Часть 21

Итачи Учиха не даром считали гением. Ведь этот человек обладал выдающимися природными способностями, о которых многие могли лишь мечтать. Одной из способностью мужчины был врожденный дар убеждения, благодаря которому он мог с легкостью убедить человека в том, в чем не смог бы убедить его никто другой. Под его умения попала и она, оказавшись в один миг на его коленях, погруженная в теплую, благоухающую воду. Лепестки сакуры, покрывавшие до этого мирно покоящуюся поверхность воды, расплылись кругами вокруг них, открывая прекрасный обзор обладателю бездонных глаз. — Итачи… От сложившейся неловкой и, в тоже время, постыдной для нее ситуации ей безумно хотелось прикрыться, скрывая от его взора свою наготу. Лучше и вовсе скрыться, стирая из памяти участников сего события данное воспоминание. Ее лицо пылало от смущения и стыда, а руки мелко подрагивали от волнения. Они вдвоем, обнаженные, в одной ванне. За дверью притаившись находилась в нервном состоянии хозяйка дома и ее помощницы, которые в будущем не постесняются перемыть ей косточки, обсуждая, как же ей повезло с женихом, и как же не повезло ему. Наверняка, каждая из присутствующих в соседней комнате прислушивается к происходящему в ванной, ожидая услышать что-то этакое. Что сплетен не избежать для Миры было также очевидно, как и то, что Микото отлично знала, чем они занимаются в текущий момент. В том, что женщина в прошлой жизни была куноичи, Мира ни капельки не сомневалась. Даже сейчас, отойдя так надолго от дел, она все еще была в хорошей форме. — Тш-ш, — произнес он, притягивая невесту к своей груди. — Все хорошо, Мира. Расслабься. «Легко сказать!» — нервно думала Мира, стараясь подстроить свое учащенное дыхание под равномерное мужское. Было сложно расслабиться находясь так близко к обнаженному мужчине, подобному демону искусителю. В этом мире не было чего-то, что могло испортить его красоту. Итачи Учиха был одинаково хорош, как в одежде, так и без нее. Предательски пылающие щеки выдавали ее смущение с головой. Порожденный сей ситуацией хаус мыслей, был снесен его легкими, как перышко, прикосновениями к ее коже. Его касания были сродни пожару, обжигали, оголяли каждый нерв в ее теле, призывая отозваться на них. Вложенные родителями с детства нормы и морали требовали прекратить сие безобразие. Желание же подталкивало ступить на неизведанную доселе тропинку, полную похоти и любви. «Сдайся... Уступи...» - нашептывал ее внутренний голос. - «Пару часов, и ты законная жена... Ничего не изменится...» Едва уловимый звук щелчка показался оглушительным в полнейшей тишине помещения и заставил ее непроизвольно вздрогнуть. Глаза сразу обнаружили источник шума. - Не бойся, - успокаивающе произнес Итачи, показывая ей открытый пузырек с карамельной жидкостью. - Это всего лишь гель. Он вылил его содержимое себе на руки, растирая в ладонях. Она следила за его размеренными движениями и никак не могла успокоить свое учащенное дыхание. В помещение расцвел приятными нотками знакомый и уже ставший родным аромат сочных фруктов. — Персики? — неверующе спросила Мира, посмотрев на улыбающегося мужчины. Она никак не ожидала почувствовать именно этот запах. «Ему идет улыбка» - отметила девушка, наблюдая за размеренными действиями мужчины. — Люблю персики, — произнес Итачи, медленно намыливая ее кожу. — Такая мягкая и нежная, — нашептывал он в ее волосы, пока его руки по-хозяйски скользили по ее коже, не пропуская ни единого свободного участка, оставляя за собой дорожки ароматной пены. — Сладкая… Бархатистый голос мужчины звучал тепло и успокаивающе. — Итачи… Прикосновение сильных мужских рук сводило ее с ума. Она откинула голову на его плечо, прикрыв глаза и отдаваясь на волю своих чувств. Ей уже было не важно, кто был за дверью, лишь бы он не прекращал. Было в его касаниях что-то такое, от чего она теряла голову, переставая отдавать себе отчет. Он медленно нанес пену на ее шею и плавно спустился ниже к груди, вырывая ее из сладкой