Глава 10. Безумец

Саске Как только Минато-сан перенес меня домой, мной тут же занялась мама. Кое-как от нее оторвавшись и отговорившись, что мне нужно побыть одному, я наконец попал в свою комнату и оказался в таком желанном сейчас одиночестве. И, лежа в темном помещении на удобной кровати, я обдумывал этот день. Сегодняшние откровения многое для меня прояснили. И то, почему Наруто, после того, как выявили его мутацию, стал серьезнее, и то, почему он иногда зависает на ровном месте. Судя по всему, он как-то контактирует с лисом. Я всем телом содрогнулся от этой мысли. И врагу не пожелаешь такого соседа. Знание о лисе позволило мне еще больше уважать Наруто. Он и раньше был одним из тех немногих, кто вызывал это чувство, так как не сдался, когда выяснилось, что он очень долго не сможет использовать чакру, однако теперь уважение достигло совсем другого уровня. Одно мне не давало покоя в сегодняшнем инциденте, а именно — Хикари. То, что она болезненно реагирует на оскорбления брата, объяснимо и вполне оправдано. Мне тоже обидно за друга, ведь он сдерживает демона внутри себя, а за это получает в ответ только презрение, оскорбления и даже подвергается нападениям. Однако та злоба, которая исходила от Хикари, пока Наруто ее не успокоил, меня пугала. Отец мне рассказывал про яки или как ее еще называют — жажде убийства, и даже демонстрировал мне ее, после чего сильно схлопотал от мамы. И сейчас, когда я обдумываю все произошедшее в спокойной обстановке, я понимаю, что Хикари генерировала именно яки. Вот только отец говорил, что это не так просто и для этого нужно убить много людей. И как тогда Хикари смогла ее сгенерировать, если она ни разу не убивала? И почему эта жажда убийства была настолько сильной, что ощущалась даже на расстоянии нескольких метров? Минато-сан объяснил многое относительно Наруто, но вот его сестры не касался совершенно. И я не буду пытаться разузнать побольше. Это явно семейная тайна и меня просто никто не подпустит настолько близко. Я уверен, что все это мне рассказали только потому, что я стал случайным свидетелем, чтобы не распространял слухи об их семье. Одно ясно — сестра Наруто не так проста, как я думал изначально, и у нее тоже есть свои тайны. Остается только радоваться, что, несмотря на наши вечные перепалки и ругань, своим врагом она меня не считает. Снова чувствовать такое яки, а тем более — быть его целью мне не хочется совершенно. Под такие невеселые мысли заснуть было задачей почти невыполнимой, так что, провалявшись около часа, я поднялся и вышел из комнаты. Во всем доме света не было, из чего я сделал вывод, что мама уже легла спать. Стараясь не шуметь, я вышел на улицу и направился к клановому полигону с прудом, на котором когда-то давно разучивал технику огненного шара в безуспешных попытках впечатлить отца. Вскоре я оказался на такой знакомой поляне и сел на небольшой деревянный причал, свесив ноги в воду. Прохладная жидкость приятно холодила ноги, немного взбодрив. Тренироваться, как я планировал изначально, идя сюда, мне не хотелось совершенно, поэтому я просто сидел и смотрел на небо, ни о чем конкретном не думая. Такой спокойный отдых после сегодняшних переживаний оказался на удивление приятным и расслабляющим. Возможно, стоит выбираться вот так вот почаще, да и Наруто с собой взять можно. Кстати, интересно, как хорошо он умеет пользоваться своими новыми способностями? Контроль крови… это может быть очень полезным козырем в битве с врагом. В ближайшее время стоит провести с ним спарринг со всеми его способностями, а не только таем. Подозреваю, что он быстро меня раскатает в блин, учитывая, что он и без своих способностей может меня победить, а уж с ними… Нужно больше времени уделять тренировкам. Может, попросить Шисуи-сана, раз уж брат отказывается? Стоит попробовать. За всеми этими мыслями я, сам того не заметив, провалился в сон. Вскочил я, толком не проснувшись. Только спустя секунду пришло осознание звука взрыва, прозвучавшего совсем недалеко. Я оглянулся в сторону квартала и увидел столб дыма, только начавший подниматься в небо. Что случилось? Кто-то напал на квартал? Нужно помочь! Только я собрался бежать в квартал, как рядом со мной взметнулся язык пламени, из которого вышел человек, с ног до головы покрытый кровью. В глазах его горел красный огонь, а губы изогнулись в безумной улыбке. Спустя мгновение я узнал человека, стоящего передо мной, и в шоке замер на месте. Ведь это был мой брат — Учиха Итачи.

