сказки

Адам в сказки не верит. Причина банальнейшая: он живёт гораздо дольше этих сюжетов, которые однажды настрочили его обкурившиеся потомки. Впрочем, верит-не верит — это вопрос третичной значимости; ему может быть абсолютно не понятна эта тяга людей выдумывать херню и пытаться убедить других, что это не херня, а самая что ни на есть правда, но в сказках он разбирается также хорошо, как и во всём том, что придумали за его долгую жизнь и ещё более долгую смерть. Как иначе, когда каждая вторая девка в Раю грезит о сказочном принце? «Какой из вас к чёрту принц?!» — выплюнула бы взбешённая Лют в день, когда он доигрался на её нервах не хуже, чем на струнах гитары, даже в своей ярости не забыв затем добавить обманчивое, подчёркнуто-вежливое «сэр», — и в принципе была бы права. Сказочный из Адама только долбоёб, проехали, но, истекая золотой кровью в смрадной адской бездне, умирающий, как сказочный, мать его, лох, от кухонной заточки тараканицы, он совершенно не отказался бы быть принцем из сказок, чтобы быть спасённым волшебными слезами Лют. Да и принцессой, наверно, быть не отказался бы, если бы это означало, что она наконец поцелует его, блять, чтобы разбудить от вечного сна. Ну давай же, ни на тебе, ни на мне нет сейчас наших грёбаных масок, я помираю, ну что ты потеряешь, какая разница, что увидят эти ублюдки? Улыбнуться — труднее, чем кажется, на сокращение всего-то пары-тройки мышц уходит столько сил, что после улыбки Адам не может открыть глаза. А когда открывает, перед ним предстаёт совершенно другая часть Ада, свой новый изменённый облик в отражении стекла автомата с дурью и знакомые картины жестокости и извращений, которые творят местные грешники. Он хохочет долго и вероятно походит на обдолбанного, не зря Сэра понятия, бля, не имела, как его собственная душа в Раю оказалась. Адам в сказки не верит, но с сюжетом из грязи в князи знаком. Для начала наглянет к сыночку Каину, тот ещё мудак и скотина, вполне себе неплохо обустроившийся в этой помойке. При всех их разногласиях сучёныш знает, кому обязан тем, что отряды экзорцистов его сектор обходят стороной. В своей способности поставить Ад раком изнутри Адам не сомневается, но если он надеется, что при следующей встрече Лют, правоверная злая сука, считающая всех без исключений в Аду отребьем, Лют, отмечающая своё внеплановое повышение, отнесётся к нему как раньше, возможно, он не только долбоёб сказочный, но и идиот.