Часть 2 (отредактировано)

Нас подняли в пять утра. Зачем такие ранние отбои и подъёмы, когда в это время нечего делать? Главное — не заснуть от скуки. Хорошо, что я всё-таки успела вернуться к ужину и отбою, поэтому, несмотря на недосып и непривычку к такому графику, настроение у меня вполне хорошее. Я не любила валяться в постели, но обычно спала до семи. Даже тогда в Ланьлине ранними пташками были только слуги и пара человек, вроде меня. После утренних сборов нас повели на смотровую площадку для медитации, которая должна была наполнить нас энергией на весь день. «Мне бы больше сил дало два часа дополнительного сна», — мысленно проворчала я. Но возмущаться хотя бы в голове никто не запрещал. Мы только начали медитировать, когда спокойный, но строгий голос прервал тишину — это был Лань Ванцзы, второй молодой господин Ордена Лань. Он пересчитал всех и заметил, что одного адепта из ордена Юньмэн Цзян не хватает. — Молодой господин Цзян Ваньинь, я не досчитался одного адепта вашего ордена, — его голос был полон непоколебимой уверенности, не оставляя ему никакой возможности уйти от ответа или увильнуть. — Прошу прощения, Второй молодой господин Лань, адепт моего ордена не смог присоединиться к утренней медитации, — при этом было видно, как Цзян Ваньинь сжал ладони в кулак, явно стараясь подавить свои эмоции. — Что стало причиной? Цзян Ваньинь помолчал мгновение, затем с непроницаемым лицом, явно с трудом сдерживая эмоции, ответил: — Он спит. Лань Ванцзы несколько секунд молча смотрел на сына главы Ордена Цзян, а затем, не изменив спокойного и бесстрастного выражения лица, отвернулся и продолжил медитацию. Все остальные, с ошеломлёнными взглядами от такой наглости, последовали его примеру. Молодому господину из Юньмэна потребовалось полчаса, чтобы успокоиться и сосредоточиться на медитации. Ближе к девяти утра, к началу занятий, наконец явился тот самый адепт, проигнорировавший медитацию. Все старались не смотреть на него — учитель Лань Цижэнь уже знал об инциденте. Окружающие явно боялись, что их могут наказать даже за один взгляд на нарушителя. А сам виновник, похоже, ничуть не переживал. Смеясь, он беззаботно похлопывал по плечу раскрасневшегося от злости Цзянь Ваньиня. «Он так фамильярно обращается с молодым господином… Кто он такой?». Едва эта мысль промелькнула у меня в голове, как все обернулись на твёрдый голос учителя Цижэня. — Вэй Усянь из ордена Юнь Мэна, объяснитесь по какой причине вы отсутствовали на сегодняшней утренней медитации! — Я видел чудесный сон о доме и супе со свиными рёбрышками, который готовила мне моя шицзэ, — с мечтательной улыбкой потягиваясь, ответил этот самоубийца. — Я просто не мог уйти, не попробовав супа. Лань Цижэнь замер, не веря своим ушам, затем яростно вскричал: — Какое бесстыдство! Почему один из Великих Орденов держит такого недостойного ученика, который позорит свой клан?! Тут уже снова раскраснелся от гнева Цзян Ваньинь, при упоминании его ордена. — Я старший ученик Ордена Юньмэн Цзян и точно не позор для него! Благодаря моим силам и мастерству в шести искусствах, орден славится сразу двумя великими заклинателями — Цзян Чэном и мной. А ваши медитации мне силы не добавят, так что я лучше посплю. — тут ему прилетел подзатыльник от молодого господина Цзяна, чтобы успокоить его. Но Вэй Усянь на это лишь посмеялся и пообещал быть впредь доблестным учеником, на что в ответ получил закатывание глаз. Меня эта безцеремонность немного улыбнула, но я быстро спрятала улыбку, чтобы, не дай упасть Небесам, учитель не влепил наказание еще и мне в придачу, что точно отразилось бы на настроении, а в последствие и на отчетности обо мне молодого господина Цзинь Цзысюаня. Весь урок я