Пролог

POV Гарольд Певерелл-Блэк, 60 лет (4-ая жизнь) Знаете, иногда я задумываюсь: а стоило ли мне тогда, в свои одиннадцать, принимать приглашение в школу магии и волшебства Хогвартс? И всегда сам себе отвечаю, что да, надо было. Как, я думаю, вы уже догадались, меня зовут Гарри Поттер, или "Мальчик-который-выжил", хотя я предпочитаю, когда меня называют Лорд Гарольд Джеймс Игнотус Певерелл-Блэк. Не удивляйтесь, я знаю, что вы знаете обо мне из книг. Я много где был и много чего видел, в том числе и эти рассказы. Мне кажется, в отличие от ваших книг, я начал меняться после третьего курса, когда Сириус, сдержав свое обещание, забрал меня от Дурслей. Я помню, как я тогда был рад. Я смотрел на все через какие-то радостные линзы и даже не обращал внимания на мрачность дома на площади Гриммо и на плохое настроение моей бабушки Вальбурги (как я ее потом начал называть). Но не тут-то было. Спустя время Сириус меня огорошил не особо приятными новостями для тогдашнего меня. Крестный рассказал о том, что я принадлежу древнему роду Поттеров и у меня есть обязательства перед моим родом. Я спросил какие, и с того дня началось мое становление настоящим наследником древнего рода. Тем же летом меня долго и упорно учили бабушка Вальбурга и Сириус по ускоренной программе всему, что должен знать наследник. Ох, как же я их проклинал и даже несколько раз чуть было не сбежал обратно к Дурслям. Учили меня этикету, семьям чистокровных родов, финансам и многому другому. Также крестный постепенно начал рассказывать о том, в чем специализировались Поттеры - артефакторика. Но было много и приятных моментов. Например, Сириус периодически водил меня на аттракционы и экскурсии. Иногда к нам присоединялась Гермиона. 31 июля Сириус устроил лучший день рождения в моей жизни. В результате я пригласил только Гермиону и Невилла. Почему их? Вы спросите. Я вам отвечу. Рону я после обучения летом немного не доверял. Мне не понравилось, когда я услышал, что семья Рона чистокровная. Знаете ли, после обучения этикету и традициям чистокровных я понял, что сам Рон и его семья могли и подсказать мне, что я там наследник и все такое. Хотя возможно они сами не знают, но решил перестраховаться. Но в конце лета пришло время идти за покупками, и Сириус хотел зайти в Гринготтс, чтобы подтвердить мое право на титулы, на которые я претендую. И тут мы оказались в шоке. Давайте начну сначала, издалека. Во-первых, оказалось, что я не только Поттер, а и Певерелл-Гриффиндор. В первом случае во мне проснулась кровь предков, а во втором меня род посчитал достойным наследником, когда Распределяющая шляпа дала мне меч на втором курсе. Во-вторых, я уже был наследником Блэков. Когда мы попытались выяснить, как так получилось - оказалось, что моя мама была результатом отношений одного из Блэков и маглорожденной волшебницы, и чтобы скрыть это от своей семьи, тот Блэк спрятал ее в магловском мире, ну а мой папа, как известно, был сыном Дореи Блэк. И тем самым я тоже оказался наполовину Блэком, как и Малфой, а дальше уже магия рода признала меня как достойного наследника, когда поняла, что Сириус не сможет родить наследника. Мы вернулись домой, ничего не купив, просто послав Кикимера за покупками. Сириус повел меня к алтарю для принятия мной наследия родов. Это было больно, очень больно, но не физически, а душевно. Болело все. После этого я провел еще неделю в полном отдыхе. Из той недели я помню только обеспокоенные шоколадные глаза, в которых я тонул, находя в них надежду на лучшее. После этих событий мы решили проверить, что во мне изменилось. Мне тогда казалось, что изменилось все. Мысли, слова, действия – все было другое из-за влияния родов. Но мне изменения нравились. Во-первых, моя внешность изменилась, приняв черты каждого из родов. Благодаря этому я даже перестал носить очки, но мои непослушные волосы все равно остались. Мои черты лица стали еще более аристократичными, а тело стало более жилистым. Самое интересное было в том, что шрам исчез, и мои зеленые глаза стали еще более выраженными. Сириус шутил, что теперь я взглядом могу убивать. В оставшееся время до школы я пытался привыкнуть к изменениям, а они были не только во внешности. Во-первых, последствием ритуала стало куча разных знаний всех когда-либо живущих на земле членов родов. Меня это жутко