***

Шисуи Весь день меня преследовало чувство, что что-то не так. Вот только понять, что именно мне не давало покоя, у меня так и не вышло. И из-за этого я весь день был более собран и ожидал каких-то неприятностей. Хотя они были ожидаемы, учитывая, что сегодня день победы над лисом и наверняка найдутся пьяницы, которые обязательно устроят какую-нибудь свару. По этой причине Фугаку-сама сегодня усилил патрули полиции и даже меня попросил помочь, на что я не без сожаления, но согласился. Не стоит отказывать главе клана. Неприятности последовали, да такие, что никто не мог понять, как это вообще произошло. Подумать только: напасть посреди улицы на детей Хокаге и главы клана Учиха! Кому вообще могла прийти в голову настолько самоубийственная идея? Конечно, стоит учитывать слухи о сыне Хокаге, но никто не думал, что кому-то алкоголь настолько отключит мозги. Поскольку я был в штабе, когда притащили этого индивида, меня, как признанного мастера гендзюцу, попросили его допросить, на что я согласился. Мне самому было интересно, что происходит в голове у этого человека. Как оказалось, никакого второго дна не обнаружилось и это не было хитрым планом устранения цели. Просто алкоголь затуманил мозг и этот Хироши, увидев причину смерти своей беременной жены, полностью потерял контроль над собой. Однако это создало очень неприятный прецедент. Это наверняка повлияет на детей. Трудно оставаться ребенком, когда на тебя могут напасть в твоей же деревне. Наруто-кун повел себя, на удивление, взросло, не потеряв контроль над ситуацией. Правда, воспоминания Хироши и доклад Учихи Исао, который был капитаном отряда, что встретил детей Хокаге, навели меня на интересные мысли. Слухи, ходящие по деревне, утверждают, что Намикадзе Наруто является джинчурики Девятихвостого Демона Лиса. Однако, несмотря на весь стресс ситуации, сын Хокаге не потерял контроля над собой. Чего не скажешь о его сестре. Наруто пришлось успокаивать Хикари, которая начала генерировать сильное яки, просто невозможное для девочки ее возраста. А это может означать, что Хокаге всех обманул и запечатал Лиса в своей дочери, а не в сыне. Осознание этой мысли вызвало у меня сильное волнение. Если то, о чем я подумал, — правда, то нельзя никому об этом рассказывать. Хокаге не просто так скрыл ото всех личность джинчурики, он ещё и поддерживает дезинформацию. Мое вмешательство может нарушить планы Хокаге. А за разглашение государственной тайны меня могут приравнять к предателю деревни. Так что лучше эти мысли зарыть поглубже и никогда больше о них не вспоминать. — Шисуи? — внезапно раздался рядом женский голос. Я вздрогнул и посмотрел на девушку, стоявшую в нескольких шагах от меня. Ту, что я знаю даже слишком хорошо. Учиха Изуми. Девушка, которая младше меня на три года и по совместительству является моей двоюродной сестрой. Мы оба слишком рано остались сиротами. Когда мои родители погибли, семья тети Хазуки, сестры моей матери, взяла меня на воспитание. Вот только это не продлилось долго. Буквально через год случилось нападение Лиса на Коноху, во время которого погибли и родители Изуми. С тех пор мы остались одни и я старался помочь ей пережить эту трагедию, как когда-то ее семья помогла