Глава 4

      Я посветил фонариком. Под слоем грязи был едва заметный жирный блеск. Я наклонился, убрал грязь… Это оказалось что-то металлическое       — Не видно ничего… — пробормотал я.       И вдруг из темноты на меня буквально свалился ещё один монстр. Я не разглядел его, но он был очень склизким и мокрым, а впереди у него были длинные, цепкие щупальца, которыми он и атаковал меня. Я упал в грязь и стал бороться с ним. Монстр напоминал нечто среднее, между кальмаром и гигантской саламандрой; видимо, он приходился дальним родственником тем травоядным, что мы встретили на равнине.       — Лим! — крикнул я.       Девушка сначала растерялась, но затем опомнилась и выхватила электрошокер, и ударила им монстра, когда его щупальца уже почти задушили меня. Монстр отскочил, и скрылся в воде — а поверхность здесь была в значительной степени покрыта водой.       — Ох — глубоко вздохнул я — Что это была за тварь?       Я с трудом поднялся на ноги, цепляясь на ветки.       — Ты как, Эдвард? Ты цел? — Лим поспешила ко мне, и, присев, стала осматривать моё лицо — Ой, боги, какие у тебя тут шрамы!       — Ничего, не смертельно… — ответил я — Почти и не больно. Подлатать меня можно и попозже.       И вдруг я вспомнил, с чего это всё началось.       — Точно… — я стал в полумраке осматривать землю, на которой я сидел, ощупывая её.       — Что такое? –спросила Лим.       — Я же тут что-то нашёл, что-то… твёрдое. Это может быть зацепкой. Вот оно! — воскликнул я.       Лим подошла и посветила своим фонариком.       — Не может быть…       Перед нами был металлический предмет, имевший форму параллепипеда. Я нащупал его края и достал из грязи. Да, это определённо было творение рук человеческих, такое не могло быть создано дикой природой. Это было то ли портативное зарядное устройство, то ли запоминающее устройство флеш-памяти — но довольно увесистое.       — Мы уже близко — тихо произнесла Лим.       — Именно — согласился я.       Мы решили выйти из этих полутёмных зарослей и вернуться к роверу.       — Что же это за штуковина… — бормотал я, очистив её от грязи и крутя загадочный предмет в руке, когда мы уже сидели в машине.       — Смотри — тут что-то написано, на торце — заметила Лим.       И действительно — там были стёршиеся буквы. И в них можно было узнать стандартный марсианский алфавит.       — Видимо, это название производителя устройства, а также название модели — предположил я — Модель очень старая, но довольно универсальная…       — А что это вообще? — спросила Лим.       — Какой-то старый флеш-носитель, видимо. Видишь — тут есть даже устройство для воспроизводства голограмм? Только оно может быть повреждено.       — О, это же замечательно! Давай его подключим!       — Хм… — задумался я — Не факт, что оно заработает, тем более, что сколько времени оно пролежало здесь, в грязи…       — Хотя выглядит почти как новое…       — Ну, это странно.       — А что, если оно лежало где-нибудь в более сухом месте, на той же исследовательской станции, а сюда попало недавно? — предположила Лим.       — А как такое могло произойти?       — Ну мало ли… Вдруг, какой-нибудь зверь украл…       — Это маловероятно. Хотя кто его знает. Но давай всё же попробуем вставить этот раритет в наш бортовой компьютер…       Я засунул устройство в специальный приёмник, покопался в настройках на компьютере, и уже через пару минут приёмник затрещал, выводя на экран файлы, которые были на этом носителе.       — Ого — удивилась Лим — Сколько тут всего…       — Только большинство файлов зашифрованы — отметил я — Это уже по части Гидеона, я тут не спец. Но вот, есть и тот, что не зашифрован.       Я нажал на него, и голографический проектор засветился голубым цветом, а затем перед нами появилась самая настоящая голограмма. Она приняла вид человека в старой военной форме, поверх которой был надет плащ-дождевик. Это была женщина лет тридцати пяти. Она начала говорить:       — Приветствую вас. Если вы нашли это сообщение, значит, вы, вероятнее всего, находитесь на острове Герцена, планета Тефида, звёздная система Урагеон скопления Лестари. Это сообщение — способ сохранить человеческую память, которая будет неизбежно потеряна, когда я покину эту планету. Но флеш-память останется здесь, несмотря ни на что. Если вы хотите знать больше, какими бы целями вы не руководствовались — следуйте по этим координатам. Там вы найдёте ключ к расшифровке остальных файлов, хранящихся на данном устройстве. Затем женщина исчезла, и вместо неё мы увидели голографические цифры, показывающие, по всей видимости, географические долготу и широту некоего места с точностью до секунд.       