старалась сосредоточиться на работе и внимательно слушать учителя Цижэня, рассуждавшего о моральности и добродетели. Я почти уверена, кто вдохновил его на эту тему. Обернувшись в сторону задних каньцзи, где сидел старший ученик Юньмэна, я неожиданно поймала его взгляд. Он снова подмигнул мне. «Да уж, верх бесцеремонности», — подумала я, быстро отвернувшись. Мне лишние проблемы не нужны, поэтому поразмышлявши о его знаке внимания несколько минут, я выбросила это из головы и продолжила заниматься. После занятий в Гусу приглашённые адепты отправились в город. Я же осталась на территории ордена, чтобы потренироваться на поляне у подножья леса. Я не обучалась с детства, как другие заклинатели, поэтому мои навыки мечника оставляли желать лучшего. Пришлось остаться и тренировать выпады и парирование — движения, которые давались мне хуже всего из-за вспыльчивости. Нападать мне проще, чем защищаться, и именно поэтому я часто проигрываю даже тем, чьи силы слабее моих. Промокнув от пота и порядком устав, я даже не заметила, как ко мне подошёл Первый молодой господин Лань Сичэнь. — Тренируя тело, ты забываешь про дух. Без равновесия нет мастерства. Ты становишься уязвимой, и враги это заметят. Сосредоточься на равновесии энергии Ян. Вижу, она в тебе слишком бурлит. Слово «уязвимой» меня насторожило. Значит, он тоже знает. — Молодой господин, как вы узнали, что я заклинательница? Что меня выдало? Лань Сичэнь посмотрел на меня добрыми глазами и улыбнулся, его лицо излучало покой. Я вдруг почувствовала, что он не собирается меня осуждать. — Будь спокойна, юная госпожа. Твою тайну я не выдам. Сосредоточься на энергии Ян — твоя защита не улучшится, пока ты не обуздаешь тьму внутри себя. «Тьму? Почему? А, позже подумаю об этом», — промелькнуло за долю секунду у меня в голове перед тем, как ответить первому нефриту: — Благодарю вас, господин, — я поклонилась ему. Но он так и не сказал, что меня выдало. Ладно, в будущем буду осторожнее. После этого я поспешила в свою комнату, чтобы переодеться и успеть сходить в общую большую купальню до возвращения остальных учеников. Надо бы тоже как-нибудь посетить поселение, изучить местные обычаи и, возможно, найти способ усмирить мою вспыльчивость. В купальне я наслаждалась горячей водой, разгоняющей усталость. Моё тело оживало под мягким теплом, пока я погружалась в ванну, забывая обо всех заботах. Но внезапный шум извне нарушил моё уединение — похоже, ученики уже вернулись. Нужно быстрее закончить купание и уйти, пока не… — Эй, кто тут посреди дня ванну принимает? Пусти облегчиться, тунтун! — Я даже не оборачивалась, уже зная этот голос — старший ученик ордена Юньмэн Цзян. Я спешно отвернулась, чтобы вошедший не увидел грудь — это сразу выдало бы меня. Хорошо, что волосы были распущены и прикрывали её сбоку. Со спины не так легко понять, мужчина купается или женщина — у всех адептов длинные волосы. — Выйди! — рявкнула я, стараясь придать голосу суровость. — Откуда у тебя такой шрам на спине? Похож на отметину Цзыдяня тётушки Юй, но что-то я тебя в Юньмэне не припомню. Он так беспардонно вломился в купальню, пока там находится другой человек, полностью оголенный, да еще и стоит рассуждает вслух, как будто это все является абсолютно приемлемым. Не знаю, то ли от смущения, то ли от гнева, но я вся покраснела и вскипела, словно созревший плод весеннего солнца. Уже собиралась развернуться и врезать ему по наглой физиономии, как услышала звук закрывающейся двери. Я выдохнула, но сердце всё ещё колотилось от тревоги — я чуть не попалась. Я быстро закончила водные процедуры и поспешила покинуть купальню. Наслаждение вечером в одиночестве растворилось в ветрах времени, как листва весеннего дерева.

