Глава 26 – Фестиваль урожайной луны

Наконец они добрались до места, где проводили фестиваль урожайной луны. Столас, который являлся тем самым главным винтиком и Гоэтией, что благословляла бесов в этот праздник, уже давно прибыл и, принимая почести в виде вещей и благодарностей, ждал начало игры. Лидия ступала по тропам, продавленным специально для езды автомобиля. Удивительно то, как Гоэтия, один самых могущественных видом демонов, перед которыми стоит кланяться, тратит своё время на такое. Иногда казалось, что Лидия находиться далеко не в АДУ, а просто в извращённом человеческом мире, наполненном кровью, матами и недосказанностью… а подождите… — Проехали… — говорила она себе после тяжёлых раздумий. Она была одна, что не удивительно, ведь позволить пьяному от наркоты Энджелу идти с собой она не могла — опасность, что все попытки достучаться до истины будут невозможны, в таком случая взлетела бы до небес. Очень много ранчо. Лидия удивлялась, ведь она всю жизнь прожила в городах — и человеческих, и демонических. Она особо не выглядывала за пределы цивилизованных обществ, которые, как она считала, проживают в городах, а те, кто работают на полях, существуют лишь для того, чтобы прислуживать привилегированному классу. Со временем Лидии пришлось изменить своё мнение, ведь всё чаще и чаще к ним в бордель принимались захаживать достаточно состоятельные землевладельцы, которые всю свою жизнь проработали на фермах и сейчас, являясь знатоками в этой сфере, сумели разбогатеть. Лидии помниться даже, что одна из куртизанок, которые у неё были, сумела выйти замуж за француза, что владел землёй в Канаде, и уехать жить с ним. Тогда многие ей завидовали, и лишь Лидия оставалась незыблемой насчёт своей городской идиллии. Рядом с ней проезжали машины, заполненные демонами. Они могли даже вывалиться в любой момент. Пробегали рядом дети, спешащие на фестиваль. Они кричали и рассказывали, что наконец смогу увидеть принца Столаса. — Он такой добрый! — говорил один маленький бес, посматривая на своих друзей. — А ещё сильный! — уточнил другой. — Краси-и-ивый… — протянул другой, являясь девушкой. — А он фейерверки будет показывать? Видимо, Столаса и вправду очень сильно любят. Лидия не видела его вживую, лишь когда он разговаривал с Чуваком, но там она не сумела разглядеть его слишком уж хорошо. Хочется встретиться с таким демоном, да поговорить — радует, что не все в АДУ поголовно мудаки. — Да-да! Он очень красив, — Лидия замерла. Это не были голоса бесов, которые обсуждали Столаса и предстоящий фестиваль. Голос был всё же женственным, но отнюдь не детским. Развернувшись, Лидия заприметила Энджела, который, нависнув над детьми, рассказывал им все прелести демонов. — Вы тоже красивая, — неожиданно сказал один ребёнок, из-за чего Энджел заулыбался, не обращая внимания, что он увидел в нём женщину. — Спасибо-о-о-о… Я знаю. А знаешь, что ещё любят Гоэтии и подобные им демоны? М-м-м? — дёрнул бровями Энджел, вызывая застывшие недоумение на лицах детей-бесов. — Меня! — и указывает своими четырьмя лапами на свою голову и улыбается в пьяной улыбке. — П-понятно… — отозвались маленькие бесы. — А потому что я лучшая шл… — однако Энджел, не успев договорить, отошёл. Точнее, его оттолкнули. Лидия закрыла Энджелу рот и потянула за собой, не позволяя тому говорить похабные вещи перед детьми, коим она сказала, что это её друг и им надо отойти поговорить. Дети, не понимая, что происходит, просто ушли, тут же забыв, что про Лидию, что про самого Энджела, который сильно выделялся среди общего деревенского наполнения. Даже Лидия смотрелась куда более уместно. — Ты какого хрена здесь делаешь? — Лидия отвела Энджела к загону. — Тебе же сказали оставаться в машине! — Я не хочу! — как ребёнок начал пререкаться Энджел. — Там скучно! Что мне делать? Дрочить? Да даже так не развеселиться, если бы ты знала. Я же хочу помочь. — Энджел… — Лидия не хотела с ним спорить, ведь сумела разглядеть в этом пауке куда больше, чем он