Глава 3. О поиске

– Это правда?.. Драко торжествующе наблюдал за шокированными друзьями. Да, спустя два года он был готов их так назвать. – Я видел ее собственными глазами, Поттер. Он видел, как стремительно наполняются слезами голубые глаза Джинни, и как Поттер сильнее прижимает девушку к себе, пряча лицо в рыжих волосах. Малфой понимал его, ведь сам позволил себе пустить слезу, сжимая в объятиях Грейнджер. Казалось, его ладони до сих пор горели от прикосновений к ее прохладной коже, а запах соли за каких-то пару часов впитался в него намертво. Драко не хотел уходить. Не желал снова оставлять ее, хоть и пообещал вернуться завтра. Он был готов заночевать на пляже, крадя ее поцелуи каждый час – только бы она была рядом. Но доводы рассудка оказались сильнее – он должен был вернуться, рассказать обо всем Поттеру и составить новый план. А Грейнджер должна была вернуться в море. Впервые за долгие месяцы в его груди теплом расцвела надежда. Он полночи просидел на Гриммо, пересказывая встречу с Гермионой во всех подробностях. Эмоции на лицах Поттера и Уизлетты сменялись со скоростью света, а когда он вкратце рассказал о том, как все это происходило, Джинни снова рыдала, а Гарри был готов рвать на себе волосы от того, что ничего не заметил, что эйфория от найденного крестража оттеснила подругу на дальний план. – Так, – Драко устало потер глаза, отмечая, что часы показывают уже три часа ночи, – прекращайте рыдать и заниматься самобичеванием. Мы знаем, где она и что произошло – это самое главное. Теперь мы понимаем, в каком направлении двигаться, и нам нужен новый план. – Архивы? – Поттер снял очки, сжимая переносицу. – Логично было бы начать с них. Сомневаюсь, что на эту тему вообще можно найти много информации, особенно в Министерстве. Я вернусь в Мэнор и Лютный, черный рынок более щедр – стоит лишь показать галлеоны. – Чем могу помочь я? – Джинни переводила растерянный взгляд с Драко на своего парня и обратно. Малфой видел столько мольбы в ее глазах, но он действительно не знал, какая сейчас от девушки может быть польза. У нее не было связей в Лютном переулке или доступа в министерские архивы. – У нас пока нет совершенно никакой информации, чтобы начать разбираться. Я не знаю… – Драко вздохнул, но спустя мгновение резко сел. Его озарило новой идеей. – Хотя, я думаю, есть кое-что. – Ну? Не тяни книззла за одно место, Малфой! – Не горячись, Поттер. Насколько я знаю, вы в хороших отношениях с Макгонагалл, даже переписку ведете. А где находится вторая по величине библиотека в магической Британии? – Малфой вопросительно вскинул бровь. – За исключением Мэнора, конечно. – Хогвартс… – Джинни взвилась. – Ну конечно! Драко ухмыльнулся, довольный достигнутым – у каждого из них было свое задание, и втроем они точно смогут найти хоть что-нибудь. Он даже не допускал мысли о том, что может быть иначе. – Ты можешь попытаться получить доступ в школьную библиотеку, если так сильно хочешь помочь. – Я напишу профессору утром, первым же делом! Хотя, казалось, воодушевленная ведьма была готова метнуться за пергаментом хоть сейчас. – Тогда, пожалуй, нам всем стоит отдохнуть – день был длинным, – Поттер в очередной раз зевнул. – Утром каждый из нас займется делом, если будет что-то срочное – держим связь через галлеон, как и всегда, – он повернулся к Драко. – Ты останешься? Гостевая спальня в твоем распоряжении. – Спасибо, Поттер, но я отправлюсь к себе. – Как знаешь. Драко встал, подхватывая мантию и набрасывая ее на плечи. До этого момента он даже не чувствовал навалившейся усталости, теперь же его слегка шатало. Вероятно, приключения в ледяной воде тоже не пройдут для него бесследно. Единственное, чего хотелось сейчас измотанному телу – принять горячий душ и завалиться в постель. Не успел Малфой сделать и шага, как ощутил крепко обвивающие его со спины руки. Он резко замер, на миг напрягшись – Драко все еще не привык к проявлениям чувств от гриффиндорцев. Раньше это позволялось лишь Грейнджер. – Спасибо, Драко, – голос Джинни звучал приглушенно и хрипло. – Спасибо, что наконец-то нашел ее. Да, он нашел. И теперь был намерен вернуть.

