Часть 2. Поиски.

Проснулся Кири всё на той же кровати в гостиной. Солнце ещё не поднялось, небо было тёмным и только-только начинало светлеть. За вчерашний вечер он обошёл около двух десятков комнат, но ни одна ему не приглянулась. Оглядевшись, он встал с кровати и накинул рубашку. На кухне ничего не было тронуто, значит пока что никто не завтракал. Серокрылый издал вопросительный звук. Ему стало слегка боязливо от того, что он сейчас будет готовить. Но желание развиваться как личность и ещё голод сделали своё. Через некоторое время у него получился отличный омлет на четыре порции. В гостиной всё ещё никого не было. Кири позавтракал в одиночестве и подумал о том, чем ему заняться. Подруги сказали, что ему можно будет сходить на их работу, осмотреться там. Но сегодня он их, пока что, не увидел. На кресле лежала книжка Каны. Однако Кири сейчас не был в настроении её читать. Вместо этого он накинул свитер и куртку, после чего направился на улицу. Навалило немного снега. Он не сильно мешает, но если его не убрать, то тот растопчется и станет слишком твердым. «Вот и мое первое дело», - подумал парень и улыбнулся. Он быстро сумел найти кладовку, а там лежала и лопата. Очень быстро между всеми выходящими на фасад дверьми появились тропинки. Потом и в центре фасада образовался чистый квадрат. Когда Кири закончил, солнце уже начало показывать часть своего диска. Парень с улыбкой стоял в воротах старого дома и глядел на город. Лишь когда он решил вернуться обратно, то заметил на стене письмо. Кири внимательно его прочитал: «Недавно появившегося серокрылого по имени Кири ожидают в храме сегодня после прочтения им данного послания.»

***

Путь до храма был не самым близким. Только через двадцать минут пути Кири дошёл до подвесного моста перед водопадом. Факт того, что ему придётся одному пойти в храм слегка напрягал, но Кири умело успокаивал себя разглядыванием здешних видов. Вот и на подвесном мосту он почувствовал внезапный прилив сил. Он хмыкнул и во весь голос закричал: «Э-э-э-э-эй!». А потом рассмеялся. Мост слегка качнулся под ним, но равновесия Кири не потерял. Остаток пути он прошёл уверенно, хотя этот остаток стал опаснее. Однако его уверенность и весёлость постепенно улетучились, по мере приближения к храму. А у самого храма Кири и вовсе вернулся к тому состоянию, с которым выходил в дорогу. Тут подошли два плаща и повесили на накрыльники парня колокольчики. Всё, как и говорили девочки. В храме тоже было всё так, как ему объясняли. Много растений, даже учитывая такое время года, куча боковых ярусов, стремящихся вверх, свет солнца, что рассеивается золотым диском наверху, а в центре беседка, рядом с которой стоит переговорщик. Высокий мужчина, его роба отличается от одежды плащей, на лице странного вида маска то ли из дерева, то ли из кости. Он опирается на посох, но только этим нельзя выявить, сколько ему лет. Голос же его был громким, звучным и явно очень мудрым. - Здравствуй, серокрылый по имени Кири. – добродушно сказал переговорщик. – Спокойно ли добрался сюда? Кири успешно махнул крылом, сказав «да». С утра и до обеда он тренировался ими двигать, так как это был единственный способ общения с переговорщиком. А этот вопрос, видимо, был для проверки. - Я знаю твои историю и сожалею, что тебе пришлось появиться именно так. Но помнишь ли ты свой сон, который снился тебе в коконе? Тут Кири задумался. Добрый голос переговорщика заставил его расслабиться и позабыть обо всем, о чем его могут спросить. Кири не знал, что значит «помнишь ли ты». Всё, что помнил Кири – это тьма, свет и чертов пень. Серокрылый посмотрел на переговорщика, тот молча ждал ответа. «Да» - махнул все тем же крылом парень. - Это хорошо. – на выдохе сказал переговорщик. – Имя на основании сна – это всегда нечто большее, чем просто имя. Переговорщик посмотрел парню прямо в глаза. - Тебя что-то тревожит? – твердо спросил он. Кири перевел взгляд вниз, потом наверх. Он думал, но в голову ничего дельного не приходило. И вообще, как он должен будет объяснить, что его тревожит, если говорить тут нельзя. «Нет» - теперь