мне. — Шисуи-и-и, — вновь позвала меня Изуми. Кажется, я слишком глубоко погрузился в воспоминания. — Да, прости, задумался, — потерев затылок, виновато улыбнулся я. — Что-то случилось? — Я не могу найти Итачи, — хмуро ответила она. — Мы сегодня договорились встретиться, но он не пришел. Ты не знаешь, где он? — Не знаю. И когда это вы успели договориться? Неужели лед наконец растаял? — усмехнулся я, глядя на слегка покрасневшую Изуми. Чувства сестры по отношению к моему лучшему другу не были для меня секретом, что давало мне много поводов для подтруниваний. — Шисуи! — возмутилась она под мой тихий смех. — Сейчас не до твоих шуток. Ты вообще помнишь, чтобы Итачи хоть раз опаздывал? — Знаешь, ты права, — посерьезнел я, — он всегда отличался пунктуальностью. Я попробую его поискать и узнать, что его так задержало. — Я пойду с тобой и это не обсуждается, — уперла она руки в бока и суровым, как ей кажется, взглядом посмотрела на меня. — Ладно-ладно, пошли, — не сдержав улыбки, ответил я и махнул рукой. Мы направились в сторону полигонов. Если Итачи не на миссии, то с девяностопроцентной вероятностью его можно найти именно там. Однако на привычном полигоне его не оказалось. Как не оказалось его и у себя дома. Микото-сан явно была удивлена тому, что мы пришли к ней. Итачи ей сказал, что отправляется развеяться с Изуми. Попрощавшись с ней, мы, переглянувшись, отправились на поляну возле водопада, где мы с Итачи иногда отдыхаем после тренировок. Неизвестность и непонимание возродили чувство тревоги, немного угасшее с инцидента с Хироши. — Если его не окажется там, то куда отправимся потом? — поникшим голосом спросила Изуми. — Домой, — ответил ей я. — Если его нет на этих местах, то он явно не желает никого видеть. — Но почему? Почему он это делает? — совсем грустным голосом спросила сестра. — Что я сделала не так, что он так со мной поступил? — Не расстраивайся, — попытался успокоить ее я, — на это наверняка есть причины. И мы с тобой их обязательно выясним, даже если придется быть грубым. Я никому не прощу такое отношение к тебе, даже Итачи. — Спасибо, — ответила она, слабо улыбнувшись. — Сегодня были какие-нибудь интересные случаи? — решила сменить тему Изуми. — Да, — кивнул я. — Один чунин, напившись, напал на сына Хокаге-сама. — Что? — сильно удивилась она. — Кто-то настолько сильно не дружит с мозгами? — Ты же знаешь слухи, ходящие по деревне. А тут еще и день победы над лисом и человек, у которого погибла в тот день жена. Его можно понять, хотя его тупости это точно не отменяет, — пояснил ситуацию я. — Мальчик пострадал? — обеспокоенно спросила Изуми. — Не очень серьезно. Он был с сестрой и Саске-куном и они смогли обезвредить его. А там уже подоспел отряд Исао, — успокоил ее я. — Ужас. Ему, наверное, сейчас очень тяжело, — снова погрустнела сестра. — Он держится молодцом. — Вот только это не значит, что ему хорошо, — возразила она. Я только кивнул, даже не пытаясь с ней спорить, тем более она права. Такова уж моя сестра. Всем сочувствует и пытается помочь, если может. За разговорами мы не заметили, как дошли до места назначения. Уже на подходе к поляне мы увидели небольшую черную фигурку, сидящую на краю обрыва. Наконец-то мы нашли тебя, Итачи.