***

Лютный переулок совсем не изменился после войны – все те же узкие злачные улочки, запрещенные товары, темные артефакты и контрабанда. Здесь можно было купить все – даже информацию, если знать, к кому обратиться. Но Драко знал, к кому нужно идти. Натянув посильнее капюшон простой черной мантии, он свернул еще раз, оказываясь перед знакомой вывеской – лавка «Горбин и Берк», как и всегда, встречала зловещей тишиной и всякими уродливыми «диковинами» на витрине. Колокольчик над дверью тихо звякнул, оповещая владельца о посетителе. Малфой подошел ближе, слыша тихие шаркающие шаги из глубины помещения. – Горбин, – он отвесил легкий кивок, не дожидаясь, когда старик решит сам с ним заговорить. – А-а, – мужчина прищурился, неприятно улыбнувшись, – юный Малфой, снова ты. – Неужели не скучал? – Драко холодно ухмыляется, чуть приспуская ткань и открывая лицо. – По твоим подозрительным посещениям? Отнюдь. Ты слишком зачастил, это может привлечь к моему магазину лишнее внимание. Твой отец не позволял себе так часто светиться в подобных местах. – Ну, так я и не свечусь. И я не мой отец, – он с нажимом процедил последние слова. – Очевидно. Однако я могу пустить слух о том, кто именно сюда наведывается, – Горбин зло хмыкнул, кривя лицо. – Думаю, авроров заинтересует такая информация. Драко напрягся, внутренне подобравшись. Этот ублюдок умудрился выйти сухим из воды даже после войны, поэтому играть с ним в игры следовало осторожно. Хорошо, что Малфой знал, как обеспечить молчание. – Полагаю, это, – он вынул из внутреннего кармана мантии кожаный мешочек, бросив его на стойку. Раздался звенящий звук монет, – поможет тебе держать язык за зубами. Я ведь тоже могу многое им рассказать. – Допустим, – маленькие черные глазки засверкали под кустистыми бровями. Таких, как этот чертов торговец, Драко знал с детства, поэтому умел манипулировать. – Что тебе нужно от меня? – Ты найдешь мне всю информацию, связанную с сиренами – происхождение, история, исторические заметки. Все. – Сирены? – лицо старика озарилось искренним удивлением. – И не будешь задавать вопросов или распространяться, – на прилавок упал еще один мешочек. – Столько же получишь, когда я получу то, что ищу. – И больше никакой конкретики? Драко покачал головой. – Абсолютно все, что сможешь найти. – Это может занять время… – мужчина замялся, но Малфой видел его насквозь – сомнения были настолько наигранны, что ему хотелось скривиться от отвращения. – Ты же знаешь, что чем быстрее – тем лучше. Мне казалось, что я щедро плачу. И вот уже надменность сменилась расшаркиванием. Какая банальность. – Конечно, мистер Малфой. Я пришлю сову, как только что-то появится. Коротко кивнув, Драко, не прощаясь, покинул лавку. Капюшон вновь прикрывал лицо, а вытянутая, как струна, спина и твердый шаг не давали и шанса местным проходимцам. Он совсем не походил на жертву. Заглянув в еще одну лавку, он сделал похожий заказ, только местный торговец специализировался на египетских манускриптах и прочих иностранных находках. Именно мистер Идгард снабжал его старинными фолиантами и свитками из-за границы. Он был окрылен. Неожиданный поворот судьбы поселил в его душе надежду, которую Малфой теперь не собирался так легко терять. Хоть времени и было в обрез, они знали, что искать, и это знание стало самым главным козырем. Свернув на Косой переулок, он быстро добрался до Дырявого котла и через камин переместился в поместье. Родовое гнездо встретило его тишиной и могильным холодом, которые вот уже два года царили в каменных стенах. Драко распустил всех выживших эльфов сразу после войны, как только увез мать, но некоторые, особенно верные, возвращались с его разрешения, чтобы поддерживать минимальный порядок. Сам он после победы и вынужденного домашнего ареста в ненавистных стенах не провел здесь ни одной ночи. Воспоминания обо всех ужасах, которые творились здесь, были еще слишком свежи, да он и не был уверен, что хоть когда-нибудь сможет вернуться. Казалось, даже капитальный ремонт не сможет вытравить тьму, впитавшуюся в стены. Он вздрогнул, услышав неожиданный хлопок, а затем перед ним материализовался старый домовик в свежей на вид наволочке. – Микки? Ты все еще здесь? – Малфой удивленно вскинул брови, не ожидая увидеть здесь хоть кого-то. Сам он не появлялся дома уже несколько месяцев. – Микки всегда здесь, хозяин. Он не может покинуть свой дом, Микки не нужна свобода, – эльф смотрел на него с обожанием, слегка покачиваясь из стороны в сторону. – Хозяин что-нибудь желает? Микки может подать обед! – Э-эм, нет, не стоит, – Драко никогда не думал, что будет чувствовать себя неловко перед домовым эльфом. Заметив, как в ужасе расширяются огромные синие глаза, он тут же попытался исправить ситуацию: – Но я был бы рад выпить чаю в библиотеке. – О, Микки делает самый вкусный чай! – довольно улыбнувшись, эльф щелкнул пальцами и исчез в водовороте аппарации. Что, Салазар дери, здесь происходит? Тряхнув головой, он направился в сторону широкой мраморной лестницы, ведущей на второй этаж. Пустынные коридоры выглядели зловеще даже в светлое время суток, все картины пустовали, и молодой наследник невольно задумался о том, куда могли подеваться его нерадивые предки. И вот вдали показалась широкая арка. Стоило ладони Драко коснуться резной ручки – двери сами по себе отворились, впуская внутрь прямого потомка старинной фамилии. Магия крови во всей своей красе. Необъятных размеров помещение было озарено теплым светом зачарованных факелов, а на невысоком столике у дивана стоял небольшой пузатый чайник и чайная пара – Микки уже здесь побывал. Малфой улыбнулся, понимая, что этот эльф жил здесь, сколько он себя помнил, и даже задолго до этого. Кинув на чайник чары стазиса, парень направился к стремящимся ввысь стеллажам, мысленно формулируя запрос. Тут же в его сторону полетели десятки книг, и сердце радостно забилось в предвкушении – ему предстояло провести здесь много времени.

