Часть 25

Их появление в вихре зеленых листьев было сродни внезапному порыву ветра. Цепкие взгляды, до этого блуждавшие в ожидании, мгновенно сфокусировались на них. Казалось, сама атмосфера изменилась, наполнившись напряжением и любопытством. От столь пристального внимания девушке стало дурно. Она чувствовала, как её сердце начинает биться чаще, а дыхание становится прерывистым. Взгляды, словно невидимые руки, тянулись к ней, цеплялись за её лицо, за шею, плечи, за каждую мысль, которая мелькала на ее лице. Они были повсюду — холодные, любопытные, оценивающие. Каждый взгляд словно пытался проникнуть в неё, вытащить наружу то, что она так тщательно пыталась скрыть даже от самой себя. Мира чувствовала, будто воздух вокруг нее становится гуще, словно наполняясь статическим электричеством. Она попыталась отвести взгляд, но это не помогло. Перед внутренним взором все еще стояли их глаза, глаза, глаза. Они смотрели на неё с разных сторон, словно окружали её плотным кольцом. Шаг назад. Столь желанный и спасительный шаг назад. Она сделала его неосознанно, прячась от взора присутствующих за спиной мужчины. Только здесь она смогла наконец-то вздохнуть. Сердце учащенно билось, отдавая виски. Даже на церемонии принятия в клан к ней не было столь пристального внимания, как сейчас. «Будто бы вновь очутилась на выпускных экзаменах» - мысленно пробубнила Мира, вспоминая, как за ними пристально следили, не выпуская из своего внимания ни малейшей детали. Она думала, что тогда ей было плохо. Живот крутило, ноги от страха и волнения подкашивались... Как же она ошибалась. Вот сейчас ей реально было плохо. Складывалось впечатление, что ее облапали с ног до головы, уделив особое внимание ее лицу. Она знала, что выглядит в данный момент не ахти. Красные глаза от пролитых слез, стертый на скорую руку макияж, искусанные губы, которые она даже не подумала исцелить, а в завершении всего испачканный подол ее наряда. «Так счастливая невеста точно не должна выглядеть» - усмехнулась куноичи, мысленно прикидывая, как она должно быть сейчас выглядит "прекрасно". – «Увидь меня сейчас Микото-сан, у нее бы точно случился сердечный приступ». От этой мысли Мире даже стало веселее. Кто бы ей раньше сказал, что она будет вот так вот прятаться за его спиной в поисках защиты и покровительства, в жизни бы не поверила. Ведь из двоих мужчин Хатаке пугал ее в разы сильнее. Было ли дело в их первой неудавшейся встречи или в характере мужчины, Мира не знала. Но в одном была уверена, разговор в лесу в корне изменил их отношения. «Вряд ли, мне дадут здесь прятаться вечно» - подумала Мира, не желая покидать свое укрытие, вновь попадая под прицел чужого внимания, хотя и понимала его причину. Ей было страшно. Страшно от чужого пронзительного взора, который словно проникал в ее душу и говорил "Знаю. Я все про тебя знаю", страшно сделать последний шаг. Ведь пока ты его не сделал, кажется, что все можно повернуть, исправить. Но ведь правда заключалась в том, что ничего уже нельзя исправить. Да и нельзя было с самого начало. От нее лишь требовалась принять новые правила игры и научиться с ними жить. Ведь именно это от нее и зависело. «Ыыы!» - ей, как никогда хотелось завыть от собственной трусости и безысходности. - Мира, - нарушил возникшую тишину Хатаке, накрывая своей ладонью ее похолодевшую. – Тебе нечего бояться. - Он, казалось, понимал, что она испытывает в этот момент. - Ты не одна. Такие простые слова, но столь значимые для нее в этот момент. «Не одна». Глубокий вдох перед встречей с изучающими, наблюдающими за ней взглядами и его излучаемое тепло. «Последний шаг!» Твердый шаг вперед, полный решимости закончить начатое раз и навсегда, встреча со взглядами присутствующих и заученная дежурная улыбка для самых вредных своих пациентов. - Прошу прощение за ожидание, - произнес Какаши, обведя взглядом каждого из присутствующих. - День у нашей невесты выдался весьма насыщенным. Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась лёгкая напряжённость, словно он пытался сгладить обстановку. Взгляд мужчины скользнул по лицам собравшихся, задерживаясь на мгновение на каждом, словно он искал понимания или хотя бы терпения. В его словах звучала забота, но также и предупреждение. Цунаде, ожидавшая на пирсе, с интересом наблюдала за ними. По ее азартно горящим глазам, Мира сразу поняла, что в голове главы деревни, уже строились планы, как использовать ситуацию в свою пользу. Слишком хорошо она знакома с этим взглядом. Цунаде уже во всю прикидывала, как можно извлечь выгоду из их отношений. Джирайя стоял чуть поодаль от Хокаге, наблюдая за происходящим с легкой улыбкой. Его спокойствие контрастировало с напряжением остальных. Он, возможно, понимал, что каждый из них имеет свои скрытые мотивы и истории, и как писатель, с интересом ждал, как развернется эта история. Возможно когда-то Мира даже сможет прочесть в одном из романов извращенного отшельника этот момент, запечатлевшийся в ее памяти навечно. Последним на кого она посмотрела это был Учиха Итачи. Мира все ещё злилась на него. На первый взгляд Итачи казался, как всегда отстранённым и бесстрастным, но это лишь очередная его маска. На самом деле в глубине его глаз была глубокая печаль и сожаление, которую ей захотелось поскорее убрать. От этого взгляда у нее защемило в груди. «Чертов Учиха» - мысленно пробубнила Мира, отвешивая себе смачный пендаль, за то что вновь повелась на его печальный взгляд. Чем больше она на него смотрела, тем больше видела в его глазах не только сожаление, но и что-то ещё — возможно, страх или даже вину. Это заставляло её сердце колотиться быстрее, и она не знала, как с этим справиться. «Ыыы!» - как бы Мира не отрицала, убеждая саму себя, что она все еще зла на него, но в глубине души она отчетливо понимала, что уже простила его. - «Гадство!» - Мира, все в хорошо? – голос Хокаге был до ужаса сладким. Именно таким голоском она выпрашивала у Шизуне еще парочку бутылочек саке. Возможно это лишь ее разыгравшееся воображение, но она отчетливо услышала в нем нотку манипуляции. А возможно всему виной загоревшийся блеск в глазах Хокаге. «Куда уж лучше». - Все в порядке, Цунаде-сама, - как можно увереннее произнесла Мира, одаривая женщину улыбкой. Ее улыбка была мягкой, почти привычной, словно она уже много раз повторяла этот жест, чтобы успокоить других и себя. Правда до глаз она так и не добралась. Цунаде слегка наклонила голову, изучая её. Её взгляд был проницательным, но в нём не было ни грамма осуждения — скорее, лёгкое любопытство и, возможно, даже понимание. Она кивнула, принимая слова Миры. – Мира? - обратился к ней Итачи, протягивая ей руку. От его отстраненного голоса Мира вздрогнула. Её взгляд скользнул от протянутой руке Итачи к его лицу. Все та же маска. Итачи не настаивал, не торопил ее, просто ждал ее дальнейших действий, готовый ко всему. Его терпение было почти осязаемым, как будто он понимал, что ей нужно время, чтобы принять решение. Она чувствовала, как её сердце бьётся в груди, а в голове роятся мысли. Как же ей хотелось в этот момент взбрыкнуться и показать, что она все еще обижена на него, и что с ней нельзя вот так вот обращаться. Что она черт побери не его вещь или имущество, как ее окрестили в клане Учиха. «Нельзя» - отдернула саму себя Мира. Пускай она и не рядовой