Часть 20

Празднество, на которое все больше походил официальный прием по случаю прибытия гостей из Суны, шло полным ходом. Цунаде попеременно с Джираей озвучивали все менее уместные для текущего повода тосты, призывая всех все чаще поднимать бокалы. Уже на второй чаше Какаши тайком от госпожи Хокаге стал разбавлять напиток девушки большим количеством воды, оставляя едва уловимый привкус алкоголя. Мира не возражала, снова устраивать пьяное представление да еще и в присутствии высоких чинов явно не входило в ее планы. Хоть и, откровенно говоря, выпить хотелось, слишком много поводов для стресса на один день. В помещение стоял гам голосов и чей-то хохот. Наруто, опьяненный горячительным напитком, весьма громко вспоминал юношеские годы команды номер семь под руководством Шисуи-сана, за что уже несколько раз получил от Сакуры по голове. Мира припомнила, что в Академии блондин был по-детски влюблен в Харуно, которая его никогда не замечала. Для нее существовал лишь один единственный – Саске-кун, что тогда, что сейчас. Стоит отдать ей должное, она никогда даже не смотрела в сторону старшего брата, в отличии от большинства девчонок, которые вздыхали на обоих. Сегодня же розоволосая куноичи демонстративно не смотрела в сторону Учиха, приглядывающих за порядком. В прочем, Саске тоже на нее не смотрел. Почему-то его холодный взгляд был полностью сконцентрирован на Мире и Хокаге. И если Цунаде не обращала на него никакого внимания, продолжая беседу с Казекаге, то Миру его взгляд раздражал. Она даже пару раз повернулась в его сторону, одаривая самой лучезарной улыбкой, на которую была способна в этот день. Его брови в этот момент сходились на переносице в недовольстве.    Шикамару усиленно игнорировал издаваемы бывшими одноклассниками шум, делая вид, что он понятия не имеет, кто эти двое. В основном он пил и демонстративно пялился в потолок, лишь изредка бросая взгляды на скучающую куноичи из Скрытого Песка. Она его явно интересовала. Темари явно это замечала, уголки ее губ слегка приподнимались стоило Шикамару отвлечься от потолка, но она никогда не смотрела в ответ. Ей нравилось его внимание, но девушка была слишком гордой, чтобы в открытую заигрывать с ним, или просто еще недостаточно пьяной... - Скучаете, Мира-сан? Чего нельзя было сказать о легендарном санине. – Негоже такой красавице скучать, - продолжил он чересчур низким голосом. - Джирая-сан, - дежурно улыбнулась Мира. – Для меня все это в новинку, поэтому я немного устала… Не стоит из-за этого беспокоиться. - Ох, - вздохнул мужчина, хлопая глазами. – Я бы ни за что не поверил, что вы впервые на подобном мероприятии. Так хорошо держаться сможет не каждый. - Благодарю, - она слегка поклонилась, принимая похвалу легендарного шиноби. - Извращенный отшельник, не приставай к Мире! – воскликнул порозовевший Удзумаки и тут же получил по голове. - Ай! Сакура-чан, я знаю, о чем говорю! - Я тебе сколько раз говорил не называть меня так! – Рявкнул мужчина, добавляя блондину еще один смачный подзатыльник. – Я отшельник с горы Мьебоку, мудрец жабьей горы, а не какой-то извращенец. - Ну, да, ну, да, - серьезно покивал головой Наруто, подхватывая угощение палочками. -  Мудрец - извращенец. - Мира-сан, не слушайте этого простофилю, - повернулся обратно в ее сторону санин и взял ее ладонь в свою. – Понимаете, я писатель. Пишу великие книги. - Ага. «Приди, приди рай» очень великая книга, - буркнул Удзумаки.  – Мира даже не стала ее читать, между прочим, и Хинате она тоже не нравится. «Блин, Наруто!» - она укоризненно посмотрела на блондина, который даже не заметил ее взгляда, поглощая угощения. - Мира еще слишком юна и скромна для ваших книг, - вмешался в их беседу Какаши, отвлекаясь от обсуждений с Хокаге. - Вы работаете над новой рукописью, Джирая-сан? - Да, - озорно улыбнулся мужчина. – У меня как раз появилась идейка для нового проекта. - Не поделитесь? Хатаке с интересом склонил голову, одновременно ненавязчиво вытянув девичью ладонь у мужчины. - Это будет сюрприз, - подмигнул Джирайя, понимающе усмехаясь действиям своего преданного фаната. - А мне его сюрпризы еще читать, - недовольно пробурчал Наруто. – Мира, ты просто не представляешь, как этот извращенец собирает материал для своих книг! - Наруто! – воскликнул санин. - Наруто, - спокойно, но предостерегающе произнес Какаши. - Не думаю, что Мире это интересно. Удзумаки же на мужчин не обращал никакого внимания - градус алкоголя в его крови уже превысил его привычную норму. - Он подсматривает за девушками на горячих источниках. - Я собираю материал для книг, а не подсматриваю. – Возмутился мужчина. – Мира-сан, это сугубо научный интерес. «Да он же просто извращенец» - нервно улыбнулась Мира, посматривая на сопящего Удзумаки. - «А Какаши просто нравятся его книги, да, за сюжет, наверное». - Когда ты уже найдешь себе редактора? – продолжал бурчать Удзумаки. -   Уже столько раз обещал нанять кого-нибудь! Меня так Хината скоро из дома выгонит. При виде этих книжек ей дурно становится. Вся краснеет и сознание теряет... - А, вот сейчас, возьму и найду! – Со счастливой улыбкой, санин повернулся в сторону, озадаченной Миры. - Мира-сан, не желаете стать моим редактором и по совместительству музой? - А… - Джирайя-сан, - вежливо-холодно протянул Хатаке, пресекая на корню данную идею. – Мире еще рано читать книжки подобного характера. Вашей музой она и вовсе быть не может. Наруто с озорной мальчишеской улыбкой посмотрел на раскрасневшуюся Миру, отлично зная, что книжечка таки у девушки имеется. - Ну, Какаши, - протянул санин, как ребенок. – Мне очень нужен редактор. Представь, тогда ты бы мог одним из первых читать моим рукописи.  Да и тем более Наруто их с тринадцати лет читает. Нет там ничего такого! - И тумаков получает от разгневанных женщин, за которыми ты подглядываешь, и их мужчин, - вставил свои пять копеек Удзумаки. – Мира, не соглашайся на эту адскую работу. Она того не стоит. Да и не платят за нее ни гроша. Санин злобно зыркнул на блондина, обещая ему одним взглядом скорую расправу под видом тренировки и вновь лучезарно улыбнулся девушке. - Мира-сан, а что скажете вы на мое предложение? - Я… Положение спасла Цунаде. - Мира, - окликнула ее Хокаге. – Подойди, пожалуйста. - Да, Хокаге-сама! Она была безумно рада, что ей не придется отвечать на столь каверзный вопрос. Джирайя вознамерился продолжить спор с Хатаке на эту тему, но тот уже отвернулся от него, следя за девушкой - Мира, - начала Цунаде, покручивая напиток в пиале. – Казекаге-сама был крайне удивлен, что ты не в списках делегации от Конохи. Что на это сказать Мира не знала. Ей и не предлагали поучаствовать в этом. - Списки уже сформированы, но Казекаге-сама весьма благодушно согласился принять в своей деревне еще одного участника