Глава 77 "Последняя битва"

      — Очень хотела бы посмотреть на это! — весело предвкушая, сказала Коузи.       Рог Старсвирла загорелся серебреным сиянием. Вокруг города, выстроенные из сложнейшей магической печати, на большом расстоянии от неё, поднялись замкнутые стены барьера в форме шестигранной призмы, прямо до небес, оставляя за своими стенами окраины, пригород и отнесённый ветром дирижабль.       Коузи осмотрелась по сторонам. Барьер был физически непроницаемым, даже для крайне сильного мага, куда сильнее того, который она разрушила, как только прибыла. Похоже, что даже облака и ветер не проникали через него.       — О, это довольно сильный барьер. Но для чего он, чтобы я не сбежала? — шутливо спросила она.       — Да. — без какой либо шутки сказал Старсвирл.       Коузи искренне удивилась и ещё раз серьёзно посмотрела на Старсвирла. Рог старца ещё раз засветился ярким светом, на лбу появились складки от напряжения. Через несколько секунд рог потух, казалось, ничего не произошло.       Коузи принялась из любопытства ждать. Через несколько секунд ей показалось, что вокруг стало светлее, она подняла голову к небу и обомлела, на лицо медленно натянулась острозубая улыбка предвкушения.       — Какого хрена, старик?.. — дрожащим, от восторга, голосом спросила она.       Старсвирл продолжал молча наблюдать за ней.       Бóльшую часть неба над столицей закрыла раскалённая каменная глыба, расталкивая облака и становясь всё ближе, освещая окружности.       — Ты что, решил сбросить на меня метеорит, да ещё и покрыл его защитной магией? — говорила она сквозь заикающийся смех, не отрывая блестящих глаз от неба. — Решил похоронить меня, себя, принцессу и всю округу в придачу? Невероятно! Ставлю тебе пять из пяти баллов, похоже, только жеребцы знают, как доставить кобылке истинное удовольствие.       — Барьер не уступит твоему по крепости, и если ты попытаешься его разрушить, я просто укреплю его вновь. Тебе не сбежать, я уничтожу столицу и всё близлежащее, лишь бы забрать тебя с собою и спасти мир.       — Сбежать отсюда? — Коузи вновь рассмеялась. — Ты из ума выжил? Тут же всё самое интересное! Внемли моей силе, старик, сейчас ты увидишь всю силу Богини-Императрицы.       Коузи расставила ноги пошире, ее рог загорелся бурным красочным огнём, а зрачки расширились, полностью покрывая белок и делая глаза непроглядно чёрными. В этой черноте моргнул свет зараждающейся звезды, вспыхнув во тьме, звезда сформировала вокруг себя планеты. Вращаясь, космические тела начинали падать в звезду, поглощаясь ею и доводя до критического состояния. Дрожащая звезда ввалилась в себя, приняв облик сингулярности с красочным аккреционным диском, лишь для того, чтобы взорваться в глазу фонтаном красок, после этого зрачок вновь, резко, сузился до тонкой линии, а Коузи изнеможённо опустила голову.       Единорог, с волнением и скрытым восхищением наблюдавший за этой картиной, поднял голову к небу. Метеор начал гореть сильнее, раскаляясь изнутри, по итогу взорвавшись и раскалываясь на части. Осколки начали врезаться в барьер, пробивая и раскалывая его на куски; обрушиваться на город, окончательно разрушая его и вновь поджигая; на Кантерлот пролился дождь из расплавленного космического железа.       Старсвирл стоял обескураженным, чуть не забыв накрыть себя защитным куполом. Он вышел из оцепенения лишь когда один из осколков упал на возведённую Коузи ловушку, разрушив и её, освобождая Твайлайт.       — Я, кажется, уже говорила… — хрипела Коузи.       Она подняла голову, из ее глаз, носа и рта активно кровоточил ихор, падая на землю и загораясь ядовито-желтым фосфоресцирующим пламенем.       — Вам, смертным, меня не убить.       Старсвирл перевёл свой взгляд на принцессу, та, похоже, уже полностью успокоилась и готова была драться.       — Принцесса, нам предстоит последний рывок, думаю, она достаточно перегрузила себя, чтобы пасть до нашего уровня.       — Да, мне тоже так кажется.       — Опуститься до вашего уровня?! — возмутилась Коузи. — Никогда!       