Часть IV. Глава I

      Мей никогда не следовала строгому дресс-коду, а предпочитала выставлять достоинства своего тела напоказ — так можно было обмануть мужскую рассудительность и взбудоражить женскую зависть. А потом с особым удовольствием подобрать упавшие плоды с чужих деревьев несдержанных эмоций — поспешные решения и импульсивные поступки, которые в дальнейшем использовались Мей самым выгодным способом.       Светя глубоким декольте, покачивая бёдрами в облегающем чёрном платье — офисном, но все же эксцентричном, — она громко стучала бордовыми шпильками по плитке, ведущей в сторону кабинета Мадары. Женщина знала, о чём хочет поговорить с мужчиной — о его будущей свадьбе с пока неизвестной ей блондинкой — эту новость она вычитала в новостях по прилёте в Токио и уже успела навести кое-какие справки. Но на самом деле её интересовал только один вопрос: это было очередное глупое увлечение Мадары или же новой избраннице удалось монополизировать сердце строптивого Учихи?       Не заострив внимания на перепуганной секретарше, она дошла до двустворчатых дверей и беспардонно вошла в кабинет. Трое мужчин во главе с Мадарой тут же обратили на неё взгляды. — Ох, как я вовремя! — пропепала женщина, дёрнув плечиками. — Рада видеть столько доброжелательных лиц! Но, к сожалению, для разговора мне нужен лишь один мужчина, — легко улыбнулась она алыми губами и многозначительно посмотрела в сторону открытой двери.       Ассистент Мадары, парень худосочный и скромный, тут же поклонился руководителю и направился к выходу. Второй собеседник, стоявший с документами в руках напротив стола, озадаченно посмотрел на женщину, явно ожидая какой-то команды. — Оставь всё, зайдёшь позже, — проговорил Учиха, а его подчинённый тотчас положил листы на стол, согнул спину, а после поспешил прочь из помещения.       Довольная результатом, Мэй открыла небольшую кожаную сумку, достала оттуда сигареты и зажигалку. — А почему я узнаю о твоей помолвке одной из последних? — вскинула она бровь и прикурила папиросу. — Лишил меня удовольствия первой над тобой поглумиться, — подошла она к панаромному окну и уставилась на утренний вид за стеклом.       Мужчина обратил свой взгляд на дисплей ноутбука и с уставшим тоном проговорил: — Можешь поглумиться сейчас… И у меня в кабинете не курят. — Я учту твои пожелания в своё следующее посещение, — хмыкнула Мэй и затянулась. — Судя по назначенной дате свадьбы, кое-кто пренебрёг контрацепцией… — выдохнула она струю дыма, обернулась на мужчину и лукаво улыбнулась: — Или я не права, и ты, к моему великому удивлению, влюбился?       Мадара, не отрываясь от ноутбука, что-то вдумчиво читая, пробормотал: — Нет, Каори пока не беременна. — Пока?.. — усмехнулась женщина. — Я не ослышалась? — Нет.       Вновь повернувшись к окну и неспешно затянувшись, Мей проговорила: — Ах да, запомятовала тот разговор. Ты ж так хотел обзавестись женой, детьми и прочими соседями… — заметила она прогоревший табак на конце сигареты, развернулась и подошла к столу Мадары. — Но я не думала, что так скоро найдёшь себе инкубатор для выведения потомства.       Разыскав на столешнице недопитую чашку с кофе, она придвинула её к себе и струсила туда пепел. Учиха, не отвлекаясь от своих дел, вдруг нахмурился: — Это твоё право дискредитировать мои решения. Однако ты должна понимать, что это вряд ли их изменит. — Ох, да что я слышу! — хохотнула Мей и элегантно присела на край кресла. — Агрессию в качестве защиты! — она с азартом улыбнулась, в последний раз затянулась сигаретой и потушила её в чашке. Затем хитро прищурилась: — Значит, влюбленный дурачок, да? Она попыталась заглянуть в его глаза, но установить зрительный контакт с Мадарой не удалось — тот поджал губы и демонстративно проигнорировал вопрос. А это значило… — Да