махнуло другое крыло. Кири просто должен будет привыкнуть ко всему этому. - Ясно... – многозначительно сказал переговорщик и решил закончить. – Ну если так, то... Серокрылый по имени Кири, я принимаю тебя в союз серокрылых! – слегка торжественно объявил он и протянул Кири тетрадь в черной обложке. – Этой тетрадью ты получишь средства к существованию. Взамен ты должен будешь работать в городе. Будь праведным серокрылым. Последнюю фразу он снова сказал со своим обычным, слегка добрым, тоном. Кири взял тетрадь и оглядел её. - Если понадобится помощь – обращайся. Вопросы остались? Переговорщик снова глядел прямо в душу Кири. «Нет» - у него действительно не осталось вопросов. Отчасти, потому что голова совсем опустела, и он все позабыл; отчасти, потому что бессмысленно было сейчас пытаться что-то узнать. - До встречи, Кири. Серокрылый сделал кулаками жест «спасибо», но лицо его говорило «и что же дальше?». Быть может, переговорщик понял это, но говорить ничего не стал. Кири сам не понял, как снова оказался на воздухе. Два плаща быстро и тихо утащили с его крыльев колокольчики и теперь серокрылый остался один. Кири медленно отошёл от храма и посмотрел на него. Серокрылый понял, что переговорщик очень много знает. Этот факт его немного взбудоражил. - Ну что, получил свою тетрадь? – спросил знакомый голос. Оказывается, Кири простоял так, смотря на храм, несколько минут. Серокрылый повернулся и увидел Ракку. Парень кивнул головой и махнул крылом, два раза сказав «да». Девушка хихикнула. - Ты на работу, да? – спросил Кири. - Да. Но вчера переговорщик сказал, что сегодняшний день будет последним. Видимо, нам придется искать работу вместе. – улыбнулась Ракка. - Вот оно что. – парень почесал крылья. – Вместе веселей, так ведь говорится? - Точно. - Тогда успехов тебе. А я уж пойду. – Кири засунул руки в карманы брюк и зашагал к городу. - Пока! – попрощалась с ним Ракка и встала перед дверьми храма. В скором времени к ней подошли плащи и положили на её накрыльники колокольчики.

***

В пекарне, где работала Хикари, работа шла полным ходом. Два крепких пекаря постоянно, меняя друг друга то в одном, то в другом деле, либо месили тесто, либо укладывали его по формам, либо закладывали заготовки в печи. Был постоянный гул горящих печей и звон посуды. Хикари же помогала у кассы, но иногда заходила в пекарню. Кири пришёл сюда по наставлению Хикари, так как работа Каны начиналась только через несколько часов. Пекари оказались приятно удивлены, когда увидели парня: «Что, твой новый друг, Хикари? Работничек что надо будет!» - сказал один из них, подметив телосложения парня, и посмеялся. Первые двадцать минут работы у Кири сильно гудела голова. В связи с этим, добродушные пекари не сильно его нагружали. Но как они заметили, что серокрылый чувствует себя прекрасно, то жалеть его перестали, так показалось парню и так он рассказывал Хикари во время обеденного перерыва. - Пашу как вол... – Кири прервался для того, чтобы откусить булочку. И начал пародировать голос пекарей. – Эй, накидай дров! Эй, принеси формы! А ведь тяжеленые они... Хикари поглядела на своего друга. Тот часто дышал, жадно пил воду и, по виду, чувствовал себя очень плохо. Серокрылая хотела ему сказать, что-то вроде «Бедный. Но если работа не нравится...». - Зато весело! – оборвал её Кири и улыбнулся. – Хорошие там люди работают. - Так тебе понравилось? – спросила Хикари и приободрилась. - Вроде того. Но пока не знаю, буду ли тут работать, если честно. - Да уж... – вдохновленно сказала она. – Работа здесь не всем подходит. Серокрылый закивал. Дальше они дообедали почти молча. - Что-ж, давай закончим смену, и домой! – Кири снова был полон энергии. Хикари улыбнулась и сказала: «Давай!». Когда солнце село, работа в пекарне все равно кипела. Лишь в шесть часов вечера Хикари и Кири оказались свободны. Серокрылая была рада видеть, как её друг активно работал весь день. Всю смену Кири, не смотря на лишь недавнее выздоровление, работал не покладая рук. Сам он комментировал это как: «Во мне разгорелось пламя печи!», и смеялся. Однако сейчас он