Гето заботится о своих заключённых, вместо стакана воды – полный до краев член

Сугуру ненавидит этих обезьянок. Грязные животные, именующие себя людьми. От ненависти до любви, впрочем, всего один шаг, а кроме того, запретный плод, как известно, сладок. В его храме есть подземное помещение, которое он использует в качестве темницы и камеры пыток для случайных людишек, попавшихся в его руки через секту. Он использует их, как игрушки, а ребёнок из Гэто плохой и невоспитанный, ведь игрушки свои он не ценит и иной раз ломает или выбрасывает. Обычно он приходит в пыточную в моменты депрессии, и после проведения времени там его настроение улучшается. Он всё-таки садист. Сейчас в заключении находилась только ты. Очень хотелось пить: был знойный день, и хотя в подземелье царила прохлада, все равно влаги страшным образом не хватало. Ковшик с водой, который принес кто-то из подопечных сумасшедшего, что тебя здесь заключил, опустел наутро, а был уже обед. Словно в ответ на твои мысли раздаётся звук открывающейся щеколды, и на пороге вырисовывается тот самый страшный маньяк-монах со зловещей улыбочкой на лице. Он закрывает за собой засов двери и ступает неслышно в твою сторону. Ты вся подбираешься от ужаса на своей койке. Тебе неизвестно, что он может с тобой сделать, но вряд ли что-то хорошее. – Бедная мартышечка, – наигранно-жалостливо произносит мужчина. – Я должен о тебе позаботиться. Ты такое глупое маленькое животное… Он хватает тебя за волосы и тянет на себя. Ты хнычешь от боли – корни волос больно натягиваются, от чего невыносимо терпеть. Подаёшься следом, чтобы хоть как-то облегчить боль, и Сугуру отпускает тебя, отчего ты валишься на колени перед ним. Так жалко и плачевно ты еще не выглядела. – Пожалуйста, господин, – негромко просишь ты. – Пожалуйста… не убивайте меня… – Ну что ты, девочка, зачем же мне тебя убивать, м? – по-детски удивляется он. – Ты такая хорошенькая, я должен о тебе позаботиться. Вот скажи, чего бы ты хотела? – с хитрыми нотками спрашивает он. Его тон для тебя кажется искренним, но в его случае – где проходит грань искренности? Он ведь маньяк… И все же ты решаешься сказать правду о первостепенной нужде. – Хочу пить… – Моя славная, – Гэто опускается напротив тебя на корточки и ласково проводит рукой по твоей нежной щечке. Вдруг по ней же прилетает звучный удар ладонью – и ты валишься на бетонный пол, в шоке от того, что он залепил тебе пощечину. – Ты ведь знаешь, что, чтобы что-то получить, надо сначала оказать услугу своему Господину, не так ли? Ты поднимаешься с пола и смотришь на него с ненавистью. Если бы взглядом можно было убить, то этот больной ублюдок точно уже упал бы замертво. Но нет, шаман кривит губы в очаровательной улыбке, которая не предвещает ничего хорошего. Мужчина садится на койку, что призвана быть твоей постелью, и складывает руки на коленях. Смотрит на тебя проницательно и чуть наклоняет голову набок. Пытливым взглядом пробегается сверху вниз. – Ну же, будь хорошей девочкой, – говорит он мягко, а потом щурится, и тон его голос становится едва ли не ледяным. – Подойди, – приказывает Гэто. Ты понимаешь, что лучше ему не отказывать, потому что по углам словно бы гуляют тени, настолько этот человек пугающ. Ты даже не встаешь с колен и подползаешь к нему жалостливо на четвереньках, как послушный песик. Садишься рядом с его коленом, опустив ягодицы на пятки. Что-то подсказывает, что ему такая позиция будет по нраву. Он протягивает тебе ладонь, и ты тянешь к ней свое личико. Двумя пальчиками Гэто поглаживает тебя по подбородку, словно ты его хорошенькое домашнее животное. Затем он отпускает твой подбородок, который ложится к нему на коленку. Твои щенячьи глазки вызывали умиление и дикие желания. – Если хочешь испить из источника, то необходимо сначала накачать влаги, – говорит он игриво, – ты меня понимаешь, малышка? – Гэто тихо выдохнул, словно в предвкушении. И ты, конечно же, понимаешь, о чем он говорит, так как он легким движением переступает с ноги на ногу, и его большие бедра разводятся в стороны. Ты подтягиваешься ближе, садишься ровно между его ног. Сугуру