делегации. Тебя! - Женщина улыбнулась, загадочно на нее смотря. -  Не желаешь присоединиться? Мира удивленно уставилась на слишком счастливую улыбку женщины, не замечая при этом адресованный Хатаке взгляд. - Как Хокаге, я не возражаю, - продолжила глава деревни. – А как твой наставник и вовсе считаю, что для тебя это будет весьма полезный опыт. - Цунаде-сама, - Хатаке не смог не вмешаться, хоть Джирайя и попытался его придержать, кидая недовольный взгляд на свою бывшую напарницу. Он то, как никто другой знал мстительную натуру своей бывшей коллеги по команде. Он отлично понимал, что Цунаде сейчас таким образом отыгрывает свою злость на Какаши за потрепанные нервы с законом «Одна на двоих». Вот только ему совсем не нравилось, что в эти игры вмешивали маленькую наивную невесту Копирующего. Тот может и имел обычно весьма флегматичный вид, но за свое мог и в горло вцепится, если почует реальную угрозу. А угроза была, шутка ли, свадьба через несколько часов, а Цунаде хочет отослать девушку на три месяца. Глава деревни подняла руку, призывая Какаши к порядку. Он, может, и был следующим Хокаге, но пока на этом кресле сидит она. Мира растеряно переводила взгляд с одного лица на другое. В помещении воцарилась гробовая тишина. Все с немым интересом наблюдали за разворачивающейся сценой, ожидая ответа девушки. - Мира-сан, - обратился к ней Гаара, чувствуя ее замешательство. – Мне известно о ваших непростых обстоятельствах. Голос мужчины был мягок и заботлив. Он успокаивал ее, позволяя сконцентрировать все свое внимание на обладателе бирюзовых глаз.  - Уверяю вас, что это не причина отказываться от таких возможностей. Вы сможете увидеть мир, посетить другую деревню и набраться опыта в деле, которое приносит вам удовольствие. Озвученное предложение звучало весьма заманчиво. Аргументы, приведенные Казекаге, и вовсе подталкивали ее согласиться. Она сможет официально покинуть деревню на три месяца. Забудет весь тот позор, который пережила за сегодняшний день. Она будет свободна. «Почему же я не могу согласиться?» - думала куноичи, чувствуя, как минимум два недовольных взгляда на себе. Согласие застряло в ее горле, ударившись об ее собственные преграды. «Как я оставлю Тоши? Что скажут родители? Смогу ли я остаться одна? А что если что-то случится? Итачи расстроится. Какаши? Он будет вне себя...» - в ее голове был настоящий хаус вопросов и зарождающаяся паника. Несмотря на все, это был реальный шанс избежать или хотя бы оттянуть свадьбу. «Ты не забыла, что среди них вполне может быть убийца Хаяте?» - шепнул внутренний голос, напоминая ее утренние страхи и опасения. – «Вспомни сколько крови было на твоих руках от их нападения. Скольких ты не смогла спасти. Они чужие. Опасные. Ты их не знаешь». - Благодарю за предложение, Казекаге-сама, - поклонилась Мира, чувствуя, как подрагивают коленки, а глаза грозятся наполниться слезами. – Есть обстоятельства по которым я не могу его принять. «Не пожалеть бы...» - Мира, - нахмурилась Хокаге. Счастливая улыбка с ее лица исчезла, она хотела что-то сказать, но Гаара ее опередил. - Мира-сан, я не тороплю вас с принятием решения, - подбадривающе улыбнулся молодой мужчина, ощущая ее неуверенности. - Мы отбывает в Суну через три дня. Вы сможете все хорошо обдумать и принять взвешенное решение. - Благодарю, Казекаге-сама. Мира вновь поклонилась, поспешила занять свое место рядом с Какаши.   