выглядел очень вымотанным. Походка его стала самую малость медленнее, лицо улыбалось, но одновременно с этим глаза смотрели то ли в пустоту, то ли в самих себя. Когда Кири увидел первую запись в своей тетрадке, то он не шибко то радовался, как остальные. Он посмотрел на свои первые средства и пробубнил что-то себе под нос – вот и вся его реакция. - Ты не переутомился? – с заботой спросила Хикари, по дороге к старому дому. Тут Кири вернулся с облаков на землю. Он с секунду анализировал пространство и принятый в его голове сигнал, чтобы посмотреть на подругу и ответить. - А? - Ты выглядишь уставшим. – повторила серокрылая. - Да, это только по виду, – заверил её Кири, – всё в порядке. – после небольшой паузы он добавил. – Мне вот поесть только надо бы, сразу как огурчик буду! - Если так, то ладно. – слегка успокоилась Хикари. – Ну а что о пекарне думаешь? Нравиться работа? - Хммм. – протянул Кири. – Посмотрим. Этот короткий, но ёмкий ответ поставил точку в разговоре. До самого старого дома они больше не разговаривали про работу. Порою Кири засматривался на звездное небо, после чего Хикари замечала это и тоже умилялась природе. В этот момент серокрылый думал: «Интересно, когда она смотрит на это темное небо, то чувствует то же самое, что и я? Впрочем, ладно». Видя на её лице улыбку, он успокаивался и сам улыбался. В старом доме вечер прошёл спокойно. Во время ужина Кири рассказал как работал, договорился с Каной, что пойдет на её работу завтра, а Ракка объявила, что будет работать в библиотеке. Осмотрев ещё с десяток комнат, Кири не нашёл подходящую.

***

Огромная башня с часами была самым высоким зданием во всем городе. Если шглядеть на неё издалека, то в голове максимум пронесется: «ого». Но смотря на неё снизу-вверх, Кири ощущал свою маленкость. Он чувствовал что-то сродни тому, что чувствуют дети, когда глядят на своих отцов гигантов. Что странно, ведь Кири совсем не знает, что чувствуют в такие моменты дети. - Грандиозно да? – с ухмылкой спросила Кана. – Внутри ещё веселей. Там шестеренки размером с тебя будут! – она очертила прямыми руками большую окружность. - Ничего себе. – искренне удивился Кири, однако внешне это удивление зафиксировать было проблематично. Первый этаж представлял собой обычную часовую лавку. Тут были часы всех видов. Маленькие ручные, большие настенные, маятниковые, механические, кварцевые. Самых разных стилей, самых разных возрастов. И из всех этих часов тикали только одни часы на стене. - Кана, ты? – послышался мужской голос с верхнего этажа. Она удовлетворительно подала голос, после чего надела кожаный фартук. - Молодец. Ещё пару минут, и опоздала бы. – тут часовщик начал спускаться. Это был взрослый мужчина, со средней комплекцией тела. Короткая и аккуратная бородка придавала шарма его лицу. Чуткие глаза же всегда смотрели на некоторое время вперед. - Здравствуйте! – радостно объявил Кири и поклонился, когда мастер его заметил. - Ты новенький? – риторически спросил он. – Работенку ищешь, м-да? Серокрылый кивнул. Мастер, пока шёл к основной двери, поглядел на него, а потом на Кану. - Ну давай, начни с уборки, наверху и тут, после этого Кана покажет, как часы ремонтировать. Там два заказа есть. – слегка устало сказал он и открыл замок – часовая лавка открыта. - Я? – удивленно, но завороженно спросила Кана. – Разве не вы, как имеющий больший опыт, должны обучать новичков? - На таких новичков и у тебя опыта хватит. – процедил часовщик и пошёл обратно наверх. – Мне надо большие часы осмотреть, не мешайте. Серокрылые заулыбались, Кана – потому что ей «на таких новичков опыта хватит», а Кири – потому что его ждало что-то интересное, как он думал. Через двадцать минут Кири спустился на первый этаж, где Кана сидела на прилавке и ковырялась в каких-то часах. Серокрылый с интересом встал ей за спину. Это был простой механический будильник, который сейчас оказался наполовину разобран. Серокрылая с величайшим рвением продолжала вынимать оттуда детальки и различные шестеренки. Её крылья занимательным образом подергивались в унисон движениям пальцев и рук. Кири