Мы были в недоумении.       — И что будем делать? — спросил Лим.       Ответить я мог лишь молчанием.       — Что делать, что делать — ответил я — Предлагаю вернуться на «Хаддинг». Разведывательную вылазку мы сделали, а что с этой информацией делать — другой вопрос.       — Но ведь…       — Что?       — Да ничего…       Я опустился на сиденье. Уже уставший от приключений, я совершено не хотел ничего предпринимать. У меня раскалывалась голова.       — Ну что, едем? — спросила Лим.       — Да — я активировал автопилот, и тот повёл нас обратно. Хотя при этом он несколько поменял маршрут — видимо, на пути, которым мы следовали, добираясь сюда.       В кабине повисло неловкое молчание.       — А если мы проследуем по тем координатам? — спросила меня моя спутница.       — Это может быть слишком опасно — возразил я — Что, если те координаты — это ловушка, созданная враждебными к нам силами? Может, кто-то узнал, что мы, терранцы, попали на планету, и записал этот файл.       — Но кто это? Если люди — то их присутствие было бы легко отследить приборами.       — Слушай, на это планете может быть вообще всё что угодно. Может, это очень хитрые ксеносы.       — А тебе разве не хочется узнать, что это за существа? Ты же ксенобиолог, Эдвард!       — Я специализируюсь на более примитивных формах жизни. Разумные существа меня не то чтобы сильно интересуют. И чем больше они похожи на людей — тем интересуют меня меньше.       — То есть, у тебя фундаментальная мизантропская позиция…       — Да нет, просто такие вот научные интересы. К счастью, большинство обитаемых миров в галактике никогда не порождало разумных существ. Всё же, разум — это не идея-фикс для эволюции.       — О, смотри! — воскликнула Лим, указывая рукой куда-то вверх.       Темнеющее сумеречное небо Тефиды осветила россыпь огоньков. Я не сразу понял, что это такое — и был поражён, осознав, что эти огоньки принадлежали… живым существам. Эти воздушные, почти невесомые организмы парили над нами в воздухе. Приглядевшись, можно было понять, что они были похожи скорее не на животных, а на что-то вроде светящихся летающих водорослей. Однако, они точно имели что-то вроде мышц, за счёт сокращения которых могли летать.       Казалось, что здесь даже светлее, чем днём, ибо бесчисленные формы жизни освещали её как будто россыпь фонариков, праздничных гирлянд, неоновых ламп. Столь светлыми эти сумерки были также за счёт отражающей способности Идии — естественного спутника планеты, который здесь выглядел как огромный белый диск в небе. Деревья же светились красными, фиолетовыми и жёлтыми огоньками, подлесок переливался подобно блёсткам.       Этот сказочный лес приковывал взор и воображение так, что мы с Лим чуть ли не прилипли к окнам ровера.       — На Терре такого не увидишь, — заметил я.       — Да… — протянула Лим — На Луне — тем более.       — Всё-таки хорошо, что эту планету люди ещё не успели загадить по самое никуда. Впрочем, это вопрос времени.       — Почему же?       — Человечество пока что является наиболее активно распространяющейся цивилизацией в Галактике. Остальные разумные виды несколько менее амбициозны, по всей видимости…       — Кстати, а что вот там? — Лим указала пальцем вправо от той тропы, по которой ехал наш планетоход.       — Где? — переспросил я.       — Да вот же!       Я выключил дополнительный свет в кабине и присмотрелся. Мы ехали вдоль небольшой речки, подобных которой здесь было немало. По ней плыли похожие на медуз организмы, полупрозрачные тела которых испускали мигающий люминисцентный свет. Но, немного приглядевшись, я увидел то, что привлекло внимание моей спутницы. В воде был еле заметный огонёк. И двигался он довольно странно: то останавливался, то снова приходил в движение; то всплывал к самой поверхности, то уходил на глубину. Непохоже, чтобы это было какое-то мелкое свободно плавающее животное; создавалось ощущение, будто источник света прикреплён к какому-то объекту покрупнее.       — А может, это какой-то речной хищник? Ну, как на Терре есть рыбы-удильщики, заманивающие добычу с помощью светящегося отростка на носу. Но те в океане, а этот здесь, в речке — высказал я предположение.       Вдруг, огонёк внезапно погас. Однако, что-то большое и объёмное проплыло примерно до середины речки, а затем из воды показалась голова некоего существа, увенчанная щупальцами. Это существо также обладало отражавшими свет большими глазами, которые было видно даже в темноте, и с расстояния. По воде к нему подплыло нечто плоское и твёрдое, и создание поднялось на эту поверхность, встав на неё своими лапами. Оно напоминало какого-то земного кальмара, или, скорее, каракатицу, но с шестью достаточно длинными ногами по бокам туловища.       Это создание стояло на какой-то твёрдой опоре, как будто на плоту. В свете фонарей нашего планетохода мы заметили, что своими гибкими щупальцами создание держало какую-то палку, конец которой испускал свет.       И вдруг, чудо природы обернулось в нашу сторону и замерло. Было ясно, что оно смотрело именно на нашу машину, а не куда-то в сторону. Эта немая сцена продолжалась несколько секунд, прежде чем «каракатица» развернулась и на своеобразном «плоту» уплыло на другой берег реки, скрывшись в тёмных зарослях. Тусклый свет, испускавшийся палкой, которую держало существо, также исчез.       — Что это было? — вдруг нарушила тишину Лим.       — Я не знаю — честно ответил я — Непонятная форма жизни. Но почему-то очень знакомая.       И тут я тоже не соврал — что-то в этом странном животном мне казалось реально знакомым, как будто я уже когда-то сталкивался с этим.       — Как будто какой-то кальмар, только в речке, и на ножках — заметила моя спутница.       «Точно! — пронеслось у меня в голове — Вот почему эта тварь показалась мне такой знакомой — ведь на Терре я очень много и очень тщательно изучал головоногих моллюсков и их поведение».       — Да на этой Тефиде вообще очень много живности похоже на морских обитателей, только эта на суше. Представляешь, что в океане тут водится? А ведь тут океана намного больше, чем у нас.       — Погоди, а ты заметил, как этот зверь передвигался? Вынырнул, встал на что-то твёрдое и поплыл. Как будто транспорт какой-то…       — Не хочешь ли ты сказать, что мы столкнулись с разумной жизнью?       — Я так не говорила!       — Но так-то это вполне возможно — заметил я — Хотя, с другой стороны, может эта тварь просто в симбиозе с какой-то речной штукой, на которой можно плавать, как на плоту.       Тем временем, ровер свернул куда-то налево, и мы ощутили, что машина стала взбираться на какой-то холм, поросший высокой растительностью, закрывавшей обзор. Мы слышали, как толстые били по окнам (благо, очень прочным) нашего планетохода, и как из зарослей взлетали какие-то создания, чей мирный сон мы, видимо, нарушили. Но забравшись на самую вершину холма, машина так же неожиданно свернула и поехала вниз по склону, оставляя за собой тропу, устланную помятой растительностью.       — Да что ж такое! — не выдержал и крикнул я.       Лим же молчала; она уставилась в окно, наблюдая за тем, как менялась местность вокруг нас.       Когда мы оказались у подножия холма, перед нами предстал совершенно другой ландшафт. Не было густых зарослей. Машина ехала по почти ровной поверхности. Вокруг было не то чтобы темно; Идия сияла огромным белым диском на небе. А вот живых огоньков почти не было видно: равнина, по которой мы ехали, была устлана ковром из однообразной «травы». Вокруг не видно было ни высоких деревьев, ни густых зарослей. Зато можно было заметить, что эта равнина кое-где покрыта лужами, вода в которых отражала свет местной луны. Вдалеке виднелись очертания чего-то, похожего то ли на кусты, то ли просто на стоящие рядом толстые стебли растений, видимо — очередная лесная чаща.       Вдруг, мы заметили, что прямо впереди ровера на дороге стояло некое существо. Оно стояло неподвижно, лишь поворачивая головой. Как будто шум, издаваемый машиной, его совсем не пугал, а яркий свет фонарей не заставлял резко отворачиваться.       — Смотри, Эдвард, — Лим указала вперёд.       — Вижу, — ответил я — Погоди-ка… Присмотревшись, я глазам своим не поверил: это же та самая тварь, что мы видели в реке! Или, по крайней мере, особь того же вида.       — Слушай, а оно мне кажется знакомым — сказал я — Но мы не будем разрушать здесь окружающую среду — и с этими словами я нажал на кнопку звукового сигнала. Из динамика раздался громкий, гудящий звук, и эта тварь резко отскочила. Её шесть ног позволяли двигаться удивительно быстро, и грациозно.       — А что если эти животные с щупальцами разумные? — предположила моя спутница.       — С чего ты решила?       — Ну, у них такой умный взгляд, будто мы им реально интересны. Другие животные так на нас не смотрят.       — А может ты и права. Голова у него большая, и мозг там поместится тоже немаленький. Но я всё равно не спешил бы с выводами.       И вдруг ровер резко остановился. Внезапно включилась сирена, лампочки засветились ярко-красным цветом, а на дисплеях высветилось слово «Тревога». А затем в кабине даже погас свет, но быстро включился снова. Но машина стояла на месте. Заглохла.       — Что это было?! — Лим, по всей видимости, реально испугалась. Хотя на миг испугался и я.       — Не знаю. Но мы тут встали.       Я нажал на приборной панели кнопку вызова диагностики. Появилось голографическое изображение, которое отображало разные важные показатели, и мои опасения подтвердились: двигатель не работал. Надпись рядом гласила: причина неполадки не установлена. «Жаль, с нами нет Гидеона» — подумал я — «Придётся мне самому это всё чинить».       — Так — сказал я, — Сейчас я вылезу из машины и посмотрю, что там с двигателем. Успеха не гарантирую, но, думаю, ничего серьёзного там. Вот — я протянул Лим коммуникатор — будь со мной на связи, и если что-то случится — говори мне сразу же. А то мало ли…       — Но ведь там ночь, Эдвард! Ты же ничего не увидишь… А вдруг там дикие звери ночные?       — Вот если заметишь каких-нибудь тварей, сообщишь. Тут на приборной панели и датчики движения, и тепловизор есть, и всё на свете.       — Да я знаю, — в голосе девушки чувствовались нотки лёгкого раздражения — Я же не впервые с такими штуками работаю.       — Ну ладно, ладно, — примирительно ответил я.       Я полез в шлюзокамеру, натянув шлем, полностью закрывающий лицо, и оснащённый сильным фонарём. Двери раскрылись, и я снова шагнул на поверхность этой планеты.       Ночь уже близилась к рассвету, и было видно, что мы уже почти проехали эту долину. Я обошёл машину кругом, и заметил, что мы остановились прямо возле какой-то странной природной (или нет?) конструкции. Мне сложно её описать, используя знакомые геометрические понятия, ибо форма этого сооружения была совершенно неправильной, и даже сюрреалистичной, однако, можно сказать, что больше всего она была похожа на гигантскую луковицу с острой вершиной. Окружена же эта конструкция была расположенными рядом друг с другом толстыми стеблями диковинных оранжевых и красных растений, образовывавших эдакий забор. Что же было за ними — разглядеть и описать, опять же, было сложно. Однако, можно было сказать, что это нечто расположилось на довольно большой площади, и напоминало какой-то двор или земельный участок, также утыканный подобными гигантскими «луковицами», которые выглядели однозначно органическими, как будто это были формы жизни со дна морей, которые почему-то росли здесь, на суше.       «Какие-то колониальные формы жизни?» — предположил я — «Или же это какие-то технологии возможных местных аборигенов?». Было в этих капризах природы что-то такое, что меня настораживало и пугало. Сейчас, впрочем было не до этого. Мне надо было, в первую очередь, починить наш ровер.       Убедившись, что мне ничего не угрожает, я с помощью фонаря нашёл специальное отверстие на корпусе машины и вставил туда продолговатый металлический стержень, который достал из сумки на поясе комбинезона. Рядом с отверстием появился небольшой светящийся экран, который предложил мне ввести пароль — комбинацию из нескольких цифр. Я ввёл эти цифры — это была дата, месяц и год рождения великого земного учёного Пола Хаддинга, в честь которого был назван наш космический корабль.       В корпусе машины открылись створки, и моему взору предстали механические «внутренности» планетохода.       — Ну что ж, — сказал я сам себе — Приступим!       Пока я пытался найти поломку в двигателе и что-то сделать, чтобы её починить — а для этого нужна была не только аккуратность и ловкость рук, но и физическая сила — пошёл дождь, заставший меня врасплох. Впрочем, я слабо ощущал падающие капли воды через свой комбинезон, тем более, что я почти наполовину «зарылся» внутрь планетохода.       Но на фоне шума дождя я будто бы услышал и какие-то другие, непонятные звуки. Насторожившись, я замер. Но ничего. Всё, что я услышал на этот раз — это дождь. Послышалось?       Однако, дождь закончился столь же внезапно, как и начался. Я почти починил двигатель, хотя мне и было непонятно, что именно могло стать причиной столь внезапной его поломки. И вот, когда осталось вставить на место последнюю деталь, я поскользнулся на мокрой траве и, не успев ни за что ухватиться, нелепо шлёпнулся на землю, упав на спину.       Я увидел, что Лим прильнула к окну и, видимо, хотела позвонить мне по коммуникатору, но то, что произошло дальше, заставило меня на какой-то момент забыть о самом наличии средств связи.       Из-под машины показалось существо, похожее на ту «каракатицу» с ногами, что мы видели в реке, и на дороге. Я замер, как будто меня хватил паралич. Вблизи и в ночной темноте это создание выглядело жутким — с его длинными, постоянно извивающимися щупальцами и огромными отражающими свет глазами. Уверенным шагом оно приближалось ко мне, вращая своей головой то в одну сторону, то в другую, подобно сове, нацеленной на лесного зверька. Казалось, что своими движениями этот монстр будто бы меня гипнотизировал…       Однако, прошло секунд тридцать, а сухопутная «каракатица» на меня не бросалась, как если бы я был для него просто добычей, или если бы казался для животного источником опасности. Наконец, отойдя от шока, я обратил внимание на коммуникатор, в шлеме, который вибрировал безостановочно. Включив его, я услышал обеспокоенный голос Лим:       — Что там за зверь на тебя напал? Ты в порядке?       Осторожными движениями я нащупал опору и попытался хотя бы сесть на траву       — Я вроде бы цел, но… — я резко ощутил нехватку воздуха — Каракатице от меня что-то нужно.       Это животное наблюдало за мной с каким-то странным интересом, но в его движениях никак не читалось намерение меня как-либо атаковать.       — Осторожно! — Лим чуть ли не кричала в коммуникатор.       — У меня есть электрошокер, всё в порядке, — ответил я — Только потише надо…       Вдруг, позади я услышал ещё звуки, причём — постоянно приближавшиеся. Я развернулся, затем поднялся на ноги, и в свете фонаря увидел, как ко мне приближалось ещё несколько особей такого же странного вида. Я разглядел разнообразные узоры на их головах, а также бочкообразных туловищах. Некоторые эти твари были крупнее других, некоторые — меньше.       Та «каракатица», что вылезла из машины, обошла меня и подошла к своим сородичам, ведя себя так, будто меня тут нет. На коже их ритмично шевелившихся щупалец стали появляться светящиеся узоры в форме колец, «мигавшие» подобно лампочкам-индикаторам. Создавалось ощущение, что эти существа… общались между собой?       — Лим… — тихо сказал я в коммуникатор — Тебе не кажется, что они ведут себя немного странно?       — Да, — ответила она так же тихо — И тепловизор показывает, что там, где вот те луковицы, там тоже что-то отчётливо живое…       Одно из этих созданий обошло меня, и я ощутил, что оно толкнуло меня в спину своими гибкими, склизкими щупальцами.       — Что тебе надо? — я спросил так, будто оно могло меня понять.       Но «каракатица» никак не отреагировала и снова подтолкнула меня пару раз вперёд. Её сородичи стояли по сторонам и внимательно смотрели на меня. Я не рисковал пускать в ход электрошокер, к тому же, любопытство брало надо мной верх, поэтому я послушно пошёл вперёд. И с каких пор вообще я слушаюсь «требований» представителей инопланетной дикой фауны?       Вдруг, стебли растений, окружавших «луковицу» резко изогнулись, образовав проход почти овальной формы. Я снова остановился. Но «каракатица» смотрела на меня, выставив вперёд пару щупалец, готовясь толкнуть меня в спину в очередной раз. Наконец, любопытство взяло вверх над страхом неизведанного, и я шагнул в образовавшийся проход…