неужели… — упал её тон вниз, а игривое настроение тут же улетучилось. — Мадара Учиха потерял голову от блондинистой нимфы… — вскинула она брови, а мужское лицо приобрело более напряжённое выражение. — А давай-ка я тебе верну критическое мышление, которое, похоже, собрало чемодан и улетело в отпуск, — облокотилась она об стол. — Расскажи-ка мне, что ты будешь делать с конфликтом, когда решишь больше не спонсировать родственников своей будущей жены? — сделала она паузу и сцепила руки в замок, мозоля Мадару пронзительным взглядом. — Ты уверен, что она с тобой после такого инцидента не разведётся? Как насчёт совместно нажитого? Что, если ей в затылок дышит ушлый адвокат, который вовремя подсказывает действия для максимально выгодного раздела имущества? А ещё её могли подослать твои конкуренты… И будет очень обидно узнать, что ты попался в настолько глупую ловушку.       Мадара вдруг оторвался от ноутбука и равнодушно проговорил: — Бо́льшая часть твоих опасений нивелируется брачным контрактом. И её не подослали, я уже это проверил, — и снова привлёк внимание к дисплею.       Мей, прищурившись, опустив ладони, вжала свою грудь в столешницу: — Так я права? — по-лисьи усмехнулась она, глядя исподлобья. — Ты влюблён по уши? — Да, этот брак по любви, — быстро проговорил Учиха, избегая женского взгляда.       Мей громко фыркнула, встала из-за стола и снова достала сигареты. Многие пазлы сложились в её голове, а детали недавних сделок компании и разошедшиеся слухи привели к неутешительным выводам… — Теперь хотя бы понятны причины твоей мягкотелости, — сделав пару шагов к окну, подкурила она папиросу. — Говорят, Мадара Учиха потерял хватку… Добреньким стал, на компромиссы начал идти, — выдохнула она дым, смотря в небоскрёб напротив. Ей тут же вспомнился провальный ход Учихи на важных и затяжных переговорах, и женщина отчего-то разозлилась: — А ведь ты мог их раздавить, мог же! — громко произнесла она эту фразу и умолкла. Вдохнув и выдохнув дым, негромко резюмировала: — Влюблённый мужчина — слабый мужчина, который кроме жалости никаких чувств в ответ не пробуждает, — она развернулась и зло посмотрела на равнодушного на вид Учиху: — Надеюсь, тормозная жидкость под названием «любовь всей жизни» скоро из тебя выльется, ведь ты совсем перестал соображать что творишь. Одни убытки от этого романа… — она снова втянула в лёгкие дым и подошла к столу. — Может, отпуск возьмёшь на время новобрачного мракобесия? А когда разум от ереси очистится, вернёшься? — с укором посмотрела она в макушку мужчины.       Но Мадара никак не отреагировал — с задумчивым видом продолжил листать документ на ноутбуке. Воцарилась пауза, после которой Учиха цокнул языком и тихо произнёс: — Благодарю за ценные советы, но я уже сделал свой выбор. — Ещё и немногословным стал… — вздохнула женщина и струсила пепел в чашку. — Тяжело общаться с бывшей любовницей, не так ли? — пригубила она фильтр, изучая сосредоточенного на ноутбуке Учиху. — Ты не вовремя зашла — я изучаю смету автоматизации конвейерного производства, — оправдался Мадара, вглядываясь в электронную таблицу.       Мей ядовито хмыкнула: — Для старого друга уже и лишний минуты не найдётся… — наконец оторвала она цепкий взгляд от Мадары и, куря сигарету, прошлась по кабинету, рассматривая интерьер. — Каков бюджет на свадьбу? — Полтора миллиона. — Так мало?.. Мне всегда казалось, ты можешь позволить себе больше. Или же у твоей невесты заниженные ожидания…       Учиха, не отрываясь от дела, спокойно пояснил: — Каори пока не осознаёт масштаба моих финансовых возможностей. Может, это и к лучшему. Статья расходов на семью окажется куда меньше, чем я предполагал.       