неги. — Итачи, не… Он не дал ей договорить, слегка сжав вставший сосок, от чего Мира выгнулась, глотая воздух. Хватило лишь легкого давления на чувствительную вершинку груди и по девичьему телу пробежал электрический разряд к каждой ее клеточке. Она прикрыла глаза, ощущая на себе довольный взгляд мужчины. — Ты очень чувствительная, — прошептал Итачи, обжигая ее своим дыханием. Он сводит ее с ума, заставляя желать большего. — Итачи, пожалуйста… - вымолвила Мира, сама не зная о чем его просит. Брюнет плавно переключился на вторую грудь, играя с соском. — Пожалуйста, что? — спросил он, не дождавшись продолжения от девушки. Его манипуляции не прекращались ни на секунду. Он тщательно намыливал каждую грудь, уделяя особо внимание ее вершинам. «Пожалуйста, не останавливайся...» — молили ее гормоны, распаленные его касаниями. В животе девушки порхали бабочки, а чуть ниже непривычно сладко тянуло и пульсировало. Каждое его прикосновение, каждый ее вдох усиливали все ощущения многократно. Она тонула, захлестываемая волнами, удовольствия. Ей хотелось кричать, умолять его о большом, лишь бы унять непривычный жар в своем теле. Это было выше нее. Сильнее нее. Разум был захвачен похотью. И лишь отголоски нравственности, призывали ее остановиться. - Поцелуй меня, - вымолвила Мира, смотря на него сквозь прикрытые веки. Итачи не надо было просить дважды. Его губы накрыли ее, даря ей одновременно нежность и страсть. Он дразнил ее, разжигая еще больше ее внутренний пожар, грозящий сжечь ее дотла. — Ты слишком много думаешь, Мира, — хрипло произнес Итачи, отрываясь от ее влажных губ и ласково поглаживая живот девушки. — Мучаешь себя. Отрицаешь желание своего тела. Он смотрел в ее глаза, и ей казалось, что он знал о ней куда больше, чем она сама. — Это все… — Неправильно? — Усмехнулся Учиха, в который раз слыша эту фразу из уст девушки. — Да... — Мира, — прошептал Итачи, обжигая ее ухо своим дыханием. — Мы, кажется, уже это проходили. Все что ты испытываешь к нам - это нормально. Не стоит этого стыдиться или пытаться понять. Просто позволь мне сделать тебе приятно. Она бы хотела этого не стыдиться. Хотела бы раскрепоститься и позволить делать ему все, что принесет ей удовольствие. Но он первый мужчина, который видел ее обнаженной. Он наблюдал за борьбой на ее очаровательном личике, теплым взглядом подталкивая к единственно верному решению, и поглаживал особо чувствительные участки на ее тела, а их было достаточно. Их девочка оказалось очень чувствительной к ласкам, что давало им большие возможности в грядущей супружеской жизни. Она растеклась на его груди, отдавая всю себя в заботливые руки. Остывшая вода приятно холодила ее разгоряченную кожу, создавая контраст ощущений. Вокруг нее прохлада, а за ней жар исходящий от мужчины. Мира чувствовала волны его желания. Итачи желал ее также сильно, как и она. Они сходят с ума вместе, сгорая в своих собственных ощущениях. Лежать на его горячей груди и чувствовать под своей щекой, как громко бьется его сердце, казалось для нее высшим наслаждением. Ей было приятно знать, что ни она одна томится в этом пожаре чувств, ощущая под собой его внушительную эрекцию. — Вот так, — прошептал Итачи, хваля ее. — Молодец. Он был внимателен к ней. Наблюдал за ней. Подмечал любое изменение на ее лице от его прикосновений, делая мысленные пометки. Он даже видел в какой момент она сдалась, прикрывая глаза и приоткрывая искусанные губы. Ее грудь приподнималась в такт ее дыханию. — Мира… — он проложил дорожку поцелуев, нежно покусывая, белоснежную шею невесты, и слегка прикусил мочку ее уха, зализывая укус. - Сладкая, Мира... Если бы она стояла, то ее коленки, наверняка, подогнулись бы от нахлынувших чувств. Сотни мурашек пронеслись по ее телу, срывая с ее губ едва слышимый стон, потонувший в устах мужчины. Он целовал требовательно, сминая и подчиняя ее губы и язык. Итачи вел их двоих в незамысловатом танце, позволяя ей отдаться своему влечению. Она ощущала