сам. — Прошу, дай я сделаю свою работу. В одиночку я работаю лучше. Паук не мог этому поверить. Повернувшись в сторону машины, где все ещё была открыта дверь, ведь Энджел банально забыл её закрыть, он вновь вернулся к Лидии. Его взгляд говорил многое, пусть его носитель и молчал. Энджел был сильно недоволен, хоть и не понятно из-за чего. Лидия мотнула головой, посмотрела на него и всё-таки дождалась ответа. — Ага! Так я и поверил. Если бы работала хорошо в одиночку, то меня бы с тобой не отправили за Октавии и сейчас бы не оставили. Так что не ври! — Энджел был сильно похож на ребёнка. Видимо, во время принятия наркотиков, Энджел мог запросто становиться тем, кем он не являлся. Сейчас его поведение уж сильно походило на ребёнка, который жаждет внимания любой ценой. Лидия это понимала, ведь за свою весьма долгую жизнь повстречала совсем разных детей, так что судить могла в полной мере. Но Энджел был именно что ребёнком, который обладает и знаниями, и возможностями. Лидия не верила, что он изливает душу, а просто говорит всё, что попало, но даже так везде есть своя доля правды, скрытая под толщей шуток, увёрток, или даже молчания, которое иногда громче, чем сами слова. — Тебе оставляли не со мной, а сказали сидеть в машине, чтобы ты ничего не испортил! — Лидия стала серьёзней и ближе подступила к Энджелу. — Слушай. Для нас с Чуваком это слишком важно… Нам нужно поймать этих ублюдков! Энджел остыл. Несмотря на наркотическое опьянения и свою ныне ребяческую маску, он всё же слышал и осознавал, что делает — просто сдерживаться стало куда сложней. Он обнял себя одной парой рук, ведь почувствовал проступающий по телу озноб и мурашки от холода, хотя на улице была лютая жара. Паук глянул на Лидию и улыбнулся, ведь не мог же он поступать с ней настолько несправедливо. Именно, что несправедливо, а не неправильно. — Ладно… Уговорила! Но я пойду с тобой! — Лидия всё же согласилась, но сказала, чтобы пауку вёл себя как можно тише. — Кстати, а где сам Чувак, я его чего-то не вижу, — Энджел оглядывался, но лишь для того, чтобы привлечь внимание Лидии. — Не знаю, — пожала она плечами. — Мы же с ним разминулись перед воротами на эти ранчо. — Он что-то говорил, — Лидия, вспоминая его слова, невольно посмеялась. — Не поверишь, но он сказал, что не ладит с деревенщиной! — Энджела это удивило и он посмеялся вместе с Лидией за компания. — Не знаю, что он этим имел в виду, но тут, видимо, замешаны плохие воспоминания. Ох, знали бы они, что он пережил из-за этих деревенщин, то они тут же взяли свои смешки обратно и извинились… Хотя что я говорю? Они бы стали смеяться ещё сильнее, увидев Чувака в том пикантном наряде. А ведь вы только подумайте, что наш герой ещё через весь город шёл, чтобы свою одежду почистить и не выглядеть как чёртов садомазохист. — Я спрошу у него, будь уверена, — Энджел не мог позволить такой странной тайне улизнуть от него, так что Чуваку придётся прятаться от его палящего взора, который в один момент точно обнаружит правду. Собиралось и вправду много демонов. Бесы, низшая демоническая каста, подчиняющаяся многим другим, ныне выглядела более пугающе, чем обычно. — Ничего их здесь… — Энджел оглядывал машины, стоявшие вдоль ранчо и бесов, которые торопились и странно поглядывали на пришедших Лидию с Энджелом, ведь они так сильно выделялись, что привлекали всеобщее внимание. Лидия оглядывался в поисках Страйкера — найти его является первостепенной задачей, ибо если он сбежит, то ни Лидия не сумеет добраться до Герольда, чтобы заставить того страдать, ни Чувак, который уж слишком сильно хочет достать пулю, которая тому принадлежит. Она вообще не понимала, что же такого в этой пуле, что Чувак готов весь АД перевернуть, лишь бы до неё добраться? В чём же её такая сокровенная, невероятная тайна и притягательность для Чувака? Лидия просто не понимала. Может, он коллекционер: любит разные побрякушки и, учитывая, что у него буквально бездонный плащ, её это даже не удивит. Хотя то, что пуля способная