Хван Хёнджин/Звёзды подсказали

Хёнджин и Джуён общались около года. Нет, они не созванивались каждый божий день, не ходили на постоянной основе на прогулки, но считали себя родственными душами. Джуён записывала в заметках каждую их встречу: как рисовали в оранжерее, танцевали до сбитого дыхания. Как поехали на Чеджу, чтобы просто сделать фото, как в три часа ночи Хенджин приехал. Просто потому, что скучно. Она могла доверить каждый свой секрет. И не бояться, что узнает кто-то на стороне. Стала замечать, как лишний раз поправляет чужие темные волосы задержав руку дольше обычного, как засматривалась в кофейные глаза. Джуён всегда просила дать попробовать напиток, который он купил. Под предлогом того, что хочет попробовать все из их любимой кофейни как можно скорее. А после проведенного дня вместе. Дома, лёжа под одеялом, проводила по губам думая о косвенном поцелуе. Слишком стыдно, слишком противно от себя самой. Они клялись на мизинца о крепкой дружбе, а она падает с головой в горящие в груди чувства. Когда всё началось? Когда Хёнджин начал говорить комплименты при каждой встрече? Или когда нарисовал её первый раз. А может, она влюбилась в его отношение к ней? К сожалению, Джуён так и не смогла ответить себе на этот вопрос. Ведь моментов были сотни. Девушка провела несколько часов в раздумьях. Пыталась ухватиться хотя бы за единственный просвет в воспоминаниях. Только когда луна начала освещать улицу, она подошла к окну. Подняв серые глаза в небо, стала завороженно наблюдать за звездами. 02:00. Раздаются длинные гудки. Почему сейчас так тревожно? Почему живот сводит в тугой узел и дрожат коленки? Может, звонить плохая идея? Миллион вопросов, но в итоге ответов ноль. — Джуён? Что-то случилось? — Голос был заспанным, с глубокой хрипотцой. Она знала, что Хёнджин ляжет спать раньше обычного. Он провел много времени в мастерской, рисуя новую картину. Девушка не могла больше себя мучать. Лучше побыть эгоисткой впервые, чем изводить себя каждый божий день. Она могла набрать утром, но высоким терпением не обладала. — Нет, ничего такого. Я просто. — Я просто что? Я просто звоню сказать, что люблю тебя? Я просто хочу испортить нашу дружбу? А может, я просто хотела услышать твой голос. Повисло минутное молчание. — Джуён. У тебя точно все хорошо? — Ты видел, какие яркие звёзды сейчас? — Что угодно, только дай мне минуту собраться. Дай минуту пересилить свой страх. -Звёзды? Дай мне секунду. — Его голос уже был более бодрым. Хёнджин старался не запнуться о стоящую рядом мебель. Тело после сна не слушалось, а он все никак не мог понять рвущее желание подруги обсудить с ним звёзды по разные стороны телефонного разговора. Девушка затаила дыхание, вслушиваясь в звуки, доносящиеся из телефона. Она слышала, как шуршит материал одеяла в его кровати. Неторопливые шаги и открытие окна. — Ты права, они очень красивые сегодня. Светят ярче обычного. — Хёнджин молчал около тридцати секунд. Обдумывал: как лучше подступиться к разговору. Почему сейчас всё так напряжено. — Слушай, ты ведь знаешь, что я всегда поддержу тебя. Ты всегда рассказывала, что тебя тревожит. Что изменилось? Я обидел тебя? Почему ты молчишь? Скажи что-нибудь. Прекрати трусить хоть раз в жизни. — Я не знаю, что изменится после нашего разговора. Но я знаю, что не хочу терять тебя. Просто пойми меня. Пойми, как тяжело мне на душе. Он молчал. Впервые не знал, что ответить. Впервые не мог прочитать её. Джуён никогда прежде не вела себя так. Куда делась та вечно смеющаяся девушка, что звонила по ночам с ужасно веселыми предложениями. Которая сразу же выкладывала все свои проблемы на блюдечке с золотой каёмочкой и просила совета. — Я думаю о тебе чаще, чем хотелось бы. Я просыпаюсь с мыслью о том, как было бы здорово обнимать тебя по утрам. Как сильно я хочу прижиматься к тебе по вечерам и смотреть на закат. Сидеть вместе в мастерской и быть с ног до головы испачканными в краске. Я не могу сосредоточиться на учёбе, потому что вспоминаю, как ты смеялся, когда я дурачилась, пачкая тебя сахарной пудрой. У меня из-за тебя резкий отток крови, обусловленный бабочками в животе. Громкий вдох по ту сторону звонка. — И я устала. Правда устала молчать. Я люблю тебя, Хёнджин. Она не рассчитывала на ответ. Но испытала такое облегчение, что хотелось смеяться и от радости поехать на пляж, поближе к прохладной воде. Разделить те эмоции, которые она ощущала рядом со звёздами, со своим спусковым крючком в этом признании. Они горят так же ярко, как и её чувства к этому юноше. — Скажи что ты не шутишь. Скажи, что это правда, а я не сплю. — Как он может сохранять спокойствие, когда услышал слова, которые мечтал сказать ей? Она оказалась сильнее его самого. — Правда. — Слово вырвалось уже необдуманно. — Дай мне тридцать минут, и я буду у тебя. Пожалуйста, подожди. Я постараюсь добраться как можно быстрее. Сброшенный звонок был обусловлен судорожными сборами. Хёнджин оделся буквально за пару минут, схватил ключи и выбежал к машине. Растрепанные волосы, немного мятое худи. И веретено мыслей в голове. Последнее составляющее было с ним на протяжении всего пути к её дому. Он не знал, что скажет ей, но был уверен, что поцелует первый. Дверь открылась так же быстро, как раздался дверной звонок. Она стояла неимоверно красивая, в домашней одежде и распущенными волосами. Глаза в глаза. Шаг и ещё один. Дверь закрыта со звонким ударом. А две истосковавшиеся души припали друг к другу в давно желанном поцелуе. Зарывшись в его волосы, Джиюн улыбалась. Она смогла, сделала первый шаг и теперь счастлива. ☽ Они идут по берегу, скрепя руки в замок, как и их сердца. Устранив взгляд вверх, наблюдают за россыпью небесных тел, состоящих из газа и плазмы. — Почему ты решила тогда признаться мне? — Перевёл взгляд на неё. Джуён лишь улыбнулась. — Звёзды подсказали.