Басист

      — Ты получил диплом? — послышалось из гостиной.       -Да, чёрт возьми, — раздраженно ответил Уильям.       — Как тебе его вообще выдали, ты, блять, тупой как валенок.       — Заткнись и отвали. — злобно процедил парень.       — Не забудь, что мы завтра пойдём в церковь. И оденься прилично. — Стелла сидела в кресле и смотрела какую-то передачу. Услышав упоминание церкви, Уильям поморщился. Бабушка каждую неделю ходила туда и каждый раз пыталась затащить внука с собой. На вопрос зачем ходить туда каждый раз, Миссис Мердофейс отвечала, что должна отмаливать грехи, в том числе грехи Уильяма. Однажды она упомянула его родителей, но отдернув себя больше никогда не поднимала эту тему.       Зайдя в комнату, он недовольно взглянул в зеркало и бросил диплом на компьютерный стол. Рухнув на кровать, даже не снимая ботинок, он попытался подумать о том, что делать дальше. Вообще надо как-то оформить пособие по безработице и где-то раздобыть денег на первое время. Свалить от бабушки с дедушкой он планировал уже давно и сделал бы это раньше, но вот менты возвращали его обратно. Бабке было без разницы живёт он с ними или нет, но каждое его действие она в обязательном порядке осуждала. Живешь с ними — нахлебник и тунеядец. Сбежал от них — неблагодарная тварь, выставляющая их в плохом свете. Конечно, бабке было плевать на чужое мнение, но осудить кого-то — это святое. Но даже не это было причиной желания уйти как можно скорее, просто он больше не мог физически выносить само существование и присутствие своей бабки. Также ему следовало поскорее покинуть штат, ведь на него по-любому кто-нибудь да напишет заявление в полицию. Либо директор, либо те ублюдки, если они выбрались из автобуса.       Мотивированный ненавистью ко всему, Мердофейс резво соскочив, стал выворачивать рюкзак, вытряхивая содержимое. Набросав туда кое-какие вещи, он отправился в спальню с парализованным дедом.       — Я знаю, что она держит деньги где-то здесь, — парень с легким отвращением стал шариться в комоде в поисках запрятанных денег. Ничего не найдя, он заглянул под кровать и достал оттуда старый чемодан. Посчитав, что именно там хранятся деньги он попытался открыть его, но тот был закрыт на кодовый замок и тогда Мердофейс достал свой нож. Именно благодаря ему, жизнь парня была немного легче. Получить диплом? Открыть чемодан? Без проблем. Мердофейс мог назвать нож своим лучшим другом, во всяком случае он делал для него больше, чем все люди в его жизни.       Всё это время пока парень ковырялся с чемоданом, с него не сводил взгляд лежачий на кровати дедушка.       — Вот блядь. Тут нихера нет, кроме каких-то фоток и счетов, — на фотографиях были незнакомые ему люди. Его взгляд зацепила фотография в рамке. На ней был какой-то парень очень похожий на дедушку, он мог бы подумать, что это его дед в молодости, но вторым человеком на фотографии была не бабка, а какая-то, ни капли не похожая на неё, женщина. Эти два человека тесно обнимались и улыбались. Кажется, это была свадебная фотография, на паре была какая-то парадная одежда, девушка держала букет цветов и вообще фотография была хорошего качества. На секунду Уильям задержал взгляд на женщине, но психанув на собственную задержку, бросил фотографии обратно в чемодан.       — Где, нахуй? — окинув злобным взглядом комнату, он пересекся взглядом со стариком. — Конечно же, блять.       Он подошёл к кровати и откинув подушку и самого деда, полез рукой под матрас у изголовья. Недолго шаря, он нащупал толстый конверт. Вернув деда в прежнее положение, он вытащил деньги, раскрыв их веером.       — Вы должны мне намного больше, — он кинул на колени старику наполовину опустошенный конверт.       После был автобус, Уильям даже не посмотрел куда он едет, просто забрался в него и поехал. Не за лучшей жизнью, а просто подальше от прежней. Мердофейса тошнило от всего, от высерков, что окружали его в школе, от родных, от поганого городка с лицемерными соседями в лице семейной пары с ребёнком. Они вечно отплевывались от его семьи, как от грязи, строя из себя высшую аристократию, хотя отец семейства изменял жене, а сама жена уже давно торчала на герыче, а их пацан так вообще смотрел зоопорно. Все это было настолько противным, что он бы сдох, если бы остался хотя бы на еще чуть-чуть.       Уильяму опротивела сама жизнь, ненависть была везде, его ненавидели и он ненавидел. Везде одно сплошное дерьмо. Он бы так и продолжил так думать, если бы в баре не услышал выступление какой-то группы металлистов.       