шиноби, но она прекрасно знала основное правило: не показывай слабость никому. Сейчас ее выбор будет не только личным, но и стратегическим. Они будут семьей, и любая слабость, любое проявление разногласий могло стать их ахиллесовой пятой. Если она отвергнет его руку, это станет сигналом для остальных — сигналом того, что между ними есть трещина. А в их мире трещины быстро превращаются в пропасти. Мира глубоко вдохнула, чувствуя, как её пальцы слегка дрожат. Сократив между ними дистанцию, она медленно протянула руку. Её ладонь коснулась его. В этот момент она почувствовала не только тепло его кожи, но и что-то большее — связь между ними тремя, которая стала только крепче. Какаши так и не выпустил ее руку. И теперь они втроем стоят напротив довольных санинов. Что было на уме у этих легендарных шиноби ей оставалось только гадать. - Цунаде-сама, мы готовы начать, - произнес Какаши, ободряюще сжимая ее ладонь. Его сжатие было твёрдым, ободряющим, но Мира всё ещё не могла избавиться от тревоги, которая сжимала её грудь. Взгляд Цунаде был проницательным, словно она видела сквозь неё, читая каждую мысль, каждое сомнение. - Тогда не стоит затягивать, - спокойно произнесла Цунаде, подходя к ним ближе вместе с Джирайя. В руках последнего была небольшая искусно украшенная деревянная шкатулка, внутри которой на синем бархате лежало четыре браслета. Ее сердце колотилось от волнения и ожидания, отдавая в висок. Она знала, что в этот момент их жизни меняются навсегда. - Прежде, чем мы начнем, я должна еще раз убедиться, - Хокаге внимательно посмотрела на двух мужчин, - что вы осознаете, что назад дороги нет. Мужчины, обменивались взглядами, полными понимания и поддержки. Каждый из них был готов сделать шаг навстречу новой жизни, где их сердца будут связаны не только с выбранной ими девушкой, но и друг с другом. Они знали, что это решение не простое, но оно было принято с любовью и уважением. - Мы уверены в своем решении, Хокаге-сама, - за двоих ответил Хатаке. Его голос был спокоен, но в нём чувствовалась непоколебимая уверенность. - А ты, что скажешь, Учиха? – Вскинула бровь Цунаде, давя на самое больное. – Понимаешь, какое бремя взваливаешь на свои плечи? Клан никогда не простит тебя за это. - Цунаде-сама, решение принято, - спокойно ответил Итачи. - Назад дороги не будет, - произнесла Хокаге. - Мне это хорошо известно, Хокаге-сама. У Миры же мнение никто и не подумал спросить, даже ради приличия. Ведь она была никем иным, как заложником ситуации, что несколько обижало. - Хорошо, - кивнула сама себя Цунаде. – Раз вы уверены в своем решении и выборе, то не вижу смысла более затягивать. Должна предупредить вас, что озвученные сегодня клятвы станут нерушимыми до конца вашей жизни, поэтому подбирайте слова с умом. С этого дня и до конца ваших дней вы будете связаны одним целым. Ваши сердца будут биться в унисон, а любые тайны станут явью. У вас более не будет секретов друг от друга. - Цуна, - неодобрительно покачал головой Джирайя, - ты решила в конец запугать девочку? Мира бледнела на глазах. И только две крепко держащих ее руки не дали ей уйти в беспамятство, удерживая в сознание. Цунаде слегка усмехнулась, её взгляд скользнул по бледному лицу Миры. - Я не запугиваю, Джирай, я всего лишь предупреждаю, как и завещано предками. — спокойно ответила она, её голос звучал как холодный ветер, пронизывающий до костей. — Это не игра, и каждый из них должен понимать, на что идёт. Джирай лишь в очередной раз покачал головой, но не стал спорить. Он подмигнул Мире, словно говоря этим самым "не бойся". - Кто начнет первым? - Я, - уверенно произнес Какаши, беря серебряный