Приходя в себя после последнего заклинания, она вновь зажгла свой рог. Тело полностью почернело, уподобляясь космической черноте и приобретая красочный контур, изо рта и глаз начали полыхать языки радужного пламени вливаясь в ее рог.       — Вы лишь мусор, что сгорит в пламени звёзд.       Она выпустила в них широкий энергетический луч из смеси вырвиглазных, уродливых цветов, спутанных вместе, как растянутый клубок цветных нитей. Старец и принцесса ответили ей своими энергетическими лучами. Два потока столкнулись, разбрасывая ворохи разноцветного пламени, обе силы были равны, и никто не мог перебить друг друга. "Всё же она до сих пор чудовищно сильна, но сейчас, по крайней мере, у нас есть шанс, нужен лишь окончательный перевес сил", — подумал Старсвирл и взглянул на своё ожерелье.       — Принцесса, сейчас вам нужно быть решительной, как никогда.       — Что ты имеешь в виду?!       — Настал час последней жертвы.       — Старсвирл?       — Наденьте, — сказал он, насильно цепляя еще один, другой, медальон на шею Твайлайт. — Половина вашей и моей магии всё ещё в ней, если мне удастся извлечь ее, у неё не будет шансов, если повезёт и я смогу вытянуть еще хоть что-нибудь, к примеру магию других принцесс, что тоже, частично, протекает в вас, то это будет знак свыше.       Твайлайт молча сверлила его дрожащими зрачками, но, вспомнив, как она уже чуть не проиграла, впав в отчаянье после смерти подруг, решила молча кивнуть.       Старсвирл принял этот знак, и его луч в момент исчез, сменяясь стеной барьера. Твайлайт, не понимая задуманного, также погасила свою магию.       Заметив, что противники начали уступать, Коузи усилила напор.       — Сгиньте!       Великий маг стоял перед трескающимся барьером, перед его глазами проплывали воспоминания о прошлом, о жизни. "Я славно пожил…"       Барьер изогнулся в форме воронки, направленной остриём на амулет, напрягаясь ещё сильнее. "И о более великой смерти я и мечтать не мог…"       В глазах старца загорелся огонёк решимости, граничащий с безумием, он поднял амулет выше, и тот засверкал серебряным светом в ауре сотворённого заклинания. Барьер наконец пал, окутывая старика магическим пламенем, но тот отказывался сгорать дотла, покрывая тело защитными чарами из последних сил; Твайлайт укрылась за своим защитным куполом.       Амулет задрожал, вспыхивая цветными огнями, образующиеся щели в защите единорога также полыхали цветным огнём.        — Мое величайшее колдовство! — закричал Старсвирл, медленно растворяясь в ярком свете убийственной магии. — Принцесса, заберите всё, что сможете!       Старец исчез, а амулет остался, начав втягивать в себя весь магический луч без остатка и расплетать его на несколько тонких магических потоков, по итогу полностью погасив его, оставляя лишь те самые магические пряди, в расправленном и упорядоченном виде. Тело Коузи тут же сбросило с себя чёрный магический покров, что тоже был втянут амулетом. Поняв, что что-то не так, она попыталась втянуть магию обратно, но всё было бесполезно. Магические лучи один за одним полетели в сторону амулета Твайлайт, пробивая его и врываясь в грудь принцессы. Коузи почувствовала, что из неё вырвали немалый кусочек ее силы.       — Неужели ты расщепил себя вместе с плетёными магическими потоками, чтобы обратить их чистой энергией и влить в неё, подонок? — прохрипела она свою догадку, до конца держась за магию и глядя на Твайлайт.       Та посмотрела в ответ.       — Старсвирл, я обещаю, что не подведу этот мир.       Один за одним: красный, голубой, желтый, синий, розовый, серебряный и фиолетовый лучи исчезли в ней. Тело Твайлайт засветилось и поднялось в воздух, заканчивая усваивать один луч за другим, к магическим потокам присоединились белый свет и радужные лучи гармонии, амулет осыпался на землю пеплом.        