бесило, ну как мне могли понадобиться знания того, как правильно точить топор, или как правильно стрелять из лука. Но были и хорошие стороны этих знаний. Учиться стало очень легко. Также от Поттеров мне досталось магическое зрение, которое помогало мне с артефактами, но из-за него мне все равно пришлось носить очки, чтобы глаза не уставали. Конечно, плюшек было больше, чем я рассказываю, но остальные были менее значительные, чем те два, или они были особо не нужны. Артефактов было очень много, особенно тех, что подтверждали мое лордство, но сейчас не о них. И вот настал час поездки в Хогвартс. Я стоял вместе с Уизли и Гермионой перед поездом, прощаясь. Вдалеке я увидел Сириуса и махнул ему так, чтобы никто не увидел. И теперь началась игра. Почему? Потому что я решил, что в школе мне следует не показывать свой изменившийся статус. Только в случае крайних обстоятельств я могу показать, сколько власти скопилось в моих руках. Вот так начался четвертый год моего обучения. Могу сказать, что многое из того, что вы читали в книгах, полностью повторяется, за исключением некоторых моментов. Прежде всего, я не вернул дружбу с Роном после первого тура; мы остались просто приятелями (ну не нравятся мне предатели после ситуации с Петтигрю). Затем мы (то есть, я с Гермионой) попытались наладить контакты с теми, с кем могли, общались, веселились, и так мы завели много новых друзей. Ну для начала Невилл, я и так уже с ним начал общаться летом, так и после уже в школе продолжил, и он оказался вполне себе нормальным парнем, только стеснительным немного. Потом были Фред и Джордж Уизли, благодаря нашим общим интересам в артефакторике и зачаровании. Вообще не понял, как, но к нам в компанию затесались две слизеринки, Дафна и Астория Гринграссы. Они стали прекрасными подругами для Гермионы, которых у нее особо не было. К концу года мы создали группу под названием "Соулу", названную в честь руны, в виде которой был мой шрам. В этой группе мы решили совершенствовать наши навыки. На Святочный бал я пошел с Гермионой. Я даже не задумывался. Просто, когда объявили о бале, сразу пригласил Гермиону. А когда наступил бал, я еще долго после него не мог избавиться от видения, спустившейся ко мне с небес богини в виде Гермионы. Мы очень хорошо повеселились на балу. С Роном ссоры не было, что удивительно, потом оказалось, что близнецы дали нам уединиться. После второго тура, когда я увидел ее под водой такую беззащитную, я сильно забеспокоился о безопасности Гермионы. Она долго отказывалась и тому подобное, но в результате сдалась под моим напором и одела артефакты, что я сделал для нее. Потом наступил третий тур, и, кажется, все шло как в ваших хваленых книгах, но тут одно отличие. Я каким-то чудом спас Диггори. Это было странно. Все произошло слишком быстро для меня, и, честно говоря, я даже не могу вспомнить, что там происходило. Тогда мне хватило одного: ОН воскрес, и я не хотел просто сидеть, сложа руки. И вот я вернулся домой. Сириус сразу ввел меня в оборот. Это лето я провел, полностью посвятив себя учебе и всем родовым навыкам. Конечно, все изучалось довольно легко из-за знаний предков, но все же после начала обучения я понял, что зря не взял руны и нумерологию. Гермиона была потрясена количеством того, что мне надо выучить или вспомнить, и сама с радостью включилась в процесс. Единственное, что мне мешало, это необходимость скрываться и не показываться из-за присутствия Ордена Феникса. Так как я не пытался что-то подслушать, то единственное, что мне стало понятно, это то, что это личная армия Дамблдора, которая готова выполнить все его приказы. Единственное, что меня раздражало, это то, что в доме были двое младших Уизли. Ну я просто не мог понять, почему они постоянно пытаются нас с Гермионой разлучить на время занятий. И я, конечно, начал реагировать на это. Тогда я думал, почему они к нам пристали, мы же даже не друзья теперь. Сириус долго смеялся над нашими перепалками с Роном и Джинни, но затем решил провести "серьезный разговор". Никогда мне еще не было так стыдно в своей жизни, как в тот момент. Представьте себе: тебя допрашивают, постоянно намекая на то, чего на самом деле не было. Вы правильно поняли, Сириус спрашивал меня о моих чувствах к Гермионе и делал всяческие намеки, пока я рассказывал. Затем он, на полном