Часть 4.3

      Адлер не мог отвести взгляд от реплики. Его сковал животный страх, будто он загнанный в угол олень, которого окружили волки или кто-то пострашнее.       — О чем ты? — спросил Эльстер, вставая на защиту старшего по званию. — Почему именно я?       Штормфогель медленно выдохнула и посмотрела на реплику-механика. В её взгляде читалась фраза: «Всё элементарно, блять!» Только остальные не могли понять ход её мыслей и биорезонансная реплика ответила:       — Потому что ты ключ к остановке этого заболевания. А именно твои воспоминания.       Гин вскочила с места и подошла к реплике, начиная вопить:       — Ты можешь нормально объяснить?! Что за болезнь? Почему Эльстер?! При чем тут его воспоминания?!       — Акутагава! — рявкнул Эльстер и замер. Гин не говорила своей фамилии, так откуда он её знает?       — Погодите… — произнёс Орел, доставая папку с личным делом Накахары. — Гин Акутагаву и её брата казнили…       Шторм щелкнула пальцами, выкрикнув:       — Бинго! А теперь, стоит пояснить при чем тут вы трое.       Гин отошла от реплики и спряталась за Эльстер, который нахмурил брови, приготовившись стрелять на поражение. Штормфогель вздохнула и спокойно произнесла, применяя биорезонас:       — Оружие на пол и к Фалькии.       Эльстер, будто послушная псина, опустил оружие и толкнул его к кровати главнокомандующей. Адлер встал на колени и посмотрел на неё, словно на святую, тихо прошептав:       — Говорите… Святая…       Рыжеволосая реплика окинула их взглядом безумного гения и начала объяснять свое умозаключение:       — Для решения этой головоломки я разбила её на три части: первое, как связанна Гин. Как мы уже поняли, в записях дела Накахары Чуи, Гин была как минимум знакома с ней.       — А… — начал Эльстер, но решил прикусить язык.       — Отсюда вытекает второй вопрос, — продолжила Штормфогель, — как тут оказался Эльстер, который работает на космических кораблях дальнего действия? Станция S-23 Серпински находится на Ленге, что не так далеко от Хеймата или Ротфронта. Почему именно сюда? Что так сильно тянет его на эту научную станцию?       А этот вопрос достаточно интересный. Но… именно он или есть другие реплики его модели?       — И третье — как Адлер узнал что Эльстер победил Майну, если камеры не ведут записи из-за отсутствия на то протекторов? Ему как минимум должны были доложить о посетителе. Но протекторов почти не осталось. Фалькия не может функционировать, биорезонанса нет, Колибри мертвы. Так откуда он знает о приходе Эльстер? Отсюда и вышел мой вопрос — Адлер, ты все ещё хочешь убить Эльстер? — реплика шла к остобеневшему главе протекторов, разглядывая его глаза. — Ты всё ещё хочешь защитить свою госпожу от смерти? Ты хочешь спасти её? Ты хочешь восстановить её?       — Шторм, не надо! — заверещала Гин, зажмуривая глаза.       — Ты хочешь, чтобы её мучения прекратились? — шипела реплика. — Ты хочешь спасти станцию от нарушителя?       — Да… — ответил Адлер и рухнул на пол, от чего Гин вновь взвизгнула, прячась за Эльстер.       — Мозги не потекли — значит жив. — ответила Штормфогель и взяла какую-то папку, что лежала под ее ногами. — И да, Эльстер, подумай, как ты связан с этим местом и Накахарой. Думаю ответ тебя не обрадует.