***

Подходил к концу первый месяц из годового срока обучения, и честно сказать, я умирала от скуки. Не представляю, как адепты ордена Гусу Лань живут здесь всю жизнь и им ни разу не пришла в голову мысль о цзы ляне. Я держусь отстранённо от других. Адепты Ланьлин Цзинь не хотят общаться с девчонкой, тем более из глухой деревушки. Остальным, видимо, не по душе то, что я чаще всего молчу в ответ на их вопросы. Постепенно вопросов и взглядов в мою сторону стало меньше. Они не знают, что я бы с радостью присоединилась к ним, хотя бы чтобы развеять скуку. Но стоит мне ответить чем-то сложнее односложного ответа, как я сразу выдам себя. Я всё ещё плохо справляюсь с изменением голоса на длинных фразах. Поэтому, после сегодняшних уроков, я решила пойти наконец-то пострелять из лука. Я вернулась в комнату и достала костюм без орденской эмблемы: тёмно-серая туника с запахом, широкие брюки и удобная обувь для передвижения по любым поверхностям — от стен до деревьев. Этот костюм я сохранила с тех пор, как меня забрали в орден. Тогда я выполнила небольшое задание — изгнала призрака в одной деревне. Он был безобидным, разве что пугал детей. Это был призрак старого дедушки, который искал свои очки. В благодарность местные ткачи подарили мне этот полевой костюм. Для меня, и моих вылазок как раз то, что нужно. Я переоделась, и взяла также с собой маску, чтобы прикрыть лицо. Маской конечно это не совсем назовешь, скорее это больше похоже на обычный кусок ткани, который я завязываю на затылке и спереди он прикрывает нос и нижнюю часть лица. И напустив челку больше на лоб, прикрыла точку киновари. Не хочу, чтобы во мне признали адепта ордена Ланьлин Цзинь, да еще и в Гусу не хватало попасться. Если и увидят, то пускай думают, что это какой-то местный или заклинатель не имеющий ордена, решил по изучать местность или что-то в этом роде. В лесу я повязала платок на лицо, воспользовалась силой и запрыгнула на дерево, передвигаясь прыжками, чтобы не оставлять следов. Лучше не привлекать лишнего внимания. Приметив подходящее дерево, ветви которого с одной стороны создают кокон, благодаря большим листьям. Подумав, что это идеальное место, я направилась туда. И действительно, оказавшись на этой ветке для меня раскрывался достаточно хороший обзор: я могла видеть пространство прямо перед собой, подмечать что происходит внизу, при этом оставаясь скрытой от посторонних глаз, если они вдруг возникнут здесь. Достала лук и натянув стрелу стала наблюдать за дичью. Я сидела тихо и неподвижно, выжидать я умею. Научилась этому на охоте у себя в деревне — одно лишнее движение, и ты останешься без ужина. Поэтому, несмотря на онемение ног, я оставалась на месте. Справа, я заметила что в зарослях внизу есть гнездо, присмотревшись признала в нем хорошенького фазана. Выждала еще несколько секунд, чтобы попробовать предугадать, что дальше собирается делать птица. Когда она закончила чистить свои перья, я отпустила лук и стрела метнулась вперед, поражая свою цель. Одна готова. Я спустилась, забрав добычу и вернулась на свое место наблюдения в кокон. Так я сразила еще трех фазанов, которые кучей лежали сзади меня. Хороший получился сегодня улов, может смогу сходить на рынок и попытаться их продать, а если и получу за это немного монет, это будет для меня словно находка в золотой шкатулке. Я уже предвкушала, сколько смогу заработать на своих охотничьих навыках, которые значительно улучшились с тех пор, как я покинула деревню. Это немного подняло мне настроение. Пятый фазан. Пусть их будет пять — хорошее число для продажи. Собрав добычу, я решила сменить локацию. Быстро, почти бесшумно, перепрыгивая с ветки на ветку, добралась до того самого могучего дуба, что я приметила в прошлый раз. Здесь я чувствовала себя защищенной. Укрытие, словно созданное природой, скрывало меня от чужих глаз, позволяя наблюдать и