это позабавило, и он улыбнулся. - А в чем проблема поломки? – спросил парень. - Да вот, – начала объяснять девушка. – часы спросонья уронили, сломалось стекло, и некоторые детали повылетали из своих мест. Дело плевое! Через минуты две манипуляций, Кана закончила разборку и теперь собирала всё обратно. Параллельно с этим, она начала объяснять Кири, что для чего нужно. Серокрылый слушал внимательно, стараясь всё уловить. Всё сказанное он запомнил, однако запомнить, что, где и после чего располагается не сумел. Кана лишь уверила его: - Да ничего, в разных часах ведь по-разному, поэтому и волноваться по этому поводу не стоит. Всё с опытом придет. Потом Кана перешла на ручные часы. - Смотри ка... – заметила она и пошарилась в кармане. Оттуда она достала такие-же наручные часы. – Работа мастера! – она указала наверх, где сейчас часовщик осматривал большой механизм. - А как тогда эти сломались? – спросил Кири. - Видимо пружина подвела. Такое бывает, если слишком часто крутить её. Кана не ошиблась. Работа не заняла много времени, однако на этот раз она была намного ювелирней. Серокрылой даже пришлось воспользоваться линзой. - В работе с часами важно одно, – начала внезапно Кана, когда Кири уже собрался прилечь на сложенные руки и поспать. – это терпение. Времени у нас много! – хорошо пошутила она. Серокрылый улыбнулся. Следующие пол часа прошли довольно лениво. Серокрылые за прилавком о чем-то болтали, о домашнем. Работа не предвещала активностей и усталости, как в пекарне. Из-за этого факта Кири стало легче. На удивление, он сумел очень хорошо разговориться с Каной. В один момент в магазин пришёл посетитель. Это был парень лет двадцати, пришедший за своими ручными часами. Когда он взглянул на Кири и Кану, то сильно удивился. - Ух ты, серокрылые! – радостно сказал он. – И нимб летает, и крылышки настоящие. – у Кири из-за этой фразы дернулись крылья, и посетитель засиял ярче. - Конечно настоящие, не пластиковые же. – уверенно сказала Кана и демонстративно помахала своими крыльями. После этого она передала ему часы. – Это ведь ваши, да? - Ага. – посетитель постоял так немного. – Спасибо! Это такая удача. – он оставил деньги, поклонился и ушёл. Кири постоял немного, слегка смущенный, после чего спросил. - И всё же, почему некоторые люди относятся к серокрылым спокойно, а некоторое, – он указал на дверь, – вот так? Кана, всё тем же спокойно-радостным голосом, начала объяснять. - Серокрылые в городе Гли живут как нахлебники. Людей очень много, серокрылых максимум пара десятков. Вот поэтому нам и нельзя носить новую одежду, пользоваться деньгами, и жить можно только в старых зданиях. Поэтому то немного людей видятся с серокрылыми часто. В основном, это наши работодатели. - Дела... – задумчиво сказал Кири. Через двадцать минут спустился мастер. Он потирал руки о фартук, на лице были черное пятно от масла и несколько больших капель пота. - Кана, – обратился он, пока шёл к уборной. – покажи-ка новенькому... - Кири. – наконец представился серокрылый. - Прости меня, – виновато посмеялся часовщик, прежде чем отлучиться на пару секунд, чтобы вымыть лицо. – Покажи Кири большие часы. Я пока посижу тут – есть кое-что, над чем надо поработать. - Отлично! – воскликнула серокрылая и помчалась наверх. Кири поспешил за ней. По пути наверх Кана начала с большущим энтузиазмом рассказывать всё про механизм больших часов. То, как строение обычных часов отражается в больших и тяжелых шестернях этого гиганта. То, чем именно они приводятся в движение, как настраиваются, откуда в них хорошая точность и так далее. Кири так увлекся её речью, что даже не успел заметить, как устал при подъеме наверх. Либо же он совсем не устал. Наверху их ждал большой колокол, что приводился в движение электродвигателем. Серокрылый уже слышал его, однако видеть его воочию было действительно зачаровывающее. - По сути, механизм в часах башни старого дома точно такой же. Сама ведь всё чинила. – напомнила вдруг Кана. Кири ещё несколько секунд осматривал двигатель, после чего повернулся к ней, чтобы сказать: «Ты молодец», однако подруга