***

Изуми Глядя на сидящего на краю обрыва Итачи, я испытывала смешанные чувства. С одной стороны, он поступил очень низко. Но с другой, он бы не стал этого делать, не будь у него причины. И мне было важно выяснить эту причину. От этого зависят наши будущие отношения с Итачи. От этой мысли я невольно почувствовала, как щеки начали слегка гореть, как бывает всегда, когда я краснею. Я чувствовала притяжение к нему с тех самых пор, как впервые встретила его возле игровой площадки. Это чувство только усилилось, когда он спас меня от падающих обломков в тот страшный день. Шисуи тогда не было дома, и если бы не он, то я бы сейчас была мертва. Только недавно я окончательно осознала, насколько мне нравится Итачи. И начала пользоваться тем, что с ним дружит мой брат. — Итачи, — тихо позвала я его, когда мы подошли ближе. Он никак не отреагировал на мой оклик, что вызвало во мне волну негодования и обиды. Неужели я ему настолько неинтересна, что он просто меня игнорирует? — Итачи, что это значит? — повысил голос Шисуи. — Почему ты обманул Изуми? Тот снова никак не отреагировал, продолжая смотреть на падающую воду. — Не смей меня игнорировать! — разозлился брат, схватив своего друга за плечо и повернув его к себе. И тут же в его сердце вонзился кунай. Время остановилось. Я в ужасе смотрела на то, как Шисуи, опустив голову вниз, созерцает воткнутый в него нож и руку, держащую рукоять. На его лице было видно удивление. Итачи взмахом руки вспорол грудь брата и спихнул его в пропасть. Я упала на колени, не веря в то, что только что произошло. Это все иллюзия. Кто-то наслал на меня гендзюцу. Это не может быть правдой. Просто не может быть. Внезапно глаза стало жечь с невероятной силой, будто кто-то запихнул туда раскаленного угля. Я прижала руки к лицу, вскрикнув от неожиданности и боли. Что происходит? Почему? Почему Итачи? Мои руки стали влажными. Я убрала ладони с лица и увидела, что они покрыты кровью. И всё больше крови сейчас капает из глаз. Я подняла взгляд на того, кого любила. И увидела, что тот точно так же, как и я, смотрит на свои окровавленные руки. — Наконец-то, — сказал он настолько тихо, что мне пришлось читать по его губам. — Получилось, — он поднял на меня взгляд, и я увидела в его глазах горящий шаринган, вот только вместо привычных трех томое там ярко сиял сюрикен с тремя лезвиями. Мангекё Шаринган. Шисуи о нем рассказывал, когда пробудил свой. Мысли о Шисуи будто окатили меня холодной водой. Мне пришло осознание — брат мертв. Этот ублюдок убил его ради большей силы. Он отнял у меня брата. Моего последнего родного человека. Я не могу позволить этому ублюдку жить! Я УБЬЮ ЕГО!

***

Шаринган Итачи сверкнул и на месте Изуми взметнулось вверх черное пламя, которое приняло на себя ребра белой энергии, появившейся вокруг девушки. Она достала из подсумка кунай, и ее правый глаз, принявший вид сюрикена с тремя лезвиями и черными линиями, закручивающимися по направлению сюрикена, выходящими из границы зрачка, вспыхнул ярко-алым светом. На кунае начала образовываться черная вода, которая, попадая на траву, тут же плавила её. Издав дикий крик, Изуми побежала на того, кого некогда любила, замахнувшись кунаем. Белые ребра пропали, а вместе с ними и пламя, покрывавшее их. Когда девушка подбежала к Итачи, вокруг него появились те же ребра, что защитили Изуми, только красного цвета. Кунай воткнулся в защиту, и вода, стекающая с него, начала плавить ее, постепенно пробивая путь к телу Итачи. Изуми, зарычав, подала в глаз больше чакры, увеличивая количество появляющейся кислоты. Вот только девушка, ослепленная яростью, не заметила, как из ребер выросла красная костяная рука из все той же энергии и не сумела вовремя среагировать на атаку. Рука скелета схватила Изуми и моментально сжала. Во все стороны брызнула кровь. Девушка умерла мгновенно. Итачи, оставаясь равнодушным, взмахнул рукой, и рука скелета, повторив его движение, выбросила ее тело в пропасть. — Полезная техника, — тихо заметил старший сын главы клана, вытирая кровавые слезы, одновременно с этим деактивируя костяную фигуру. — Только чакры много тратит. Что же, а теперь пришло время навестить родителей, — после этих слов Итачи исчез во вспышке огня.