***

      Эльстер ходил кругами по комнате главнокомандующей и пытался понять слова Шторм, которая вышла из комнаты в кабинет ища что-то.       Взглянув на Фалькию, в голове возникло воспоминание об этой реплике. Такое далёкое и неприятное…       Мужчина похожий на него, только слегка выше и с карими глазами кричал Фалькии о том, что Чуе не место на войне, пусть запишут её не пригодной для войны. Фалькия в ответ тоже пыталась кричать солдату, что это бессмысленно, информация уже поступила в штаб Хеймата.       «Я люблю её! Я готов сделать все возможное, чтобы она не знала того ада!»       Эльстер вздохнул и нашёл папку с погибшими студентами научной станции. Делать все равно нечего, почему бы не почитать. Он начал листать, разглядывая лица каждого гештальта, пока…       Папка выскользнула из рук и упала на пол. Само дело раскрылось на мужчине с каштановыми волосами, смугловатым лицом и темными, как ночь глазами. Рядом с фотографией было следующее:       «Дазай Осаму, гештальт-офицер, механик отряда 512. Погиб в плену. Награждён посмертно орденом мужества. Награда передана гештальту-радисту Накахаре Чуе.»       У реплики остановилось механическое сердце. Выходит… Накахара отправилась на миссию Пенроуз, чтобы не чувствовать боль от утраты? Или её никто не принимал, что она все равно решила сбежать? Сбежать туда, где никто не будет смотреть на предателя; туда, где на неё не будут давить войной?..       — Дазай? — поинтересовалась Гин. — Помню его. Чуя и Осаму много переписывались… Потом встретились, где провели несколько дней в прогулках, даже со мной познакомили… Он был так добр к ней… Чуя мне писала, что любит его за то, что он понимает её… Когда прибывал сюда, он от неё не отходил… Теперь он погиб…       — Он здесь учился… — выдавил из себя Эльстер, чувствуя, как в голове всплывали ужасы войны.       — Видимо… — вздохнула Гин, поглаживая фотографию, вспоминая фото-магазин тёти Чуи.       — Теперь ты понимаешь, что тебя связывает с ней? — хмыкнула Штормфогель, успевшая вернуться в комнату с небольшой книжкой.       — Да… — выдавил из себя Эльстер, поворачиваясь к ней на ногах так, будто механизм проржавел. — И я связан с тобой, Штормфогель.       — Да? — удивилась реплика SMVR. — И как же?       Эльстер направил на неё пистолет и выпалил:       — Потому что Дазай Осаму был шпионом империи, а ты реплика Имперской армии!       На это реплика залилась громким смехом, а Эльстер почувствовал тяжесть в голове и услышал свой собственный голос пропитанный ядом:       «А ты молодец, очередная копия МЕНЯ. Думаю империи понравится, когда узнают, что их шпион вернулся.»       А дальше темнота…

Сбой в системе

Потеря сигнала

Включение резервного питания

Изменение в нейронной системе реплики

Отключение реплики модели ELSR-512

***

      Адлер очнулся через несколько системных часов. Он осмотрел комнату и увидел Эльстер в окружении гештальта и реплики, что пытались вернуть его к жизни.       «Нарушитель уничтожен. — ласково пропел голос командующей. — Можно не переживать за свою госпожу.»       «Я в этом не уверен… " — мысленно отозвался администратор.       «Не переживай, ADLR, все закончилось. Осталось избавиться от девчонки и ещё одной реплики.»       «Я устал… Я не хочу их убивать…»       «Почему?»       Адлер действительно задумался — почему? Они ничего не сделали, предателей среди них нет. Они сейчас просто переживают за всех выживших. Это страшно…       «Они не причинят нам вреда, Фалькия…» — ответил Адлер и посмотрел на реплику, которая достала ремонтный патч, надеясь запустить Эльстер вновь, но…       Ремонтная реплика медленно открыл глаза и осмотрел все вокруг, остановившись на главе протекторов. В этот момент Адлер вновь почувствовал животный страх и начал отползать к стене.       На него смотрели знакомая пара глаз гештальта, который был одним из самых лучших студентов станции и героем войны — Дазай Осаму. На лице появилась наглая улыбка, а глаза прищурились.       — Ну что же, с возвращением меня. — протянул реплика и сел на полу.       Все уставились на реплику, которая медленно поднималась на ноги, бормоча ругательства, которые в базу реплик, что нации, что империи не прописаны.       — Что за… — тихо бормочет Гин, беря в руки нож.       — Воу! — воскликнул реплика с карими глазами, осматривая тело. — Какая честь находиться в копии себя!       Адлер достал из своего арсенала свою винтовку и направил на Эльстер. Но… Это же все тот же Эльстер? Тогда почему у него изменился цвет глаз? Кого он так сильно напоминает?..       — Всё так, как я помню. — пропел реплика, осматривая комнату, а после взгляд устремился на Штормфогель, которая встала на защиту гештальта, достав автомат. — Чуя?..       Имперская реплика замерла. Это имя — имя её гештальта — было произнесено с такой нежностью и чувсьвенностью. Штормфогель лишь выдохнула:       — Осаму…       Осаму лишь виновато улыбнулся реплике и повернулся к Адлеру:       — Не смотри на меня так, будто призрака увидел.       — Да как тут не смотреть! — пискнул ADLR, не опуская оружие. — Дазай, мать твою, Осаму! Как ты вернулся?!       ELSR вздохнул и посмотрел на Штормфогель, которая испуганна не больше чем администратор. Надо было нормально подобрать слова, чтобы не спугнуть, в особенности Гин, которая медленно начала отходить за спину Шторм. Надо было быть аккуратным.       — Я понимаю ваш шок. — произнёс Осаму, поднимая руки вверх. — Но Адлер выразился верно. Я — Дазай Осаму, воин Нации и так далее. Продолжать бессмысленно, и так понятно, кто я такой.       — Как ты поместится в тело ELSR? — зашипел Адлер, снимая оружие с предохранителя.       — Хороший вопрос. — сложил руки на груди Дазай. — Вывести реплику этой модели легко. А вот активировать гештальт-воспоминания без потерь было трудно. Это моя… двухсотая попытка?..       — Что Вам здесь нужно? — спросила Шторм, заграждая собой Гин.       — Остановить этот пиздец и завершить войну. — спокойно проговорил Дазай.       — И каким образом ты хочешь остановить все это? — почти шёпотом произнесла Акутагава, опасаясь парня.       — Для этого мне нужна SMVR. — ответил на вопрос Дазай, показав на Шторм, что от испуга выронила автомат. — По-аккуратнее с оружием. Тебя в империи не обучили этому?       — Зачем тебе я?! — выкрикнула реплика, защищая собой Гин.       — Чтобы перенести сознание Накахары в тебя. Императрица тебя не оповестила?       — Так ты-?! — начал Адлер, но Осаму опередил:       — Шпион империи, да. Война Нации Ёвсан и Империи Евсан была изначально выигрыша для Императрицы. Так она смогла бы поставить своего брата на место. Много выебывается.       — Тогда зачем здесь Накахара? — в один голос спросили реплика и гештальт, прижимаясь друг к другу.       — Потому что в ней течёт кровь императрицы.       — ЧТО?!!!