браслет, усеянный письменами в свободную руку. - Мира, я знаю, что тебе страшно, ты совсем не знаешь нас и тебя пугает эта церемония и грядущее будущее, но я обещаю тебе быть всегда рядом, поддерживать тебя и защищать до последнего вздоха. Я разделяю с тобой свою жизнь. – Он медленно надел на её левое запястье один из браслетов, символизируя свою клятву. Мира почувствовала, как её сердце забилось быстрее, когда Какаши аккуратно надел браслет на её запястье. Холодный металл мгновенно согрелся, и она ощутила, как по её телу пробежала волна тепла. Мира стояла подобно фарфоровой куклы, не зная, что сказать и куда себя деть. Она ни разу не усомнилась в его клятве. Он был искренен с ней, как никогда. - Ты должна принять клятву, Мира, - подсказал ей Итачи, беря следующий браслет. - Принимаю, - прошептала она, глядя в лицо Какаши. В его взгляде она увидела не только поддержку, но и обещание, которое он дал ей. Итачи нежно взял ее левую руку, смотря в ее глаза. - Я обещаю любить тебя, Мира, уважать твои решения и желания, быть твоим другом и соратником. Защищать тебя до последнего вздоха и разделить с тобой свою жизнь. С этими словами он медленно надел браслет на её правое запястье. Мира почувствовала, как его энергия наполнила её, создавая ощущение безопасности и тепла. Теперь оба браслета сияли на её руках, символизируя их клятвы и новую связь. - Принимаю. Стоило с ее губ сорваться этому слово, как она почувствовала, что их сердца становятся ближе, а браслеты более не были свободны. - Твоя очередь, Мира, - подтолкнул ее Какаши, не давая задуматься над изменениями. – Не бойся, говори, что думаешь и чувствуешь. Она неуверенно взяла в руки браслет, рассматривая на нем надписи. Никто не торопил ее, позволяя собраться с мыслями. «Что думаю? Что чувствую? Что это меня пугает». Она ощущала потерянность, страх и в то же время уверенность и поддержку, которой с ней делились мужчины. Они не сомневались в своем выборе и клятвах. - Я не знаю, что нас ждет впереди, - Мира запнулась, прикусив губу, заглядывая в глаза Итачи. – Но я надеюсь, что мы станем настоящей семьей. Обещаю заботиться и дарить свое тепло, поддерживать в трудную минуту и никогда не осуждать. Я разделяю с тобой свою жизнь, Итачи, - улыбнулась она краешком губ, одевая на его левую руку браслет. - Принимаю, - с теплотой в голосе ответил Учиха. Последний браслет. В голове полная неразбериха, а во рту у нее словно разверзлась пустыня Суны. - Какаши, - Мира нервно облизнула губы, боясь поднять взгляд на самого старшего из них. – Я не могу предложить вам ни силу, ни защиту. Не скажу, что стану вам соратником и товарищем в трудном бою, но могу обещать свое тепло и заботу. Я буду ждать вас несмотря ни на что, а в нашем доме всегда для вас будет гореть свет. Я разделяю с тобой свою жизнь, Какаши. Она все-таки подняла на него взгляд, наблюдая за его довольным выражением лица в последних лучах, практически зашедшего солнца. - Принимаю. Стоило быть принято последней клятве, активировавшую невидимую связь между тремя сердцами, Мира почувствовала, как волны эмоций хлынули в её сознание, накрывая её, как штормовое море. Это были не просто чувства — это были глубинные переживания, страхи, надежды и мечты двух мужчин, смешанные с её собственными эмоциями. Сначала она ощутила радость и уверенность Итачи, его желание защитить и поддержать. Эти чувства были теплыми и ободряющими, словно солнечные лучи, проникающие сквозь облака. Но затем пришли и более тяжелые эмоции — переживания перед будущим, напряжение в том, сможет ли он справиться с теми вызовами, которые ждут его впереди. Они, как холодный ветер, заставили её дрогнуть. Какаши