***

Шисуи Было больно. И физически, и морально. В момент, когда Итачи — мой лучший друг, с которым я делился всем, ради которого я готов был пожертвовать своей жизнью без всяких раздумий, воткнул в меня кунай, я подумал, что кто-то наложил на меня иллюзию. Я просто не мог поверить, что он меня предал. Но это было реальностью. Вот только, вопреки желанию Итачи, его удар меня не убил, а вот удар о землю вполне способен был добить. В эти секунды, которые занял полет, я, активировав свой Мангекё Шаринган, обдумал множество вариантов, как смогу выбраться отсюда живым. И почти все тут же отмел. В итоге в нескольких метрах над землей я успел активировать Сусано, которое приняло весь удар на себя. Однако оно само развеялось от недостатка концентрации. Несмотря на защиту, удар выбил из меня дух, и я, лежа на земле и смотря в звездное небо, думал не о том, как бы выбраться из этой ситуации. Больше всего я переживал за сестренку, оставшуюся наедине с монстром. Монстром, который пробудил Мангекё Шаринган. Я надеялся, что он, достигнув своей цели, уйдет, оставив ее в живых. Хотя кого я обманываю… Не оставит. Ему ничего не стоит ее убить, чтобы та раньше времени не подняла тревогу, а он смог уйти. Из глаз потекли слезы. Я не смог. Не смог защитить сестру, не смог остановить монстра, которым стал Итачи. И сейчас, не сумев среагировать на удар, истекаю кровью и умру в течение нескольких минут. Мою меланхолию прервала черная фигурка, падающая вниз, оставляющая за собой кровавый шлейф. Спустя секунду я с ужасом узнал в этой изломанной фигурке Изуми. Не обращая внимания на ужасающую боль в груди, я вскочил и, подпрыгнув, поймал тело сестры. Она была мертва. Я не смог приземлиться на ноги и влетел в землю, придавив тело собой. Приняв сидячее положение, я склонился над Изуми, проклиная Итачи и свою слабость, заливая слезами ее грудь. Гений, сильнейший Учиха поколения… Это все вызывало у меня только ярость. Какой я, к черту, гений, раз не смог ничего сделать и потерял сестру?! Котоамацуками — величайшее гендзюцу Учих… Какой в нем смысл, если я не могу им отменить смерть Изуми?! На последней мысли я замер. Отменить смерть. Котоамацуками на это не способно. Зато способна другая техника! Мои глаза широко раскрылись и я, подняв трясущиеся руки, из последних сил сложил печати и шепотом произнес название техники: — Изанаги…

***

Изуми Придя в себя, я не поняла, что происходит и почему я вместо потолка своей комнаты вижу лишь звезды. Спустя секунду я вспомнила, что произошло. Я вскочила и тут же услышала тихий хлопок внизу. Опустив голову вниз, я увидела распластавшегося у моих ног Шисуи. Тут же упав на колени рядом с ним, я аккуратно перевернула его. На губах брата застыла легкая улыбка, а взгляд его глаза был абсолютно пустым. Второй же глаз был полностью белым, будто слепым. Его тело все еще было теплым и, если опустить ему веки, будет казаться, что он просто спит и ему снится приятный сон. Из моих глаз брызнули слезы. Я прижала Шисуи к себе и издала полный боли и отчаяния крик, рыдая над телом последнего родного человека.

***

Уже давно воцарилась ночь. Квартал Учих был погружен во тьму. И лишь одинокая фигура, появившаяся на пороге дома главы клана в огненной вспышке, нарушала покой спящего квартала. Войдя в дом, Итачи направился прямиком в комнату своих родителей. К этому времени его отец уже должен был вернуться. Бесшумно открыв дверь, он увидел спящих людей, подаривших ему жизнь. Однако это для него ничего не значило. Они лишь ступень для новой грани его силы. Выхватив из-за спины танто, он одним взмахом лишил их обоих жизни. Глядя на окровавленное лезвие и видя расползающееся красное пятно по простыням, Итачи не смог сдержать безумной улыбки. Каждый раз, начиная с того самого памятного дня, когда отец впервые взял его на поле боя, ему доставлял истинное удовольствие вид поверженного человека. Сдерживать это внутри было тяжело, как и играть примерного сына и брата. Однако он наконец свободен. Свободен от цепей репутации, свободен от оков порядка. Наконец он может утолить свою жажду крови. И первой жертвой его жажды станет его клан.