желание в его руках, а также привкус мыла на его коже. — Сладкая, малышка, — произнес он, оторвавшись от ее уст. Его рука скользнула вниз, едва прикоснувшись к тому, к чему еще никто и никогда не прикасался кроме нее самой. — Итачи! — Мира вскрикнула, попытавшись отстраниться. Навеянная нега была притуплена приступом паники. Разум брал контроль над телом, отодвигая бушующие в ее теле гормоны на второй план. — Тш-ш, - произнес он, удерживая ее на месте. — Все хорошо. — Итачи, пожалуйста, — взмолившись произнесла Мира и попыталась свести бедра, но мужчина удержал ее в прежнем положении. — Позволь мне закончить, — произнес он, покрывая ее шею поцелуями. — Итачи… — Доверься мне, - успокаивающе шептал брюнет. Его губы приблизились к ее, затягивая их двоих в новый поцелуй полный страсти, желания и откровения. Итачи не давал ей и шанса на размышления. Его длинные пальцы скользили сверху вниз, уделяя особое внимание чувствительному комочку нервов и нежа ее разгоряченное тело. — Мира… — произнес Итачи, оторвавшись от ее губ и опаляя своим дыханием. — Малышка… Она ощущала себя странно. Словно впала в некий транс - ни чувствуя ни смущения, ни страха. Внизу разливалась приятная, томительная истома, заставляя ее учащенно дышать. — Ты такая красивая, — произнес Итачи, когда она выгнулась под нахлынувшими эмоциями. Его губы перешли к истязанию ее шеи и периодически ласкали край уха. По ее телу пробежала мелкая дрожь. — Итачи… — прошептала она, слыша свое собственное прерывистое дыхание. Движение его руки ускорилось, заставляя девушку выгибать все чаще. Второй рукой он массировал ее грудь, посылая томительные импульсы вниз. — Итачи… Она шептала его имя, а ему хотелось большего. Он ускорял свой темп, одновременно чуть сжимая вершинку ее груди и лаская шею, когда ее мир взорвался тысячами осколков удовольствия. - Итачи! - судорожным вздохом сорвалось с ее уст, когда девушка выгнулась в его руках, под сносящей лавиной чувств. Она лежала на его груди полностью расслабленная, чувствуя напряжение мужчины. Его тело прижималось к ней настолько близко, что, казалось, еще чуть-чуть, и оно окажется внутри нее. Это должно было вызвать у нее страх, смущение и растерянность, но не вызывало ничего. Ей было слишком хорошо в этот самый момент. Она чертова эгоистка.

***

— Вы заставляете всех ждать! — Микото и не думала скрывать своего раздражения, смотря с укором на сына. Время отведённое на подготовку невесты к церемонии утекало, как песок сквозь пальцы, а она все еще была не готова. Мира стояла чуть позади Итачи, ощущая себя под его защитой. В ее теле все еще чувствовалась непривычная доселе легкость. И даже ненастное настроение хозяйки дома не могло его испортить в этот момент. «Все-таки окситоцин полезная вещь» - с некой ленцой подумала Мира. После водных процедур ее неимоверно тянуло прилечь в мягкую кроватку, зарывшись в пуховое одеяло с головой, и отправится в царство Морфея на пару часов. — Тогда, вам следует поторопиться, — спокойно ответил Итачи, выдерживая взгляд недовольной матери. — Мира? Он внимательно посмотрел на свою невесту, отмечая ее расслабленность. — Я в порядке, — ответила она, сдерживая зевок. Мира и подумать не могла, что ее так разморит. В больнице молоденькие медсестры часто шептались, что после достижения оргазма они чувствую прилив сил и бодрости. Ничего из этого она в данный момент не ощущала. Никакие горы сворачивать ей и вовсе не хотелось. А вот в кроватку это, да. «Интересно, это последствие стресса на меня так воздействует?» - думала Мира, замечая краем глаза шушукающихся помощниц в конце комнаты. Девушки не стеснялись этого делать ни при хозяйке дома, ни при сыне главы клана. В прочем, последние на них тоже не обращали внимания. «Бесстрашные или дуры?» - задумалась она, отмечая, как старшая из них пытается строить глазки Итачи. — Хорошо, — улыбнулся он краешком губ, прежде чем покинуть помещение. На воздыхательницу Итачи даже не обратил внимания, что нисколечко