обнаружена не была. - Сюда! – позвала Кана из балкона. Изрядно согнувшись для пролезания в пролёт, Кири вышел на холодный воздух и лицезрел крайне красивый пейзаж. Большой город, весь окутанный в покрывало снега. Маленькие дома казались игрушечными и словно умещались на ладонь. Люди, шедшие внизу по своим делам, казались размером не больше спичек. Но самую большую красоту создавали холмы вдалеке. Сам город располагался в низине, а поэтому горизонт холмов граничил с небом. Белые, мягкие, словно вата, эти холмы привлекали глаза и душу. Кири расплылся от эмоций и уперся в перила. - Ты не боишься? – с улыбкой вдруг спросила Кана. - М? – Кири посмотрел на неё и уверенно ответил. – Чего это мне бояться? - Высоты. - Ну, – серокрылый почесал себе лоб. – тут перила есть. Вроде прочные. - Да не об этом я. Когда я приводила сюда Ракку и Хикари, то они даже за порог еле перешагнули. - Ну, видать из-за крыльев уверенность появилась. – пошутил парень. Серокрылые легонько посмеялись. После окончания смеха, серокрылые продолжали смотреть на Гли. Теперь молча. Кири улыбался, продолжая смотреть на город. Однако теперь он заострил взгляд на стене. Стена всегда меняла ему настроение. Каждый раз смотря на неё, Кири отнюдь не переставал улыбаться или показывал серьёзные признаки увлеченностью ею. Но что-то глубоко внутри него разгоралось. Или не разгоралось, а ревело. Какое-то странное чувство, которое сам серокрылый не смог бы ни понять, ни описать. Кири продолжал улыбаться. Ни один мускул лица не дергался лишний раз из-за стены. Но его глаза... Глаза словно глядели в бесконечную даль и невообразимую бездну его нутра одновременно. Кири решил оторваться от этих мыслей. Уж больно они бурно вылезали из той самой бездны. - А вон там, вдалеке старый дом... – эмоционально сказал он. Кана хихикнула. - Вообще то он там. – она указала на стену, подразумевая, что их гнезда отсюда не видать. Кири продолжал стоять так ещё некоторое время, и только тогда признал своё поражение. - Ой. – сказал он и они посмеялись. Кири смеялся как обычно, и Кана смеялась как обычно – легко и непринужденно, так умела только она. - Ладно. – отрезала она, когда закончила. – Надо бы и за работу вернуться, а то ругаться будет. - Хорошо. – сказал Кири и, перед тем как наконец зайти обратно, кинул взгляд на холмы и стену.

***

На следующий день Кири шел на работу вместе с Раккой. Так как ей надо было туда позже всех – после обеда, то сначала они присматривали за малышами. Это было дело, мягкое говоря, непростое. В старом доме жило около пятнадцати серокрыльчиков, из которых только четверо были достаточно взрослые, чтобы самим учиться и помогать взрослым. Остальные же были на различных стадиях изучения грамоты. А из этого выплескивались наружу их крики, капризы и прочее. Например, на завтрак они не хотели есть «невкусную» кашу. Кири пришлось долго им утверждать, что это блюдо – шедевр кулинарии. Для общего примера он даже сам слопал целую тарелку; даже с учетом того, что каша действительно была очень невкусной, хоть и сытной. Но Кири бы не сказал, что всё было плохо. Скорее, ему было даже весело. Детишки оказались на редкость смешными. Всё время, пока он за ними следил, играл с ними, пытался их чему-то учить, улыбка не сползала с его лица. Самая весёлая часть была, когда он водрузил себе на шею и плечи сразу троих самых маленьких серокрыльчиков, создав тем самым «Супер Серокрылого!» - как сказал один из них. Но после обеда Ракке и Кири пришлось завершить посиделки с детьми и отправиться в библиотеку. Сама она занимала два этажа здание. На втором этаже находились собственно библиотека, склад с невыставленным и комната персонала; на первом были читательские залы. На работу уже с утра вышла давняя подруга Ракки – Сумика. Сумика – взрослая женщина с короткими волосами, она уже очень давно работает в библиотеке. - Так вот ты каков, Кири. – с увлеченностью произнесла она, когда серокрылый представился. Он услужливо постоял так некоторое время. Сумика прошлась ладонью по воротнику, после чего почесала его крылья. - Госпожа Сумика... – смущенно