***

Убив большую часть клана, который даже не подозревал о настигшем его проклятии, Итачи заявился в штаб полиции Учиха. Поскольку он был с ног до головы покрыт кровью, его тут же остановили и потребовали объяснений, однако бывший наследник не стал размениваться словами и с безумной улыбкой, которая так и не сошла с его лица, перерезал горло ближайшему мужчине. Все тут же выхватили оружие и пытались добиться хоть каких-то объяснений от обезумевшего убийцы, но тот отвечал исключительно атаками. Вскоре несколько тел уже лежало в лужах собственной крови, а остальные перестали пытаться взять его живым и начали нападать всерьез. В ход пошли техники, раздался громкий взрыв, и тут Итачи стал полностью серьёзен. Активировав Мангекё, он спалил всех своих противников в пламени Аматерасу, этим действием уничтожив остатки клана, и исчез во вспышке огня, появившись на вершине высокого столба. Вскоре сюда прибудут сильные шиноби, с которыми Итачи не готов встретиться. Пока не готов. Найдя взглядом своего глупого младшего брата, он вновь использовал огненный шуншин, перемещаясь к нему.

***

Саске — Брат? — спросил я. — Что случилось? Итачи не стал отвечать, он мигом сократил расстояние между нами, схватил меня за воротник и мы вдвоем исчезли в вихре черного огня. Спустя секунду мы вышли из техники в каком-то тускло освещенном помещении. Итачи тут же кинул меня в дальнюю стену. Ударившись спиной о твердую поверхность, я вскрикнул от боли, в шоке глядя на своего брата. — Здравствуй, мой маленький глупый брат, — поздоровался со мной Итачи. — Что случилось? — закричал я. — Почему ты это делаешь? — Чтобы проверить свои навыки. Чтобы стать сильнее. Чтобы наконец освободиться, — с каждым словом он делал шаг ко мне. У меня не было сил сопротивляться, я просто шокировано смотрел на приближающуюся окровавленную фигуру брата. — Причин много. Но они не должны тебя волновать, — он подошел вплотную и, схватив меня за горло, поднял вверх. Я тут же начал задыхаться. — Сейчас тебя должно волновать только то, что я тебе скажу и покажу, — его глаза преобразились, приняв вид сюрикена с тремя лезвиями. — Цукиёми! И через мгновение мир вокруг нас преобразился. Мы оказались посреди леса, земля и деревья были белыми, а луна и небо — кроваво-красными. Я увидел Итачи, сидящего на краю обрыва, а также Шисуи-сана и девушку, с которой я его недавно видел. Я попытался побежать к Шисуи, но меня прикрепило к кресту и я не мог двигаться. Я мог только смотреть и кричать, видя, как Итачи убивает сначала Шисуи, а затем и девушку, которую звали Изуми. Я видел, как он убивает членов нашего клана одного за другим с безумной улыбкой на губах. Видел, как он уничтожил штаб полиции в белом огне. И напоследок он показал мне, как убил наших родителей. Я к тому времени уже сорвал горло от криков. Я просто смотрел и беспомощно лил слезы. Я вновь оказался на той поляне, где Итачи убил Шисуи. Крест пропал, и я упал на колени, не в силах унять боль и слезы. — Я убил весь клан, мой маленький глупый брат. Никто из них не оказался достаточно силен, чтобы проверить мои способности. Но ты… в тебе я вижу потенциал. Потенциал сравняться со мной. Ты видел, как я пробудил Мангекё Шаринган. Ты видел, как его