***

Так прошла неделя. Драко зарывался в десятках фолиантов в семейной библиотеке, по частям получал то, что доставал ему Горбин, но все было не то. Вернее, во всех источниках действительно упоминались сирены, только вот информация была крайне скудной – лишь пара-тройка предложений о том, что они из себя представляют. От самой Гермионы он узнавал намного больше интересных фактов – когда все закончится, впору было бы написать книгу, которая к чертям взорвет весь магический мир. Громко хлопнула дверь, и через пару минут в гостиной появился взъерошенный Поттер. – Всем привет, – он поправил очки, скидывая с плеч грязную аврорскую мантию. – Не прошло и года, Поттер, – Малфой закатил глаза, отодвигая от себя чашку с остывшим чаем. Они договаривались встретиться на Гриммо в шесть и обсудить, кто и что успел отыскать, однако они с Уизлеттой ждали героя всея магического мира почти три часа. Поначалу, как, впрочем, и всегда, они оба чувствовали себя не в своей тарелке, потом она предложила поужинать, затем чаю, а после этого неловкий разговор плавно перетек к квиддичу. Эта тема была комфортной для них с самого начала. – Срочный вызов, а я попался под руку. – Скорее, ты был в первых рядах, дорогой, – Джинни покинула кресло, приближаясь к парню и коротко целуя. – Уверен, так и было, – Драко отвел взгляд, не желая нарушать момент. Он бы никогда не признался, что завидовал, наблюдая за отношениями этих двоих. Они бесконечно любили друг друга, всегда были рядом, а теперь еще и жили вместе, Поттера всегда ждали дома. Сам Малфой никогда не позволял потаенным желаниям выйти наружу, хотя иногда и представлял, каково это было бы, если бы его самого встречала вечно растрепанная Гермиона. Однако надолго эти мысли не задерживались – слишком больно это было. – Итак, есть новости? – Гарри сел напротив. Они переместились на кухню, где рыжая тут же принялась накрывать на стол. – Полагаю, мы в дерьме, – он зарылся пятерней в слегка отросшие волосы. – В библиотеке Мэнора куча книг, где, так или иначе, упоминаются Сирены, но никаких подробностей. Лишь определение, данное виду, и короткое описание, с которым мы и так знакомы. То, что удалось достать через Лютный, тоже не отличалось информативностью. – В Министерстве тоже ничего. Упоминания о встречах с сиренами в архивах, последняя датируется девятьсот тридцатым годом. Короткие заметки исследователей, но никаких подробностей – это какое-то безумие! – Поттер ударил кулаком по столу, не сдержавшись. И Драко понимал его, ведь в очередном приступе отчаяния сам разнес рабочий кабинет. Слава Мерлину, что эмоции настигли его не в лаборатории, иначе куче редких ингредиентов пришел бы конец. – Мне казалось, что теперь, когда мы точно знаем, что с ней произошло, будет несложно найти решение, – он стиснул челюсть, глубоко дыша. – Что в Хогвартсе, Джинни? – Гарри обернулся, ловя взглядом женский силуэт. Девушка присела на соседний стул, заламывая пальцы. – Ничего, – она покачала головой. – В обычной учебной программе их даже не изучают, но это мы и так знали по собственному опыту. В более старых учебниках они изучались, как и все остальные волшебные существа – вид, описание, чем опасны, и на этом все. Нигде даже нет упоминаний о том, что их пение не действует на тех, кто испытывает любовь. – Блять, – раздражение и злость на самого себя снова растекались лавой в груди Драко. Неужели на этом все и закончится? Он не мог поверить в это, только не сейчас, когда она была так близко, когда он вновь попробовал на вкус ее губы и ощутил ласковые прикосновения. Он видел, как ее глаза светятся любовью, ведь сам