Часть 1 (отредактировано)

Многих заклинателей пригласили на годовое обучение в Орден Гусу Лань. Орден Ланьлин Цзинь отправил туда Молодого Господина Цзинь Цзысюаня, и, как утверждали старейшины, мне «несказанно» повезло присоединиться к нему. Заклинателям вроде меня — без покровителей и богатых родственников — редко удаётся пробиться выше третьесортных, способных разве что развеивать проклятия вроде дерева-пожирателя, что ворует у прохожих еду. Смешно. Низкоуровневые навки — это предел для заклинателей из моей побочной ветви клана Цзинь. И да, я ещё и девушка. Моя сила обнаружилась случайно, и я этому была невероятно рада. Лучше быть заклинательницей, чем выданной замуж за напыщенного соседа-торговца свиньями, который требует от жены молчания и покорности. Не отношения, а фарс — как будто я прокажённая. Ненавижу. Почему я родилась именно в этом теле? Если бы я родилась мужчиной, всё было бы иначе — и отношение, и ожидания, и возможности… Но что теперь? Остаётся лишь стараться изо всех сил и оправдать своё место, направляясь в Облачные Глубины. Мимо стены… «СКОЛЬКО??????» Я уже насчитала тысяча шестьсот сорок четыре правила, а она всё не заканчивается. «Куда я, чёрт возьми, попала?!» Всё оказалось именно так, как я ожидала. Безэмоциональные, чопорные люди в белых одеяниях с лентами на лбу встречали прибывших. Их взгляды были настолько холодны и надменны, что я невольно осмотрела свои одежды в поисках пятен или зацепок. Во главе стоял высокий мужчина с отвратительной козлиной бородкой. По обе стороны от него расположились двое примерно такого же роста — должно быть, это те самые Два Нефрита клана Лань: Лань Сичэнь и Лань Ванцзы. Ленты на их лбах украшали изящные вышитые облака. Они так ослепляли своей чистотой и величием, что я невольно сощурила глаза. Настолько эти двое казались… идеальными. Я смутилась. Я никогда не выглядела так — уверенно, величественно, спокойно. Люди рядом со мной всегда чувствовали напряжение, словно боялись, что бедность или моя «низкосортность» заразны. Только Молодой господин и его сводный брат Мэн Яо оставались равнодушны. Им всё равно, есть я или нет: я для них не угроза, а просто пятнадцатилетняя девчонка, случайно получившая место среди армии заклинателей. И чёрт с ними. Мы ждали прибытия остальных орденов. Похоже, они тоже застряли у «стены плача» — так я мысленно окрестила бесконечное изваяние с правилами. И их можно понять. Я бы и сама задержалась или развернулась обратно, если бы не вынуждена была идти рядом с Цзинь Цзысюанем. На горизонте замаячили знамена кланов, и лица их адептов отражали тяжесть грядущего года благочестивого заточения. Орден Юньмэн Цзян возглавил Младший господин Цзян Ваньинь — его легко узнать по серебряному колокольчику с девятилепестковым лотосом. За ним следовали заклинатели в фиолетовых тренировочных костюмах, и замыкал процессию молодой господин в чёрных одеждах, перевязанных красной шнуровкой. «Странно, что он идёт в припрыжку и явно в отличном настроении, и это после трёх тысяч правил?! Единственный, кто умудряется веселиться. Чудной господин. Ещё и подмигнул. Обращать внимание на такое — ниже моего достоинства», — убеждаю себя, пытаясь сохранить уверенность среди всех этих именитых заклинателей. Следом появился орден Цинхэ Не во главе со вторым молодым господином Хуайсаном. Вот кто явно выглядел напуганным. Наверное, шёл, как и я, не сводя глаз со стены, представляя своё расчленение этими правилами. За ним поднимались ещё трое, запыхавшиеся от подъёма. Одного взгляда хватило, чтобы понять: по физической подготовке я их уже превосхожу. Ну, хоть какое-то утешение — я не самое слабое звено. Затем появились ещё несколько человек без эмблем. Ясно, что это заклинатели из мелких кланов или побочных ветвей, как и я, только менее удачливые. Мне хотя бы досталась униформа с нагрудным пионом Ордена Ланьлин Цзинь — «Сияние средь снегов» — и разрешение носить фамилию клана. Когда все ордена наконец собрались у входа в Облачные Глубины, заместитель главы ордена начал свою вступительную речь. Если это вообще можно назвать речью — слова такие же сухие и скучные, как его лицо. А эта подрагивающая бородка на ветру! Каждый раз, когда я пыталась сосредоточиться, взгляд вновь возвращался к ней, вместо того чтобы слушать эту скукотищу, называемую приветствием. Но кое-что я, все-таки, услышала от Лань Цижэня, потому что ощутила на себе его пристальный взгляд: — …вы — будущие мужи ваших орденов, вы