не упускает возможность побыть с Дэем. К тому же, без стресса и раздражения, которые обычно появляются у обоих в связи с постоянными подготовками к соревнованиям и бесчисленными проблемами всех Лисов и мира спорта.

***

— Вставай, ты уже долго спишь. — Я накапливаю силы перед тренировкой, — сонным голосом ответила Хилари, потянувшись к прикроватной тумбочке за своим телефоном, — Тем более до выезда к стадиону ещё есть время. — Сегодня не поедем.       Девушка удивилась, приподнялась на локтях и увидела Дэя с слегка мокрыми волосами в одном полотенце на бёдрах, что свидетельствовало о выходе из душа. — И почему же мы не поедем? — уже более бодро спросила она, блуждая взглядом по его почти обнажённому телу, — «Кевин Дэй» и «Мы не поедем на стадион» — несовместимые вещи. — Будем пересматривать игру Троянцев с Пенсильванскими Львами, но это только сегодня. Мне не по душе выбиваться из привычного графика, — чтобы подчеркнуть важность сказанного и не оставлять возражений, Дэй произносил каждое слово с чёткой артикуляцией, — Не надейся, что мы будем просто праздно смотреть игру. Будешь давать комментарии по ходу просмотра.       Хилари закатила глаза и улыбнулась. С лёгким смехом она подошла к Кевину и не сдержавшись, запустила пальцы в его волосы, скользнув ими по прядям. — А если не буду? — Тогда поедем на стадион и там ты будешь комментировать уже свои действия. — Нельзя быть постоянно таким серьёзным, — вздохнула Хилари, — Иногда ты совершенно не понимаешь, что нужно так же игриво ответить. Мы даже не препираемся на традиционную тему для всех влюблённых — кто кого и сколько любит. — Это не по мне и ты это знаешь.       Когда Хилари подкладывала себе под спину подушку, Кевин настраивал телевизор. В полумраке комнаты мягкий свет экрана бросал тени на лица нападающих, сидящих на диване.       Дэй решил не перематывать запись сразу на саму игру. Стали доноситься разговоры тренеров, журналистов и игроков. Затем наступил черёд показа трибун и подготовки к игре.        Кевин передвинулся вплотную к Хилари, сокращая оставшееся между ними расстояние. Их плечи соприкоснулись. Полотенце приспустилось, отчего сильнее обнажило Дэя. — Может оденешься? — Мне комфортно и так. Тебя это смущает? — не отрываясь от экрана, Дэй слушал как тренер Львов комментирует только что оглашённый состав соперников. — Верно будет сказать отвлекает. — Так не отвлекайся и сосредоточься на просмотре, — огрызнулся Кевин.       Хилари заметила, что Кевин, казалось, был погружён в свои мысли. Его взгляд был устремлён на экран, но он не замечал ни матча, ни её присутствия. — Что с тобой? — осторожно спросила она, привлекая его внимание. — Всё нормально, — буркнул он. — Тогда какого чёрта ты так груб? — Я сказал, всё в порядке! — резко ответил Кевин, наконец повернув голову к Хилари. В его голосе слышалась раздражительность, и она почувствовала, как между ними возникла невидимая стена.       На мгновение Хилари замерла, не зная, как реагировать. Её пытливый взгляд встретился с его недовольным. Хилари хотела понять, что происходит, но в очередной раз, когда она пыталась подойти ближе, Кевин отстранялся ещё больше. — Если ты не хочешь говорить, я просто… — начала она, но он уже снова отвёл взгляд к экрану, словно там находился ответ на все его вопросы.       Игроки выходят на поле через двери на ближнем и дальнем концах поля. Мелькают красно-золотые и сине-белые формы.       