Часть 1: Это был сон?

      Я шел по улицам своей родной деревни. Все было таким знакомым, но в то же время чуждым, такое ощущение бывает, когда долго куда- то не приезжал, а затем приехал и не можешь вспомнить, была ли тут эта остановка или барак. Однако не только это было странным, но ещё и отсутствие каких-либо эмоций. Я не испытывал ни привычного облегчения после долгой поездки, ни радости отдыха от городской суеты. Просто шел в одном, лишь богу известном направлении. Брел по улицам, окидывая взглядом серые деревья, покосившиеся дома, ржавые машины и людей, провожавших меня взглядом. Однако не их статичные позы показались мне странными, а тела. У всех, кто попался в моё поле зрения, были раны несовместимые с жизнью. У кого-то не было конечностей, у кого-то были рваные раны на теле.       "Почему они стоят? Нет. Как они стоят, если у части из ни даже ног не было?" Стоило мне задаться этим вопросом, как в глазах неприятно зарябило. Рябь сопровождалась звуком, похожим на гул перегруженных серверов. Когда-то я работал в лаборатории и слышал похожий звук, когда нам занесли вирус в систему, не хватало только громкого писка. Затем по миру прошло странное свечение, и следом за ним все замерцало. Гул нарастал. Не выдержав, я закрыл глаза помотав головой. И стоило мне их открыть, как все, до этого стоящие жители, уже лежали на земле. В этот момент, в груди закололо, словно сердце наконец-то вспомнило, что ему нужно биться и оно решило наверстать упущенное. Его бешеный ритм заставил меня согнуться, схватившись за голову из-за сильной пульсации в висках. Было ощущение, словно ещё чуть-чуть и мозг просто превратится в кашу. Через силу открыв глаза, я заметил какое-то движение около ноги. Повернув голову, я почувствовал, как к горлу подступил ком. Ко мне дергаясь и перебирая пальцами, ползла оторванная рука. Отшатнувшись от неё, я запнулся и упал в лужу. Она, как и всё вокруг, мерцала вызывая новые всплески головной боли. Мою ногу что-то сжало. Я хотел было обернуться, но краем глаза заметил картину, от которой всё тело оцепенело. Все те изувеченные тела, что лежали около домов, медленно ползли ко мне. На ноги что-то навалилось. Это было обезглавленное тело жирной старухи. Хватаясь за одежду своими когтистыми пальцами, она все больше наваливалась на меня. И чем ближе мертвецы ко мне приближались, тем сильнее нарастал гул, а когда он стал невыносимым, передо мной появилось искаженное гримасой ненависти лицо. Раздался громкий писк.       Закричав, я вскочил с сидения и заозирался, схватившись за сердце. – Хэй! Ты чё там разорался?! Давай шуруй уже, мне обратно в город ехать надо, – раздался недовольный голос водителя. Только тогда я понял, что нахожусь в автобусе. Пару минут я не понимал, что происходит. Лишь когда сердцебиение наконец-то замедлилось, вспомнил о своей поездке в деревню. Да, я ехал навестить своего деда и по дороге заснул. Облегченно выдохнув, краем глаза заметил стоящего рядом водителя. Его недовольная мина ясно дала понять – тикай с автобуса, пока пинка не дали. Качнув ему головой, я схватил свой рюкзак и пулей вылетел из салона. Двери за моей спиной со скрипом захлопнулись, и автобус, обдав меня смесью дыма и пыли, скрылся за поворотом. – М-да, приснится же такое…Хм, а что мне, собственно, снилось? – спросил я сам у себя. Однако, как бы не старался, в каше из воспоминаний разобраться не смог бы даже опытный мозгоправ. Махнув на неё рукой и тряхнув головой, я перекинул портфель через плечо и зашагал по проселочной дороге.       Уже начавшее клониться к закату солнце, голубое небо и свежий воздух мигом избавило от остатков сна, так что большую часть пути я прошел довольно бодро, даже успел заприметить пару заброшенных домиков. Всё-таки, молодой 16-ти летний зад требовал на себя приключений, и для этого нет ничего лучше, чем пошариться в заброшках. Почему их забросили меня мало волновало. Да и причин то, на самом деле, не так уж много. Может старики, чьи дети плевали на них с высокой колокольни, уже давным-давно померли и за домом некому ухаживать. Или наоборот, дети, при первой же возможности, забрали пожилых родителей к себе в город, но не захотели париться на счет оформления домов в собственность и их дальнейшей продажей. В любом случае, пустой дом – это пустой дом, а значит в него можно залезть. Размышляя над возможными ништяками, скрывающимися в этих брошенных строениях, в ожидании молодого искателя приключений, я не заметил, как дошел до нужной мне улицы. Остался всего один поворот да каких-то сто метров, и я увижу небольшой домик из белого кирпича и столь родное морщинистое лицо, улыбающееся мне во все свои оставшиеся 7-мь зубов. Часы на руке показывали без десяти шесть, так что дед уже должен был вернуться с рыбалки. – Надеюсь, он приготовит уху, а то помираю с голоду – мечтательно пробубнил я, заворачивая за стоящий на перекрестке магазин. Стоило мне сделать от силы шагов 15-ть, как в одном из дворов раздался пронзительный детский крик, от которого я чуть не подпрыгнул. Этот вопль раздался со стороны дома Лебедевых. И ей богу, судя по нему, мелкий Богдан сильно накосячил и получил от матери заслуженное наказание в виде веника. И только я представил, что он мог такого натворить, как мелкий проказник выбежал на дорогу, чуть ли не снеся калитку. Восьмилетний сорванец был одет в одну футболку, которая на нем была похожа на платье, а на ногах, словно у клоуна, были огромные галоши. Увидев меня, он тут же рванул в мою сторону, но, когда между нами было всего ничего, передо мной что-то пронеслось и от малыша осталась лишь упавшая в траву галоша. В попытке понять произошедшее, я покосился в сторону кустов куда, предположительно, сигануло то нечто, утащившее за собой пацана. Первое, что пришло мне в голову – это огромная собака, кинувшаяся на бегущего ребенка. Схватив галошу и крикнув, я с силой швырнул её в кусты. Понимая, что это вряд-ли поможет, я побежал спасать мелкого, но стоило мне подойти, раздался тошнотворный чавкающий звук вперемешку с хрустом костей. Послышался булькающий хрип, от которого у меня чуть не подкосило ноги. Медленно попятившись от куста, я быстро кинул взгляд на дом деда.       Шелест листвы отвлек моё внимание, вынудив вновь посмотреть на злополучный куст. И в этот момент я пожалел о том, что решил приехать в эту деревню. Прямо передо мной было жуткое лицо, отдаленно напоминающее человеческое. Янтарно желтые глаза завораживали, но недостаточно сильно, чтобы я не обратил внимания на окровавленную пасть. И словно поняв это, тварь растянула своё подобие губ в улыбке, демонстрируя клыкастую, чем-то похожую на волчью пасть. Длинный язык прошелся по каждому клыку, выскабливая застрявшие между ними куски мяса, а затем потянулся к моему лицу. Его прикосновение и металлический запах крови вывели меня из оцепенения, но только я дернулся, как перед глазами потемнело, а затем…       Закричав, я вскочил с сидения и заозирался, схватившись за сердце.