Сперва его ничего не интересовало кроме выпивки и красоток вокруг, но заиграла музыка. Такой резкий и впечатляющий ритм сразу привлёк внимание Уильяма, но когда он услышал оглушающий гроулинг, то его внимание было полностью захвачено выступающей группой. В их песнях тоже была ненависть, но она ощущалась по-другому. «Да, именно так! Именно так надо ненавидеть». Вот что думал Мердофейс. Это была чистая ненависть, как бы абсурдно это не звучало, он была почти священной. Не мерзкой и противной, а окрыляющей и правильной. Смотря на вокалиста можно было сказать только одно слово «Брутально».       Возможно, он был первым фанатом этой безымянной группы, он никогда не пропускал их выступления и всегда тусовался рядом. Они приезжают на назначенное место, а он уже там. Они собирают инструменты, он всё ещё там. Так он постепенно стал общаться с группой и какое было его удивление, когда он впервые услышал голос фронтмена вне выступления. Крутой бас, чёткое произношение и лаконичность впечатлили Уильяма. Образ выступающего Нейтана и обычный Нейтан не отличались и это было мощно.       Неизвестно как, но Мердефейс стал появляться в их общей квартире чаще. И сейчас, после выступления прошло два дня, а он вваливается как к себе домой.       — Бля, мужики, ну вы отожгли. Оч даже неплохо, неидеально, но сойдет. Хотя нет, если по-чесноку, то вышло хуёвенько. Вы уже жрали? Пиздец как жрать охота. О! Ништяк, спагетти. — Уильям без зазрения совести подходит к столу и голыми руками берёт из тарелки Пиклза, запихивая еду в рот.       — Аа, Мердофейс, какаго хрена, блять? Это моя еда! — возмущается ударник.       — Те чё жалко что-ли, жмотяра? Ну раз в тебе нет ни капли сострадания, то забирай. — он открыл рот и стал выплёвывать еду обратно в тарелку.       — Фу, нахуй. Оставь себе, — скривился рыжий и отодвинул тарелку.       — Вот и спасибо. — довольно просвистел Уильям. — Так об выступление. Вы чот совсем потерялись и вообще не звучите. Знаете, чё я думаю? Это, кстати, тебя касается Пиклз.       — Нам всё равный, что ты думает. — Светловолосый парень сидел на диване и перебирал струны на своей гитаре.       — О, дай-ка на минутку, щас покажу чего вам не хватает, — Мердофейс, облизав пальцы, потянул руки к гитаре, от чего швед с ужасом соскочил и поднял гитару над собой.       — Неет, убрать свои грязный рука от мой гитар, грязный чудовищь!       — Да, я ж быстро, — парень не сдавался.       — Эй, прекратите, вы мешаете Нейтану писать! Не бесите его! — Пиклз попытался влезть в эту небольшую потасовку.       Отвлечённые разборками они и не заметили, как в комнату вошёл парень с волнистыми волосами.       — Какого хуя ты здесь делаешь? — в голосе не было ни капли мягкости. Появление надоедливого парня мгновенно ввело Магнуса в ярость.       Магнус был самым старшим из них и, наверное, самым агрессивным. Его опасались все, кроме Нейтана. Обычно в присутствие гитариста никто особо не разговаривал, а фронтмен и так не очень много говорил. Наверное, поэтому отношения в группе сложились больше деловыми, чем дружескими. Что ж, Мердофейс и сейчас струхнул и стал отходить к стене, вставая за музыкантами.       — Да я тут принёс пару идеек для ваших песен. Тип вам ж реально надо бы начало поправить, а то ритма никакого.       Магнус стал наступать, Уильям же врезался спиной в стену и увидел висящую старую расстроенную гитару. Схватив её, он стал дергать струны, в попытке сыграть, что-нибудь похожее на мелодию.       — Сука, я тебя убью нахуй. — Пиклз понял, что Магнус реально убьёт пацана, если его не остановить или хотя бы не попытался задержать, на что его больно оттолкнули.       Соло-гитарист тоже попытался хоть чем-то помочь бедолаге, встав перед ним. Магнуса это не остановило, одной рукой он схватил Мердофейса за жилетку и резко выдернул его из-за спины шведа, второй же рукой он замахнулся для удара.       — Тебе пиздец. — Мердефейс зажмурил глаза, чтобы не смотреть на перекошенное от гнева лицо Хаммерсмита и замер в ожидание боли.       — Нет. — прогремело в комнате. Это Нейтан отвлёкся от усердного написания песни. В комнате повисла тишина. — Он прав. Наши песни хуёвые, надо переписать.       — Что? С какого хрена? — Гнев Магнуса перешёл на вокалиста. Он отпустил Уильяма и быстро подошёл к креслу, нависая над Нейтаном. — Это потому, что тебе этот уебан так сказал? Это так, Нейтан? — ядовито бросил гитарист, указывая пальцем на Мердофейса.       