Стоило Хилари полностью сосредоточиться на просмотре, как Кевин положил руку на внутреннюю часть её бедра и стал медленно водить большим пальцем, продвигаясь выше. Как только девушка развернулась к нему, Кевин убрал руку: — Скоро мяч перелетит на другую сторону поля. Примет ли Джереми пас и забьёт или начнёт спешно передавать мяч, находящейся в более выигрышной позиции Эмме? — Сколько раз ты пересматривал этот матч? — Всего два раза. Если ты удивляешься моей памяти на моменты, то досконально я запоминаю только самые важные. Ну так что сделает Джереми? — Примет и забьёт, — Джереми принял пас, но передал его Эмме, которая принесла очко Троянцам. — Ошиблась. Джереми видел, что ей пробить легче, чем ему, поэтому и передал. Одно из его качеств, которое делает его мудрым капитаном, — левой рукой Дэй сжал плечо Хилари, другой собрал её волосы в хвост и начал тянуть их назад, создавая при этом лёгкое массирующее движение. Приблизившись к уху нападающей, Кевин мягко прошептал: — Тебе бы не помешало поучиться у него уступчивости на поле, а не всегда самоуверенно рисковать и стараться всеми способами пытаться пробить самостоятельно. Хилари повернула свою голову, оказавшись с ним лицом к лицу: — А тебе бы не помешало быть более открытым со мной. — Что сейчас пытается проделать Трэвис Джордан? — Кевин выпустил её волосы, оставив претензию без ответа. — Отдаёт пас назад своему вратарю. — А это разрешено? — Вратарь Троянцев находится в пределах площади ворот, поэтому да.       Когда они увлечённо комментировали действия игроков, Кевин обхватил рукой левую грудь девушки, но снова отступил от дальнейших действий и заговорил о матче. В ответ на это Хилари просунула свою ладонь под полотенце Кевина и сжала его уже вставший член.       От неожиданности Дэй попытался отстраниться, но Хилари поспешила приобнять его свободной рукой и не дать отсесть от себя подальше. Почувствовав пальцем предэякулят на головке, она приблизилась к его шее и начала с осторожных прикосновений губами, исследуя контуры, наслаждаясь сбитым дыханием Кевина.       Её губы перемещались вниз, останавливаясь на ключице, где она задерживалась дольше, оставляя мягкие поцелуи, чувствуя его тепло и биение сердца.        Напряжение Кевина заметно исчезло. Довольно ощутимо он сжал левый сосок Хилари сквозь одежду. Стоило ему захотеть сделать тоже самое со вторым, как девушка отодвинулась, не смотря на то, что это было трудно, так как она тоже стала возбуждённой и прибывала в радостном волнении. Но ради ответа Кевину его же тактикой, стоило пойти против своих истинных желаний.       На экране объявили перерыв в 15 минут до следующего тайма. Хилари соскочила с кровати и направилась к шкафу. — Куда ты? — Освежиться в душ. — На тебя так повлиял первый тайм в пользу Троянцев? — саркастично улыбаясь, поинтересовался Кевин. — Да, особенно защитник Трэвис Джордан с его беспощадными стикчеками и непробиваемой защитой, — Хилари мечтательно уставилась на экран, в котором транслировались повторы запоминающихся атак и элементов, в том числе номера 32 — Джордана, — Не видела, чтобы кто-то так качественно использовал тактику заслонов. При их выполнении он никогда сильно не держит и не тянет клюшку, чтобы препятствовать передвижению соперника, но при этом ему удаётся удачно заблокировать. После такого точно взмокнешь.       Хилари поймала угрожающий взгляд Кевина, и не дожидаясь ответа, поспешила поскорее скрыться в ванной с полотенцем и свежим нижним бельём в руках.

***

      «Пусть он искупается в ревности, пока я искупаюсь в душе. Терпеть не могу его привычку распространять своё плохое настроение на меня, не объясняя причины, а потом лезть ко мне как не в чём не бывало…», —пронеслось у девушки в мыслях пока она стояла под потоком тёплой воды, смывая с себя душистый гель для душа.       «А что если я переборщила? Всё-таки пусть и наигранно, но так открыто восхищаться Джорданом перебор. Хотя, пусть. Даже простому парню время от времени полезно видеть, что в нём не растворяются, не говоря уже о человеке с таким масштабом узнаваемости и обилием внимания как Дэй.»       Босые ноги Хилари коснулись холодного плиточного пола. На мгновение она остановилась, ощущая прохладу на подушечках пальцев. Капли воды ещё струились с тела, оставляя за собой блестящие следы на коже.       Девушка подняла голову и взглянула в зеркало. Отражение показывало её слегка растрёпанные волосы и влажное лицо, на котором ещё играли отблески света. Она улыбнулась себе, чувствуя, как её наполняет уверенность.       