А Мей резонно заметила: — Девочки-конфетки из небогатых семей со временем обзаводятся зверским аппетитом, — закончила она круг по кабинету, подошла к столу и добавила к старому окурку новый. — Это только твоё мнение, — осадил её Мадара и взял вибрирующий телефон: — Да… — ответил он на звонок. — Я приеду через час, пока ничего не предпринимайте, — завершил мужчина вызов и строго посмотрел на Мей: — Тебе пора приступать к работе. Сводные таблицы сами себя не создадут. Жду от тебя отчёт по статьям убытков за последний квартал. И жду его сегодня, по двум американским филиалам. Предложения по оптимизации, так и быть, можешь прислать завтра. Надеюсь, результат твоих трудов вызовет у меня чувство удовлетворения, и мне не придется отдавать твои задачи на аутсорс… В который раз.       Привкус предательства въелся оскоминой в её челюсть. Мей нахмурилась и хватила ртом воздух: как он может разговаривать с ней в таком тоне? После всего того, что они вместе пережили… Решив перейти в эскалацию конфликта, она подобрала свою гордыню с пола, задрала подбородок и выбрала более жёсткий стиль общения: — Не беспокойся, я достаточно компетентна и ответственна, чтобы сдать работу в срок, — чётко проговорила она. — Я всё правильно сказала?.. Или в головном офисе изменились шаблоны для ответов? Пока я в Бостоне спасала твой бизнес.       Мадара криво усмехнулся и, разбирая документы на столе, ответил в том же духе: — Ты считаешь свою высокооплачиваемую работу одолжением? В таком случае можешь отказаться от командировок и перевестись на должность ниже рангом. В отделе кадров тебе с этим помогут, — отсортировал он листы и молча посмотрел в свой телефон. — Ещё вопросы? Или ждёшь вдохновляющей речи от руководителя?       Она не нашлась что ответить — командный тон мигом заставил её уверенность в себе смяться в жалкий комок. — Мадара-сама, — ворвался ассистент в кабинет, — я дозвонился в тот ресторан, чтоб забронировать для вас стол на вечер, но у них ближайшая свободная бронь аж на следующий месяц, — подоспел он к столу, а Учиха, положив телефон на стол, кивнул: — Спроси о цене аренды всего зала и добавь тридцать процентов от заявленной суммы. Они вряд откажутся от такого предложения.       Женщина почувствовала себя лишней в тот момент. А точнее — уже ненужной. Не дожидаясь окончания разговора Учихи с помощником, она направилась прочь из кабинета, а выйдя из него, сголтнула ком в горле: было больно от того, что старый друг решил отказаться от неё ради общества девушки, с которой от силы был знаком полтора месяца. И втайне понадеялась, что этот брак продлится недолго…       Но шли года, её жизнь случилась с ней и завела в самые тёмные углы коррупции, лжи и бюрократии. Не раз судьба бросала её в омут мужских амбиций, столько же из них вытягивала. Сводила с разными людьми: жестокими и добрыми, лицемерными и искренними, но всё это время женщина держалась основного принципа: надеяться только на себя. И в тесном мирке по названием «У меня есть я, и мы справимся» она дотянула до момента, когда в очередной раз решила обвести вокруг пальца одного глупого, но очень влиятельного мужчину. И вряд ли ожидала в тот день встретить давно забытого сокурсника.       Было около девяти вечера, когда Мей, слушая уже пятое по списку голосовое сообщение от подруги, снимала бигуди с волос. Томно тлели жёлтым светом плафоны вокруг квадратного зеркала, поблёскивал на дамском столике бокал красного вина. «Знаешь, я так устала устала тратить свою угасающую молодость на мужчин, которые никогда не изменятся. Уж проще быть одной, чем постоянно надеяться на исполнение чужих обещаний» — звучал уставший голос из динамика смартфона, а Мей, тряхнув локонами, сбрызнув на них лак для волос, мысленно с приятельницей согласилась. Жалобы на ещё один плачевный роман продолжили разливаться по комнате, а женщина, подтянув бретельку кружевного лифчика, отодвинув коробку с бигудями на край стола, взялась за чёрную подводку. Едва она мастерки вывела стрелку на правом веке, услышала, как в дверь коротко, но настойчиво позвонили. Зная, что гостей примет экономка, Мей неспешно подвела второй глаз. А вскоре её оповестили о приходе господина Учихи. — Какая неожиданность! — расплылась женщина в довольной улыбке и, поставив на паузу сетования подруги, поднялась с пуфа.       