испытывал то же самое. Малфой понимал, по какой причине она не говорит об этом вслух. – Но есть кое-что еще, – Джинни нарушила тишину. Потянувшись к карману джинсов, она вытащила оттуда сложенный пергамент. – Вот. В старых учебниках столетней давности сирен считают близкородственным русалкам видом. Там приводится ряд конкретных причин – наличие хвоста, жизнь под водой и, вероятно, похожее функционирование организма. – Сомневаюсь, что русалки от поцелуя мужчины превращаются в человека, – Драко смерил ее скептическим взглядом. – А может, никто и не пробовал? – девушка пожала плечами. – Они ведь не так красивы, как сирены. В любом случае, вернемся к теме. Мне пришлось рассказать Макгонагалл о том, что мы ищем и почему – сказать, что директор пришла в ужас, ничего не сказать. Она дала мне свободный доступ в Запретную секцию, где я нашла кое-что любопытное – рецепт зелья, якобы превращающий русалку в человека. Кто-то из ученых выдвинул предположение о том, что это вовсе не волшебные существа, а проклятые девы – ничего не напоминает? – она вопросительно вскинула брови, поочередно окидывая взглядом сидящих рядом волшебников. Малфой весь обратился в слух. То, о чем говорила Уизлетта, было хоть чем-то новым, это была зацепка, которую они не смели отметать. – И что это? – он подался вперед, хватая измятый листок. Список и инструкция к нему наталкивали на единственную мысль. – Это рецепт зелья, – Джинни лишь подтвердила его догадку. – Но нигде не написано, работает ли оно. Была только история разработки зелья, основанная на том самом предположении о проклятии, но после – ни строчки. – И ты предлагаешь сварить неизвестное зелье с неизученным эффектом и дать его Грейнджер? Это опасно, – парень понимал это, но все равно надеялся. Глаза бегали по перечню ингредиентов, пытаясь по их свойствам определить, на что опирался зельевар и по какому принципу объединял их. – Я не предлагаю, – Уизли откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. – Просто делюсь тем, что смогла найти – это все равно больше, чем отыскали вы оба. И ведь не поспоришь – от них с Поттером не было никакого толка. За один день рыжая нашла больше, чем они за целую неделю. – Ты ведь разбираешься в зельях, – Гарри вперил в него пристальный взгляд – зеленые глаза сверкали решимостью. – Попробуй изучить его, хотя бы прикинуть эффективность. И тебе стоит рассказать Гермионе – ее это касается напрямую, мы не вправе решать ничего без ее ведома. Если она захочет попробовать – значит, мы сварим его. Ты ведь сегодня идешь к ней? – Да, как и каждый день до этого, – процедил Драко сквозь зубы. Он понимал, что Поттер прав – они не имели права решать за нее. Узнай об этом сама Гермиона – устроила бы хорошую взбучку. Он и сам знал, что отреагировал бы крайне негативно, если бы выяснил, что от него скрывают что-то важное. Он расскажет ей. Сегодня. – Тогда сделай это, – Гарри кивнул, словно в подтверждение его мыслей. – Есть какие-то необычные ингредиенты? – Ничего такого, чего я не смог бы достать, – Малфой снова заглянул в пергамент. – Единственная загвоздка – цветки Златоцветника должны быть собраны в полнолуние, а это только через три недели. Само зелье варится месяц и настаивается двадцать четыре часа. Долго. – Но это лучшее, что у нас сейчас есть, – Джинни поджала губы. – Нельзя переставать искать дальше, неизвестно, как все обернется. На комнату опустилась давящая тишина. Они все понимали, что есть очень большой шанс, что зелье не сработает, но никто не осмеливался произносить подобное вслух. Мозг Драко лихорадочно работал, в мыслях мелькали выдержки из учебников