Часть 2: Неужели этому не будет конца?

      Закричав, я вскочил с сидения и заозирался, схватившись за сердце. – Хэй! Ты чё там разорался?! Давай шуруй уже, мне обратно в город ехать надо, – раздался недовольный голос водителя. Я посмотрел на водителя. Опять то же недовольное выражение лица, то же сидение, лишь одна вещь отличалась от моего предыдущего пробуждения. Головная боль, а если быть точнее, болела кожа на голове, словно в неё воткнули множество иголок. Ощупав её, я не нашел никаких ран. Да и стоило лишь прикоснуться к ней, как это ощущение тут же прошло. – Парень, ты глухой или как? – на этот раз голос водителя прозвучал ближе, заставив меня обернуться. – На выход. Быстро! – П-подождите, я… – пытаясь подобрать слова, залепетал я. – Я обратно в город поеду. Да, забыл дома кое-что. – Тогда деньги давай за проезд. – хмыкнув, сказал водитель и протянул ко мне руку. Я спохватился и стал шарить по карманам, в поисках денег, но в них было пусто. Прикусив губу, я посмотрел на боковой кармашек рюкзака, из которого торчал кончик целлофанового пакетика с семечками в шоколаде. Будь проклята моя любовь закупать еду на остатки бюджета, выделенного матерью на билет туда и обратно. Вместо этого мною брался билет в один конец, благодаря чему у меня оставалось 125 рублей, что равнялось двум пакетикам семечек и дешманской коле. – Простите, – сказал я, стыдливо опустив глаза. – Сейчас денег нет, но… Водитель, даже не дав мне закончить, указал пальцем на открытую дверь и качнул в её сторону головой, – На нет и проезда нет. Вали, пока я тебя не вышвырнул. – сказал он, скорчив недовольную гримасу. Посмотрев на дверь, а потом на окно, я даже не успел открыть рот, как водитель схватил меня за шиворот футболки и резко дернул. – Да задрал ты уже мяться. – сквозь зубы прошипел мужчина, – Я сказал тебе свалить по-хорошему. Раз не хочешь, будем по-плохому. Его внезапный захват, не оставил мне ни единого шанса на отпор, так что дотащить меня до двери, а затем пинком отправить в недолгий полет, ему труда не составило. Распластавшись на земле, я тихо застонал, поджав к себе ободранные о мелкие камни руки. Стоило мне приподняться и посмотреть на него, как в лужу, рядом со мной, прилетел рюкзак, обрызгав водой. На глазах, то ли от страха перед той тварью, то ли от обиды на этого урода, навернулись слезы. Сжав кулаки, я слушал, как отдалялся автобус, а вместе с ним и отборнейший мат водителя.       Пролежав так ещё пару минут, пока боль в ладонях не утихла, я встал и вытащил из лужи рюкзак. В голове крутился лишь один вопрос: “Что дальше?”. Автобуса нет, а до ближайшего населенного пункта километров двадцать, если не больше. В добавок, дорога явно не создана для любителей пешей прогулки. Множественные повороты, подъемы и спуски в совокупности с щебнем, по ощущениям добавляли пару десятков километров. Так что мною было принято решение спрятаться в одном из старых домов и подождать. Подождать чего? Честно говоря, сам не знаю…Одно я знаю точно: желания проверять, повторится ли сон, у меня нет. А так, если мой сон – это просто сон, то рано или поздно, мой дед, зная о моём приезде, пойдет меня искать. Если же действительность, то я по крайней мере останусь жив и смогу дождаться следующего автобуса.       