***

На веранде дома их уже ждала Микото Учиха. — Мира, — с нотками облегчения в голосе произнесла женщина, заключая девушку в объятия. — Я рада, что ты пришла. «А у меня был выбор?» — мысленно усмехнулась куноичи, ощущая, твердую мужскую руку на своей талии. Когда за ней пришел Итачи, Мира была готова сделать что угодно, говорить с кем угодно, лишь бы не покидать торжественный прием. Ее сердце ускоренно забилось, как только она заметила брюнета, ее взгляд сразу заметался по залу в поисках того, что могло бы ее еще хоть на мгновение задержать там. Была бы возможность, она бы и вовсе приросла к своему месту, ведь собственная свадьба пугала ее до дрожи в коленях. Озвученное раннее предложение Казекаге перебраться на три месяца в Суну по обмену опытом в тот момент снова заиграло яркими красками. Пускай она совсем и не знала этих людей. — У нас не так много времени, — спокойно произнес Итачи, слегка подталкивая девушку к матери. — Идем, милая, — заботливо произнесла женщина, беря ее ладонь в свою. — Не стоит заставлять всех ждать. «Всех?» — ее бровь взлетела вверх, задавая немой вопрос мужчине. — «Кого всех?» Насколько она помнила, было принято решение никого не звать на торжество. По крайне мере, иное развитие событий не обсуждалось. «Я опять что-то пропустила? Все уже переиграли? Что я еще не знаю?!» — суматошно думала Мира, закусив многострадальную губу и бросая взгляд на спокойного и безмятежного мужчину. Поняв, что от мужчины она не дождется ответа, Мира молча отправилась за хозяйкой дома, с трудом заставляя тело двигаться на негнущихся ногах. Перед тем, как передать ее в руки Учиха, Какаши дословно пересказал Итачи сделанное ей предложение Казекаге. К его достоинству, он никак не отреагировал и даже не стал задавать лишних вопросов. Понял, принял. Все. В доме она безропотно последовала за матерью жениха на второй этаж, когда как он сам остался на первом. Волосы Микото были собраны в незамысловатую прическу, украшенную заколкой в форме цветков алой камелии. Одета она была в традиционное черное кимоно, на спине которого красовался вышитый мон клана Учиха. Должно быть это был праздничный наряд хозяйки дома. Женщина провела ее в комнату украшенную белоснежными цветами и алыми тканями и с выход на балкон, с которого открывается вид на их небольшой благоухающий сад на заднем дворе. «И стоило так украшать комнату ради непродолжительного пребывание в ней?» — мысленно задалась вопросом девушка, оглядывая помещение. — «Мир и процветание семьи, да?». Уж чего-чего, а мира в ее душе и близко не наблюдалось, процветания не хотелось вовсе. Смотря на затянутое алым помещение, обстановка которого красноречиво говорила о скором торжестве и смене ее статуса, сердце болезненно сжималось. «Каждому человеку определён свой путь, и он должен послушно следовать ему. До конца» - зазвучала в ее голове когда-то сказанная одним гением истина. Раньше она категорически была не согласна с этим, считая, что сам человек вершит свою судьбу, но конкретно сейчас Мира была крайне не уверена в своей правоте. Она не выбирала этот путь. Его выбрали за нее и не дали ей ни единого шанса с него свернуть. Возможно, это ее судьба? — Мира, ты ненавидишь моего сына? — спросила женщина, вырывая ее из раздумий. Микото выжидательно смотрела на казалось было, впавшую в ступор девушку. На самом же деле Мира пыталась осознать вопрос, который услышала на периферии сознания. «Ненавижу?» — призадумалась Мира, пытаясь услышать отголоски столь страшного чувства в своей душе. — Нет, — со вздохом ответила девушка, наблюдая на лице женщины явное облегчение. Ей даже показалось, что Микото задерживала дыхание, ожидая ее ответа. «Странные у нее вопросы перед