Затем, загадочно ухмыляясь, даже не надев халат поверх нижнего белья и чулок, пошла к входной двери встретить старого друга. Увидев на пороге Мадару в сером пальто, она скрестила руки на груди и прошагала к нему со словами: — Вот это гости! Я даже догадываюсь, что ты от меня хочешь получить! — смотрела она, как мужчина раззувается и передёт верхнюю одежду экономке. — Но есть один нюанс — у тебя больше нет того, что меня бы заинтересовало. Так что… Можешь поведать про свои беды, но я вряд ли откликнусь, — хмыкнула женщина, повернулась спиной к Мадаре и направилась в свою комнату. — И, кстати, я опаздываю на важную встречу, так что проговаривай слова в два раза быстрей.       Вернувшись в свою дамскую обитель, Мей снова уселась на пуф перед зеркалом и схватилась за тушь для ресниц. — Судя по удушающему составу твоих кремов, ты готовишься к вечеру, где одежда не потребуется, — с этими словами вошёл Учиха в комнату, неспешно обогнул двуспальную кровать и встал позади женщины. — Да, есть один интересный господин. Он в оппозиции, нужно его перетянуть на другую сторону, — красила ресницы Мей. — Женат, но, говорят, его верность семье и йены не стоит… Я слухам не доверяю, интересно дать оценку самостоятельно. И давно ты прибыл на родные земли? — взглянула она на мужчину в синем костюме сквозь отражение в зеркало и заметила у него в руках папку с замком на молнии. — Час назад. — И сразу ко мне? Какая честь! Или... Особенное предложение?.. — Проект один есть… — Я не люблю проекты с нуля, и тебе об этом известно, — отрезала она, догадавшись, что Мадара принес ей свежий бизнес-план. — Шестьдесят процентов бюджета уже собрано, — пошёл с козырей Мадара и уставился в окно. — Хочешь через меня найти ещё инвесторов? Сколько тебе не хватает? — Двадцать восемь миллиардов.       Мей с удивлением обернулась и вскинула брови: — Космическую станцию планируешь построить? Или новый район в Токио? — Это из раздела финансов, — с загадочным видом посмотрел на неё Учиха, а она скривилась: — Очень скудное описание проекта, плохо готовился. Как выучишь цифры оценки рынка — приходи на пересдачу. — Здесь всё есть, — положил он папку на дамский столик рядом с косметикой, а Мей, заинтригованная бюджетом, отложила тушь и вскрыла замок.       Внутри её ждали прошитые копии бизнес-плана, и женщина, по-деловому перелистнув страницы с описанием проекта и маркетинговой стратегией, перешла к таблицам со сметами на запуск предприятия. — А ты мечтатель… — хмыкнув, поверхностно изучила она предварительные расходы. — Интересно посмотреть на источники установного капитала. Они законны? — Я уже получил универсальную лицензию от Банка Японии, — заверил Учиха. — То есть, всё чисто. — Ты же не хотел даже смотреть в сторону банковского дела… — вернулась она в начало талмуда и подтвердила догадки: Мадара был намерен запустить свой собственный коммерческий банк. — Времена меняются. Так что?..       Вспомнив работу с банками и неудавшийся брак с банкиром, Мей закрыла папку, отодвинула её и отыскала красный карандаш для губ. — За пять лет можно реализовать, — вынесла она вердикт. — Но это в условиях стабильной экономики. Сам понимаешь: сегодня инфляция, завтра ковид, а послезавтра скупают дефолтные свопы, — облокотившись о стол, привычными движениями обвела она контур губ. — В Гонконге я тоже получил лицензию. У тебя на руках только японские филиалы.       