вытворять и вправду пугало, Лидия надеялась, лишь бы Чувака она не изменила. — Мокси! Давай, ты сможешь! — крики не сразу же привлекли внимание нашей двоицы. Осматриваясь по сторонам, они обнаружили группу демонов, которая смеялась над бесом, которого звали Мокси. Вы знаете, кто он такой, ведь уже присутствовал в истории один раз. Он брыкался и старался ухватиться за адского кабана, который, подрываясь во всех своих животных инстинктах, не давался так просто. Лидия замечала, как этот Мокси ножом старался пробить череп кабану, дабы его убить. Стоит ли сказать, что это не получалось и каждый раз маленький бес лишь сильнее падал лицом в грязь. Настал момент, когда Мокси, преисполненный желанием и решимостью, накинувшись на кабана, был готов нанести точечный удар, однако тот двинулся и бес упал, сильно повредив руку. Стоит ли говорить, какой начался хохот? Особенно сильно смеялся бес, которого все называли Блиц. Лидии казалось, что она уже слышала это имя, однако не могла вспомнить, где. Подходить они не собирались и, вдоволь насмотревшись, принялись уходить. — Ну ты даёшь, Мокси! Я же говорил, что ты обосрёшься перед всеми… — продолжал смеяться Блиц. — Мне вот интересно, Страйкер, а ты будешь учувствовать в фестивале? Лидия вздрогнула. Она не слышала, что они говорили дальше, да и это было не сильно важно, она была захвачена тем, что они наконец нашли этого Страйкера. Её пугало лишь то, что демон может её узнать и все усилия пойдут прахом. В итоге именно она, а не Энджел, может стать причиной краха всего, что было достигнуто. Лидия столкнулась взглядом со Страйкером. Она испугалась, но Страйкер даже не изменился в лице. Это придало Лидии спокойствие и некую уверенность, что её не узнали. Может накинуться прямо сейчас? Лидия уверена в своих силах и знает, что, используя только силу своих рук и ног, она сможет оставить практически всех демонов, которые окружили Страйкера, без сознания или даже мёртвыми. Однако её пугала демоница, которую многие называли Милли. Она пусть и выглядела весьма безобидно, но для Лидии казалась опасней, чем многие встреченные на пути демоны. Маленькая, она являлась оружием слишком опасным. Повезло, что Милли девушка, в коих Лидия разбиралась уж слишком хорошо, что, хватит ей увидеть походку, то перед ней словно отворяется книга со всеми нужными подробностями. — Эй, ты чего? — Энджел стоял рядом с Лидией и, свесив голову, уставился той в лицо. — Неужели приведение увидела? — у паука получилось согнать с Лидии мрачный настрой. Она его оттолкнула, вновь посмотрела на толпу демонов, которая, разбившись надвое, уходила то к какому-то дому, то прямо к центру фестиваля. — Нет… Нет… — отмахнулась она. — Страйкер. Это был он, — видимо, Лидия была уверена в Энджеле, раз уж решила рассказать пьяному демону об этом. — Страйкер! — воскликнул Энджел, на что Лидия закрыла ему рот рукой. — Ага, помню такого… Нам его расколоть надо, да? — Энджел вновь улыбался, но Лидию это уже не бесило. Она смерилась с мыслью, что Энджел может быть полезен в состоянии… опьянения. По крайней мере он был раскрепощён и (Лидия надеялась, что Страйкер не посчитал их с Энджелом приятелями) ему точно не составит труда подобраться к Страйкеру и завести разговор. — Эй, а можешь побыть девушкой? Такой странный вопрос выбил Энджела из колеи. Он сделал шаг назад и, — вот удивление! — опьянения куда-то пропало. Словно Энджела холодной водой облили после ночной пьянки. Паук не мог описать свой ступор, потому что ему буквально были противны эти слова ввиду его жизненных ценностей. Он мужчина, который любит других мужчин и претворяться девушкой ради кого-то не собирается. Энджел даже не занимался сексом с теми, кто это просил. — Что? Не-не-не-не! — вернулся он, выставив перед собой палец. — Никой женщиной! Я мужчина! И я гордый носитель своего… — Энджел хотел вновь пустить каламбур ниже пояса, однако, понимая, что он будет не к месту, замолчал. — Тебе так сложно засунуть свою гордость куда поглубже и