свадьбой, однако. Ответь я положительно, что тогда? Уберегла бы сына от такой плохой невесты? Сильно сомневаюсь». Но врать самой себе она тоже не хотела. Чувство ненависти Мира не испытывала ни к Какаши, ни к Итачи. — Знаю, что для тебя это все непросто, но я рада, что они выбрали именно тебя. Мира передернула плечами, устремляя взгляд на распахнутую дверь, ведущую на балкон. — Что ж, поторопимся! — Значительно воодушевленнее произнесла Микото. — Нам еще нужно многое успеть. Начнем с ванны! «Ванна, так ванна» — пожала плечами Мира, еще не догадываясь о сюрпризе, который ее ждет. — Идем, я помогу тебе искупаться, — произнесла Микото, двигаясь в сторону еще одной двери в конце комнаты, которую она сразу не заметила. «Помогу?» — задумалась Мира, следуя за женщиной. Микото уже скрылась в другой комнате, когда она в ступоре замерла на месте, обдумывая слова женщины. «Она же не собирается тереть мне спинку?». — Мира, — поторопила ее хозяйка дома. — Я жду тебя. Уже все подготовлено. Ей ничего не оставалось, как пойти следом. Посреди комнаты стояла огромная резная ванная, украшенная переплетениями лиан, вода в ней была молочно-розового цвета, усыпанная лепестками сакуры, от поверхности поднимался пар. Но не это ее смутило, а наличие еще двух девушек в помещение. И судя по характерным чертам внешности, они принадлежали клану Учиха. «Это еще что?» — нервно подумала Мира, оглядывая посторонних. — «Они же все выйдут?» Микото осторожно дотронулась до воды, проверяя ее температуру. — Уже все готово. Можешь раздеваться и входить в воду, — как ребенку пояснила женщина, пока она со скепсисом смотрела на посторонних. — Милая, тебе нечего стесняться, — успокаивающе произнесла хозяйка дома, заметив взгляд невестки. «Да правда что ли?!» — чуть было не выкрикнула Мира, красноречиво смотря на девушек. - «А то что меня увидят обнажённой это так. Ерунда!» — У тебя хорошие внешние данные, — по-своему расценила ее взгляд женщина. «Да вы издеваетесь, Микото-сан?!». — Микото-сан, я бы предпочла помыться самостоятельно, — хрипло произнесла Мира, чувствуя, как щеки краснеют только от одной мысли, что ее увидят раздетой посторонние люди. — Одна. Девушки, находящиеся в комнате, не сдержали смешок, посмотрев сначала на невесту, а затем и на хозяйку дома. — Милая, по традициям клана невесту необходимо подготовить, — вновь, как ребенку пояснила Микото, шикнув на девушек. — Мы тебе поможем. Раздевайся и проходи в воду. «Я на это не подписывалась!» — на лице Миры отразился неподдельный ужас. — «Меня ни о чем таком не предупреждали!». — Нет, — собравшись с духом, она постаралась сказать это, как можно увереннее. — Либо все выйдут, либо выйду я. «К черту все эти традиции, законы и порядки!». — Милая, … — Нет, Микото-сан, — отрезала Мира. «У меня тоже есть принципы!». Ей многое хотелось сказать женщине о ситуации в целом, традициях и ее сыновьях, но как это сделать, не оскорбив ее достоинство, она не знала. И так поползут слухи, судя по взглядам «помощниц», которые, разве что, пальцем на нее не тыкали. — Милая, традиции нерушимы. Им уже не одна сотня лет, — снисходительно поясняла хозяйка дома. — Я через это тоже проходила. И Сакура. — Я не буду раздеваться и уж тем более мыться в присутствии посторонних, — в который раз повторила Мира, держа свою позицию. — Зовите Итачи. — Итачи сейчас занят остальной подготовкой, — нахмурилась Микото, не ожидая такой просьбы со стороны девушки. — Тебе не о чем беспокоиться, Мира. Мы о тебе позаботимся. — Или он сейчас сюда придет или я отсюда ухожу, — демонстративно сложив руки на груди, произнесла Мира. Микото улыбнулась ей краешком губ, отправив одну из девушек за сыном. — Это тебе не поможет, — спокойно