гладит тебя по головке, надавливает пальчиками, ты хлопаешь ресницами. – Все в твоих руках, – нетерпеливо говорит он, – Смелее. И ты прикладываешься к его паховой области сквозь черные шаровары. Находишь ртом полузатвердевший теплый член и проводишь языком по легкому темному хлопку, руки располагаешь на его широких бедрах, поглаживаешь. Круговыми движениями водишь розовыми губами по едва набухшей плоти, пытаясь всосать и намочить своей вязкой слюной так, чтобы ощутить на языке пульсацию. Гэто это все не очень интересно, так что он помогает – развязывает лямки хакама, ослабляет пояс, так что его не совсем еще вставший член вываливается из штанов. Его аккуратная уздечка сжималась и разжималась, кровь приливает к тканям понемногу, головка изменила слегка цвет. Ты понимаешь, что тебе придется как следует поработать своим длинным язычком и ручками, чтобы довести дело до конца. Сугуру нетерпелив. Он берет в руки плотный член, надрачивает его и подносит ближе к твоему личику, бьет им тебя по приоткрытому рту и водит сочной розовой головкой по твоим сладким губкам. Слюноотделение в твоем ротике обостряется, и ты целуешь его опухшую головку, посасывая и касаясь горячим мокрым язычком во рту. Мужчина отпускает свой член из рук и кладет ладонь тебе на макушку, наматывает волосы на крепкий кулак, собираясь при необходимости направлять твои движения. Ты обхватываешь рукой его эрегированную плоть, которая потихоньку становится тверже, особенно под твоими аккуратными ласками и поглаживаниями. Гэто это скрывает, но на самом деле ему башку сносит, когда грязные мартышки вроде тебя отсасывают ему ради того, чтобы он сохранил им жизнь. – Хорошая… девочка, – приговаривает он, отдергивая себя от мысли назвать тебя ничтожеством. – так славно ласкаешь мой член. Тебе нравится? Нравится, как он увеличивается в твоем горячем ротике, м? – ты утвердительно стонешь в ответ на его слова, и он одобрительно гладит тебя по гладким волосам. – Умница, девочка. Его член уже практически полностью твёрдый, и теперь держать его во рту не так-то просто, ты можешь принять его без хлопот лишь наполовину. Предусмотрительно прячешь зубки и смотришь слезящимся взглядом в лицо Гэто. Он ухмыляется и прикрывает глаза от удовольствия. Делаешь член влажным, плотно прижимаешь язычок и сдавливаешь губами, ох, сама же намокаешь от этого. Чавкаешь, издаешь хлюпающие звуки, смотришь снизу верх. Ерзаешь на пятках, чтобы потереться. – Как думаешь, ты сможешь взять его горло? Ха-ха, зачем же я спрашиваю, у тебя ведь нет выбора… – томно выдает мужчина. И он, придерживая тебя за голову, резко толкается бедрами тебе в глотку. Ты пытаешься отстраниться, но мужчина держит крепко, и твои слабые трепыхания по его бедрам не особенно помогают облегчить горловую пытку. Твое мычание заставляет вибрировать носоглотку, и мокрая головка Гэто получает самую сладостную стимуляцию. Твое бледно-розовое горло натирает его испускающий капли горячего семени член. Он слегка двигается туда и снова обратно, отчего ты с трудом сдерживаешь рвотный рефлекс, но инстинкт самосохранения сильнее. Из-за кашля твои стенки горла так хорошо сжимают его член, что Сугуру не может удержаться и наполняет обжигающей вязкой жидкостью твой рот до краев, с негромким стоном. Ты чувствуешь, как его член дрожит и изливается еще, до конца, словно у него для тебя есть еще напиток. Слюна наполняется горьковатым привкусом. Сильные раздражения уздечки доводят его до максимума. Упругие яйца опустошаются и он чувствует ахуенное освобождение. Ты смотришь на него, тяжело дыша, на твоем хорошеньком личике перемешались слезы, слюни и сопли, которые ты пытаешься утереть. Твои красные глазки заставляют сердце Гэто биться быстрее, а кровь гнать по венам. До чего хороши эти жалкие мартышки. До чего же ты хороша. – Тебе понравился мой источник влаги, грязная сучка? – его голос становится грубее. – Да, господин, – хрипло отвечаешь ты в ответ, сглатывая слезы боли и обиды. – Хорошо, – отвечает он властно. – Ты заслужила воду. Сугуру лениво и не спеша поднимается с койки, в его руке оказывается стакан прохладной