сказал Кири. - Ох, прости! Что-то я совсем увлеклась. – она рассмеялась. Ракка, стоявшая в стороне, тоже улыбалась. – Просто задумалась о том, чтобы мой сыночек в будущем тоже стал таким же высоким и стройным. - А сколько лет вашему сыну? - Недавно вот годик исполнился. – с радостью ответила она. «До меня далековато» - ехидно подумал Кири. - Осмотрись пока тут, – приказала Сумика. – сейчас и для тебя занятие найдем. Кири кивнул и пошёл к полкам. Поняв, что разглядывать книги бессмысленно, он направился в склад. Там было точно так же скучно. На первом этаже были читательские залы. Пара присутствующих людей лишь лениво подняли на него взгляды и опустили обратно. Ракка чем-то была занята, вроде бы как осматривала книги со склада и наклеивала на их корешки что-то. В этот момент Сумика обратилась к новичку. - Кири, будь добр. Там скоро книги принесут, прими их и подними сюда. Тележка уже стоит в готовности. - Хорошо. – кротко ответил Кири и пошёл вниз. Тележку он вытащил на улицу, после чего уселся на неё, перед этим одевшись. В городе Гли всё было так спокойно. Прохожих было не шибко много, каждый из них никуда не спешил. Все говорили довольно тихо, лишь изредка кто-то выкрикивал имя друга или коллеги, хотя, к слову, тут все коллеги становятся друзьями. Возникало ощущение, что никто ни о чем не волнуется. Будто бы не о чем. «Ага, не о чем. Огромная стена по всему периметру, через которую нельзя выйти, - это ведь не о чем» - подумал Кири. Он сидел, сложив руки на коленях, и смотрел на прохожих. После этого он пришел к выводу: «Точно. Они ведь, скорее всего, давно уже смирились». Как только Кири заскучал, то подъехала телега, запряженная конем. Кучер оглядел ждущего. - Ты из библиотеки? - Да, госпожа Сумика сказала. – ответил Кири. - Ты новенький. Недавно городе Гли? – спросил кучер. - Почти неделю. – серокрылый подошёл к заду повозки. Они вдвоём начали перетаскивать кульки книг в тележку. - Осваиваешься? – спросил вдруг доставщик. - Потихоньку. - Город то нравится? Кири утвердительно пробурчал. Когда они закончили, кучер сел обратно в повозку и сказал Кири. - Удачи тебе. - Спасибо. – ответил серокрылый и добавил, прежде чем кучер уехал. – И вам того же. Тот лишь кивнул, после чего легонько хлестнул поводьями. «Какой крутой мужик» - с довольной улыбкой подумал Кири. Ему действительно понравился этот диалог. Наверху он аккуратно дотолкал тележку до двери склада. - Ты что, протащил это всё в одиночку? – с удивлением спросила Ракка, которая подошла помочь с разгрузкой. - Ну да, а что такого? – Кири почесал затылок. - Она же тяжеленая. – взволнованно сказала она и осмотрела книги. Их было действительно много. - Ну, наверное. – Кири толкнул тележку вперед-назад. – Давай тогда разгружать. Постепенно, тележка оказалась пуста. Все книги теперь лежали на столе, а некоторые на полу. - Так, а что дальше? – спросил Кири, разминая руки. Он хоть и сказал, что тележка была легкая, но руки немного ныли от такой резкой нагрузки без предварительной разминки. Но дальше работа была сугубо медитативной. Ракка показала, как нужно отделять среди прибывших книг категории по состоянию, и как каждую книгу отмечать. Да и после этой задачи была другая медитативная цель – расставить все эти отсортированные книги по полкам. Кири и заметить не успел, как наступил вечер. К концу дня он наконец освободился и теперь мог вернуться к книге, которую отложил во время сортировки. «Флора» - было написано в заглавии. Тут внезапно подошла Ракка и села рядом с ним. - Почти все книги приходят сюда из-за стены. Однако, вряд ли растения тамошние и здешние сильно отличаются. – сказала она. Прежде чем открывать книгу, Кири посмотрел на неё некоторое время и после этого спросил Ракку. - А есть про историю города, или про мир за стеной? – с надеждой спросил парень. - Не-а. – тоскливо ответила Ракка. – Я тоже искала среди книг информацию, и до меня искали, та же Сумика, к примеру. Но ничего нет. Серокрылый тяжело вздохнул. Но делать было нечего. - Со мной почитаешь? – спросил он про «Флору». - Ага. – кивнула серокрылая, и они