претвориться девушкой? — Лидия не злилась, но просто не понимала. Насколько сильно Энджел себе вбил в голову, что это неприемлемо, раз с таким упорством отстаивает себя. — Ага! Можешь найти что-нибудь другое, что можно поглубже в меня засунуть, — Энджел начинал спорить. — А тебе было бы сложно стать тем, кем ты являешься ради… ради чего? Чтобы соблазнить какого-то ковбойского хрена? Лидия не ответила, а лишь заулыбалась. В словах Энджела была некая правда, однако через призму прошлого и очень долгой жизни, когда Лидии приходилось быть спутницей и изображать жён многих богатых людей из разных отраслей, то да, она прекрасно знала, как надо менять маски и подстраиваться под ситуацию. Она даже принимала роль мужчины, однако после нужных манипуляций даже так в ней сложно было не узнать женщину. — Ну, слушай, не стоило тогда со мной идти. Раз уж взялся помогать, то… будь добр слушать тех, кто хотя бы не кричит рядом с тем, кого нам нужно поймать, — они столкнулись взглядами, через которые словно бы пробегала молния. Энджел поджимал губу, из-за чего золотой зуб выпирал наружу. — Хм-м-м-м… — задумался Энджел. — Конечно… хуй тебе, — всё-таки Энджел был в чём-то да непоколебим и эту свою часть готов отстаивать даже под страхом смерти. — В какого ты такой уродился? — вопрос Энджел пропустил мимо ушей, даже не расслышав. Его внимание простиралось по дорогам до самого центра фестиваля. Он слышал, что у каждого Гоэтии есть некая группка, которая ему покланяется. Но Энджел не думал, что их будет так много. Бесы буквально столпились на трибунах, которые шли вдоль огромной полосы препятствий. Многие демоны так же находились в другом месте, скопившись вокруг чёрного силуэта, который Энджел не мог нормально разглядеть. Чем ближе подходили Энджел с Лидией, тем больше они понимали, что сильно выделяются. Лидия пыталась пригнуться, однако зелёный цвет её кожи все ещё сильно выделялся на фоне красного моря бесов. Энджел же весь сиял. В буквальном смысле, ведь его светлое одеяние принимало на себя всё сияние солнца и отражало в лица бесам, которые иногда морщились и прятали взгляд. Энджел хотел бы свести это к тому, что обычные бесы просто не могут смотреть на его ослепительное тело, однако он понимал, что это совсем не так. Паук был рад обладать таким худым телом, благодаря которого ему без труда удалось пробраться сквозь толпу. Он пытался найти Лидию, та словно испарилась, либо где-то спряталась. Наконец, добравшись до ограждения, Энджел уставился на полосу препятствий. После взгляд быстро переместился на поднимающегося по ступеням Столаса, который, поднявшись на помост, привлёк к себе всеобщее внимание. Бесы затихли и, уставившись на Гоэтию, готовились к его речи. — Кхм-кхм… — начал Столас. — Рад приветствовать всех, собравшихся на фестивале урожайной луны, где вы сможете не только с наслаждением провести время в кругу семьи, но и столкнуться в состязании на играх боли! Под его голос на полосе препятствий засияли огни и пламя взмыло кверху. Энджел хотел бы отскочить, ведь прямо у его лица пробежало оранжевое пламя. Паук всё же остался на месте, замерев от испуга за свою причёску, но, потрогав пух, он понял, что всё в порядке. — Ежегодный фестиваль урожайной луны объявляется… — под его слова на небе появлялись оккультные узоры, сияющие и осветляющие всё вокруг, — …открытым! Узоры обратились фейерверком, и все бесы закричали, завизжали в радости. Имя Столаса сочилось из каждого рта, а ему, как Гоэтии, оставалась лишь усесться на трон, которые ему предоставили и наблюдать за происходящим. — Вправду… красивый, — Энджел вспоминал слова тех детей, но поверить просто не мог. — Интересно, а его интересуют пауки? Я бы не упоминал, что Столас является совой, которые в нашем мире спокойно питаются пауками, поедая их практически ежедневно, но такое откровение Энджелу лучше не открывать. Не сказать, что он влюбился, однако столь величественный и королевский образ привлекал его слишком сильно, чтобы не вызывать