по зельеварению и личных записей Снейпа, которые ему достались. Он пытался понять, все ли составляющие выдают нормальную реакцию при смешении, правильно ли просчитано время варки тех или иных ингредиентов. Он хотел, чтобы при любых обстоятельствах это варево было безопасно для Гермионы. – Как она? – уставший голос Поттера вырвал его из размышлений. – Плохо, – Малфой хмыкнул, вспоминая их вчерашнюю встречу, – хотя и пытается не показывать этого. Эта дрянь в ее голове с каждым днем давит все сильнее, все началось с нашей первой встречи, и мы предположили, что виной тому ее частые выходы на сушу. Проклятье недовольно лазейкой. Поэтому мы решили, что она будет проводить на берегу не более часа, возможно даже придется делать это реже – лучше я кину на себя согревающее и пойду к ней сам. – У нас не так много времени, да? – шепот Джинни заставил его вздрогнуть. Девушка выглядела настолько подавленной, что он почувствовал стыд за то, что считал себя более пострадавшим от этой ситуации, чем остальные. Они были ее лучшими друзьями, поддерживали Грейнджер много лет, защищали от него же. И это было одним из факторов их неизбежного сближения – так уж вышло, что Драко тоже медленно перешел на их сторону, стоило только узнать эту невероятную девушку поближе. Стоило только влюбиться. Единственной личностью, которую он все так же яро ненавидел, оставался чертов Рональд Уизли. Малфой знал, что рыжий претендовал на внимание Гермионы, но был отвергнут, и он лишь предполагал, какую истерику тот устроил, когда узнал об их связи после побега из Мэнора. Поначалу Уизел помогал Поттеру в поисках, связывался со своим братцем, работающим в Румынии, пытаясь искать информацию не только в стране, но и за ее пределами. Поначалу он даже вызывал уважение, но это продлилось ровно до одного единственного момента. Это произошло спустя полгода с того момента, как Гарри заявился к нему на порог и заявил, что будет искать Грейнджер, с ним или без него. Драко впервые заявился прямиком в аврорат, чтобы сообщить об очередной зацепке с поиском заклинания – они обсуждали его поездку в Египет в тот момент, когда Уизли ворвался в переговорную, которую они заняли. Его лицо вмиг яростно покраснело и разразился скандал – как выяснилось, Поттер не рассказывал ему об участии Малфоя в поисках. Он не знал, ревность это или принципиально негативное отношение к одной его фамилии, но даже Драко понимал, что лучше работать сообща, если они хотят добиться результата. Он был готов терпеть этого слизняка ради нее, но сотрудничество закончилось не начавшись. В порыве ярости изо рта Уизела вырывалась лишь уродливая правда, его реальные мысли были далеки от того, что он втирал Поттеру. «Да она наверняка уже давно мертва! Это бесполезно – годами преследовать чертов призрак! Я умываю руки! Ничто и никогда не заставит меня сотрудничать с гребаным хорьком! Он же чертов Пожиратель, Гарри, как ты не понимаешь?!» Злые слова до сих пор эхом звучали в его голове, но они лишь подпитывали в Малфое желание найти ее, придавали сил, когда, казалось, он был готов опустить руки. Через три месяца стало известно о помолвке Уизли и Лаванды Браун, с которой он, как Драко помнил, тискался по углам еще в Хогвартсе. Вот так легко бесследно пропавшая Гермиона Грейнджер была вычеркнута из «новой» жизни. Тряхнув головой, он отогнал неприятные воспоминания. Пылая решимостью, Драко сунул пергамент в карман, тут же вставая из-за стола. – Мы спасем ее, – он двинулся в сторону узкой прихожей. – Я отправлюсь домой, проверю свои запасы и закажу недостающие ингредиенты. Тем же вечером он начал варить зелье.