чистой воды. Он жесток, но в меру, услуга за услугу – его философия. Ты смотришь с жаждой и мольбой в глазах, от такого вида у Гэто просыпается мысль вылить ради забавы воду на бетонный пол, но это в следующий раз. – С-спасибо, Господин... Ты обхватываешь прозрачный стакан, сразу же подносишь ко рту. На языке и на стенках горла мазки спермы, вода смывает их с каждым глотком, но ощущение того, как грязно тебя использовали ради животного удовольствия... Каким-то странным образом заводит. Боже, тебя это так заводит, что капающая жидкость из твоей раздражённой дырочки смачивает трусики, а тело клитора болезненно наливается из-за потребности. Ты возненавидишь себя, но позже. Гэто снова присаживается на койку. С милой улыбкой наблюдает за тобой, хотя лисьи глаза прищуриваются, замечая в тебе необычные изменения. – Чудесный вкус, правда? – начинает он, а у тебя половые губки только набухают от голоса Господина. – Моя сперма и холодная водичка, – ухмыляется несильно, укладывает большую руку на свое колено. Сидит как хозяин. Ты ставишь пустой стакан на землю. Облизываешься так демонстративно, что мужчина в недоумении приподнимает бровь. Он чертовски хорошо видит, как ты нетерпеливо двигаешь тазом, изгибаешь немного спинку, часто дышишь. Немного мычишь, словно собираешься с мыслями. – Да, это было невероятно аппетитно, – твой голос стал слаще и нежнее. – Мне очень нравится чувствовать ваше послевкусие на своем языке, – кончик того самого языка касается уголка губ. Сугуру слегка бесится. Ты не стеснялась показывать отвращение к нему, когда он драл твой рот, а теперь вдруг мурлыкаешь и готова молочко из миски пить на четвереньках, стоит ему сказать слово. – Не понял, – холодно бросил он. – Что ты задумала, – мужчина толкнулся языком в щеку. – А? – властно спросил он. Сугуру расслабляется, немного откидывается назад и продолжает рассматривать тебя. Твое маленькое слабое тело сидит на полу, никчёмнее кажется лишь этот грязный взгляд, что не смеет в целом существовать. Ты прикусываешь губу, вздыхаешь, опускаешь голову вниз и не можешь сопротивляться приятной пульсации между твоих дрожащих бедер. – Очень хочу кончить, глядя вам в глаза, Господин, – шепчешь ты и сглатываешь, борясь с собственными инстинктами. Гэто низко смеётся, с любопытством склоняет голову вбок. Осматривает, прожигая насквозь и заставляя мышцы напрячься. Из тебя хлещет дофамин, ты никак не скроешь свой природный аромат и язык тела. – Вот оно что, – задумчиво тянет Сугуру. – Мокрая, с затвердевшими сосками, – мужчина слегка наклонился вперёд. Тихо смеётся, издевается и забавляется. – Виляющая своими гребаными бедрами бедная девочка? – он смотрит в твои испуганные глаза, чтобы показать место. Ты чувствуешь себя невыносимо. Капаешь в свои тонкие трусики, в помещении яростно витает возбуждение, щеки сильно порозовели. Твои блестящие глазки просят, умоляют, требуют. – Из-за вас... – Ты обвиняешь меня? – с иронией уточнил Гэто. – Я нуждаюсь в вас, – отчаянно говоришь ты. Сугуру не знал, что создание вроде тебя вынудит его представлять, как твоя слизь будет размазываться по нему, а ты начнёшь скулить его имя. Горячо, мокро. У монаха перед лицом всё плывет. – Я не войду в твое ничтожное тело своим членом, – ты знала, что ответ будет таков. – Но, – твои губки приоткрылись от удивления. – Ты можешь заставить меня чувствовать свою влажность сквозь мои штаны, – его ноги лениво раздвигаются в стороны. – Получится? Это колено сейчас в твоём распоряжении. Ты не смеешь терять время. Ползешь к его ногам, быстренько, от чего Гэто гортанно смеётся. Забираешься к нему на колени, но он перемещает только одну ногу так, чтобы она оказалась прижатой к твоей теплой промежности. Ты сглатываешь и жмуришься. Не решаешься начать, но щекочешь его горячим дыханием. – Хочу тереться о вас так, чтобы ноги подкашивались... – дрожащим голосом признаешься ты. Твое ласковое, податливое, очень предательски увлажненное тело трясется и мечтает двинуть бедрами вперёд... А потом назад... Снова вперёд, чтобы задевать твердый клитор и освободиться фонтаном. – Ну-ну, – хихикает мужчина. – Я