Надев на себя синий лифчик и такие же по цвету стринги, Хилари вышла с ванной, оставляя за собой лёгкий аромат свежести и тепла.       Дэй, услышав, что она вышла с душа, поднялся с кровати и направился на встречу, окончательно теряя по дороге к ней полотенце.       В зелёных глазах наблюдался опасный огонёк. Подойдя, он подхватил её за бёдра и понёс в спальню, где положил спиной на кровать, нависая сверху. — Трэвис Джордан значит? Хочешь его? — вопрос был задан обманчиво спокойно. — Я решила тебя разозлить, так же как и ты меня, поэтому восхитилась им.       Вместо слов Дэй укусил её за плечо и резким движением переместил на край кровати. — Подними вверх ноги.       Спустившись с кровати на пол, Дэй встал на колени и развёл ноги девушки в стороны, заставляя полностью раскрыться.       Дэй начал неспешно проводить языком по внутренним частям её бёдер и выцеловывать их. Затем он переместился к закрытому трусами лобку, и то слева, то справа, всячески избегая середины, продолжал оставлять влажные поцелуи.       Хилари, не в силах терпеть горячее дыхание и скользящий язык, схватила Дэя за волосы и потянула на себя, заставив уткнуться губами прямо в клитор.       Кевин усмехнулся и не торопясь, отодвинул её трусы в сторону. Большим пальцем левой руки, круговым движением, начал массировать клитор. Сплюнув на него и коротко лизнув, он решил немного подразнить Хилари.       Стоило девушке расслабиться и закрыть глаза, как Дэй просунул руки ей под ноги и грубо обхватил груди, проводя языком снизу вверх по всей длине половых губ, слегка прикусывая их.       Хилари страстно стонала, полностью отдаваясь моменту. Когда же она открывала глаза, то встречалась взглядом с Кевином.       Это была одна из его особенностей — не закрывать глаза даже во время поцелуев. Во время секса Кевин предпочитал так же всегда следить за реакцией и поддерживать зрительный контакт, чтобы делать момент интимнее и тем самым показать, что он не думает о чём-то своём, а находится здесь, с ней.       Кевин начал интенсивнее работать языком, всасывая клитор, от чего Хилари начала извиваться и сводить ноги. Дэй снова придавливил её ноги к кровати, не давая свести их.       Почувствовав что она близка к оргазму, он переместился языком от входа влагалища вверх, и начал совершать колебательные движения головой, чтобы усилить ласку. Выделения смешанные с его слюной густо стекали на пол.       Хилари изогнулась в спине и крепко вцепилась в волосы Кевина. Каждый стон был наполнен глубоким желанием, словно она пыталась выразить всю свою страсть одним звуком. Волна удовольствия с двойной силой прошлась по телу, ноги затряслись.       Дэй не остановился, что заставило её удивиться. Вместо этого он стянул с неё полностью трусы и вновь принялся ласкать. Совершая круговые движения языком вокруг входа во влагалище, он проникал в него, не забывая водить пальцами по клитору. Хилари попыталась прикрыться рукой. — Не закрывайся, — выдохнул он. — Мне так хорошо. Не только от физических ощущений, но и от факта, что ты меня вылизываешь, но остановись. Я ещё не успела отойти от оргазма, — со сбитым дыханием девушка была раскрасневшаяся и полностью расслабленная. Всё её тело горело. — Я хочу, чтобы твои ощущения были ярче, — с этой фразой Кевин вошёл в Хилари средним и безымянным пальцами.       Быстрыми движениями он скользил в ней, от чего у девушки наступило полуобморочное состояние с мелкой дрожью в ногах. Дэй ощутил как она сдавила мышцы вокруг его пальцев. Она не могла произнести ничего связного, кроме постанований. Вытекла маленькая струйка вагинальной смазки. — Это такое удовольствие смотреть на то как ты кончаешь от моих усилий.       Улыбаясь, Дэй перешёл на кровать и нежно поцеловал её в губы. Хилари ощутила едва уловимый вкус своих выделений. — Откинься на подушки, — попросила она Дэя после поцелуя, потянувшись к лубриканту на прикроватной тумбочке.       