добавил в этот калейдоскоп эмоций свои собственные переживания. Его страсть и желание любви, готовность идти на риск ради счастья, переплетались с тревогой о том, как их связь повлияет на их жизни. Он также чувствовал глубокую привязанность к Итачи, и это чувство братства, наполненное уважением и доверием, обрушилось на неё, как мощная волна. Эмпатия Миры, усиленная силой браслетов, поглотила её, заставляя тонуть в море чувств. Она пыталась сосредоточиться, но это было почти невозможно — каждое новое ощущение, каждое переживание, словно буря, накрывали её, заставляя захлебываться. Она чувствовала, как их страхи и надежды сливаются в единое целое, и это было как взрыв эмоций, который заполнил каждый уголок её сознания. Мужчины тоже начали испытывать это давление. Они, стоя рядом, почувствовали, как их собственные эмоции усиливаются, как будто они были частью одного целого. Страхи и радости девушки, её внутренние переживания, накрывали их, вызывая ответную реакцию. Они обменивались взглядами, полными осознания и решительности, воздвигнуть мысленные барьеры, но даже это не помогло полностью защитить их от этой эмоциональной бури. Мира, словно маяк в этом шторме, старалась удержаться на плаву. Она осознала, что теперь они не просто три человека, а единое целое, связанное неразрывными узами. Концентрация на собственном дыхании не сильно помогала ей в борьбе со штормом эмоций не только ее одной, а их всех. Пульсирующая мысль, сигнализирующая, что если она не справится, то ее поглотят с головой, а затем и их. Наверное, именно это и придало сил раз за разом искать якорь среди всех эмоций, не позволив страху и отчаянию затопить сначала ее, а затем и их. «Якорь!» - отчаянно думала Мира, продолжая раз за разом переживать эмоции других. Среди тысячи эмоций, сменяющих друг друга со скоростью света ей было необходимо найти одну единственную, которая станет центром для них всех. «Столько много боли и отчаяния....» - боль разрывала ее сердце. Она тонула в ней, не видя ни единого просвета. - Мира! - откуда-то издалека она услышала свое имя. Вместе с ее именем было переживание, тепло и надежда. - Мира! Страх за нее. Вина и сожаление. - Мира, черт побери! Ты не можешь нас оставить! Желание тепла и счастье. «Дом!» - она отчётливо поняла, что станет их незримым якорем. Дом! Это именно то в чем так отчаянно нуждались они троя. - Мира, - тяжело дыша произнес Какаши, осознавая, что девушка вернулась к ним, - ты ничего не хочешь нам сказать? Ее ноги не держали. Она буквально висела на руках мужчин. - Сюрприз, - усмехнулась куноичи, переводя дыхание. – Вы меня тоже не предупредили об этом нюансе браслетов. И только сейчас она обратила внимание, что вместо изящных серебряных браслетов на их руках появились черные витиеватые печати, оплетающие их запястья. - Даже сил нет чему бы то либо удивляться, - уставши произнесла Мира, посмотрев на свое запястье на котором красовались два рисунка. Если бы не только, что пережитая эмоциональная буря, отнявшая у нее все до единого силы, она бы впала сначала в панику, а за тем бы устроила разнос. Они могли умереть. И это было бы лучшим развитием ситуации. Хуже если бы они сошли с ума. - Это были не браслеты, - пояснил Цунаде, наблюдая за ними со стороны. – Точнее не совсем они. Скорее печати, которые до активации имеют форму браслета. Как вы сами понимаете, во время воин доверие было роскошью, которые не могли себе позволить сильные мира сего. Тогда-то кланом Удзумаки и были придуманы эти браслеты, позволяющие читать своего партнера, как открытую книгу. - Не слишком ли радикальные меры? - спросила Мира. - Когда от этого зависит твоя