пробудила Изуми, хоть и не прожила с ним долго. Потому что была слаба. И ты сейчас слаб. — Отпусти! — закричал я. — Отпусти меня! — Итачи же в ответ лишь рассмеялся. Запрокинув голову, маниакальным и безумным смехом. — ДА! — отсмеявшись, прокричал он. — ТЫ СЛАБ! МОЛИ, ЖИВИ СВОЕЙ НИКЧЕМНОЙ ЖИЗНЬЮ! — Ты чудовище! — крикнул я. — НЕНАВИДЬ МЕНЯ! НАБЕРИСЬ СИЛ! И КОГДА ПРОБУДИШЬ ТАКИЕ ЖЕ ГЛАЗА, КАК У МЕНЯ, МЫ С ТОБОЙ ВСТРЕТИМСЯ ВНОВЬ! — продолжал кричать он, иногда прерываясь на свой смех. — И когда мы встретимся вновь, — внезапно понизив голос, сказал Итачи, — я смогу стать еще сильнее. Иллюзия, наложенная Итачи, развеялась, и он тут же отпустил меня. Я сразу начал жадно глотать воздух. — До встречи, мой маленький глупый брат, — сказал напоследок Итачи и исчез во вспышке черного огня. Когда огонь потух, я продолжал смотреть на то место, где только что стоял мой брат. Я просто отказывался верить в то, что он мне только что показал. Отказываюсь верить, что это правда! Нужно проверить! Вернуться в квартал, а там меня встретят живые соклановцы, родители и Шисуи-сан… Да! Точно! Я поднялся на ноги и поплелся к выходу из помещения. У меня не было сил осматриваться, я просто должен добраться до квартала. Выйдя из комнаты, я оказался в подземном коридоре. Через несколько минут я наткнулся на лестницу, ведущую наверх и закрытую люком. Поднявшись, я открыл люк и оказался в Храме Нака. Под одним из татами и был спрятан люк. Значит, я в квартале! Осталось только дойти до дома. Главное — дойти. Выйдя из храма, я увидел столб дыма, поднимающийся над деревьями парка, в котором и находился храм. Я поплелся быстрее, отгоняя от себя ужасные мысли. Итачи меня обманул. Дома меня ждут родители. На выходе из парка рядом со мной внезапно приземлился человек в черном плаще и белой маске в форме волка. Он тут же поднес палец к уху. — Здесь выживший, — сказал он. Выживший? Что значит выживший? Клан ведь в порядке. Он ведь в порядке? — На выходе из парка Нака, — снова сказал человек в плаще. Только сейчас я понял, что он из АНБУ. Но что здесь делает АНБУ? Неужели это все-таки правда? НЕТ! Я должен проверить лично! Я сорвался с места в сторону квартала, проигнорировав крик АНБУ. Через секунду он меня схватил. — Отпусти! Отпусти меня! Я должен проверить, что с ними все в порядке! — я бессильно бился в его руках, но вырваться у меня так и не вышло. — Они мертвы, мальчик, — тихо ответил АНБУ. — Не стоит тебе этого видеть. — НЕТ! Я ДОЛЖЕН ПРОВЕРИТЬ! — закричал я. Внезапно рядом с нами вонзился кунай и тут же в желтой вспышке появился Хокаге. Я с мольбой во взгляде посмотрел на него. Он точно не будет обманывать. — Хокаге-сама! Прикажите ему отпустить! Я должен знать, что они в порядке! — Прости, Саске-кун, — присев рядом со мной, ответил Минато-сан. — Они мертвы. Ты единственный выживший. — Нет… — я тут же обессиленно повис на руках АНБУ. — Отпусти его и продолжай прочесывать местность, — приказал Хокаге. Меня тут же отпустили, и я чуть ли не упал на подкосившихся ногах, но меня поймал Минато-сан. — Не иди туда, — сказал он мне, прижав к себе, — не надо. — Как… мама… папа… — Прости меня, Саске, — вновь извинился Хокаге. В этот момент силы меня окончательно покинули, и я отключился.