Часть 19

Вся ночь пролетела незаметно рядом с ним. Казалось, что всё остановилось и для меня существует лишь он и его любовь. Ноги подкашивались, а в животе порхали бабочки лишь одного его присутствия. Такое было со мной впервые, поэтому сначала я не понимала, что со мной происходит и почему я так реагирую. Но проводя с ним ещё больше времени, я понимала, что это любовь, а не обычная влюбленность. Через несколько дней началась учеба в университете, поэтому всё стало возвращаться на круги своя, превращаясь в рутину. Мне хотелось снова отдохнуть вместе со всей семьей Ли, чтобы почувствовать себя живой и вздохнуть аромат радости, царивший всегда в этой семье. Несмотря на то, что они были просто невероятно богаты, потому что из поколения в поколение передавался семейный бизнес в виде ресторанов и сети отелей по всей стране. Сам Хисын теперь тоже стал учиться, и, вспоминая то, каким он был в начале мне хотелось хихикать и дразнить его этим. Теперь мы перестали заниматься в библиотеке, но зато он находил предлоги в виде учебы для того, чтобы посидеть со мной в кафе и подержаться за ручки. Я чувствовала себя самой счастливой и любимой девушкой. У Джинён с Джеем тоже было всё прекрасно и подруга ходила, даже, если сказать точнее, пархала как бабочка то туда, то сюда, пока разговаривала по несколько часов с Джеем. Честно, я не понимала, как они не устают друг от друга, потому что меня саму уже начинал бесить Хисын, если я с ним буду болтать без остановки три часа. Мы уже проверяли и чуть не поссорились: — Да почему ты думаешь, что если здесь стоит цветок, то за ним никто не ухаживает? — вздохнула я, смотря на раздраженного Хисына, с которым мы спорили насчет цветка уже часа два. — Согён, это логично! Кому нужен цветок, стоящий в самой дали? — вздохнул он, нахмурив брови и скрестив руки перед собой в замок. — Так, ребята! У нас здесь двойное свидание вообще-то, — взлезла между нами Джинён, отодвигая нас друг от друга, которые уже пыхтели от злости. — Да оставь их, все равно в конце концов поцелуются, — закатил глаза сидящий за столом Джей, который спокойно потягивал коктейль и не обращал внимания на образовавшийся рядом с ним спор. Джинён всё таки смогла усадить меня за стол, на что я надулась и отвернулась от Хисына, который уселся рядом. Пока Джинён с Джеем сидели и о чем-то хихикали, мы с Хисыном сидели обиженные друг на друга, потому что поспорили из-за того, поливают цветок или нет! — Ты придурок, — буркнула я, немного поворачивая голову к нему. Послышался тяжелый и раздраженный вздох с его стороны и уже через пару секунд он притянул меня к себе, крепко целуя в губы, чтобы я заткнулась. Казалось, я только этого и ждала, поэтому просто расслабилась, позволяя ему целовать. — Я же говорил, — послышалось тихое бормотание Джея где-то вдали. Но в итоге мы всегда с Хисыном мирились быстро и с тех пор он больше даже не открывает рот, когда я хочу затеять спор, но потом закрывает его мне. В общем, встречаться с ним довольно приятно и весело. *** Мы с Джинён сидели в комнате и она, казалось, была на взводе весь день и о чем-то сильно беспокоилась. Я видела её состояние и решила пока не трогать её и делала заданную работу в университете. Когда послышался звон разбивающейся посуды на кухне, я встала со стула и обеспокоенно посмотрела туда, откуда послышался звук. Джинён явно что-то разбила, поэтому я быстрым шагом направилась туда и заглянула на кухню. Джинён стояла рядом с разбитой кружкой и казалось, что она сейчас заплачет. Услышав мои шаги, она подняла глаза и уставилась на меня так, будто заглядывает в душу. Меня аж обдало холодком и, переступая через разбитую посуду, я подошла ближе к Джинён, осторожно беря её за руки. — Джинён, — тихо позвала я её и она подняла на меня глаза. Её нижняя губа дрожала, а руки сжали мои ладони, — У вас с Джеем что-то случилось? Но в ответ подруга помотала головой и повела меня к столу, усаживая туда и смотря на меня грустным взглядом. В голове было сто причин, почему она такая грустная и что случилось. Говорить эти причины, конечно, вслух не хотелось. Я сглотнула, ожидая, когжа она что нибудь скажет. Наконец, она открыла рот и заговорила: — С-Согён...— начала она, поджимая губы, — Не вини меня, я просто...не могу скрывать правду, понимаешь? Хисын поспорил на тебя, что ты влюбишься в него за месяц. Сначала до меня не дошел смысл и я посмеялась, думая, что это какая-то шутка, но видя серьезный взгляд Джинён, моя улыбка сошла на нет и глаза широко распахнулись. — Откуда...— тихо начала я, но замолчала, пытаясь переварить полученную информацию. В голове все сложилось как два плюс два. Хисын резко попросил помощи с учебой, что мне с самого начала показалось подозрительным, потом начал проявлять знаки внимания и вот, получил влюбленную девочку, которая впервые испытывает такие сильные чувства. Я закрыла рот рукой, глядя в стол с широко открытыми глазами, пытаясь сдержать слёзы. — Джей сам сказал, когда напился...