ее не задело. Возможно, девушка уже успела привыкнуть к такому рода поведению. Хозяйка дома проводила сына недовольным поджиманием губ, и перевела расстроенный взгляд на его будущую невесту. — Мира, я понимаю, что для тебя наши традиции кажутся дикими, но их следует соблюдать, — строго произнесла Микото, взмахнув рукой. — Выйдете, — холодно велела она девушкам покинуть комнату. Поклонившись, помощницы поспешили устраниться, хихикая в рукава своих одеяний. — Итачи не сможет постоянно тебя защищать, ставя себя под удар, — настоятельно продолжила Микото, смотря на нее в упор. — Мне это хорошо известно, Микото-сан, - спокойно произнесла Мира, чувствуя, что женщина не простит ей ее выходку. - Также, как и вам то, что я не просила их выбирать меня. - Но выбор уже сделан, Мира, - отдернув подол своего кимоно, произнесла хозяйка дома. - Ты должна уважительна относиться к традициям клана! - Микото-сан, я уважаю ваши традиции и устои, - постаралась вежливо ответить Мира, не поморщившись от воспоминания о некоторых. - И понимаю ваше желание их соблюсти. Но поймите и вы меня. - Мира сделала паузу, переводя дух и наблюдая на хмурившимся лицо хозяйки дома. - Я росла в другой семье. С другими традициями и порядками. И то, что для вас является нормой, для меня сродни дикости, - она очень надеялась, что Микото ее услышит и поймет правильно. - Как только ты станешь официальной женой Итачи, ты больше не будешь принадлежать своей семье. Тебе нужно смириться с традициями клана уже сейчас. Мира тяжко вздохнула. Это было действительно проблемой. С одной стороны девушка понимала желание женщины защитить свое дитя, но с другой стороны - она ведь тоже когда-то через это проходила. Должно понимать и разделять ее чувства. - Микото-сан, вы просите от меня невозможного, - честно призналась Мира. - Мне не перестроиться в одно мгновение даже при всем моем желании. «А желания нет и подавно», - мысленно добавила куноичи. Микото кивнула, принимая ответ девушки. - Мира, ты просто должна делать все, что я тебе говорю. Тогда никаких проблем не будет. Я понимаю, что ты еще юна и не до конца осознаешь всех последствий своих действий и решений, - попыталась было она объяснить ей, как наивному дитю. - Но ты должна понять, что твое неповиновение портит репутацию Итачи в глазах окружающих. У него из-за этого могут быть проблемы. Ты же этого не хочешь? Мира тяжко вздохнула, понимая к чему клонит мать жениха. — Микото-сан, мне меньше всего хочется подрывать репутацию Итачи или создавать ему проблемы. Он замечательный человек, хоть и воспользовался таким грязным законом. - Тогда я надеюсь, что мы услышали друг друга? - Вскинула бровь женщина. - Простите, Микото-сан, я не закончила свою мысль, - с виноватой улыбкой продолжила Мира. - Мне действительно не хочется создавать ему проблем, но и безропотно подчиняться всем традициям и устоям я не смогу. Простите. - Мира! - Воскликнула Микото, не веря своим ушам. Хозяйка дома не была настроена идти даже на малейшие ей уступки, что не укрылось от девушки. «Будет тяжело». - Микото-сан, они знали, кого выбирают, даже больше, чем я знаю за кого выхожу замуж. - Попыталась было донести свою мысль Мира. - Мне не известны ни традиции кланов моих женихов, ни их порядки, ни устои. Как можно соблюдать то чего не знаешь? А если традиции одного клана претят традициям другого? Я поставлю ненароком одного из будущих мужей в неловкое положение. Микото молчала, недовольно смотря на собеседницу. Мира выдержала ее прямой взгляд, продолжив свою развивающуюся мысль. - Никто из мужчин не додумался мне рассказать о них. Что ставит меня в невыгодное положение, - пояснила она. - И если вы меня сможете просветить, Микото-сан, о традициях клана Учиха, то о традициях клана Хатаке мне может рассказать только сам Какаши, которого, к сожалению, с нами нет. Но я обещаю вам, что при первой же возможности займусь данным вопросом. «Главное чтоб возможности такой не было». - Ты красиво говоришь, - улыбнулась