серьезе, сказал, что я влюблен в Гермиону. Я тогда только усмехнулся и сказал, что это далеко от истины. Он ответил: "Посмотрим". После этого разговора я находился в состоянии обдумывания долгое время. Даже Гермиона заметила, что со мной что-то не так во время одного из наших общих занятий по рунам. Тогда я посмотрел на нее и понял, что я влюблен в Гермиону Джин Грейнджер. Это было как открытие. Но я также понял, что ничего не изменилось в наших отношениях, и мы продолжали общаться так же спокойно, как раньше. Для меня же все изменилось. Теперь я отмечал все лучшие стороны этой девушки. Затем я осознал еще одну вещь, которая показалась мне странной: я не мог представить себя с Гермионой без Дафны. За последний год мы стали ближе, и из-за этого мне казалось, что без нее я не был бы полным. Но когда я это сказал своему крестному, он посмотрел на меня с гордостью и сказал: "Вот говорил же я Сохатому, что от меня у тебя тоже что-то будет". После этой фразы я вспомнил, что Сириус был, как я помню, известным ловеласом. Как только я понял, на что намекал мой крестный, я снова впал в состояние "И как я в это дерьмо вступил". И только после недельных обдумываний я признался себе, что влюблен в обеих. Это было как раз вовремя, так как Сириус пригласил Дафну тайно к нам на мой день рождения. И когда я посмотрел на нее, я понял, что смотрю на нее так же, как на Гермиону. И вот тогда я полностью осознал, как сильно вляпался. В конце концов, в смятении относительно своих чувств к двум девушкам одновременно, я отправился в школу. Честно говоря, я не обращал внимания на то, как на меня смотрели все остальные. А было на что посмотреть, эмоции варьировались от откровенного отвращения до восхищения. Это уже рассказала мне Дафна в купе. Оказалось, я не особенно следил за этим тогда, но после прошлого года Министерство не поверило моим высказываниям, и из-за этого в Хогвартсе произошел конфликт. Были те, кто абсолютно верил мне, те, кто был не уверен, и те, кто верил министерству. Я был шокирован этой информацией. Когда Дафна также сообщила мне, что Министерство направило своего человека на пост профессора ЗОТИ, я впервые отвлекся от своих розовых размышлений и вернулся к реальности. Когда мы приехали, я понял, что все намного хуже, чем я мог себе представить. Нас совершенно не собирались обучать по ЗОТИ, и я так надеялся, что смогу потренироваться. Из-за этого мы решили, чтобы "Соулу" стала группой по обучению. Мы изучали все, что касается магии, даже запрещенные талмуды из библиотек Блэков, Певереллов и Гринграссов. В первом полугодии я не заметил, как я с Дафной и Гермионой становились все ближе и становились почти единым целым. Парни из группы подшучивали надо мной и спрашивали, когда будет мальчишник. И я никак не мог придумать, как им признаться. Но мне повезло, потому что придумывать не пришлось. Я влюбился в слишком независимых девушек. И со временем они сами пришли ко мне и сами признались. Я смотрел на них с шоком. Они сами пришли и обе признались. А я, слабак, не смог решиться. Однако у них возникла проблема: они не могли понять, кого я люблю, поэтому решили допросить меня. Не понимая, что делаю, я просто сначала поцеловал Гермиону, а потом Дафну. Теперь они стояли в шоке и смотрели на меня. Мы до сих пор смеемся над этой ситуацией. С того "допроса" мы начали встречаться втроем. Не скажу, что это было классно, потому что все плюсы пересекались с большими минусами. Но я старался держаться ради девушек. Вскоре мне удалось сделать так, чтобы они не соревновались за мое внимание, и это устранило большую часть минусов. Я был счастлив, все шло так, как я хотел. Однако вскоре меня начали мучать кошмары. Я старался не обращать на них внимания и жил как обычно, пока в конце года не свалился в припадке на экзамене по истории магии. В этом видении мне показали раненого Сириуса в какой-то комнате, и какие-то пророчества. Я сразу побежал и благодаря зеркалу связи понял, что это все ложь. Но Сириус все равно попросил меня слетать в министерство и стать наживкой, чтобы понять, что хочет ОН. Я согласился и взял всех из "Соулу" и пошел в министерство. Дальше события развивались примерно как в ваших книгах. А то, что произошло в зале с Аркой Смерти и дальше, я бы назвал примерно так: "Гарольд Певерелл-Блэк и Драконье Пламя".