контролировать каждый свой шаг. И снова примостившись, возле его внушительных корней, облокотившись спиной на ствол дерева с оборотом немного в левую сторону, стала наблюдать. Я уже начала думать, что может быть мне и четырех птиц будет с лихвой достаточно, так как начало уже немного темнеть, что ухудшало видимость. Но тут, в мгновение ока, не успела пронестись у меня в голове мысль, из кустов, что находились от меня в семи с половиной чжаней взлетел крупный фазан — бесспорно самец. Я уже была наготове, чтобы точно не упустить мою золотую добычу, выпустив тетиву, я с замиранием сердца, не сдержав улыбки увидела, что я попала — тушка фазана упала под моей стрелой. Я с ликованием осторожно вышла из своего укрытия, уже прихватив и остальных своих птиц на стрелах, поспешила к месту, чтобы забрать последнего на сегодня. Но по мере моего приближения, смотря на лежащего фазана со стрелой в горле, я начала ощущать непонятное напряжение внутри. Поняв, что дыхание у меня немного сбивается, я прильнула к земле большим прыжком и остановилась, чтобы отдышаться и привести свое тело и эмоции в равновесие. Может быть я просто устала, с чего это вдруг я столь резко потеряла контроль. Решив, что я просто переутомилась и мои инстинкты разбушевались, я уже поднялась, чтобы двигаться дальше, но тут я поняла в чем было дело. Почему я резко почувствовала наплыв тревоги. Из фазана торчала вторая стрела, которая пробила птице глаз — насколько точный был выстрел. Из-за того, что уже начало смеркаться, с такого большого расстояния, откуда я стреляла, я не смогла заметить эту стрелу, которую теперь отчетливо вижу перед собой. Я застыла на месте. Услышав шорох листвы слева, я повернула голову и увидела второго охотника. Это был старший ученик Юньмэна — Вэй Усянь, который, по нелепой случайности, выстрелил в того же фазана, что и я. Чёрт. Придётся возвращаться без пятой птицы. Главное — незамеченной, хорошо еще, что я в маске. Я тихо пятилась, стараясь зайти за ствол дерева и скрыться из вида. Но, как по закону подлости, сухая ветка под ногой хрустнула. Вэй Усянь с неимоверной скоростью схватил фазана и перепрыгнул ко мне. В его сумке я заметила несколько добытых птиц. Как это мы раньше друг друга не заметили, с ухмылкой подумала я про себя, но мое лицо осталось довольно-таки серьезным, а поза сделалась напряженной, ожидающей атаки. Но тут он заговорил: — Вижу, ты тоже любитель охоты. Скольких подстрелил? — с ухмылкой спросил он. Я молча смотрю на него. Он серьёзно? Это его сейчас волнует? — А, у тебя четверо, вижу. Неплохо. Фазаны — птицы проворные, чуткие. Нужно быть мастером, чтобы попасть в них. Хочешь забрать фазана? — улыбаясь, добавил он. Я протянула руку: раз предлагают, почему бы не взять то, что и так наполовину моё? Его улыбка становится ещё наглее. — Если скажешь своё имя, — усмехнулся он, — молодой господин…? Фыркаю и разворачиваюсь, собираясь уйти. Надо успеть на рынок и продать фазанов — в Гусу их не пронесёшь, одно из трёх тысяч правил запрещает убивать живых существ. Но тут я чувствую его руку на плече. Я уворачиваюсь, но лента с волос соскальзывает, и мои густые пряди падают на спину. Черт. Я использую силу золотого ядра и прыгаю на дерево, быстро скрываясь. — Так ты, значит, заклинатель? — смеясь, крикнул он мне вслед. — Твоя лента теперь у меня. Захочешь вернуть — приходи. Буду с нетерпением ждать знакомства. Ха-ха-ха-ха. — он крутил ленту на пальце, улыбаясь. Я снова совершила грубую ошибку. Вспылила и поспешила скрыться, не подумав, что это меня выдаст. И эта чёртова лента… Лань Сичэнь был прав: нужно лучше контролировать свой дух и усмирять Ян. Я снова сама себе вставила палки в колёса. Теперь придётся придумать, как незаметно вернуться в Гусу с распущенными волосами. Быстро двигаясь к выходу из леса, я спешу на рынок — нужно успеть продать фазанов, пока торговцы ещё здесь.