несколько дней назад, — Джинён подошла ко мне, крепко обнимая, — Прости, но я подумала...что будет лучше, если ты будешь знать правду. Я выбралась из объятий подруги, но не потому, что была зла на неё или обижена за то, что она рассказала. Я наоборот была благодарна, что она перестала скрывать от меня это, пока сам Хисын ходит и улыбается мне в лицо, совсем не чувствуя стыда за свои действия. Может, я и вела себя по-детски сейчас, но это было больно для глубины души. Больно, что любимый человек поступил так и даже не сказал об этом сам. — Всё нормально, — сказала я, вставая со стула и выходя из кухни, глотая горькие слёзы и вытирая их рукавом толстовки. Я доверилась ему, думая, что вот он, моя любовь на всю жизнь, который будет рядом и в горе и в радости. Я села на свою кровать и дрожащими руками набрала сообщение Хисыну: "Надо поговорить" — написала я короткое сообщение, уже не сдерживая слёзы и рыдая с телефоном на руках. Джинён осталась на кухне, видимо чувствуя, что меня пока не нужно трогать. Боль в груди становилась все больше и, через несколько минут, Хисын не отправил сообщение, а позвонил. — Что случилось, Согён? О чем ты хотела поговорить? — расслабленно спросил Хисын, совсем не чувствуя подвоха. Но когда я молчала и лишь всхлипывала, было слышно, как он напрягся и сказал уже более серьезным и напряженным голосом: — Согён. Скажи мне, что случилось? Мои руки дрожали и казалось, что мой язык просто отрезали. Я подняла глаза к потолку, пытаясь сдерживать слёзы, но они всё катились. Наконец, я смогла вздохнуть и заговорить. — Я всё знаю. Я всё знаю о твоём споре с Джеем, — сказала я полным боли голосом. С того конца телефона послышалась тишина. — Согён, послушай меня... — Я не хочу тебя слушать. Ты так бесстыдно смотрел мне в глаза всё это время и даже не пытался рассказать мне причину того, почему ты вообще обратил на меня внимание, — прервала я его, повышая голос, просто не выдерживая напора эмоций, — Я думала, что ты заинтересовался мной сам, а причиной того, что ты обратил на меня внимание - оказалось просто унизительным для меня спором, Хисын. — Давай я приеду, — послышался его поникший голос. Я не знала, что он сейчас чувствует. Стыд? Осознание того, что натворил? Или может, ему просто жаль меня? На его слова я покачала головой, всхлипывая ещё раз. — Не смей больше подходить ко мне. Мы расстаемся, — разочарованно сказала я и положила трубку сразу после своих слов, не давая ему даже сказать. Я не хотела слышать его оправданий и того, что он скажет по этому поводу. В голове было так много мыслей, что она разболелась и я упала на кровать. Когда разговор закончился, в комнату тихо вошла Джинён, подходя ко мне и поглаживая по плечу. — Все будет хорошо, Согён, — тихо сказала она, убирая руку с плеча и кладя их на мои волосы. Джинён, можно сказать, чувствовала себя виноватой. Но здесь не было её вины. Автор — Блять, — сквозь зубы сказал Хисын со злостью, когда услышал короткие гудки после окончания разговора с Согён. Он едва сдержался, чтобы не выбросить телефон в окно к чертям собачьим и с безумными от паники и страха глазами оглядывал свою комнату. Он ещё раз опустил взгляд на телефон и видя, что тут же появилась надпись "Вас заблокировали", запустил руку в волосы, яростно пытаясь думать, что ему делать. Он не хотел терять Согён так просто и был ужасно зол на себя и свою эгоистичность. Теперь Согён страдает из-за его действий и это просто убивало его изнутри. Теперь, когда она его заблокировала, он не сможет дозвониться. Джинён явно не скажет, где она...точно, Джинён! Он судорожно набрал номер двоюродной сестры и, спустя несколько гудков, она подняла трубку. — Передай трубку Согён, — потребовал Хисын, но на той стороне Джинён даже не пыталась следовать его просьбе, — Ты меня слышишь, Джинён? Дай трубку моей девушке! — Нет. Я в тебе разочарована, — сказала Джинён. Её тон тоже был грустным и отстраненным. — Мне плевать, разочарована ты во мне или нет. Я тебя попросил передать трубку! — Хисын потерял всякое терпение и совсем погряз в ярости и разочаровании. — Она не хочет ни слышать, ни видеть тебя, — ответила Джинён. Хисын на слова сестры глубоко вздохнул, но его гнев только увлечивался. Он сжал свободную руку в кулак. — Откуда она узнала? Это была ты? — но его вопрос остался открытым и, после молчания со стороны Джинён, он сказал: — Это была явно ты. Откуда узнала ты? И на этот вопрос Джинён не ответила, оставаясь молчаливой. Хисын просто прервал звонок и выкинул телефон на кровать, ходя по комнате и пытаясь хоть что-то придумать в этой ситуации, но все его мысли рассыпались и он не мог собраться. Его сейчас раздражало всё, что даже не могло раздражать. Хисын сел на стул и потер лицо, надеясь, что это хоть как-то ему поможет. Но в сердце была пустота, которую до недавнего времени заполняла лишь Согён.