и так знаю, что ты готова намочить меня от желания, – массивные ладони ложатся на твою талию, чтобы продвинуть ближе. Ты таешь. – Уже сейчас, – толкает тебя вперёд. Ты плавно и медленно скользишь скрытой под сочными трусиками киской по его большой ляжке. Сугуру направляет тебя, внимательно всматривается в твое выражение лица. Ты трешься без лишних мыслей, пятна жирной смазки остаются на ткани его штанов. Твое влагалище вырабатывает ещё и ещё соков для Господина. Как же это приятно. – Что, приятно? – с издёвкой уточняет Гэто. – Хочешь я толкнусь ногой в твой клитор, м? Как насчёт помощи от своего Господина? – почти стонет он. Ты скулишь и, как обещала, – смотришь в глаза напротив, твоя сладкая грудь начинает покачиваться вместе с тобой, а из-за неаккуратности действий ткань нижнего белья съезжает в сторону. Сугуру чертовски хорошо ощущает опухшие складочки на себе. – Д-да... Д-да! – ты киваешь активно головой и кладешь своим маленькие кулачки на его накаченную ногу. – Постучите по моему клитору, прошу Вас, мне это так необходимо… – Грязная сучка, – Сугуру опускает венистую руку на твое округлое бедро, чтобы придержать. – Ты как непослушная, возбужденная сучка, у которой течка, и она просит отодрать её. Ты не успеваешь среагировать, лишь задаешь ритм, трешься агрессивнее, слушаешь, какая ты ужасная, что растекаешься по нему. Сугуру двигает ногой, прижимает твои мягкие бедра к себе, трёт сам, а у тебя с каждым таким толчком сокращается клитор и пульсирует на его мокрых штанах. – Не зря я считаю вас мусором. Посмотри на себя, – Гэто сам говорит с придыханием, томным взглядом улавливает то, как шевелится твой таз. – Ты даёшь мне почувствовать, как эта чувствительная выпуклая часть твоей маленькой киски трётся и врезается в мою ногу, – мужчина срывается и всё-таки шлёпает тебя по ягодице, чтобы ты продолжала успокаивать свою матку и получать удовольствие. Ты почти начинаешь выть и скулить ещё громче, получая безумное наслаждение. Опускаешься ближе к его колену, двигаешься только на одной его ноге, держишься за одежду мужчины, и твоя задница проезжается вместе с промежностью. Головка клитора круговыми движениями трётся по чужой коже. – Я-я... Господин, я так хочу кончить сейчас, уже сейчас… – ты поддашься ярким ощущение совсем скоро. – В глаза. Смотри в мои глаза, когда из тебя будет вытекать, – Сугуру кладет пальцы на свой снова вставший член и массирует, рассматривая твою мокрую измученную дырочку, все ещё немного прикрытую трусиками. Ты начинаешь тихо плакать, твои выделения размазались везде, остаётся так немного для того, чтобы дать своей ноющей матке максимум. Однако Сугуру, наблюдая за тобой, просто сдается. – Я передумал. Живо сюда, – почти рыкнул он. Твое красное личико озаряет непонимание, особенно, когда запястье перехватывают и ваши чувствительные места оказываются вжатыми друг в друга. Две секунды и Сугуру освобождает грязную от соков плоть, ты без разрешения хватаешься за мужские плечи. – Я люблю животных, – шепчет мужчина. – А ты нуждаешься в кобеле. Давай, малышка, пора обмочить этот член, – отодвигает двумя пальцами края твоего нижнего белья. Тебе оставалось недолго. Обильное семяизвержение у Гэто началось уже давно, он взял в руки свой горячий ствол, на котором изумительно распухли венки. – Я буду молиться здесь каждый день на ваше естество, Господин... – ты хлопаешь глазками и звучишь как девственница. Он ухмыляется и направляет мокрую головку к клитору. Ты визжишь и пищишь, слушая бешеное биение сердца. Изумительная головка приподнимает капюшончик и обнажает от маленькой полоски кожи выпуклую часть, твой затвердевший и перевозбужденный клитор. Начинает постукивать по нему нежно, мягко, а у тебя ногти впиваются в его широкие плечи и слюна течет по подбородку. Всего несколько таких манипуляций было достаточно, чтобы ты покрыла узкую головку Господина своей бело-молочной сладостью. Ты села на его стояк и великий Гэто Сугуру кончил, как неопытный малец, вместе с тобой, без дополнительных стимуляций. – Это тоже твой напиток. Слижешь каждую каплю, что посмела на меня выбросить, обезьянка.