Вспомнив о брошенном доме, который я заприметил “во сне”, быстрым шагом двинулся к нему. Только, по пути к дому, я стал замечать некоторые вещи, заставившие меня насторожиться. Первой стала неестественная для деревни тишина, ни единого звука, кроме шелеста веток деревьев и плеска реки, словно все птицы куда-то улетели. Второй были темные пятна на дороге, была ли это запекшаяся кровь или что-то ещё, разбираться времени не было. Ну, и наконец третьей деталью стали выбитые окна даже у целых на вид домов. Я не понимал, как мог не заметить всё это сразу. Ладно не заметил странные пятна на дороге, ладно не заметил тишину, но выбитые окна. – Черт с этими окнами, людей не было! – не выдержав, психанул я. Не заметить все то, что я подмечал сейчас было невозможно. Словно сам дьявол мой взгляд отводил, не давая увидеть очевидного, – Да что здесь творится… Ответом мне был отдаленный крик. И был он до ужаса знакомый, хоть и не такой громкий, как в первый раз. Это значило, что та тварь уже добралась до маленького парня и сейчас гонится за ним. Понимая, что времени у меня остается всё меньше, я сжал рюкзак и разбил им окно. Вытащив пару крупных осколков из рамы, закинул сумку внутрь и полез сам.       Когда я почти забрался в дом, ладонь пронзила острая боль и по пальцам растеклось тепло. Посмотрев на руку, я увидел длинный порез, который пересекал всю ладонь, так что все три линии судьбы были рассечены пополам. Еле сдерживая желание завыть от боли, я оторвал кусок от занавески и перемотал рану, надеясь, что этого будет достаточно. Сероватая ткань моментально потемнела, но кровь с неё не капала. Я принялся осматриваться. Типичный зал, типичного деревенского домика. Шторы с занавесками на каждом окне, диван с парой кресел, старый пузатый телик, ковры на стенах. Однако времени рассматривать убранство дома у меня не было, да и не очень-то хотелось. Меня интересовали две вещи: есть ли тут матрас, и насколько вместительный подпол. На моё счастье, подпол оказался довольно вместительным, почти размером с комнату. В спальне мне удалось отыскать хоть и потрепанный временем, но вполне неплохой матрас, который я отнес в подпол. Кинув его на холодный бетон, я аккуратно закрыл массивную крышку подпола, оставив маленькую щель, чтобы было лучше слышно происходящее снаружи.       Время шло. Несколько часов я просидел в полной тишине. На улице уже начало темнеть, от чего и так темном подполе стало ещё темнее. Темнота и тишина понемногу делали своё дело и на меня навалилась сонливость. То существо никак себя не проявляло, и от этого я ещё больше расслабился. Глаза потихоньку смыкались, я сам того не заметил, как уже лежал на матрасе, ставшим самой удобной постелью на свете. Не знаю, сколько я так проспал, но разбудила меня тяжесть на груди. Сквозь сон я положил руку на спину своей собаки и, как обычно, погладил её. Марси была крупной овчаркой, которая с детства любила спать со мной в кровати. Только если щенком она была почти невесомая, то сейчас, когда она, встав на задние лапы, может положить передние мне на плечи, её вес довольно сильно давил на меня. Поглаживая длинный мех, я старался сдвинуть её вбок, но безуспешно. – Марси…слезь с меня, тяжело – произнес я сквозь сон, но понимая, что любимица не собирается слезать, приоткрыл глаза. В комнате было темно и сыро, что удивило меня. Обычно свет фонарей ночью пробирался через окна и хоть немного да освещал её, батареи в свою очередь жарили так, что о сырости и речи быть не могло. И тут я проснулся окончательно. Осознание того, что я никак не мог быть в своей комнате, перебивалось другим, более пугающим: “Моей собаки, тут никак не могло быть.”       