Хилари выдавила на его член смазку. Сомкнула большой и указательный палец в кольцо, плотно прижав член, и стала двигаться ими по всей длине, задерживаясь на головке, второй рукой лаская его промежность.       Тугое «кольцо» из её пальцев оттягивало крайнюю плоть Дэя, принося наслаждение, но он по-прежнему не стонал, лишь прикусывая губу.       Тогда Хилари решила добиться его стонов и сильно всасывая, взяла в рот головку члена. Реакция Кевина была моментальной. Он привстал с подушки и с шумным выдохом взял Хилари за волосы, отрывая от себя. — Перестань так делать, это очень чувствительная зона, — с умоляющими нотками в голосе, Дэй напряжённо смотрел на неё. — Это единственный момент, когда ты стонешь по-настоящему, а не потому что я тебя попросила. К тому же, мне нравится, когда ты настолько уязвлён, — Хилари сложила кисти рук в замок, располагая их на члене.       Кевин коварно улыбнулся и сильнее сжимая волосы Хилари, направил её обратно к члену. Она обхватила губами головку и начала имитировать всасывание, продвигаясь дальше. Глубина проникновения постепенно стала увеличиваться. — Пока не дойдёшь до его основания, создавай вакуум, и продолжай сосать, — Кевин проталкивался в горло, из него стали вырываться лёгкие стоны.       Через две минуты Хилари выпустила из себя его член и закашлялась, жадно глотая лёгкими воздух. Стирая с её глаз слёзы, Кевин потянулся к ней за поцелуем.       Он хотел перевернуть Хилари так, чтобы она оказалась под ним, но она успела нарушить его планы, оказавшись сверху раньше него. Дэй потянулся за упаковкой с презервативами.       Увидев, что он закончил с защитой, Хилари обхватила Дэя за шею, параллельно насаживаясь на головку члена, и стала стараться двигаться только по ней, не продвигаясь дальше.       Кевин не дал долго поддразнивать себя. Обхватив Хилари за бёдра, он резко потянул её вниз, отчего девушка вскрикнула, оказавшись на всей длине члена. — Садись и двигайся. И старайся, чтобы я не выскальзывал из тебя, когда мы наберём быстрый темп, — в его тоне слышались властные мотивы. — Кто сказал, что будет быстрый темп? Я хочу медленно, — возразила Хилари, сильнее сжимая Кевина мышцами внутри себя. — Даже здесь ты со мной споришь. — Даже здесь ты командуешь.       Кевин кладёт руки ей на бёдра, создавая этим дополнительную опору. Хилари размеренно двигается, позволяя их губам соприкасаться в медленных, томных поцелуях.       Она касается лица Кевина, проводит пальцами по его соскам, на что он притягивает её ближе к себе. Каждое движение создаёт связь, которая выходит за пределы физического. Время словно останавливается, приказывая им наслаждаться каждым мгновением. — Меня так заводит звук, который издаёт латекс, когда я по нему скольжу, — прошептала в его губы Хилари. — А меня заводит то, как сильно ты течёшь. Сегодня нам не понадобилась даже смазка. Твои выделения полностью заменяют её, — Кевин принялся поочерёдно сосать соски Хилари, вызывая этим действием дрожь в её теле.       С течением времени Кевин принимает сидячее положение и аккуратно поднимает Хилари, помогая ей сесть так, чтобы они оказались лицом к лицу. Их взгляды встречаются, и в воздухе с новой силой начинает витать напряжение и страсть.       Он обнимает её за талию, притягивая ближе к себе, а она сгибает свои ноги в коленях, упираясь ими в постель. Дыхания становятся более глубокими и ритмичными, каждый из них чувствует пульсацию друг друга. Хилари двигается ещё медленнее, позволяя им обоим насладиться этой близостью.       Кевин ощущает, как нарастает волна удовольствия. Крепко сжимая её талию, он призывает увеличить темп, и вскоре достигает оргазма. Хилари видит как меняются эмоции на его лице. От напряжённого зажмуривания до спокойного блаженства.       Непродолжительное время они сидят в объятиях друг друга, всё ещё соединённые телами. Остаётся лишь послевкусие от качественного секса и ощущение полного единства.