жизнь? – Вскинула бровь Хокаге, смотря на нее, как на дурочку. – Нет. Мысли можно скрыть, намерения утаить, но эмоции никогда ты полностью не скроешь. Ты можешь их подавить, запрятать, но они все равно будут ощущаться незримой волной. - Это могло нас убить, - честно призналась Мира, позволяя этой мысли осесть в разумах всех здесь присутствующих. Они висели на волосок от смерти по глупому стечению обстоятельств. Цунаде отвернулась, проводив солнце за горизонт. - Конечно, - спокойно произнесла глава деревни, от чего лицо Миры готово было вытянуться, но Цунаде продолжила. – От своей глупости разве что ли. - Не понимаю. - Мира, ты меня совсем за монстра считаешь? - вскинула бровь Хокаге, переводя взгляд на куноичи. - Или за дуру? - Не понимаю, - вновь повторила Мира, силясь собрать хоть какие-то мысли в одну кучку. Она действительно думала, что им кранты. - Безусловно в те времена когда их только изобрели смерти от них были, - повела плечом Цунаде. - Сама должна понимать, что эмпаты во время войн были редкостью, так как их выживаемость была практически равна нулю. И если так получалось, что заключали брак с эмпатом, который был слаб, то он ненароком утаскивал за собой партнера на тот свет. Были и те, что сходили с ума, потерявшись в чужих эмоциях. «Спасибо! Утешили!». Окажись она хоть на грамм слабее и они либо бы померли, либо сошли с ума. «Мммм. Красота!» - И вы говорите об этом только сейчас?! – она все-таки смогла с упреком произнести эти слова. - Мира! - Рявкнула Цунаде. - Это было во времена воин, когда это только появилось! Безусловно с того времени Удзумаки доработали свои печати. Максимум, что вам угрожало так это мигрень на пару дней! Мира скептически смотрела на Хокаге. Ей слабо верилось в эту историю после пережитого. - Цунаде говорит правду, Мира, - произнес до этого молчавший Джирайя. - Безусловно для нас было сюрпризом, что ты являешься настолько... м-м-м...восприимчивой, но вам троим ничего не угрожало даже если бы ты утратила контроль. Помучились бы пару дней, плутая в эмоциях друг друга, да все бы улеглось. Границы восприятия восстановились бы. От такой перспективы ее передернуло, что не укрылось от взгляда посторонних, а ее мужчины и вовсе выругались сквозь сжатые зубы. Кажется им такой вариант развития событий тоже пришелся не по душе. - Вы знали, что она эмпат? – задал напрямую вопрос Итачи, ощущая эмоции своих партнеров, как свои собственные от чего начинала болеть голова. Ей тоже был интересен этот вопрос. Сама то она никому не рассказывала. - Догадывалась, - спокойно ответила Цунаде, смотря в глаза девушке. – Но насколько она эмпатична оценить со стопроцентной вероятностью не могла. «Она догадывалась и все равно не предупредила, зная об особенностях чудо браслетов» - от этого осознания Мире до ужаса сильно захотелось хорошенько врезать госпоже Хокаге. - «Интересно меня потом за это осудят?». - Мире, - предостерегающе произнес Какаши, покачав головой. «Черт!» - недовольно выругалась про себя Мира, вспоминая, что браслеты, точнее печати, то никуда не исчезли и все ее эмоции у мужчин, как на открытой ладони. - «Этого мне только не хватало для полного счастья!». - Это можно контролировать? - поморщилась Мира. - Они же не могут читать мои мысли? Цунаде усмехнулась, качая головой. - Мысли читать не могут, а вот эмоции с полна, - ответила Хокаге. - Но думается мне, что именно это вам ребятки и нужно было. - Не думаю, - пробурчала Мира, не смотря ни на кого, но ее услышали. - Но ведь теперь вы стали лучше друг друга понимать. «Настолько лучше, что я чуть не захлебнулась во всем этом. Как вспомню, так вздрогну. Брр». Итачи приобнял ее, желая подарить