ответила женщина. — Итачи не пойдет против традиций клана. В противном случае старейшины будут крайне недовольны его решением. «А делить одну девушку с другим мужчиной в традициях? Да?» — хотела было она спросить, но прикусила язык, бросая взгляд на еще одну девушку. Останься они одни, Мира бы обязательно задала этот вопрос. — Посмотрим. Вскоре раздались шаги. Дверь распахнулась, пропуская в помещение спокойного и казалось было даже не удивленного сим событием Учиха. — Что-то случилось? — Случилось, Итачи, — кивнула Микото, указывая взглядом на девушку. — Мира отказывается следовать традициям клана. Это не позволительно! — Вот как, — усмехнулся он, словно ожидал чего-то такого. — Оставьте нас. Микото была в замешательстве. — Итачи, старейшины будут недовольны… — Оставьте нас, — тверже произнес он, пропуская спешащих девушек на выход. Микото нахмурилась, недовольно поджав губы, но послушалась сына, выходя из помещения. — Надеюсь, что ты не пожалеешь, — произнесла она, проходя мимо сына. Они остались одни. — Мира? Итачи осторожно взял ее за подбородок, вынуждая посмотреть в его бездонные темные глаза. — Вы меня ни о чем таком не предупреждали! Я так не могу… Рядом с ним Мира потеряла весь свой боевой настрой. Что она может противопоставить ему? Им? — Тебе неловко от того, что тебя увидят обнажённой посторонние? «Да». Она из-за это даже отказывала себе в посещении горячих источников. Прикусив губу, ощущая, как ее щеки и уши пылают, Мира кивнула. — Хорошо, — склонившись, он прикоснулся губами к ее искусанным губам. — Тогда ты не будешь возражать против меня? «Что?!» — на ее лице отразился шок, а в его глазах появились смешинки. — Я уже видел тебя раздетой, Мира, — улыбнулся он краешком губ, приспуская рукав ее платья. — Тот раз не считается! Я была не совсем трезвой! — Ты и сейчас не совсем трезвая, — усмехнулся он. — Твоя реакция слегка заторможена. Но если ты хочешь, то… — Я не это имела ввиду! — заикаясь выговорила она. — Я хочу сама помыться! Сама! — Мама права на счет старейшин, — произнес он, спуская второй рукав ее платья. — Позволь мне позаботиться о тебе, Мира. — Итачи, это плохая идея… «Это чертовски плохая идея!» — думала она, ощущая болезненное томление во всем теле от его рук. — Я так не думаю. — А ты не думай! — достаточно громко воспротивилась Мира, вызывая у мужчины смешок. Она упиралась в его грудь своими руками, ощущая под ладонью размеренный стук его сердца. Щеки предательски пылали, а он и не думал останавливаться. — Для чего все это, Итачи? — спросила Мира, когда с поясом платья было покончено. «Зачем я это говорю?!». Гормоны требовали его касаний, коря ее за длинный язык. Ей вновь хотелось ощутить его поцелуй, граничащий между страстью и нежностью. Разум же упорно твердил, что все это неправильно. Что ей потом будет в сто раз больнее. Она не простит себя и в конце все сгорит в синем пламени. — Я знаю, для чего вам нужен был закон «Одна на двоих». Этот брак фикция. К чему все эти традиции? Порядки? Все это? Он улыбнулся ей, и в его улыбке было так много эмоций, что выцепить все не представлялось возможным. Там была озадаченность, ирония и даже нежность. Но ничего счастливого в ней не было. — И что же ты знаешь? Мира пыталась заглянуть в его душу через глаза, но он словно отгородился от нее в этот момент. — Я знаю, что Какаши собирается назначить тебя на должность первого советника Хокаге, — как можно тише произнесла девушка. — И я не дура, Итачи. Еще не один Учиха не занимал столь высокую должность… — И поэтому ты решила, что этот брак, как ты выразилась «фикция»? — Твоя мама сообщила, что только с приходом Пятой отношение к клану улучшилось. Какаши также подтвердил, что это