Я медленно опусти взгляд. “Господи, оно лежало на мне. Оно лежало на мне, а я гладил его по голове.” – пронеслось в моей голове за долю секунды, прежде чем оно повернуло голову и перед моим лицом вспыхнули два желтых глаза. Шумно втянув воздух носом, оно широко раскрыло пасть и издало звук, похожий на зевок. Клацнув зубами, приподнялось и нависло надо мной. Моя порезанная рука, лежавшая на его голове, соскользнула, но существо неторопливым движением подхватило её и прижало к своему лицу. Вдохнув её запах, зубами стянуло повязку и провело языком по порезу. – Нашел тебя… – хриплым голосом произнес он. Да, услышав его голос, сомнений не осталось, существо мужского пола. По крайней мере, звучало, как взрослый мужчина, курящий по пачке в день на протяжении всей жизни. Вылизав мою руку дочиста, он сглотнул слюну и продолжил, – Учуял запах твоей крови. Не поранься ты, может и смог бы прожить на пару часов подольше. Моё сердце билось так, словно вот-вот и взорвется. И тот факт, что он со мной разговаривает, не делал ситуацию легче. Наоборот, от его спокойного хриплого голоса становилось ещё хуже. Своими словами, он подтвердил тот факт, что жить мне осталось недолго. – Отпусти меня… – прошептал я, в надежде на то, что он наелся и не тронет меня, – Пожалуйста. Существо замерло, но затем расплылось в улыбке и прищурившись наклонилось ближе. – Зачем мне это? – тихо спросил он, обдав моё лицо своим горячим дыханием. – Разве я могу отпустить столь аппетитную добычу? Словно играючи, он прикусил кожу на моей шее, постепенно сдавливая челюсти. Я уперся свободной рукой ему в грудь, пытаясь оттолкнуть от себя, но куда там. Его массивное тело было намного тяжелее моего, и моя попытка отстраниться была похоже на то, как ребенок пытается выбраться из-под навалившегося на него взрослого. Заметив это, он утробно зарычал, но не угрожающе, а словно смеясь, и начал наваливаться на меня ещё сильнее. Рука локтем уперлась в бетон, и заныла под его тяжестью. – П-пожалуйста. Не надо, – простонал я, тихо плача, ощущая, как кости начинают ломаться. Затем раздался хруст и руку пронзила сильная боль, от которой я вскрикнул. Раздалось довольное урчание. Мой мучитель потерся о мою щеку своей, явно наслаждаясь моими сдавленными рыданиями. – Не сдерживайся, дай мне насладиться моментом, – прошептал он и надавил мне на сломанную руку. Из моего горла вырвался настолько сильный крик, что монстр одернул голову и зашелся жутким хохотом. Я схватил его за руку, пытаясь убрать её со своей. Перед глазами все плыло, то ли от боли, то ли от слез. Однако, как бы я не бился, как бы не умолял, он лишь с улыбкой смотрел за моими страданиями, изредка ослабевая хватку, взамен одаривая болезненными укусами. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем он наконец-то отпустил меня и отступил. Прижав к себе безвольно болтавшуюся на остатках костей руку, я вжался в дальний угол подпола и поджал под себя ноги. Тело била крупная дрожь, рука ныла, а кожа рядом с ранами от укусов постепенно немела. Сознание стало мутнеть, словно меня накачали наркотиками. Однако, уплыть в страну морфея мне не дало прикосновение к лицу. Мучитель, взяв меня за подбородок, повернул к себе. – Тц, я надеялся, что ты протянешь подольше, – раздался голос откуда-то издалека. – А ведь мы даже не перешли к самой приятной части. Странно, но в этом прикосновении не было прежней жесткости, казалось, что он сожалел о том, что перестарался. Вздохнув, мучитель провел когтем по моей щеке и слегка сжал нижнюю челюсть своими длинными пальцами. Последнее, что я запомнил, это громкий хруст.       В этот раз я проснулся без крика. Я, всё так же, сидел на, всё том же, сидении во всё том же, автобусе. Теперь я точно был уверен, что происходящее не было сном. И самое удручающее, что шанса выбраться из этого у меня нет. Сейчас, водитель снова скажет мне выходить, а если я откажусь, вышвырнет и всё равно уедет. По щекам потекли слезы, и прижав к себе рюкзак, я не стал сдерживать рыдания. – Эй, парень. Что с тобой? – раздался на этот раз более спокойный голос водителя. – Я…я, – не смог выдавить из себя ничего, лишь посмотрев на него, – я умру…