Твайлайт взмахнула крыльями в ослепительном свете и преобразилась: белок глаз стал нежно-голубым и больше не имел четких границ с пурпурной радужкой, а в зрачке засверкали звёзды, кончики перьев на крыльях потемнели, шерсть начала переливаться красками и блеском, как у кристальных пони, грива и хвост удлинились, и в них закрались несколько нежно-жёлтых и ярко-розовых прядей, над головой появилась пятиконечная тиара из заострённых лучей голубоватого света, самый большой из которых располагался по центру, а самые маленькие по краям. Она тут же создала рядом с собою вытянутую фиолетовую магическую алебарду, кромка которой источала фиалковый и васильковый призрачный эфир. Под ней на земле расцвело поле полупрозрачных ультрамариново-синих колокольчиков, среди которых она приземлилась на землю. На пару секунд магическая аура Твайлайт превзошла ауру Коузи.       Коузи гневно посмотрела на представшую перед ней фигуру, в глазах которой горел огонёк холодной ярости, печали и готовности к действию. Одно присутствие Твайлайт искажало воздух вокруг неё, меняя его цвет, заставляя отдавать холодным спектром.       — Не может быть, не может быть, чтобы ты стала сильнее меня! Ты не сравнишься с богом этого мира! Бой ещё не окончен, я покажу тебе истинную мощь и разверзну пред тобой врата в пустоту! — обливаясь слюной из искаженного рта, кричала она.       Коузи телепортировала к себе колокольчик Грогара и полностью опустошила его. Магия Дискорда, Тирека, Кризалис и Сомбры влились в неё сумбурным черно-желтым потоком, также преобразив.       Желтоватый белок глаз стал сплошь кроваво-красным, радужка же, наоборот, перестала быть красной, сменив свои цвета на все мыслимые оттенки золотого сияния, кончики перьев обесцветились и побелели, в голубых кудрях гривы и хвоста, что также удлинились, появились черные, белые и блондовые локоны, за головой засверкал вертикальный нимб из золотого света с восемью острыми лучами, по всей окружности чередующимися по величине на большие и маленькие. Коузи тут же сплела из магии золотой меч, лезвие которого полыхало красно-розовым пламенем тысяч звёзд. Из-за спины вылетел десяток белоснежных обликов магических голубей, что почти сразу растворились в воздухе. Сама материя вокруг Коузи начинала разрушаться от одного лишь её гнева.       Ничего больше не говоря друг другу, они рассекли пространство между собой взмахами оружия. В момент удара прогремел взрыв, расплескавший вокруг них неимоверные потоки эмпирических энергий, по земле прошёл грохот, заставивший ее трещать и изламываться, сами небеса треснули, как разбитое зеркало, прочертив небосвод белыми изломанными линиями, словно молнии, прорезавшие их, заморозили во времени в момент раската грома. Оружие начало скрипеть и искриться, не желая уступать противнику.       — Когда же ты наконец сдохнешь?!       — Мне придётся огорчить тебя, Коузи.       Оба лезвия соскользнули с треском молний. Два аликорна одновременно телепортировались высоко в небо на приличное расстояние друг от друга.       — Ничтожество! Я вырву твои глаза и заставлю тебя смотреть на то как горит мир. Я губитель мира!       — Я тебе этого не позволю, ведь на меня возложена миссия спасителя мира!       Прокричали они одновременно, выпуская два магических луча. Светлый радужно-белый и гротескный уродливо-вырвиглазный, чёрный в своей основе, лучи столкнулись, по руинам прокатилась ударная волна, в месте соприкосновения лучей образовалась большая сфера энергии.       Почти полминуты они непрерывно извергали из себя магию, пока сфера не взорвалась, снося верхние башни замка. Тогда оба аликорна двинулись навстречу друг к другу, как два космических тела, горя розовым и фиолетовым пламенем.       Твайлайт нырнула вниз, уклоняясь от очередного луча Коузи, тот разрезал землю за ней заставляя поверхность взрываться цепной реакцией. Коузи в ответ отлетела в сторонки также снизилась, когда их высота поравнялась Твайлайт развесила луч одним мощным взмахом крыльев и ответила своим собственным.       Коузи увернулась с неменьшей ловкостью и облетела луч по спирали.       Твайлайт наколдовала белое звёздное пламя, что падающими кометами устремилось в сторону Коузи, та ответила таким же заклинанием, но пламя ее было темно-багровым. Заклинания уничтожили друг друга.       