связано с кланом Учиха… Итачи молчал, а она продолжала тонуть в бездне его глаз, ощущаю себя полной дурой. — Для чего еще вам делить одну девушку на двоих?! Озвучивая свою догадку, она была уверена в своей правоте. Сейчас же ее терзали смутные сомнения. Доводы казались слабыми и притянутыми за уши. — Ты о нас настолько плохого мнения? — усмехнулся Итачи, притягивая ее ближе к себе. «Нет… Да… Не знаю…». — Не можешь ответить? Мира молчала, поджав губы. — Хочешь, я отвечу? Она отрицательно помотала головой, а затем неуверенно кивнула. — Ты боишься. Боишься неизвестности, которая тебя ожидает. С упорной маниакальностью ей сопротивляешься, несмотря на то, что она может привести тебя к лучшему. К тому самому, чего ты так желаешь. — Ты не знаешь, чего я желаю… — Знаю, Мира, знаю, — на его лице была печальная улыбка. — Потому что мы желаем того же. Она нахмурилась, пытаясь осознать его слова. — Мы понимаем твои эмоции, Мира. Стараемся сдерживать свои и не давить на тебя. Мира скептически посмотрела на мужчину, вспоминая поведение Хатаке. — Он, правда, старается, — улыбнулся краешком губ Итачи, правильно читая ее взгляд. — Но при всем при этом, ты продолжаешь сопротивляться. Придумаешь тысячу объяснений и причин нашим действиям, которые не соответствуют действительности. — Я не… — Ты просто не можешь не копаться в этом, выискивая подвох во всех наших словах и действиях. А его нет. Неужели ты правда думаешь, что Какаши стал бы во все это ввязываться ради чужого для него клана? Зачем ему это? Для чего? Она не думала об этом. Не задумывалась над тем, для чего это Какаши. В чем его выгода. Тогда, на дереве, для нее казалось все логичным. Все вставало на свои места. Главное - она вписывалась в эту картину. — Его просто назначает на пост Хокаге Цунаде-сама. И он, наверняка, знает, какие непростые отношения у вашего клана с остальными. Вот и пытается заранее не допустить конфликта… Судя по насмешливому взгляду мужчины, она в корне ошибается. — Следуя твоей логике, у Хокаге будет с самого начала предвзятое отношение к клану Учиха, а это, в конечном счете, может породить смуту в других кланах. Подобное грозит переворотом и гражданской войной, что повлечет за собой тысячи смертей, гражданских в первую очередь. Мира в ужасе смотрела на Итачи, который так спокойно рассуждал о том, что может произойти в ближайшем будущем. Саму же ее передернуло только от одной мысли о возможной войне внутри самой деревни. Ее первой мыслью было: «неужели это возможно?!». Но ей даже не пришлось озвучивать этот вопрос в слух, так как она сама знала на него ответ: «возможно». Тысячи невинных жизней будет загублено только из-за одного неверно принятого решения. — Но ведь тогда… Она не договорила. Он ее перебил, догадываясь о вопросе. — От каждого клана будет подаваться кандидат, Мира. Я иду на таких же общих основаниях, как и все. — Но Какаши сказал, что первым советником будешь ты. Мира уже ничего не понимала. Голова шла кругом, усиливая смятение в ее душе. Теория, построенная на обрывках информации под воздействием чувств, распалась на тысячи осколков. Перспектива гражданской войны вызывала неподдельный ужас. — Ему не стоило об этом так громко заявлять, — спокойно произнес Итачи. — А тебе не стоит заниматься самокопанием и попытками найти всему логическое объяснение. В этом мире не все поддается твоей логике. — А что мне еще остается? Вы не даете ответов… — Значит, тебе о них знать не стоит. Запомни. Мы никогда тебе не навредим. Если что-то не озвучено нами, то это только ради твоего же блага. — Я так не считаю… Он хитро улыбнулся, слегка приподнимая подол ее платья. — Я предлагаю вернуться к тому, с чего мы начали, пока нам не помешали…