***

      Осаму давно так много не говорил, он уже и забыл какого это. Он много раз пытался сломать, вывести ELSR из строя, чтобы получить тело, но вселенная не хотела слушать парня, насмехалась над ним, желала, чтобы он помучился. И теперь, он смотрит на лучшую подругу своей возлюбленной, на точную копию Накахары и Адлера, который слегка поехал крышей из-за объекта своего фетишизма, привязанности.       — Из твоего рассказа понятна лишь половина, — бормочет Адлер. — Но все же…       — Это единственный вариант остановить этот бесконечный цикл её мучений. — закончил за него Осаму. — Штормфогель. Твоя единственная цель это не разведка, а прекращение её биорезонанса, с последующим переселением её в твоё тело.       Шторм на это кивнула. Сейчас она полностью поняла её чувства, её эмоции. Гештальт-воспоминания приходили постепенно, размывая границы её и Чуи. Сейчас все решится здесь и сейчас.       — Я останусь здесь. — произнёс Адлер. — Я должен убедиться в безопасности Фалькии.       — Понимаю. — кивнул Осаму. — Девушки, идём.       Реплика и гештальт кивнули, но Адлер всучил Дазаю винтовку со словами: «Я обойдусь пистолетом.» — и на этом разошлись. Добравшись до шахт, они преодолели потоки сгивших реплик и спустились на уровень ниже. Но…       — Где мы?.. — спросила Шторм Осаму.       — Добро пожаловать на Ротфронт… Родина твоего гештальта…       Ротфронт — луна, вращающаяся вокруг четвертой планеты Солнечной системы, газового гиганта с вращающимся в бесконечном танце «Красным глазом». Это четвертое обитаемое тело в Солнечной системе.       Это планета, на которой Накахара и Акутагавы жили в подростковом возрасте, также является центром расширения Нации.       Штормфогель выдохнула и заметила небольшие клубы пара, а после удивлённо уставилась на этот белоснежный дымок, чем вызвала смех у старших. Реплика посмотрела на них с обиженным выражением лица — насупила брови и надула губы, из-за чего Дазай и Гин вновь засмеялись.       Чего стоит ожидать от реплики, которая никогда такого не видела?       — Ладно, — хихикнул Осаму. — Отставить смех. Нам нужно найти Чую.       — Да! — отозвался женский коллектив, подняв оружие вверх, вызывая улыбку у механика.

