Призрак, созданный машиной

      — Почему. Я.       Орак фыркнул или, вернее, издал высокий электрический звук. Он невероятно раздражал и вполне мог сойти за фырканье.       — Потому что Эйвон в кои-то веки был прав: люди пойдут за тобой.       — Пока не увидят меня насквозь.       — Для этого нет никаких причин. Да, ты пока что не идеален, но пройдет еще несколько часов, и твоя форма станет, — Орак задумчиво хмыкнул, — приемлемой.       — Вот спасибо, — сказал человек, который сидел рядом с Ораком. В его голосе была слышна усталость, сдобренная явной иронией. — Орак, я мертв.       — Ты не похож на мертвеца, а это намного важнее. Как бы там ни было, — нервно продолжил Орак, — умер Родж Блейк, а вовсе не ты. Ты никогда и не был живым. Собственно говоря…       — Я не Блейк, я знаю, — сказал мужчина, проведя иссохшими полупрозрачными руками по темным кудрям, которые еще не сформировались до конца. — И в то же время я — это он.       — Верно. — Несмотря на то что Орак был всего лишь пластиковой коробкой, застрявшей в промозглом коридоре под землей, в его голосе слышалось невероятное самодовольство. — И это случилось лишь благодаря моей гениальной предусмотрительности, когда я обнаружил, что телепорт на «Освободителе» тщательно отсканировал и загрузил себе в память сущность тех людей, которые им пользовались, — как в физическом плане, так и в психологическом. Зен хранил эту информацию в доступной форме. Не могу сказать, что люди представляют какой-то особый интерес за исключением своих способностей, — продолжал брюзжать Орак, и в голосе у него слышались металлические нотки, — однако ты являешься Блейком. Следовательно, за тобой пойдут люди, и ты сможешь принести пользу.       — А когда я перестану приносить пользу?       В низком приглушенном голосе послышалось беспокойство.       — Сомневаюсь, что это произойдет в обозримом будущем. — Компьютер самодовольно мигнул. — В настоящее время, однако, гораздо важнее найти твоих сторонников, которые перенесут меня в безопасное место, чтобы я начал разрабатывать наш план нападения.       — Против Федерации.       — Разумеется, я считаю это решение в данный момент наиболее рациональным.       — Нас всего двое: мозг в коробочке и призрак.       — У тебя есть план получше?       — У меня совсем нет плана. Я просто…       — Не используй термин «призрак»: вряд ли это тебе поможет, когда придется убеждать людей…       — …которые, увидев, что до меня нельзя дотронуться и я просвечиваю, могут подумать…       — Это… и правда может представлять сложность.       — …могут подумать, что я…       — Это неправда, и я прошу тебя перестать использовать эту излишне эмоциональную терминологию. В этом нет никакого смысла.       — Я пришелец с того света. — Мрачная холодная улыбка тронула губы мужчины. — Умертвие. Призрак. Видение. Дух. Уверен, Эйвон — он тоже умер, да? — придумал бы характеристику получше, но я не он.       — Да, он тоже умер.       — Я так и думал.       — Он убил тебя, если хочешь знать.       — Бедный Эйвон, — прошептал мужчина. — Наверное, ему было очень больно…       — Все верно, и раз уж данное утверждение высказал такой, как ты, Блейк… Могу сказать, что это как обнадеживает, так и угнетает. — Орак недовольно замерцал. — Я уверен, что ты обладаешь этой раздражающей, хотя и полезной способностью переманивать на свою сторону и вдохновлять всех и каждого, с кем столкнешься по пути.       — Столкнусь? — Прозрачная рука взмахнула и прошла сквозь пластиловый корпус Орака. — Тебе нужен настоящий Блейк, а не призрак…       — Возможно, но настоящего Блейка взять неоткуда, верно? Придется обойтись его — или, вернее, твоими — сторонниками. В дальнейшем я позабочусь о том, чтобы тем, кто будет следовать за тобой, не понадобилось приближаться к тебе. Учитывая, каковы люди на самом деле, сложностей возникнуть не должно.       — Хочешь сказать, что мне придется быть одному… вечно.       — Вечность — это очень долго. — Орак помолчал, а когда он заговорил снова, показалось, что в его голосе можно было услышать нотку сочувствия. — Да.       — Но почему… почему только я?       — Какую пользу принесут остальные?       — Я не Блейк, это правда, — медленно сказала мерцающая фигура, — и в то же время я — это он. А Блейк не может быть один.       — Не мог.       — Не может, Орак.       — Нет.       — Орак…       — Это не нужно!       — Мне — нужно. Даже призраку может стать одиноко, Орак.       Наступило молчание.       — Что ж, очень хорошо. — Электронный писк Орака можно было принять за вздох. — Но не надо мне потом жаловаться, что ты хочешь быть один.       Из сгущающихся теней образовалась тень потемнее и, искусственно мерцая, воплотилась в образе человека, который оказался чуть пониже Блейка. Стройный бледный человек с темными глазами искривил тонкие призрачно-белые губы, которые только начали формироваться на его лице, в резкой знакомой ухмылке.       Призрак, который должен был быть Блейком, встал. Выпрямившись и улыбнувшись краем губ, он посмотрел на того, кто был его убийцей и другом.       — Спасибо, Орак.       Орак снова фыркнул в своей манере, усердно трудясь над двумя искусственными призраками.       — Надеюсь, твоя благодарность продлится столько же, сколько и ты сам… даже если это означает вечность, Блейк.