***

      Поздно ночью Хилари перестаёт чувствовать привычное тепло, исходящее от тела Кевина.       «Может во сне он отодвинулся подальше» — с этой мыслью Хилари пробуждается и проходит на кухню, где застаёт Кевина за просмотром статистики своих результатов по матчам. — Почему тебе нужно именно сейчас её смотреть? — девушка недовольно косится на часы, на которых отображается 4:07. — Мне не спится, а почему не спишь ты? — не отрывающий взгляда от бумаг, Кевин кажется таким же отстранённым как и во время просмотра матча накануне ночью. — Я проснулась и не обнаружила тебя рядом. — Возьми себе отдельное одеяло в моей комнате и иди спать. Наше общее ты постоянно срываешь с меня. Я приду позже.       Обычно Хилари игнорировала его мрачное настроение, но сегодня это было что-то бóльшее. Кевин явно был чем-то озадачен, но чем, она не хотела выяснять, потому что он всё равно не расскажет.       Хилари прошла к комнате Дэя. Оранжевое одеяло на его кровати было аккуратно застелено. Девушка взяла его в руки и хотела уже возвращаться обратно, но тут её внимание привлёк раскрытый второй отсек прикроватной тумбочки. Скорее всего, Кевин забыл закрыть его, когда доставал оттуда бумаги.       Из незакрытого отсека виднелось много предметов: протеиновые батончики и орехи для поддержания энергии, журналы с главными событиями мира спорта и вырезки, записная книжка, снимки с матчей и исторические фотографии, которые вдохновляли Кевина, а так же парочка книг с биографией известного исторического деятеля и описанием какого-то важного события в истории.       Особый интерес вызвала маленькая затёртая коробка. Интуитивно Хилари почувствовала, что в ней может быть что-то важное. Не удержавшись от любопытства, она положила одеяло обратно на кровать, взяла в руки коробку и открыла.        Содержимое заставило испытать боль. Увидя подвеску — изящный золотой кулон с номером 14, Хилари поняла кому принадлежит джерси с этим номером. Подвеска в её глазах символизировала что-то большее, чем украшение или память — неразрешённые чувства и страхи.       Другие предметы привели ещё в большее отчаяние: коричневая резинка для волос, две записки с фразами, которые были написаны волнообразным почерком: «Ты способен на всё, я верю в тебя», «Я всегда буду рядом, даже если мы не вместе».       Она вытащила кулон из коробки, и почувствовала, как внутри неё нарастает волна эмоций — обида, ревность и страх. Хилари сжала кулон в руке, чувствуя, как холодный металл касается её кожи. Этот предмет стал символом всего, что беспокоило её в отношениях с Кевином. В голове крутились мысли: «Как он мог оставить это у себя? Неужели она всё ещё важна для него?»       Кевин заметил долгое отсутствие своей девушки. Когда он зашёл за ней в свою комнату и увидел с подвеской в руке, его лицо изменилось. Он сразу понял, что произошло. Хилари смотрела на него с вызовом и уязвимостью: — Ты не говорил мне, что у тебя остались вещи от неё… — голос дрожал, но она старалась быть уверенной. — Это просто вещь. Хилари покачала головой, её глаза наполнились слезами: — Это не просто вещь! Это напоминание о том, что было между вами. Не могу не чувствовать себя на втором плане. Кевин подошёл ближе и аккуратно взял кулон из её рук. — Я оставил всё позади. — Ты нагло пиздишь мне! Ты всё ещё хранишь память о ней и эта коробка тому подтверждение. — Услышь меня, я не хочу, чтобы это влияло на нас, —Кевин глубоко вздохнул, осознавая всю тяжесть ситуации. — Если не хочешь, то избавься от этой коробки! Я не хочу видеть её вещи. Это причиняет мне боль. Кевин смотрел на коробку, затем вернулся к глазам Хилари: — Я не могу просто выбросить это. Это часть моей жизни, даже если она была не самой лучшей, — он знал, что Хилари права, но отказаться от чего-то, что когда-то значило для него много, было сложно, — Я не хочу терять тебя из-за этого кулона и парочки безделушек. — Не верю. Не удивлюсь если в добавок у тебя на телефоне есть голые фотки Теодоры и такого же характера видео, которые находятся у тебя в избранном.       Кевин вышел из себя от последней фразы. Стоило Хилари двинуться по направлению к выходу из комнаты, как Дэй развернул её лицом к себе и жёстко схватил за запястья. — Эти подарки важны для меня, но они не изменят того факта, что мы блять с ней расстались. Почему ты никак не можешь этого понять? — в его голосе присутствовали холодные стальные оттенки, которые создавали ощущение дистанции и неискренности.       Напряжённые челюсти, резкие движения, громкие интонации и агрессия со стороны Кевина пугали Хилари. — Мне больно, отпусти меня, — запястья жгло, но после просьбы Дэй ещё с большим рвением продолжил удерживать Хилари. — Почему тебя вообще так волнует моё прошлое, если сейчас я с тобой?! — Уясни для себя одно. Если не остыл к одному человеку, не надо лезть к другому. Ты поступаешь как ублюдок и этим всё объясняется!       Хилари сделала шаг назад, стараясь повторно вырваться, и в этот раз ей удалось. Находиться с ним рядом уже не казалось ей безопасным.       Кевин ощутил, как внутри него всё сжалось. Он должен был сказать что-то, но не мог.        Глаза Эванс искали его взгляда, надеясь найти там что-то помимо напускной непроницаемости, но Дэй отвёл взгляд, не в силах встретиться с её отчаянием. В этот момент Хилари поняла: любовь не может удержать её рядом, особенно когда доверие уже подорвано.