Все сразу поняли, что это был явный вызов. Как же атмосфера сгустилась. Запахло тестостероном. Было тревожно, ведь такое бывает перед дракой. Пиклз не знал, что делать, ведь если они реально раздерутся, то кто-нибудь точно умрёт и если он попробует этому помешать, то этим «кем-нибудь» будет он.       Мердофейс по-прежнему стоял с гитарой в руках и во все глаза смотрел на это. Чёрт, его поганый язык довёл до убийства, он снова стравил людей. Наверное, лучше бы его поколотили, ну не лучше, но и сейчас как-то не очень. С чего вообще этот угрюмый парень решил вступиться за него? Да ещё и против своего приятеля.       Все мысли сразу исчезли как лопнувший шар, когда Нейтан угрожающе медленно встал с кресла. Парни стояли вплотную, можно было почти увидеть молнии между ними.       — Нет, потому что это правда… нужен бас. — не сводя взгляда, медленно ответил вокалист. В его голосе было слышно раздражение, ужасно похожее на гнев. Не то чтобы он злился на самого Магнуса, просто он уже второй месяц не мог написать песню, которая бы удовлетворила его.       — В пизду, — Магнус не выдержал противостояния и отвел глаза. Потом, гневно взглянув в сторону парней, вылетел из комнаты.       Нейтан сел обратно в кресло и продолжил что-то писать. Этот страшный пацан открыл ему глаза. Именно баса не хватало, без него песни были какими-то голыми…пустыми что-ли. Для идеала нужно было именно пять инструментов. Еще этот раздражающий голос и вообще поведение Мердофейса создавало стресс, в ответ на который и приходило вдохновение на тексты дэт-металла.        В комнате ещё немного повисела тишина в сочетании с шуршанием пишущей ручки.       — Ты серьезно? — прошепелявил Мердофейс. — Тип реально не хватает этого? — парень снова подёргал за струны. Нейтан не отреагировал. — Тогда давайте я с вами буду выступать? Вам явно понадобятся мои консультации. И у меня фамилия подходящая, прям метальная. Вот идеально впишется на постеры. Она ж звучит, а?       — Что? Дэто не есть можно. Ты не играть, а дергать струны, как косичка у маленьких девачка. — разобрав все шипящие слова, возразил блондин.       — Точно нет и вообще отдай гитару, — присоединился к протесту ударник.       — Нам и так предостаточно гитаристов. Вообще меня один хорошо, зачем нам кто-тый ещё.       — Нужна басуха… — Нейтан продолжал усердно расписывать ноты и гитарные аппликатуры.       — О, да это ж как два пальца обоссать. — радостно воскликнул Мердофейс и, вручив гитару Пиклзу, выбежал за дверь. — Я бегом, одна нога здесь, другая там.       — Зачем ты так сделай? Тебе не хватать я? — поинтересовался блондин.       — Мне… кажется это… правильным. Такой должна быть…группа, — говоря всё это, Нейтан достал диктофон. — Идея для темы песни: Адское напряжение. — вокалист переключил своё внимание на запись идей к песне.       — Что ты писать? — забрав блокнот, парень недолго помолчал, а потом добавил. — Хмм, возможно, дэто не такой уж ужасный идей. Может сыграть что-то типа такой. — швед наиграл мелодию для баса.       — Чего там? Какое озарение напало на вас с Нейтаном? — достав из холодильника три бутылки пива, ударник тоже подошёл к парням. Надо было выпить после такого стресса. Обменяв пиво на блокнот, Пиклз стал рассматривать ноты к новой песне. Там же к барабанной партии был добавлен бас. — Знаешь, Нейтан, а в этом реально что-то есть. Тип, если замутить норм ритм-секцию, то точно что-то выгорит. Надо попробовать сыграть. Щас настрою барабаны и посмотрим.       Мердофейс не умел играть, даже более того, до сегодняшнего дня он даже не держал гитару в руках. Но упустить свой шанс он не мог, пусть даже если придётся врать или терпеть того мудака с бородкой или даже подраться с ним. Главное надо раздобыть гитару. И он уже знал где. Когда у тебя дофига времени, то у тебя есть возможность бесцельно бродить по улице. От этого есть явная польза, ты знаешь какие магазины есть в округе. Вот он и отправился в недавно найденный музыкальный магазин. Разбить ветрину и свистнуть оттуда гитару было плёвым делом. Правда убегать через дворы было сложновато. Но ведь главное результат.       Он влетел в квартиру в грязной одежде и разодранными коленками.       — Готово! Вот и гитарка! — Мердофейс широко улыбался, совсем не стыдясь своей щербинки.       — Хохо! Реально раздобыл, да ещё и неплохую.       — Парни, я ж теперь-то получается в группе?       — Эээээ… тип того. — ответил ему фронтмен.       Группа была согласна, что басуха нужна, правда отвлёкшись на саму идею баса, они немного забыли кто будет басистом, а Мердофейс уже притащил инструмент. Так, совершенно немузыкальный Уильям Мердофейс вступил в группу.