Приблизившись друг к другу ещё ближе, Коузи призвала целую армию белых силуэтов пегасов с золотыми глазами. Твайлайт ответила ей, создав светлые образы, напоминавшие ей ее друзей, что столкнулись с фигурами в бою, уничтожая друг друга до единого и проливаясь на землю белым дождем и градом искр.       Несмотря на равный бой Твайлайт не позволяла себе возрадоваться равенству сил. Что-то, на ее взгляд, в этом бою было неправильным, по ее расчетам в ней должны были находиться силы принцесс, включая украденную у Каденс магию и магия трёх единорогов альфа-плюс уровня, не считая ее собственных сил и сил Гармонии. В Коузи же, в этот момент должна была находиться магия половины Эквестрии и всех ее величайших злодеев, в особенности гигантские объемы магии хаоса, но почему-то она билась с Твайлайт на равных, хотя при таком раскладе у последней не должно было быть и шанса против неё.       Почти сойдясь вплотную, они вновь создали себе оружие и скрестили его, но, столкнувшись, лезвия тут же разломились и исчезли, обращаясь концентрированным эфиром.       Тогда Коузи и Твайлайт столкнулись лбами, вернее, столкнуться им помешали их силовые поля, держа их в нескольких сантиметрах друг от друга. Они не отводили взгляда от глаз соперника, скалясь от напряжения.       — Мне жаль, что по моей вине ты пропала в этой жестокой пропасти, по моей вине ты перешла все границы добра и зла. Я не отрицаю своих ошибок и искупить свою вину перед тобой я не могу, но и погубить мир я тебе не дам. Если я буду останавливаться лишь на ошибках, я потеряю связь с реальностью и перестану видеть вещи такими, какие они есть. Никто не идеален, не может быть идеальным, именно поэтому умение исправлять свои ошибки гораздо уникальнее, чем умение их предотвращать. К несчастью, единственное, что теперь может исправить мою ошибку — твоё поражение, хоть я всё ещё надеюсь на то, что забвение, которое ты так ищешь, минует тебя. Такова сила искупления, сила, которую можно познать, лишь полностью овладев Гармонией.       Коузи с рёвом вновь создала меч и взмахнула им, но промахнулась, когда Твайлайт отлетела. Но, увернувшись от меча, ей в крыло угодило другое заклинание, обжигая его.       Стиснув зубы, она начала потихоньку падать к Коузи и, к удивлению той, вместо магии просто ударила ее в лицо. Обе свалились с большой высоты на землю. Коузи поднялась, сплёвывая ихор из разбитой губы и подбегая к Твайлайт, ударяя ее в подбородок снизу вверх.       Голова Твайлайт откинулась назад, но она тут же вернула ее обратно, отвечая ударом на удар. Следом удар Коузи в бок; вновь ответ от Твайлайт ударом задней ноги в грудь; удар задней ноги Коузи в челюсть; точно такой же удар от Твайлайт. Удары методично сыпались, тактично чередуя друг друга, их сила создавала ударные волны, но даже так ни одна из них не сдавала позиции. На лице Коузи была лёгкая улыбка, на лице Твайлайт была такая же, она и сама ее не заметила, а даже если бы и заметила, то не поняла бы, почему та появилась.       Так продолжалось ещё какое-то время. Дыхание обеих стало тяжелым, пыль вокруг них стояла клубами, в воздухе витало подобие тумана из смеси крови Твайлайт и ихора Коузи. Битва сильнейших переросла в обыкновенную драку, но почему-то, со стороны, казалось, что эта драка разрешает их конфликт лучше любой перепалки заклинаниями.       Наконец они отошли друг от друга. Ни издав ни звука, они создали себе по оружию, что втянуло в себя витавшие в воздухе и расплескавшиеся по земле ихор и кровь своих владельцев. Это должен был быть последний рывок.       После резкого сближения их удары подняли колоссальное облако дыма, скрывшее итоги боя. Было лишь видно, что оба аликорна упали на землю.       Зрители этого боя по всему миру могли ощутить это сражение, небо всё ещё не до конца затянуло шрамы от столкновения Бога и полубожественной сущности, каждое заклинание отдавалось дрожанием воздуха и мурашками по телу. Стоит ли говорить, что почти никто не болел за победу Коузи, и, видя, что итоги боя не ясны, весь мир затаил дыхание. Каждый, даже жители больших мегаполисов, бросили свои дела, наблюдая за тем, как решается судьба мира.