краешком губ Микото, покачав головой. «Итачи унаследовал улыбку матери», - подметила Мира, видя схожие черты. - Но незнание традиций от них не освобождает, - был вердикт хозяйки дома. - Поэтому я вынуждена настоятельно тебе рекомендовать соблюдение всех традиций клана Учиха, не ставя тем самым моего сына в затруднительную ситуацию выбора между семьей и невестой. Мира наклонила голову набок, ощущая, как к ее коже прилип намокший от ее волос шелковый халат. Этот разговор начинал ее утомлять. - Ваш сын - взрослый мальчик, и сам разберется со своими проблемами, Микото-сан, - спокойно произнесла Мира, устав бороться с женщиной. - Ты еще слишком юна, - одарила ее сочувствующей улыбкой Микото. - Когда у тебя появятся свои собственные дети, ты поймешь причину моих поступков. Подойди. Мира скептически посмотрела на женщину, но выполнила просьбу хозяйки дома, которая поставила ее перед большим зеркалом. — Что ты видишь? - спросила Микото, смотря вместе с ней на отражение в зеркало. В отражение зеркальной поверхности Мира видела себя. В ее глазах плескалось, накопившаяся за все это время усталость. Поза тела говорила о ее расслабленном состоянии. Черный шелковый халат, прилип к ее телу, очерчивая ее не столь, выдающиеся, но довольно привлекательные формы. Длинные намокшие волосы разметались по ее спине, остужая кожу. — Себя, - просто ответила Мира. Одним резким рывком, Микото сдернула с нее накинутый халат, заставляя пошатнуться. — Что вы творите?! — Сорвалось с ее губ, быстрее, чем она успела осознать сказанное. В глазах был шок и неверие, происходящего. Девушка неловко попыталась прикрыться руками. Сонливое состояние было снято с легкой руки женщины. Микото больно схватила ее за подбородок, заставляя посмотреть на себя в зеркало. — Что ты видишь? — требовательно спросила женщина, удерживая ее лицо. — Неадекватное поведение хозяйки дома, — злобно прошипела Мира, хватая женщину за руку. - Уберите свою руку! Микото не обращала никакого внимания на трепыхания девушки. — Ты невеста старшего сына главы клана Учиха! В скором времени станешь ему женой! Отныне твои желания не имеют значения! Ни желания, ни надежды, ни стремления, ни мечты! Единственная твоя задача — сделать все, чтобы он был счастлив! Твой прямой долг служить на пользу клана Учиха! Она в ужасе смотрела на женщину, которая, не изменившись в лице, с холодностью и расчетливостью держала ее лицо в своих руках. Милая и добрая на первый взгляд Микото сейчас более походила на разгневанного екая. Мире все больше и больше казалось происходящее каким-то страшным сном. Словно это происходило не с ней, а с кем-то другим. Ведь с ней этого просто не могло произойти. Она всегда была обычной, не одаренной куноичей. Как же ее так угораздило вляпаться. «Как на это могла согласиться Сакура?! Да еще и добровольно!» — кричал ее разум от осознания всей, надвигающейся беды. — «Как я в это умудрилась вляпалась?! За какие грехи, Ками?!». Отчаиваться было не выход. Это она уяснила с самого начала. Проблемы необходимо было решать по мере их поступления. Тем более, ей не стоит забывать, что она также входит в клан Хатаке. А у того, благо, вообще не было родни, которая смогла бы на нее также давить, как Учиха. «Правда и защитить не смогут от нападок другого клана» - грустно подумала Мира. — Микото-сан, — беря свои эмоции под контроль Мира, как можно спокойнее обратилась к женщине, смотря сквозь зеркало в ее глаза. — Вы же понимаете, что своими словами и действиями только отталкиваете меня от вашего клана? — Я всего лишь тебя предупреждаю, — усмехнулась женщина, отпуская лицо девушки. — Ты молодец. Держишься. Что творится в голове у хозяйки дома Мира так и не поняла. Ее поведения она не могла объяснить. «Не все поддается моей логике, да, Итачи?» - нервно усмехнулась Мира. Микото хлопнула в ладоши и в комнате появились раннее выпровоженные помощницы. — Подготовьте ее, — холодно отдала распоряжение хозяйка дома, отходя в сторону балкона.