***

Знакомое побережье встретило его порывами свежего ветра. Наступил август, и лето медленно близилось к своему завершению. Не раздеваясь, Драко бросил на себя согревающие чары, палочку сунул за пояс брюк, заранее проверив надежность крепления, и двинулся к воде. Волны мягко ласкали песок, а местами разбивались в пену о камни. Он двигался на глубину шаг за шагом, стараясь не обращать внимания на неприятно липнущую к телу влажную одежду. Все чаще он сам приходил к ней, не собираясь подвергать риску Гермиону, боясь спровоцировать и ускорить действие ее проклятья. Несколько дней назад Грейнджер рассказала, что ей показалось, будто в какой-то момент она выпала из реальности – прежде подобного не случалось, и это заставило Малфоя напрячься. Девушка пыталась убедить его, что все еще держит все под контролем, но страх в ее глазах был самым настоящим. Ему не требовалось звать ее, каким-то волшебным образом она сама всегда чувствовала его присутствие. Но сегодня что-то было не так. Драко вошел в воду уже по грудь, но Гермионы все еще не было видно – лишь бескрайнее волнующееся море. Простояв еще с минуту, он решил позвать ее, хотя и не представлял, сработает ли это вообще. – Гермиона! – звук волн и завывающего ветра поглотил его отчаянный крик. Все еще ничего. Вытащив палочку, он сжал ее до побеления костяшек, снова осматриваясь. Вокруг не было никаких признаков жизни, но вот, спустя еще несколько минут, ему показалось, что неподалеку что-то блеснуло, и послышался тихий всплеск. Сначала из воды показалась темная макушка и сверкающие серебром глаза. Это было пугающее зрелище. – Гермиона? – Малфой сделал еще один шаг ей навстречу, в душе поселилось дурное предчувствие. Девушка медленно приблизилась, вот уже показались плечи, местами покрытые зеленоватой чешуей. Но все его внимание привлекло выражение ее прекрасного лица – хищная ухмылка исказила знакомые черты, а во взгляде было что-то такое, пробирающее до дрожи. В нем сквозило чистое безумие. И вмиг накатило осознание – перед ним была не Гермиона. Не успел он среагировать, как сирена стремительно приблизилась, впиваясь пальцами в его шею. Драко чувствовал, как в кожу впиваются острые когти, меж пухлых губ блеснули острые, как кинжалы, клыки. А затем она утянула его под воду. Всего несколько метров, и под ногами уже не было дна. Он ощущал, как остатки воздуха покидают его легкие, сменяясь холодной соленой водой. Существо, с интересом склонив голову, наблюдало за ним, все еще удерживая Малфоя за шею и не давая всплыть на поверхность. В ней было столько нечеловеческой силы, что одним движением сирена могла бы свернуть ему шею. Мысли панически метались в голове, он пытался придумать, что бы предпринять, ведь жизнь стремительно утекала из него – перед глазами начало плыть, и он решил сделать единственную вещь, на которую сейчас был способен. Одна рука все еще сжимала палочку, но у него не поднялась бы рука, Драко никогда не смог бы причинить ей вред – даже если сам погибал бы от ее рук. Собрав последние силы, он дернулся ей навстречу, впиваясь в губы грубым поцелуем. Это все еще должно было работать, черт возьми! Острая боль пронзила плоть, когда ее клыки разорвали его губу, но он не собирался отступать. Свободной рукой зарывшись в ее разметавшиеся вокруг волосы, он притянул лицо девушки еще ближе. Она все еще была где-то там. Он знал. Она была обязана бороться. Давай же, Грейнджер. В какой-то момент он уже попрощался с жизнью и последним лучом надежды, как внезапно ее губы начали движение ему навстречу. Он больше не ощущал впивающихся в него клыков, а шеи вновь касались подушечки пальцев. Затем последовал резкий толчок в грудь, и Драко отбросило на несколько метров назад. Тело стремительно начало всплывать на поверхность, и он активнее заработал руками. Спасительный кислород ворвался в горло вместе с болью, и вся соленая вода, которой он успел наглотаться, тут же вышла наружу. Он начал слабо загребать руками, пытаясь двигаться в сторону берега. Облегчение проникло в каждую клетку тела, стоило стопам ощутить опору. Слабые волны покачивали его на поверхности, но он не отрывал взгляда от всплывшей в паре метров девушки. В серебристых глазах вновь поселилась осознанность, но с каждой секундой их все больше заполнял первобытный страх. Гермиона в ужасе прикрыла рот ладонью, неосознанно качая головой. Драко мог представить, что она чувствовала сейчас, и уже собирался начать убеждать ее в том, что она не виновата в произошедшем, но так и не произнес ни звука. Он заметил, как сверкнул в толще воды ее русалочий хвост. Она так и не стала человеком. Даже после поцелуя. – Прости, – ее срывающийся шепот донес до него ветер. – Тебе не следовало меня искать. И, не дожидаясь его ответа, она скрылась под водой. Внезапная боль, пронзившая его сердце, прошлась по ослабевшему телу судорогой. Он зло ударил кулаками по воде, ощущая жгучее соприкосновение кожи и водной глади. И пронзительно закричал.