Мей ухмыльнулась, отложила карандаш и пригубила бокал вина. — Сколько всего стран ты хочешь охватить? — спросила женщина, попутно выискивая помаду. — Двадцать шесть. — И на открытие такой банковской системы у тебя есть уставной капитал? — со скепсисом взглянула она сквозь зеркало. — Я же говорил: шестьдесят процентов. — А остальные сорок должна где-то раздобыть я, верно? — широко улыбнулась Мей, отставила бокал и вскрыла тюбик с матовой помадой. — И какая благодарность меня ждёт за старания? — аккуратно нанесла она красный цвет на губы. — Достойные дивиденды. — Просить ты так и не научился, — встала женщина с пуфа и улыбнулась мужчине алыми губами: — А как же жалобно заглянуть мне в глаза и со слезами проговорить: «Мэй, ты мне так нужна, помоги чем сможешь»? Будет что-то подобное? — хитрым взглядом проскользнула она по каменному выражению лица Мадары.       На что мужчина сдержанно заметил: — Актерский талант из нас двоих есть только у тебя.       Мей кокетливо пожала плечами: — Жаль, я бы на это посмотрела. Неужели ты откажешь красивой женщине в удовольствии? — повернувшись, взяла она со столика флакон и, вскрыв его, сбрызнула парфюм на ключицы. — Как тебе мои новые духи? — подошла она к Учихе и сунула под его нос крышку. Тот еле заметно вскинул брови и отклонился. — Не нравятся? — ещё шире заулыбалась Мей, но вдруг наигранно сморщила нос: — Какая же у тебя мрачная аура всё-таки… — попшикала она вокруг мужчины парфюмом. — Но хоть пахнуть будет вкусно, — самодовольно улыбнулась, закрыла флакон и поставила его на место.       Не дождавшись никакой реакции от Мадары, проскользнула мимо его статной фигуры и подошла к скрытому в стене шкафу. — Так что? — донеслось ей в спину. — Твоя любимая болонка, надеюсь, не участвует? — выцепила она тремпель с велюровым красным платьем в пол. — А то ж вы целых полтора года не виделись, скоро, наверное, до одури её затискаешь от прилива вновь вспыхнувших чувств, — с ехидной ухмылкой сняла она тяжёлую ткань с «плечиков». — А потом, как обычно, подаришь ей новую империю, право своей подписи и ключи от сейфа. — Каори ничего не знает об этом проекте.       Не сдержав радостного выражения лица, Мей проговорила: — Наконец-то в твоей жизни началось великое просветление! С этого и надо было начинать разговор. Теперь хоть можно будет поставить проект на рельсы, не опасаясь всяких собак, бездумно роющих ямы под шпалами.       Нырнув под подол, она натянула рукава на себя, а когда вынырнула из зоны декольте, то услышала: — Это означает «да»?       Без стеснения поправив велюр, едва скрывающий плечи и бретельки бюстгальтера, посмотрев в настенном зеркале в своё отражение и убедившись в том, что начало разреза оказалось ровно у бедра, Мей вздохнула: — Мне нужно ознакомиться с рисками. Пришли своих юристов завтра ко мне, можешь и лично заглянуть, разговор будет долгим. А потом я подумаю над тем, кому это можно предложить, — кивнув своему роскошному отражению, она обернулась на мужчину: — Сейчас самое время рассыпаться в благодарностях… — вздёрнула Мей подбородок. — Ну же, я жду.       Мужчина выдал ехидную ухмылку и произнёс: — Благодарю. — Ну, не идеально, конечно, но это уже больше, чем ничего, — подошла Мей к дамскому столику с целью поправить тон лица и локоны. — Как же ты всё-таки любишь поговорить… — Мой язык способен не только на устную речь, поэтому я забралась настолько высоко, — пропела она, обмакнув спонж в пудру. — У большинства — это орган, а для меня — метод воздействия. И когда-то этот метод отлично на тебе работал… — повернулась она на мужчину. — Интересно, сработает ли сейчас? — её бровь выгнулась, а губы приоткрылись в манящей улыбке.       Тень скепсиса проскользнула на лице Мадары. Он хмыкнул и тихо произнёс: — Встретимся завтра, — и поспешил к выходу.