возбуждение. Но как к нему подобраться? Непонятно. — Делайте ставки, скоро выйдут самые смелые, кто готов промчаться по полосе препятствий с удивительной ловкостью! — на шее одного из бесов, сидел другой, мотавший купюрами. — Делайте ставки, не стесняйтесь! Всё же было неудивительно, что и тут ставки расцвели в неожиданный момент. У Энджела были с собой деньги, однако взять и сделать ставку он не мог — слишком уж его это не интересовало. Бегуны становились в ряд. Энджел с лёгкостью узнал в этом ряду Страйкера. Он чем-то перекидывался с демоном, имя которому Блиц, но Энджел этого просто не знал. — Может и вправду переодеться в девушку? — подумал он, но тут же отбросил данную мысль. — Пусть подавятся этой хуйнёй. Знаком к началу забега стал выстрел судьи. Демоны рванули вперёд и лишь двое из них постоянно обменивались первым и вторым местом, другие же плелись за ними. Страйкер хватал Блица за хвост и тот поступал с ним так же. Они бились, даже не состязались, и именно такой подход нравился толпе. Нужен не просто быстрый демон — победить обязан тот, кто будет хитрее и сильнее. — Давай Блитци, ты сможешь! — Энджел наконец вспомнил этого Блица с помощью Столаса, который, не чураясь своего королевского титула, выкрикивал любовные признания обычному бесу. — Вот с кем можно поговорить… — Энджелу не была интересна гонка. С помощью своего худого тела паук сумел добраться до финишной черты и, став там в толпе других демонов, стал наблюдать как Страйкер с Блицом бегут рука об руку. Лишь в последний момент бес сумел вырвать победу и стать достойным призёром этого фестиваля. Блица хлопали по спине, а он, бахвалясь, говорил, что это было легко. — Это было неплохо, Страйкер, как думаешь, повторим ещё разок? — Страйкер проиграл и, конечно же, разозлился, но скрыл это чувство под завесой вечной гордости. — Посмотрим, просто я спешу и, думаю, мне скоро уже придётся покинуть ранчо. Будет жаль покидать родителей Молли — они хорошие работодатели, — после небольшого разговора Страйкер с Блитцом пожали руки. Энджел всё продолжал наблюдать за бесом, пока толпа расходилось. Сложно было не заметить взгляд Энджела, и Блитц, имея достаточно зоркий взгляд, уставил на паука в ответ. — Чего надо? — спросил тот, словно Энджел хотел избить беса. — Что? Да так, ничего — просто любуюсь победителем игр. — Ой, не пизди мне. Таким как тебе всегда что-то нужно, да? — Угу… Вот такие мы недоверчивые. Я просто хотел узнать, какие у тебя отношения с Гоэтией, — Блиц стал камнем, не показывая взгляда Энджелу — слишком опасно было говорить другим, что он любовник Столаса. — Я… на него работаю. Убийца! Я убиваю… и людей тоже! — Энджелу было без разницы, что он там говорил, а услышав такой неуверенный ответ, он вообще не пожелал принимать его. — А зачем тебе знать? — Да так, — отвёл паук взгляд в сторону Столаса, которого окружили бесы. — Просто хочу с ним поебаться и всё, — Блиц удивился и невольно дал реакцию, которая позволила Энджелу продолжать. — Нихуя… себе… а чё так? — Значит связан. — Нет! — А так? — Энджел достал с пятьсот адских долларов и указал их Блицу. — Не думаю, что это самые лёгкие пятьсот долларов в твоей жизни, но всё же не самые трудные. У Блица моментально загорелись глаза и он, выхватив купюры, быстро затянул их к себе в карманы. На лице простиралась улыбка, а Блицу, чьи немалые моральные принципы аннулируются после взятки, не хватило труда заткнуть свой рот. — Да, ебусь. Я его любовник, если по секрету. — О-о-о-о! Тогда можем устроить тройничёк… — Это… — Энджел вновь вытянул другие пятьсот долларов, но отдавать их не спешил. — Это уже другое дело! Конечно же у нас будет тройничёк, а как иначе? Их разговор прервал прозвучавший выстрел. Они быстро подняли взгляд в сторону кричащей толпы, которая стремительно расступалась вокруг Столаса. Принц Гоэтии получил ранение: его плечо раздробил выстрел, который оставил после себя лежащую на полу ангельскую пулю. А ведь всё не могло обойтись без шума… Конец главы 26