принялись смотреть. В целом, в этой книге не было ничего интересного. Лишь рисунки всяких листьев, деревьев, цветков да описания под них. Серокрылые довольно быстро облистали всю книжку, не найдя ничего интересного. Но был один цветок, который Ракка никогда до этого не видела и о котором не слышала. - В начале лета через стену плащи также заносят разные цветы, но этот я ни разу не видела. Это было соцветие пурпурного цвета, острые лепестки которого образовывали ежикообразный бутон. Чем-то напоминало хризантему или что-то в этом роде. В описании было лишь: «Редкая. Растет рядом со скалами. Запах приятный», а имени у этого растения не было. - Может сами его назовем? – предложил Кири. - А можно ли? – с неуверенностью спросила Ракка. - Конечно можно! – сказала Сумика, которая тихонько стояла сзади. Серокрылые слегка вздрогнули. - Не пугайте так! – сказал Кири, после чего рассмеялся, когда увидел, как смеется Ракка. Она улыбалась из-за испуганного лица парня. - Ладно вам. – отмахнулась Сумика. – Можете назвать этот цветок, просто пометку сделайте карандашом. - Спасибо! – сказала Ракка за двоих, после чего принялась думать вместе с Кири. Они остановились на названии «Сихари» (пурпурные иглы), так как лепестки чем-то напоминали иголки. Хотя, скорее всего, цветок мягкий и приятный на ощупь. Ракка, из-за более красивого почерка, с гордостью подписала этот причудливый цветок, после чего добавила в углу: «Название для сихари придумали серокрылые Ракка и Кири».

***

Серокрылые закончили ужинать примерно в восемь вечера. Кири, после трех довольно сложных дней все равно не знал, где он хочет работать. - Значит, ты не определился? – спросила Кана, прежде чем все разошлись. - Я буду ходить на каждую работу по очереди, может в один день всё же решусь обосноваться. - То есть тебе всё понравилось? – спросила Хикари. - В пекарне весело и энергично. В часовой мастерской интересно. В библиотеке есть что почитать. - Ты уж смотри, чтобы это всё-таки было по душе. – напомнила Ракка. - И главное, не волнуйся, что мы одни не справимся. – уверенно добавила Кана. Кири лишь подумал: «Почем мне знать, на чем душа лежит?». Но в ответ лишь сказал: - Ладно. Всё же, я пока действительно не знаю, а потому, посмотрим. - Верное это слово: «посмотрим». – отметила Хикари. – Ведь главное – ждать и надеяться. Серокрылый кивнул. После этого Хикари с Каной, попрощавшись, ушли в своё крыло, а Ракка направилась в свою комнату. - Спокойной тебе ночи. – ласково сказала она, прежде чем скрыться в коридоре. - Спасибо. И тебе. – Кири постарался ответить так же ласково, но вышло не настолько элегантно, как у девушки. Прождав пару минут в кресле, Кири поднялся и направился к лестнице. В этом крыле остался последний этаж, который он ещё не осмотрел. Дверь за дверью, он осматривал комнаты. В какой-то не хватало мебели, в какой-то дверь совсем не работала, в каких-то и то и то сразу. В некоторых было совсем худо – даже лампочек не было. Кири уже совсем отчаялся искать в этом крыле. Серокрылый открывал двери скорее на автоматизме, в неком полусне проверяя каждую комнату. Но в один момент он дошёл до двери, которая была прямо рядом со входом на чердак. Хотя сам Кири особо значения этому не придал, так как попросту не заметил этот вход. Как обычно, для открытия двери пришлось приложить немного усилий. Сама комната ничего особенного не представляла. Одноместная кровать, стол, пара крючков на стене, окно над дверью, смотрящая прямо в поле и город, и куча разбросанных вещей в коробках или без них. Кири нажал на выключатель, лампа, на удивление, загорелась, но быстро потухла – надо заменить. Если бы Кири пригляделся, то заметил бы на потолке круглое пятно, которое оставила влага от кокона. Но взгляд серокрылого был заострен только на одном предмете. Прямо на кровати, вперемешку с какой-то старой тканью и бумагами, лежала запыленная гитара. Вторая струна лопнула, пара колков проржавели – Кири сам удивился тому, что знает название этих вещей – но состояние её было более чем удовлетворительным. Для Кири это был знак – комната наконец найдена.