лица, на которых обращен людской взор, вы должны нести благочестие и благоразумие в ваших сердцах и душах на пути самосовершенствования…. — орден Ланьлин строго настрого запретил распространяться информацией о том, что у них в заклинателях затесалась женщина. Ведь это может испортить их золотую репутацию. Но не смотря на то, что меня официально приняли в орден — я уже вдоволь наслушалась в казармах Ланьлин Цзиня: «твое место в доме, где кухня, а не рядом с благородными мужами-заклинателями», «здесь не место для твоих женских фокусов», «таких как ты в армии не ждали, мы не для того воюем, чтобы тут мужчинами переодеваться», — ну и что-то в таком духе. Поэтому я облачена в мужские одежды, а не женские. В любом случае в ордене женской формы нет, я, как бы можно так выразиться, стала исключением. Волосы завязаны лентой в цзянтяо, что-то напоминающее высокую гульку, с собранными в нее волосами, мое лицо из-за тренировок, выглядит сухо, с заостренными скулами, что по нынешней моде абсолютно не женственно. Ведь девушки моего возраста наоборот пытаются придать своему лицу и фигуре более округлые и женственные формы. Строение моего тела и постоянные тренировки играют мне на руку. Меня легко спутать с мужчиной, если не присматриваться. Когда Лань Цижэнь наконец закончил свою речь, адепты Гусу проводили нас в покои. Наши комнаты располагались отдельно от учащихся Ордена — чтобы не мешать благочестивым мужам соблюдать их многочисленные правила и медитировать в уединении. Наш сюэфань находился недалеко от библиотеки. Небольшой, но до крайности чопорный и строгий, словно траурный наряд местных адептов. Мне даже казалось, что дух Лань Цижэня витает здесь, проверяя, правильно ли мы спим и не нарушаем ли какое-нибудь из трёх тысяч правил во сне. Будь его воля, он бы и в сны заглядывал, чтобы на месте отчитывать нарушителей. У каждого была своя комната — благодарю Духовное величие, что мне не придётся прятаться, чтобы принять ванну, и не нужно будет постоянно заматывать и разматывать ленты вокруг груди. Хорошо, что Цзинь Цзысюань пока молчит о том, что я девушка. Наверное, он сам понимает: лишнее внимание только навредит и ему, и мне. Я быстро разложила немногочисленные вещи и сразу вышла. Не хотелось застревать в этой удушливой атмосфере правильности. Занятий сегодня не было — нам, как гостям, дали день на обустройство. Я решила осмотреться и заодно поискать место, где я могла бы практиковать стрельбу из лука. В следующем году пройдёт Священная охота на землях Ордена Цишань Вэнь. Я должна попасть в число участников — это мой шанс повысить уровень мастерства и укрепить положение в Ордене. Тогда, возможно, меня не вышвырнут обратно в моё захолустье ни с чем. Небо мне благоволило — я нашла такое место у холодного источника, у подножия гор, окружавших Гусу. Там раскинулся хвойно-лиственный лес из дубов, клёнов и тисов. Здесь было умиротворённо и свежо, без той тяжёлой атмосферы, что окутывала территорию Ордена. Я сделала глубокий вдох, и прохладный воздух наполнил мои лёгкие свежестью хвои. Все тревоги отступили, и я наконец могла просто быть собой. Я медленно прогуливалась вдоль деревьев, отмечая, где можно будет удобно устроиться для стрельбы. Наслаждалась видом леса, туманом, что клубился у корней деревьев, создавая ощущение загадочности. Здесь я была единственной гостьей, нарушившей покой этой мирной природы. Я углублялась всё дальше в лес, пока не наткнулась на гигантский дуб, крона которого достигала, наверное, шестисот цуней. Я замерла, разглядывая его могучий ствол и корни, извивавшиеся у моих ног. Упасть с такого точно будет больно. Нужно быть осторожнее, чтобы не оступиться, иначе будет очень комично: заклинательница, увлечённая практикой, случайно свалилась и погибла. — «Мда уж», — иронично усмехнулась я. Не стала рисковать и взлетела на мече. На одной из крупных ветвей я нашла удобную выемку, где две ветки сплелись, образуя что-то вроде сиденья. Там можно было спокойно устроиться и опереться на ствол — не соскользнёшь и не упадёшь. Я устроилась на ветке, вытянув ноги и облокотившись о кору дуба, и погрузилась в наблюдение за лесной жизнью. Время пролетело незаметно — я даже не заметила, как стемнело. Спохватившись, я быстро спустилась и побежала обратно, теперь уже без помощи меча. Главное — успеть к отбою, иначе мне несдобровать: придётся терпеть не только ругань Цзинь Цзысюаня, но и высокомерные нотации этих траурных орденских святош.