***

      Санрайз Лили вцепилась передними копытами в подоконник, до последнего убеждая себя в том, что Коузи не предаст своё слово. Рядом с ней стояли муж и сын; позади, в кресле, сидел странный гость, настроение которого было не до конца ясно для окружающих.

***

      С балкона своего особняка в Сомнамбуле за боем наблюдали Памперо и ее дети. Пассат и Мистраль выглядели до ужаса холодными и спокойными, в отличие от своей матери, которая не находила себе места, мечась из стороны в сторону.

***

      В Мейнхэттоне за всем наблюдала Лемон. Пони вокруг неё кипели, как рой муравьев, сами не зная, что им нужно: кто-то срочно продавал акции, кто-то снимал сбережения в банке, иные спешили вернуться к семье, не зная, чем всё может закончиться. Одна она стояла в неподвижном ступоре, как скала посреди этого моря, непрерывно наблюдала за изображением на экране.

***

      Так прошла минута, затем две, пять, никто из них не вставал, а пыль, как назло, не спешила оседать, скрывая происходящее. Наконец последовали первые изменения — солнце начало выходить из-за луны, возвращая свой свет этому миру. Все приняли это за добрый знак, и большая часть тут же начала праздновать спасение, когда после этого один силуэт поднялся с земли.       — Это принцесса Твайлайт, мы спасены! — радовались самые отчаявшиеся, спеша обнадежить себя этой новостью.       Силуэт неуверенно встал и замер, послышался звук удара колокольчика и вспышка желтого цвета, что заставила ликования о победе если не смолкнуть, то, по крайней мере, поубавиться.        Прошло ещё какое-то время, и вспышка повторилась; все ликования окончательно смолкли, погрузив мир в пугающую и давящую тишину.       Резкий взмах крыльями заставил пыль расступиться. Там стояла она, источавшая золотой свет десятками уродливых оттенков, с властным взглядом и надменной ухмылкой, подле неё, подвешенная за гриву красно-золотой магией, висела бессознательная Твайлайт Спаркл; это была Богиня-Императрица Коузи.       В момент количество ретранслирующих экранов стало больше, отныне нигде в мире не было уголка, где не слышали бы следующее обращение Коузи:       — Внимание, мир, — обратилась она громко и властно. — Слушай моё обращение! Я, Коузи Элеонора Глоу, матриарх рода Ноктилусент, новый единоличный правитель и Богиня-Императрица Эквестрии, а вскоре и всего этого мира, Эквуса. Принцессы Эквестрии были свергнуты мной, в результате под моим контролем оказалась вся их магия, половина всей магии Эквестрии и близлежащих к ней стран. Теперь ни одно государство мира не может сравняться со мной в военной мощи, бросить мне вызов и противостоять мне. Отныне моя воля — закон для всего мира, и если кто-то осмелится перечить моей власти, они познают на себе всю мою силу и ненависть. Я буду проводить показательные децимации, уничтожая город за городом, до тех пор, пока правители этих территорий не склонят передо мной головы и не передадут мне единоличную власть. В случае с городами-государствами я и вовсе не буду церемониться, стирая их с лица планеты при первых признаках неповиновения. Вы можете избежать этого, если ваше правительство отказывается слушать голос разума и народа, то народ может принять решение за них, преподнеся мне головы своих лидеров на серебряном блюде. Да, с этого дня, с этого момента весь мир, все ваши жизни принадлежат мне! — Коузи царственно приподняла копыто и расправила крылья, выдерживая короткую паузу. — Ваша Богиня-Императрица повелевает вам, склонитесь передо мной, смертные, подчинитесь мне, мир!       Мертвая тишина постепенно переросла в неконтролируемую панику по всему миру. Никто не знал, что их ждёт в будущем, в них пылал страх перед завтрашним днём. И лишь в Клаудсдейле горсть сектантов на главной площади скандировала: «Ave Empress, Ave Cozy Glow!».

***

      Все экраны разом потухли, все глаза-ретрансляторы исчезли. Коузи позволила себе выдохнуть, ее лицо из триумфального стало хмурым, на шее пропала демоническая метка. Она посмотрела на бессознательную Твайлайт и нахмурилась.       Послышались одинокие аплодисменты, Коузи обратила свой взгляд на их источник. На осколке руин сидела полупрозрачная фигура пегаски, уже известная для нас как Эриния, но все ещё неизвестная для Коузи.       — Поздравляю с победой, это было красочно! Остался последний решительный рывок, не так ли?       Коузи ничего не ответила, лишь развернулась и пошла в сторону дворца, волоча за собой Твайлайт. В голове заиграло пианино, вскоре к нему присоединился звон бубна. В поле ее зрения вновь появилась Эриния, начав напевать песню:

— I know, I know I've let you down,

I've been a fool to myself,

I thought that I could live for no one else.