***

      Проведя на планете несколько часов все поняли одно — открыть эту дверь невозможно. Будто они находились на подсознательном уровне нейронной связи Чуи. Штормфогель легла на землю и тихо взвыла:       — Где нам найти ключи?..       Осаму сидящий на полу вздохнул. Ну тут все ясно как день! Нужно провернуть все диски так, чтобы показать планеты их солнечной системы на основе знаков. Только вот он уже не помнит эти знаки, хотя их изучал. Тем временем Гин смотрела на карты таро, которые она собрала во время поисков и тяжело вздохнула. Она разложили их на столе и начала тщательно изучать их.       Это были старшие арканы: башня, солнце, звезда, близнецы, луна. Только… Как их правильно расположить на столе? Где найти ещё одну карту?       Гин решила выглянуть из комнаты и ахнула. Похоже времени у них осталось совсем немного. Оно ускользало от них, ведь мясная жидкость стремительно ползла к ним, из-за чего Акутагава почти шёпотом позвала товарищей:       — Ребят… Мы не были в одном месте на Ротфронте.       — Да? — спросил Осаму, поглаживая Шторм по голове. — И где?       — Наш книжный. — ответила гештальт. — Кажется я поняла, как решить эту головоломку.       Реплики быстро вскочили на ноги, подхватив ослабшую девушку они побежали в сторону магазина. Открыв дверь, перед этим сняв кодовый замок, они влетели в магазин. Акутагава будто на крыльях ворвалась в свою квартиру, уверенная в своем ответе, уверенная, что она сможет помочь репликам спасти станцию, их дом, отварила шкафчик и удрученно посмеялась:       — Так значит… мы и правда погибли…       В шкафчике находился алтарик, на котором стояли благовония, чаша, карта таро и… две фотографии. На стенке была записка: «Наши любимые дети, нам будет Вас не хватать. Гинни и Рю.»       Девушка повернулась к андройдам. Они смотрели на неё, смотрели с горечью и тяжестью на сердце. Гин опустилась на колени и протянула им карту таро.       — Ребята… дела за вами…       — Нам… пора прощаться?.. — прошептала Штормфогель, прижав ладони к губам.       — Последнее место для этой карты. — продолжила Гин, мягко улыбаясь Шторм. — Осаму… Позаботься о Шторм… И Чуе…       Дазай кивнул и взял карту, закусывая губу. Но Штормфогель не хотела отпускать своего друга и пробормотала:       — Погоди, стой!       Гин превратилась в чёрную субстанцию, которая растеклась по металлическому полу, пока Штормфогель тянулись к ней рука и, надеясь ухватиться за неё, но…       Реплика упала грудью на пол, шокированно разглядывая лужу. В глазах начали скапливаться слезы, из-за чего все помутнело. Осаму помог ей сесть испуганно глядя на неё, а после услышал первый тихий всхлип. Шторм плакала. Впервые в жизни.       — Почему?.. — тихо шепчет реплика, смотря на свои руки. — Почему именно сейчас?..       Механик обнял её, начиная перебирать огненные волосы, как тогда. Когда он был живым и рядом была эта девочка, совсем юная, ещё маленький бутон, проросший в обществе сорняков. Осаму поднял её на руки и поспешил к столу с картми. Сейчас они справятся. Сейчас, все решится. Они спасут… Они завершат цикл так, как нужно.

***

      Адлер метался из стороны в сторону, наблюдая за Фалькией. Ситуация совсем критичная.       Показатели начали падать, из-за чего реплика был как на иголках. Было страшно не за себя, а за ребят. Их уже долго нет, а Фалькии становилось все хуже и хуже.       Поняв, что ходьбой ничего не решить, он сел на пол, возле головы главы станции и тихо, почти плача произнёс:       — Что я могу сделать для тебя, милая?

***

      Возвращение на станцию было очень тяжёлым. Шторм уже не ревела, а просто тихо шмыгала носом в шею Дазая, который шагал спокойно, но немного пострадал. Ждал момента, когда доберутся до Административного корпуса, где сможет подлатать себя.       — Шторм… Мы пришли…       Реплика посмотрела на Осаму, пытаясь понять: он переживает или ему плевать? Его не тревожит, что Гин покинула их?       — Если ты о том, почему я не реагирую так остро на смерть Гинни… — произнёс Осаму, будто прочитав ее мысли. — Я видел её много… Я же бывший военный…       А ведь и правда. Он бывший военнослужащий, он видел много смертей. Хотя мог бы бросить её одну с этим горем, но…       — Сколько я с тобой общаюсь, — продолжил он. — Ты очень сильно похожа на Чую. Характер, лицо, поведение… Прям точная копия…       Копия… Да, она очередная копия с нейронной структурой Накахары! Ей каждый будет это напоминать?! Ей и так противно от осознания этого факта! Тем более противно то, что она станет тупым сосудом для своего гештальта, который нужен для блядской победы Империи.       Вот и комната Фалькии.       — Наконец-то! — воскликнул Адлер и подлетел к ним. — Где Гин?       — Она… — Дазай взглотнул. — Пришла в негодность…