***

– Все просто пиздец как хреново, Поттер. Это все, что я могу тебе сказать, – Драко метался по своему кабинету, намереваясь поскорее выпроводить незваного гостя. Ему отчаянно хотелось остаться наедине с собой и хорошенько подумать. Произошедшее парой часов ранее все еще не укладывалось у него в голове, он просто не хотел, чтобы это было реальностью. – Зелье? – заметив его нервозность, Гарри, наконец, начал задавать вопросы по делу. – Еще две недели. И мы все, Салазар тебя дери, понимаем, что нет уверенности в том, что это сработает. У нее почти не осталось времени! – Успокойся! – Поттер резко ударил ладонью по столу, возвращая Малфоя в реальность. В голосе прорезались приказные нотки, свойственные тем, кто служит в аврорате. – Мы делаем все, что в наших силах. – Этого недостаточно! – Не смей сдаваться, Малфой. Мы искали так долго и наконец нашли – мы сделаем все, что в наших силах. Резко встав, Гарри покинул кабинет, а затем и квартиру, не прощаясь. Драко только этого и ждал. Да, он собирался сделать все, и даже больше. Взгляд метнулся к зачарованному ящику стола, из которого спустя мгновение он извлек белый конверт. Белый, без единой подписи. Неизвестная сова доставила послание поздним вечером накануне. На сложенном листке, вложенном внутрь, была наскоро нацарапана лишь пара предложений:

«Я знаю, что вы ищете и не можете найти, мистер Малфой, и у меня есть, что вам предложить. Когда-то старинная книга «Дочери моря» принадлежала древнейшей семье с фамилией Блэк».

А еще в конверте лежали старые карманные часы, от которых исходил отчетливый флер магии. Маленькая записка гласила:

«Порт-ключ сработает завтра в полночь».

И если где-то в груди и скребли сомнения, он собирался рискнуть.