But now, through all the hurt and pain,

It's time for me to respect,

The ones you love mean more than anything.

So with sadness in my heart,

I feel the best thing I could do,

Is end it all and leave forever.

What's done is done, it feels so bad,

What once was happy now is sad.

I'll never love again, my world is ending.

I wish that I could turn back time,

Cause now the guilt is all mine,

Can't live without the trust from those you love.

I know we can't forget the past,

You can't forget love and pride,

Because of that, it's killing me inside.

It all returns to nothing, it all comes,

Tumbling down, tumbling down, tumbling down.

It all returns to nothing, I just keep

Letting me down, letting me down, letting me down.

In my heart of hearts,

I know that I could never love again.

I've lost everything, everything,

Everything that matters to me,

Matters in this world.

I wish that I could turn back time…*

      Эриния продолжала напевать всю дорогу, то пропадая, то проявляясь в разных местах, но не отставая от медленно шагающей Коузи. Прекратив лишь когда та дошла до ворот дворца и вошла в разрушенный тронный зал.        До того, как открыть дверь, она почувствовала легкий укол на шее и подняла глаза, из разорванных битвой облаков на землю начали падать крупные снежинки, первый в этом году снег. Она едва уловимо приподняла уголки губ и лишь после вошла.       Глянцевая плитка перестала отражать свет, покрывшись пылью разрушенных стен, все витражи были выбиты, а гобелены изорваны. Она дошла до трона, оставив Твайлайт лежать на полу подле.       Окинув трон взглядом, она покрыла его багровым кристаллом и выгравировала на его верхушке: «МЕНЕ ТЕКЕЛ ФАРЕС», что переводилось как «исчислено, взвешено, разделено».       На правом подлокотнике она аккуратно устроила череп матери, на левом — колокольчик Грогара, и лишь после она уселась на него и удовлетворённо прикрыла глаза. На секунду ей показалось, что на грани её взора по стене промелькнула тень демона.       Коузи прислушалась к своему сердцебиению, даже сейчас, когда бой уже прошёл, ее сердечный ритм был до ужаса быстрым буквально сливаясь в непрерывную вибрацию.       — Ну вот и всё, я стала величайшим злодеем в истории, что покорил Эквестрию и склонил к своим ногам мир… Ты гордишься мной мама?       — …       — Конечно, ты всегда мной горда.       Эриния смотрела на эту сцену с жалостью и непониманием.       — Хватит, Коузи, не притворяйся будто слышишь ее голос в голове. Ты никогда его не слышала и лишь пыталась подражать ее мыслям, чтобы успокаивать себя и удерживать от падения в безумие и безрассудство.       — Хм, откуда тебе знать слышу я ее или нет? — возмутилась она.       — Поверь, я знаю, что ты не безумна.       Коузи всхлипнула без слез.       — Ну-ну, моя дорогая, не расстраивайся. Послушай, Коузи, ты совершила то, что не удавалось сделать никому до этого! Ты можешь считать себя злодейкой, все прочие могут считать тебя таковой, но вот, что я тебе скажу: не все герои носят плащи; герой это не всегда сияющие доспехи красивая поза; и запачкаться приходиться, и кровь проливать, а герой просто идёт и делает, потому что это правильно. Для меня ты герой, Коузи.       Коузи печально улыбнулась.       — Знаешь, я тоже знатно потрудилась, чтобы твоя победа состоялась, пришлось многих обмануть и многих разгневать, прямо как и тебе, — довольно говорила Эриния, приобнимая Коузи за плечи, той даже показалось, что она почувствовала ее прикосновение, оно было очень холодным. — Так что, вместо того, чтобы расстраиваться и делать вид, что у тебя в голове голоса, радуйся, что скоро встретишься с ней. Ты ведь ждёшь не дождёшься этой встречи?       — Я её не увижу. — наконец ответила Коузи.       — Это ты так думаешь. — с ухмылкой отвечала Эриния.       Коузи немного помолчав, внезапно задала вопрос:       — Кто ты?       — А ты всё ещё не догадалась?       — Ты…