поддержку, а на нее вновь обрушились эмоции. Она ощущала, как волны волнения и переживания раз за разом ударяются об выстроенный ею барьер. «Ыыыы!» - ей захотелось завыть в голос. Джирайя лукаво подмигнул Какаши. - Во всем нужно искать хорошие стороны, - произнес он. - Вы только представьте какие крышесносные эмоции сможете пережить в свою первую брачную ночь. Таким опытом сможет поделить далеко не каждый. Не только ваши тела, но и чувства, эмоции всех троих будут переплетаться в одно целое, единое, помноженное двукратно за счет очаровательной Миры. Это должно быть феерично! - Ыыыы, - все-таки сорвалось с ее губ, а она умоляюще посмотрела на Хокаге. - Скажите, что их можно снять?! - Мира, - осуждающе произнес Какаши, а Итачи улыбнулся краешком губ. - Джирайя-сан, вот вы не могли промолчать? - Ты главное потом ничего не забудь, думаю, что этот сценарий зайдет многим моим читателям. Ты же потом поделишься со мной, да? - Цунаде-сама! - Чуть ли не хныча произнесла Мира, - вы могли предупредить?! Это можно контролировать? Я не хочу что бы все вот так вот... Я же не справлюсь! - Справишься, Мира, - ободряюще улыбнулась женщина. - Ведь ты моя ученица. Тем более мне самой интересно, какого это ощущать все с трех сторон, как на физическом, так и на эмоционально уровне. - Так наденьте на себя с Джираей браслеты, - пробурчала Мира, чувствуя, как ее подхватывают на руки. На ручках было хорошо. Спокойно. Санины громко рассмеялись смотря друг на друга. - В эмоции этого извращуги я даже не подумаю лезть. - Кто бы говорил алкоголичка, - фыркнул по-доброму Джирайя. - Сколько раз я тебя вытаскивал из передряг и азартных игр вдребезги пьяную? - А кто тебя просил? - Твоя прекрасная пятая точка, да и не только она, - он выразительно посмотрел на немаленький размер груди Хокаге. - Всегда знала, что тебе от меня только это и надо! - Мы, пожалуй, пойдем, - улыбаясь произнес Какаши, желая поскорее оставить парочку наедине. - Даже не думай об их словах, - пробурчала Мира, улавливая эмоциональный посыл копирующего ниндзя. Итачи сотрясал беззвучный смех. Мира всеми фибрами души ощущала его веселье. - Вы издеваетесь, да? - насупилась она. - Мы тебя просто очень любим, Мира. - Произнес Итачи, целуя ее в лоб. - Вот не надо этих нежностей здесь, - произнесла Хокаге. - У вас есть свой дом, вот там и развлекайтесь. - Хорошо. Мы пойдем Цунаде-сама, Джирайя-сан, - поклонился Какаши, подталкивая товарища с женой на руках в сторону их нового дома. Мира ощущала счастье и радость в душах мужчин, что накладывалось и на нее, приглушая страх, который поднимал свою голову. «Свадьба прошла, а про первую брачную ночь, то я забыла!». - Мира, - окликнула ее Цунаде. - В твоем случае это работает по принципу платины. Если не отпустишь, то тебя смоет. «Утешили, так утешили, Цунаде-сама». - И проследи, чтобы эти оболтусы вышли через неделю на работу! - Удачи тебе Мира! И главное ничего не забудьте для моей новой книге! - кричал им вслед Джирайя. - Он же не всерьез собирается про нас писать? - осторожно спросила она у Какаши, когда они отошли на достаточное расстояние. - Не знаю, - пожал плечами Хатаке, довольно улыбаясь. - Джирайя-сан, творческая личность. Вполне возможно, что и напишет. - Убью, если узнаю, что кто-то ему о чем-то проболтался! - прошипела Мира. - А я ведь теперь точно все про все узнаю! - У нас нет тайн от тебя малышка, - произнес Хатаке. - Как теперь и у тебя от нас. Их скромная свадебная церемония закончилась с не самым лучшим сюрпризом для нее. Теперь то она отчетливо понимает, почему в этом браке не предусмотрен развод. Что же. Теперь ее ожидает поистине незабываемая брачная ночь.